Изгой

      Всем доброго времени суток! Я снова здесь, и я так счастлива, что просто не передать. Хотела и планировала выложить новую главу перед Новым Годом, однако посчитала, что в канун и первые дни после праздников никому до этого дела не будет. И времени тоже особо ни у кого не будет. Поэтому первая новогодняя глава в этом году уже здесь! Надеюсь, вам понравится. Не делала ее чересчур мрачной, в своем стиле, а, наоборот, даже более теплой.       Поздравляю вас с Новым Годом и Рождеством! Желаю, чтобы этот год был спокойным, свободным, счастливым и полным добра, тепла и любви. И, конечно, самое главное: будьте здоровы! Пусть в этом году все удается с легкостью. После 2020го, я уверена, мы все заслужили это. Всех обняла и люблю! Спасибо за ваши терпение, ожидание и безмерную поддержку того, что я делаю, из года в год.❤❤❤       Трек: Selena Gomez, Marshmello - Wolves       – Какого черта? – выдохнул Джек, в очередной раз за ночь проснувшись от кошмара.       Уже который раз в его снах мелькают неизвестные лица и слышатся незнакомые имена. И снова он идет через неизвестную площадь к непонятному существу, видит одну и ту же неизвестную женщину и постоянно слышит, как его окликает не его именем та самая девушка, имя которой теперь ему известно.       Увеличенная доза снотворного не помогла справиться со снами, поэтому еще какое-то время Аддерли был вынужден просто смотреть в потолок, на что-то надеясь.       Навязчиво в голове вращалась одна и та же мысль: что общего между ним и тем самым Драко Малфоем?       Так некстати на глаза попалась визитка самоуверенной клиентки, настаивающей на его компании в раскрытии этой связи.       Периодически Джек доходил даже до того, что эта Гермиона внушила ему, что он связан с ее историей, хотя эта мысль, конечно, не находила аргументов.       А потому, да, он не выбросил эту визитку ни сразу, ни в первый перекур, ни во все последующие, за что, конечно, получил тонну насмешек со стороны Стенли.       Однако шутки занимали его меньше всего.       Его волновало лишь то, как он может быть связан с сыном неизвестного мафиози, являясь обычным консультантом без прошлого, найденным добросердечным Заком на уличной скамейке, и может ли вообще.       Его тревожили сны, которые не имели ничего общего с реальностью.       Его мучило, что эта девушка появилась вкупе со всей этой полуночной ерундой, которую теперь нельзя было заткнуть даже сильно действующими препаратами.       Когда Зак только взялся всерьез за него, ему была диагностирована тревожность, которая должна была пройти с временной амнезией. Только вот амнезия растянулась, а тревожность и вовсе стала постоянным спутником, которая эффективнее всего лечилась зависимостями, вроде сигарет и алкоголя.       Так вот и выбирай: таблетки или наркота в любом ее виде.       Джек не видел разницы, чем именно травиться, поэтому прекрасно совмещал все, когда никто не видел. Таблетки запивались горячительным, а «закусывались» табаком.       И уже вторую ночь Джек упорно отказывался от еще одного способа излечиться, предложенного той странной девушкой, закуривая очередную сигарету в ожидании действия снотворного, которое уже казалось бессильным в оказании скорой помощи.       Задумчиво вращая в пальцах сигарету, Аддерли взвешивал все «за» и «против» звонка той сумасшедшей, которая лелеяла идею неслучайной схожести много значащего для нее парня с ним.       Для него в этой истории, скорее всего, ничего не поменяется, но эта девушка была единственной, кто даже шуточную версию его прошлого воспринимал бы серьезнее, чем он сам.       Ее аргументы и история казались более обоснованными, чем вся его жизнь с момента появления Зака.       Еще немного подумав, Джек все же решился сделать шаг, о котором, он был уверен, еще раз двадцать пожалеет.

