Особенный

Даже лошади в соседской конюшне ещё не принялись гоготать и бурчать, а Джек уже был на ногах. У всей семьи Эриксон сегодня был выходной, но только не у их младшего сына, который, вопреки раннему подъёму, был невероятно возбуждён предстоящим событием в городе — открытием магического колледжа. Джек всегда интересовался магией, чего, конечно, не одобрял никто вокруг, но сегодня у него выдался шанс стать чуть ближе к этому запретному плоду. Страшно подумать, сколько удивительных вещей он может сегодня увидеть, а ещё страшнее — сколько новых лиц повстречать. Поистине уникальный шанс. Джек выбрался из скромного убогого жилища его семьи и оглядел задний двор — мало ли, кто шастает в такую рань по курятникам, кроме котов. Его путь лежал к центральной части города, где обычно после восхода появлялись бродячие торговцы с огромными повозками всякого добра и хлама. Джеку было нечего у них покупать (а точнее, не на что), но вот разглядывать их в деталях он любил, ведь каждый день сюда приходили новые люди. Их неповторимый вид заставлял его сочинять для каждого свою историю: откуда кто пришёл, почему продаёт именно эти вещи, нравится ли здесь, куда направится дальше. Увы, площадь была пуста, но это уже не удивляло – предстоящая осень охватывала крохотный городок стремительнее других. Магов здесь водилось совсем немного, и прогревать землю искусственными путями было практически некому. Именно поэтому открытие в городе магического учебного заведения оказалось событием совершенно неожиданным и озадачивающим. С другой стороны, где ещё, как не в этом чистом от волшебства, нетронутом краю юные маги смогут раскрыть свой талант в полной мере? Возможно, это станет началом новой жизни для обитающих здесь бедняков. Пробежав центральные улочки, Джек направился к озеру, которое примыкало как раз к учебному саду, огораживая его от остального города с западной стороны. Сам сад был ещё окутан молочно-лилейной тьмой тумана, а вот водоём уже нежно блестел янтарём восхода. Тихая его вода была похожа на глубокое зеркало, ряби на поверхности которого не оказалось совсем. Проскользив по сырой от росы траве вниз к берегу, Джек склонился над озером и достал из-за пазухи краюху сухаря, жадно отгрызая от неё кусок – поесть дома ему, очевидно, не удалось. Ладонью мальчуган зачерпнул немного воды и брызнул на лицо, окончательно прогоняя сон и ощущая свежесть утра на коже и волосах. Когда потревоженная им вода вновь успокоилась, он глянул на себя в отражении. Совершенно обыкновенный парень, подумал он о себе. Честно сказать, Джек и правда ничем особенным не выделялся. Из глади озера на него глядело худощаво-круглое чумазое лицо с двумя крупными небосводно-голубого цвета глазами и совершенно лохматой макушкой угольных вихров, из-под которых небрежно торчали два уха. Одно из них, левое, было проколото в трёх местах, а в проколы аккуратным рядом были вставлены колечки-обереги, сделанные из какого-то неизвестного Джеку материала. Эти колечки имели совершенно обыкновенный металлический оттенок, и Джек никогда до конца не верил в их якобы чудодейственные свойства. Вся эта «лжемагия», какой он её считал, больше похожая на выдумки для пугания малышни, для Джека не имела никакого интереса. Одежда Джека сразу же выдавала в нём выходца из бедной семьи: истёртая ткань, вручную пришитый к грубой рубашке капюшон, бесчисленные заплатки неподходящего цвета, пятна на рукавах, бинты, завязанные на голенях заместо порванных подворотов штанин и множество других бросающихся в глаза деталей. Однако в этих краях подобные одеяния таскали на себе практически все, от младенцев до стариков, и только несколько семей, в основном не родных этим местам, могли позволить себе что-то отличное от рваных штанин и ушитых рукавов. И главный критерий в этом «могли позволить» – наличие в семье магов. У