***

      – И что ты думаешь об этом парне? – нахмурившись, спросила Мишель, с трудом сводившая концы с концами в рассказах своей подруги.       Тармаз была дома у Гермионы спустя двадцать минут. Ее вечер также не задался, а потому, не теряя времени даром, она купила все необходимое для импровизированного алко-девичника и направилась «излечивать» душевные раны подруги.       Еще через полтора часа у девушек не осталось границ в разговорах. Гермиона за это время пересказала причину их собрания, а также встречу с удивительно знакомым незнакомцем Джеком, в ожидании звонка которого она пребывала едва ли не больше, чем в ожидании возвращения мужа.       – Я думаю, он и есть Драко Малфой, – звонко стукнув опустевшим бокалом по столу, заключила Гермиона. Алкоголь не действовал на нее также сильно, как на Мишель, как назло именно тогда, когда хотелось потеряться.       – А что насчет чувств? – раскачиваясь из стороны в сторону в такт тихо игравшей из колонок музыки, продолжила задавать вопросы Тармаз.       – Бред. Я не испытывала к Малфою ничего, кроме отвращения, – недовольно поморщившись, ответила Уизли, на что Мишель неожиданно рассмеялась.       – Ну, да, конечно. Ты поэтому не слезаешь с парня? Даже если он и Малфой, какая разница тогда? – подозрительно покосившись на подругу, бросила Тармаз. Вопросы застали Гермиону врасплох. Даже такой дерзкий тип, как Джек, спрашивал подобное тактичнее.       – Мне хочется ему помочь, – предположила та, разливая по бокалам остатки вина.       – С чего бы? – продолжала давить Мишель.       – Просто… Он какой-то потерянный. Не такой Драко, каким я его знала, – задумалась Гермиона, на что Тармаз звонко цокнула языком и покачала головой.       – Знаешь, может, ты влюбилась в этого…ммм… Джека? – немного подзабыв имя таинственного консультанта, предположила Мишель.       – У меня есть муж, Мишель. Какая влюбленность? – строго оборвала та, но для Тармаз брак никогда не был существенным препятствием.       – И где? Может, это как раз настоящие чувства, как в сериалах. Ну, знаешь, не те, что на пресной крепкой дружбе и вечном сосуществовании вместе, – мечтательно продолжала рассуждать Мишель, – а те, которые внезапны и наполнены, как любовь с первого взгляда. Когда просто перебило все в труху внутри? Когда только сердце колотится, как ненормальное, выбивая себе путь к этому человеку из грудной клетки?       Гермиона смеялась, слушая эти романтичные фрагменты из всех перечитанных книг и просмотренных Тармаз фильмов, но все же не сводила глаз с экрана телефона, все еще надеясь на что-то в двенадцать часов ночи.       – Ждешь звонка Рона? – заметив долгий взгляд подруги, вдруг сменила тему Мишель.       – Нет. Он не позвонит. Я тоже не буду, – обиженно, словно ее муж мог бы услышать и все понять, ответила Гермиона, взявшись за бокал с вином.       – А, так все-таки Джек? – подмигнув, добавила Тармаз, на что Гермиона лишь закатила глаза.       – Я верю, что ему тоже любопытно узнать, – вздохнув, ответила та, но отчего-то уверенность все больше покидала ее с каждой неоправданной минутой.       – Ты сегодня хоть раз подумала не о нем? – продолжила наступать Тармаз, даже переместившись на другой стул, поближе к Гермионе.       – Мерлин, Мишель! Он не волнует меня, как мужчина, – возмутилась Уизли, решив, что она еще не настолько пьяна, чтобы поддаваться провокациям и сомневаться в себе.       – Я просто предлагаю варианты, – невозмутимо ответила та, вернув свое внимание всецело к вину.       – Кроме того, Джеком мог бы заняться мой центр, – только сейчас вспомнив о своей нынешней специализации, вдруг восторженно произнесла Гермиона.       – Резонанс, – поддержала Мишель, восприняв это, как великолепный пиар, если дело будет запущено и приобретет логическое выгодное завершение.       – У Джека будет столько возможностей все узнать и проверить, подготовиться, – представила Гермиона, уже совсем не обращая внимания на ход мыслей подруги.       – Только есть «но», – оборвала ее мечты Мишель, пристально, насколько в их ситуации это было возможно, посмотрев на подругу. – Он тебе не позвонил. Ему не интересно.       – Я подожду еще. В конце концов, такие решения нельзя принять за пару минут. Это ведь изменит всю его жизнь, – оправдала молчание Уизли, снова вернувшись взглядом к экрану своего телефона.       – Наивная, – настал черед Мишель закатывать глаза. Она все же хорошо знала настойчивость, если не сказать, вопиющую навязчивость подруги, которая, скорее всего, была воспринята тем самым Джеком в штыки.       