Эриксонов волшебством обладал лишь старший сын, Джеков брат, но он был скорее полу-магом, чьи способности ему достались от далёких предков. Магия такого уровня не шла ни в какое сравнение с «нормальной», поэтому нигде в официальных кругах старшего Эриксона магом не считали совсем. Несмотря на это Джек вдохновился способностями брата и потому старался помогать ему в их небольшой лавке, где они вместе продавали разные самодельные побрякушки. В их изготовлении магия старшего была просто незаменима, хотя в результате получались вещицы, совсем не обладающие волшебными свойствами. Джек в их ремесле выступал в качестве технического мастера – он неплохо разбирался во всяких шестерёнках и различных механических детальках, которые в создании и применении не требовали магии. Так и жило их маленькое дело – не совсем прибыльное, но достаточное, чтобы жизнь не превращалась в тоску. Обереги-колечки тоже появились у Джека от брата. Тот вручил их младшему на один из дней рождения ещё в детстве, и тогда они вызвали у Джека неподдельный восторг. Он до сих пор любил их, но явно не за их свойства, не иначе как именно он среди всех знакомых чаще обычного попадает во всякие переделки. Джеку они были дороги как сувенир, как символ его с братом связи, немного навязчивой, даже унылой, но, в конце концов, искренней. Джек ухмыльнулся своему отражению в озере, воображая, как старший будет вне себя, когда узнает, в какую рань братишка убежал из дома. Мгла слегка рассеялась, и Джек продолжил путь – уже ближе к воротам колледжа. У него как раз оставалось время, чтобы найти укромное место, прежде чем прибудут кареты со студентами. Тонкие прутья высокой ограды оказались немаленьким препятствием на пути внутрь, однако небольшой рост и щуплость помогли Джеку забраться в сад по веткам ближайшего дерева. Перед входом в массивное каменное строение уже были подготовлены места для первокурсников, которым предстояло прослушать все официальности, дорожки вдоль здания обрамляли аккуратно остриженные кусты, из сада был слышен шорох воды в фонтанчиках. Джек глядел на эту красоту, сверкающую от зари, и вдруг подумал, что упал бы в обморок, если бы ему однажды сообщили, что он удостоился чести учиться в подобном месте. Но это было ещё не главное. Он ждал появления людей. Джек осторожно продвигался через заросли каких-то душистых деревьев вдоль ограды, ближе ко входу в здание, но был крайне осторожен, ведь отсюда его уже могли увидеть. Он слегка затаился, когда послышались первые колокольчики. Теперь оставалось только ждать начала церемонии, а там время остановится на какое-то время. Увы, всё, что Джек может делать – прятаться и воображать, что в иной жизни он мог бы ехать сюда в красивой бричке, одетый в опрятный костюм, пропахнувший каким-нибудь дорогим мылом. Он зашёл бы в это белокаменное здание в блестящих башмаках, писал бы вечерами письма родителям, горничная меняла бы ему постельное бельё каждую неделю, он ел бы по утрам ароматный джем из прозрачных склянок, густо намазывая на хлеб, а не на сухарь. Он непременно учился бы ужасно – это он знал наверняка – но это его не волновало бы совсем. Он мог бы колдовать совершенно безумные вещи со своими сверстниками, намного безумнее тех, что может его брат, получать за это выговоры, но не заботиться об этом. Жизнь стала бы настоящей сказкой, если бы судьба в один знойно-душный день не выбросила бы его в этот мир в виде ошмётка из совсем неособенного человека. Студенты и правда выглядели замечательно. Улыбались, знакомились, и от каждого веяло своей неповторимой формой сердечных колебаний. Джек видел и абсолютно счастливых, и просто взволнованных, и очаровательно испуганных, и даже чрезвычайно безразличных. Так или иначе, все они были довольны приездом в новенький колледж, который будет для них домом на ближайшие несколько лет. Этим людям с белоснежными воротниками и ослепительными улыбками предстоит вершить судьбу мира, решать вопросы самой жизни и самой смерти. Этим людям предстоит долгий век, полный чудес, всенародной любви и подвигов. Понадобилось полчаса, чтобы сад стал наполнен юношами и девушками примерно одного с Джеком возраста. Ему было радостно за них всех, и он принялся воображать понемногу о каждом, как он обычно делал с торговцами на площади. Вон сидит девушка с пугающих размеров косой за спиной – пусть у неё будет много братьев и сестёр, с которыми она терпеть не могла общаться, и сейчас она наконец чувствует свободу от семейного дома. А вот эта девчушка со смешными до безобразия кудряшками может стать отличной наездницей, подумал Джек. Она сама напоминала ему резвую пони, какие обычно носятся на лугах в усадьбах селян, что живут недалеко от городка. Два паренька, которые расположились прямо на ступеньках здания, вполне могут быть из одного края, не иначе как поэтому они имеют похожие черты и даже мимику. Так пусть же они будут из одного поселения, и оба когда-то мечтали попасть в подобное учреждение, но никогда не верили в свои силы. У особенных людей сбываются мечты, даже самые неособенные, подумалось Джеку. Церемония была на высоте. Торжественность, с которой приветствовали первенцев даже Джека заставила подумать, что он делает прямо сейчас что-то важное. Грузный, но плавный и по-приветливому басистый голос говорящего – по всей видимости, управителя сего дворца, чьего звания Джек не знал – вызывал достаточно доверия, чтобы ему хотелось внимать, хотя и было в нём что-то необъяснимо мрачноватое, как будто предупреждающее. Студентам выдали какие-то бумажки с печатями и множеством букв и цифр, которые должны были «удостоверять принадлежность к учебному заведению», насколько Джек понял. Волна эмоций снова пронеслась между рядов сидящих на стульчиках молодых людей, которые с гордостью запихивали важные документы в свои сумки. Басистый мужчина объявил списки студентов, факультеты, провёл ещё какие-то махинации с осведомлённостью первокурсников и объявил, что до конца дня каждый из них может заселиться в общежитие и со спокойной душой наслаждаться жизнью в колледже перед началом завтрашних занятий. К удивлению Джека, немногие из ребят направились сразу же к общежитию, а вновь разбрелись по территории, изучая сад и остальное пространство вокруг здания колледжа. Джек уже хотел было покинуть своё укромное местечко, но вид счастливых студентов настолько завораживал его, что он не мог сдвинуться с места. Вот где творится настоящая магия, подумал он. Он чувствовал что-то волшебное в этих мальчиках и девочках, что-то, что он никогда не понимал, но что-то, что всегда его вдохновляло. У Джека вдруг создалось ощущение, что он сам переполнен магией, но это ощущение он свалил на чрезмерную взволнованность. Однако через время это ощущение не пропадало, а только усиливалось, и от него у Джека как будто бы даже начало шуршать в ушах. Потом это шуршание перешло куда-то в затылок, а потом и вовсе оказалось у паренька за спиной. В эту секунду Джек понял, что шуршание это не воображаемое, а очень даже реальное, и шло оно не от затылка или ушей, а от кустов сзади него, в которых – о пресвятой! – кто-то яростно шевелился. Джек опасливо отпрянул от места своего пребывания, стараясь выглянуть и рассмотреть то место, откуда шёл звук. Но не успел он и глазом моргнуть, как перед ним возникла чья-то светлая голова, и он дёрнулся назад, хватая привязанный к поясу ручной кинжал. Эта голова тоже дёрнулась, но уже куда-то вниз, вжимаясь в землю, и Джек, весь дрожа, оценил взглядом сидящего перед ним парня. Это был бледноватый блондинистый юноша в белоснежной рубашке и тёмного цвета жилете на пуговицах. Несмотря на его вполне безобидный вид, дорожка морозящих мурашек бежала по спине Джека стремительно, а пальцы покалывало от дрожи. Его, не мага, поймал маг, да ещё и на территории магов! И что же теперь будет с ним? Никто не станет его защищать, да и как, если это он проник в место, где ему быть не полагается? Джек никогда не имел дело с настоящими магами, поэтому сейчас он мог ждать абсолютно чего угодно. Дыхание перехватывало сильнее с каждой секундой, и парень почувствовал, что никогда в жизни не боялся настолько сильно. Джек заметил, как блондин приподнял ладони, и дёрнулся ещё сильнее, решив, что маг готовит атаку. Джек сжал покрепче кинжал в руке и произнёс пискляво: - П-пожалуйста, не убивай меня! Парень напротив него заметно опешил и беспомощно замахал руками: - Нет, что ты, я не хочу тебя убивать. Я увидел тебя, пока пролезал через заросли и подумал, что ты мне поможешь. И… убери свой нож. Джек выгнул бровь и недоверчиво вгляделся в лицо блондина. Его руки вновь легли ему на колени, а значит бояться стало нечего. Юноша смотрел на него с искренней просьбой в глазах, и тут Джек подумал, что видит в его взгляде какую-то мрачноватую тревогу. Значит, он тоже чего-то боится? Впрочем, он не стал бы залезать в кусты, если бы всё было хорошо, не так ли? Джек решил довериться чувствам и убрал кинжал обратно к поясу, не спуская глаз с сидящего перед ним парня. Стараясь не выдавать страх, он спросил, чем же он может помочь молодому магу, и тот пристыжённо ответил: - Я очень растерялся и мне нужно выбраться отсюда. Ты не знаешь, где можно выйти, чтобы не проходить через ворота? Джек привстал на локтях так, чтобы сидеть, а не полулежать на земле, и отдалённо поинтересовался: - Ты ведь знаешь, что я обычный, да?... Блондинистый парень опустил слегка голову, и у него забегали глаза на секунду: - Но ты ведь как-то сюда забрался. Покажи мне выход, пожалуйста. Джека заметно поразил тот факт, что мага не смутил его вопрос. Наверное, ему и правда очень нужно уйти, подумал он. Ему удалось ещё разок оглянуться на сад и на сверкающее в солнечных лучах здание, а потом он подполз поближе к собеседнику, указывая ему куда-то за спину: - Идём, нам туда. Я надеюсь, ты умеешь лазить по деревьям. Ответа на замечание про деревья не последовало, но маг пополз за Джеком довольно стремительно. Шорохи травы и листвы со стороны блондина помогали ему ориентироваться, поэтому он не замедлял шаг. Молодые люди добрались до места, где Джек забирался внутрь, относительно быстро, и он хотел было поинтересоваться у мага, сможет ли он без помощи забраться на ограду, но увидел, как тот сам полез вверх по тонким прутьям, нетерпеливо хватая пальцами ветки и проволоку наверху. В момент, когда территория колледжа осталась позади, блондин и сам не мог осознать, что выбрался без поддержки «напарника», поэтому не сразу почувствовал, что сильно расцарапал ладони, когда спускался с дерева в высокую траву. Когда Джек тоже спрыгнул на землю, то увидел, что парень рядом с ним пытается отдышаться и даже перенял его напряжение на секунду. Теперь он мог разглядеть мага получше. У юноши была довольно аккуратная одежда, но подшитые рукава рубашки всё же бросались в глаза спустя время. Брюки у него выглядели неплохо, но Джек почему-то определил их как всё же не очень дорогие в цене. Возможно, он просто видел похожие модели в местных лавках, но это только подтверждало его мысли – на штанах блондин скорее всего сэкономил. Хотя, без сомнений можно было сказать, что он сэкономил и на обуви – его пусть и довольно нарядные туфли были истёрты и измяты слишком сильно для тех, что могли быть куплены недавно. Было ощущение, что маг носил их в качестве повседневных, и ответа на вопрос «почему так?» в голову не приходило. А ещё Джек обратил особое внимание на руки нового знакомого. Они были… чрезвычайно красивые. Не сказать, что они были аккуратные, или сильно ухоженные, или очень симметричные – наоборот, один из пальцев Джек мог точно определить как возмутительно кривой – но что-то в них очень привлекало парня. У других студентов руки были самые обыкновенные, у некоторых даже не отличались от Джековых грубых культяпок, но вот у этого мага они были буквально произведением искусства. Джеку было даже как-то грустно видеть на них свежие ссадины. Отчасти по этой причине он поинтересовался: - Ты как? Блондин поднял на него возбуждённые глаза: - Нормально. Спасибо.. Эээ…- маг смущённо запнулся. - Джек. - Да, да, Джек… Конечно, Джек – он сказал это таким тоном, будто это было что-то очевидное и что он случайно забыл. - А ты? – Джек сделал смелый крохотный шажок в направлении мага, решив, что бояться ему уже нечего. - Ричард, - он растерялся и поспешно добавил – Ричард Дэвис. И в этот миг Джек увидел, как маг протянул ему руку. Он совершенно опешил от такого действия, и даже вернулся в исходную позицию, рефлекторно перебрав ногами назад. Снова этот парень его удивляет – пожать руку простолюдину? Его истёртую, грязную, не особенную руку? Джек вдруг подумал, что он сам очень хочет пожать руку Ричарду. Эту красивую руку… И каково это – прикасаться к кому-то необыкновенному? Джек робко стоял на месте какое-то время, а потом медленно потянулся к чужой ладони и вложил в неё свою. Их руки сжались, потом отпустили друг друга. Это было так обыкновенно, что потрясающе. Он делает это как простой человек, подумал Джек. Это было совершенно обычное рукопожатие, какие у него бывают с его приятелями на улице или простыми прохожими. Ричард никак не изменился в лице, только эта чернотворная тревожность слегка испарилась из его взгляда. «И всё же, у него приятная рука» - решил Джек, глядя на свои пальцы, на которых осталось немного крови. - Ой, извини, я тебя испачкал, - сказал Ричард, вытирая пораненные ладони друг о друга. Джек отмахнулся и предложил тому отойти подальше от изгороди. - Слушай, а можно тебя спросить? Почему ты хотел выбраться из колледжа? - Это долгая история, - признался Ричард, поправляя висящую на плече сумку. – На самом деле, мне просто очень неуютно, когда вокруг так много людей. Тем более, они все такие уверенные, наверняка они будут хорошо учиться. Я вот сомневаюсь в своих силах. - Правда? Почему? – Джек привёл собеседника на уютную лужайку и сел прямо на траву. - Просто так, - уклончиво произнёс Ричард, усаживаясь рядом и прижимая к себе сумку. Джеку показалось, что следовало бы дать магу немного времени тишины, чтобы прийти в себя, поэтому он замолчал. Солнце пригрело ему лицо, и он улёгся на землю, прикрыв глаза, но всё же поглядывая на Ричарда сбоку. Тот сидел задумчиво, смотря в никуда, и осторожно вытирал ладони платком. Джек думал о том, что его совершенно не смущает присутствие рядом с ним мага. Он чувствовал, что Ричард особенный человек, но это никак не выражалось ни в его действиях, ни в его словах. У него и лицо было самое обыкновенное: овальное, с маленьким носом, двумя матово-серыми, грустными глазами, обрамлённое чуть выбивающимися волосами. «Они цветом как лимонный крем на торте» - добродушно хихикнул про себя Джек, думая о том, что очень хотел бы сейчас торт с лимонным кремом. Голоса студентов в саду были слышны совсем отдалённо и оставались практически неразличимы. Ричарду было хорошо слышать их там, где-то вдали, а не быть среди них. Конечно, ему придётся быть там многие и многие дни, ощущать их присутствие, мириться с этим, но сегодня он к этому не был готов. Он решил про себя, что ещё успеет познакомиться со всеми, завести друзей, и что в конце концов это не так важно для него. Пусть сегодня он побудет вдали от людей, от магии, от чего-то, что напоминает его родной город, среди запаха позднего лета и ранней осени. Ричард почувствовал, как сильно сжимает в руке платок и как напряжены его ладони. Джек достал из мешочка последний сухарь и уже хотел было разломать его надвое, чтобы предложить половинку Ричарду, но ему стало стыдно давать магу такое угощение. Вообще делиться подобной едой с человеком хоть немного в достатке было смущающе. Поэтому Джек принялся грызть сухарь один, стараясь не думать о том, что новый приятель может быть, на самом деле, голоден после дороги и ему уже без разницы, чем унять голод. Он вскоре подумал о том, что ему здесь делать больше нечего, ведь Ричард не просил сопровождать его куда-либо. Может, тот на самом деле не терпит рядом с собой простолюдинов, но слишком воспитан, чтобы в этом признаться? С другой стороны, разве магов учат быть вежливыми с неособенными людьми? Или у них принято просто не обращать на них внимания, вот он и сидит молчит? Все эти мысли завертелись у Джека в голове в какую-ту дикую мешанину, и ему снова стало стыдно. Ведь он даже пожимал Ричарду руку! В самом деле, как он смел! От стыда Джек даже не захотел доедать сухарь и убрал оставшийся кусок обратно. И чего он возомнил, что может мешать магу отдыхать? Ричард, скорее всего, своим молчанием просто показывает, что Джеку стоит перестать шуметь, а лучше совсем убираться вон. Из-за Джека он поранился, переживал, а тот ещё и ножом ему угрожал. Благо он не назвал своей фамилии, иначе было бы не избежать ему и его семье всеобщего позора. Джек медленно сел, стараясь всмотреться в лицо Ричарду и понять, о чём он думает, но снова чувствовал с его стороны лишь тревогу. «Так и думал» - испугался он и опустил глаза. Ричард просто не хочет в открытую прогонять его и поэтому переживает, что не может побыть один. Джек привстал, покрасневший, и начал нетерпеливо отряхивать штанину, когда маг приподнял на него голову. - Ты куда? – поинтересовался он легонько. Джек уставился ему в лицо. - Домой…наверное. А что?..- пальцами стал мять края рубахи. - Да так… Я думал, ты останешься подольше. Джек раскрыл рот не в силах что-либо ответить и почувствовал, что сейчас расплачется от стыда, если что-то скажет. Ричард смотрел на него растерянно, боясь, что сказал что-то, чего говорить не следовало. Ведь он не знает местных обычаев, а Джек выглядит как парень впечатлительный, судя по тому, что произошло в саду. Ричард решил подняться на ноги, но как только зашевелился, Джек замахал руками и прикрикнул коротко: - Пока! – тут же срываясь с места и убегая прочь. Ричард не успел никак отреагировать, поэтому замер на месте в изумлении. Он хотел окликнуть Джека, спросить, в чём дело, но ни язык, ни остальное тело его не слушались. Он остался стоять на месте с мыслями о том, что обидел первого человека, которого здесь встретил, и даже не знает как именно. Джек же добежал до дома, молясь всем пресвятым, что ему не показалось, и что Ричард действительно не хотел, чтобы он уходил. Но он ведь не мог остаться, правда? Что бы он мог сказать магу? И не просто магу, а такому воспитанному человеку? Пропустив мимо ушей крики родителей, Джек забежал в свою комнату и плотно закрыл дверь за собой. Он облокотился о неё спиной, пытаясь привести дыхание в норму и снова посмотрел на свои ладони. Ричард пожал ему руку! Ричард попросил его помочь! Ричард хотел, чтобы Джек остался! Ричарду нравилось! Ричарду нравилось быть рядом с неособенным человеком! Что-то внутри Джека неистово ликовало. Он знал, что сегодня будет невероятный день, но ведь не настолько. Не настолько, чтобы завести дружбу с самым настоящим магом, чёрт возьми! Ещё и прикоснуться к нему – это Джек мог видеть только в своих самых небывалых сновидениях. Всю жизнь его приучали к опасению, к вражде, к страху, но сейчас все эти устои на его глазах начинают трещать по швам. Конечно, у Джека остаются огромные сомнения по этому поводу, конечно, опасения всегда будут его преследовать, но теперь он твёрдо решил. Он вернётся в сад завтра.