Сама Тармаз знала, как выглядел Драко Малфой тогда, до своего исчезновения, но не могла сравнить, так как Джек для нее был субъективной «копией», со слов Гермионы. Тот факт, что этому Джеку не хотелось участвовать в этой истории, уже ставил под сомнения уверенность Уизли в схожести этих парней.       Тем не менее, еще полчаса они обсуждали попеременно то Джека, то Рона, который «как и Мишель, не верил в Гермиону», то проблемы Тармаз, преимущественно связанные с пустыми свиданиями, на которых все было совсем не то, что она искала.       Так бы и продолжалось, если бы в очередной момент, когда Тармаз порекомендовала Уизли вернуться в реальность, телефон последней не оповестил о звонке с неизвестного номера.       – Это он! Это точно он! – вскрикнула Гермиона, хватаясь за телефон, едва не пролив на него же вино. Помедлив несколько секунд, чтобы собраться, она ответила на звонок.       – Не поздно? – раздался в трубке долгожданный голос, и Гермиона едва ли не закричала, что никогда не бывает поздно, и он как раз вовремя.       – Конечно, нет. Что-то случилось? – сделав вдох, чтобы успокоить свое ликование, невинно произнесла Уизли.       – Ты знаешь, почему я звоню, – спокойно, но все же неуверенно произнес Джек.       – Что ты решил? – осознав, что не время для шуток и отвлечения на глупости, задала вопрос Гермиона, хоть ответ и был очевиден.       – Мы можем встретиться? – произнес тот, и хоть его голос звучал довольно тихо, в доме, где в одну секунду стихла музыка, разговоры и даже дыхание, его предложение разнеслось едва ли не эхом, побудив Мишель вопросительно приподнять бровь.       – Можем. Когда? – серьезнее произнесла Гермиона, для надежности даже взяв листок и ручку, чтобы записать дату, место и время.       – Сейчас? – спустя несколько секунд молчания, предположил Джек, на что Гермиона, ни минуты не думая, согласилась. – Я буду на набережной. Не потеряемся.       Он был смущен и не уверен в собственных действиях, но Гермиона едва не визжала от счастья, словно этот парень только что исполнил мечту всей ее жизни.       – Ты серьезно? – недоуменно спрашивала Мишель, даже немного протрезвев, и, наблюдая за стремительными передвижениями подруги в поисках необходимой одежды.       – О чем ты? – попутно переспросила Гермиона, приводя в порядок растрепанные волосы.       – Прямо сейчас? Ты, как девчонка, перед свиданием с самым крутым парнем из школы, – сделала замечание Тармаз, но Уизли его проигнорировала.       – Джек может передумать. Нельзя оттягивать. Оставайся у меня, Мишель. Если захочешь спать, ложись, меня не жди. Есть еще вино, если нужно. Где и что у меня, ты знаешь, даже несмотря на ремонт, – хватая сумку, быстро произнесла Гермиона, и, не дожидаясь лишних вопросов, выбежала за дверь.       Дорога была короткой и времени, чтобы дойти, много не требовалось, но Уизли все равно едва не срывалась на бег, сдерживая свои эмоции из последних сил.       Она не знала, что именно стало причиной для его решения, но клятвенно себе пообещала, что не спросит об этом у Джека, если он сам не захочет рассказать, чтобы не провоцировать его неуверенность лишний раз.       Несмотря на то, что Гермиона собралась едва ли не молниеносно, Джек уже ждал ее, прислонившись спиной к фонарному столбу.       Остановившись чуть поодаль от него, Уизли перевела дух, чтобы не казалось, что она бежала сюда на полной скорости.       Джек не заметил ее, и у нее было достаточно времени, чтобы вернуть себе спокойствие и невозмутимость.       – Привет, – наконец, приблизившись к парню, поприветствовала Гермиона, сразу же встречаясь с пристальным взглядом серых глаз.       – Привет, – очевидно, что-то отметив для себя в ее внешнем виде, ответил Джек, спрятав руки в карманах джинсов.       – Что-то не так? – заметив осмотр, спросила Гермиона, машинально руками приглаживая волосы, которые пышными кудрями рассыпались по плечам. Сегодня она не выпрямляла их и с самого утра совершенно не заморачивалась по поводу укладки, поэтому погода, разумеется, подготовила ей сюрприз в виде теплого, но достаточно порывистого ветра, делавшего из нее подобие одуванчика каждые пять минут.       – Нет, все нормально, – покачав головой, словно собственным мыслям, а не в ответ на вопрос, произнес Джек, махнув рукой, призывая пройтись. – С чего начнем?       – Расскажешь, почему согласился? – последовав за ним, все же не удержавшись, рискнула узнать Гермиона, на что Аддерли сначала отрицательно покачал головой, но потом, вздохнув, все же решил пойти на контакт.       – Не сейчас. Ты не поймешь, если я начну все это рассказывать, – заключил тот, и Уизли сначала хотела оспорить его вердикт, но вовремя одумалась, посчитав его границы действительно значимыми для него.       – Хорошо. Тогда скажи мне, откуда ты, кто ты? – отталкиваясь от привычного начала знакомства, спросила Гермиона.       – Разве не это причина, по которой мы здесь? Мы оба не знаем, кто я, – усмехнулся Джек, останавливаясь и вглядываясь в лицо своей новой напарницы.       – Не издевайся. У тебя ведь есть какая-то предыстория. Так, к примеру, почему ты работаешь в этом магазине? Учился где-нибудь? – улыбнувшись в ответ, продолжила искать основание для их сотрудничества Гермиона.       – Работаю, потому что нужен Заку. Он меня устроил туда. Нет, не учился. На это нужны деньги, а я занят тем, чтобы оплачивать квартиру и просто как-то питаться, – будничным тоном объяснил Джек, все еще что-то ища в девушке напротив.       Возможно, ему хотелось найти осуждение в ее глазах, так сказать, с высоты ее полета, чтобы все это закончить, чтобы переубедить себя, что зря пришел и «соскочить» с этой авантюры.       – Кто такой Зак? Тот, что в магазине? – стараясь вспомнить всех своих приобретенных знакомых, переспросила та, на что получила кивок.       – С него же начинается моя жизнь, – просто добавил Джек, словно это объясняло все.       – Как это? А родители? Ну, то есть, откуда ты взялся здесь, в маггл... Ну, в Лондоне, – поспешила поправиться Гермиона, поймав на себе непонимающий взгляд.       – Я из приюта. Во всяком случае, так я думаю. Зак нашел меня на скамейке в парке в бессознательном состоянии, – снова легко и просто произнес Джек, замечая, как немного лихорадочный блеск появляется в глазах напротив.       – То есть ты не знаешь, из приюта ты или нет? И ты не знаешь, как оказался в парке? И что случилось? Тебя ограбили? – заваливала Гермиона вопросами, пока Аддерли не поднял указательный палец вверх, прося остановиться.       – Не все сразу. Я не знаю, но нигде нет обо мне никаких сведений, а это, чаще всего, значит именно это. Я не знаю, как. У меня была амнезия, которая должна была пройти. Чуда не произошло, – рассказал Джек, стараясь не забыть ключевые вопросы.       – Тебя избили? Ударили по голове? С чем связана амнезия? – не унималась Гермиона, все больше чувствуя, что любое «не знаю» делает Джека Малфоем, как бы он не считал ее сумасшедшей.       – Никто ничего не подтвердил. Сказали, что я мог упасть или еще что. При мне была только тетрадь. В ней были мои основные данные. Фамилия и имя, дата рождения.       – Когда ты родился? – спросила та, доставая телефон. Она не помнила дату рождения Драко Малфоя, но сейчас это имело просто огромное значение. Ей было необходимо наметить план работы, поэтому телефон был ее лучшей записной книжкой.       – Согласно записям в тетрадке в сентябре, 29 числа, – задумчиво наблюдая за действиями Гермионы, ответил Джек.       Он настолько погрузился в свои мысли, что даже вздрогнул, когда девушка, записав необходимое, воскликнула:       – Поверить не могу! Тебя нашел какой-то Зак с какой-то странной тетрадкой. Тебе не смогли поставить диагноз. О тебе ничего не известно, а ты живешь себе спокойно, как будто так и должно быть!       – Я тебе объяснил, почему меня не волнует прошлое. Все, о ком ничего нет, скорее всего, выходцы из забытых всеми городских приютов. Может, даже сельских. Информация о таких, как мы, никому не нужна. А даже если у меня и появился бы интерес к семейке тех, кто, наверняка, уже сдох от алкоголя или наркоты или гниет в тюрьме за распространение последних, а, может, даже за убийство, наплодив предварительно и распихав по другим приютам моих таких же неизвестных братьев и сестер, то где мне их искать? По всему миру? Да даже если только по всей Англии. Сама подумай, на это нужны время и деньги, огромные деньги. В моем положении может идти об этом речь? – закурив сигарету, наверное, слишком эмоционально (об этом он потом точно пожалеет наедине с собой) ответил Аддерли.       – Логично, но разве можно так категорично навешивать ярлыки? – все же произнесла Уизли, невольно думая, что в случае с тюрьмой Джек был немного прав.       – Почему нет? Это бесплатно, – парировал парень, вглядываясь в водную гладь за спиной девушки.       – Так, ладно. Тебя нашел Зак и помог тебе устроиться в этой жизни? До этого момента ты больше ничего не помнишь? – опустив, очевидно, болезненные моменты, Гермиона решила вернуться к более ранней теме.       – Да. Больше ничего не могу сказать, – потушив окурок о край урны, ответил Джек, все еще умалчивая о кошмарах.       – Никаких внезапных воспоминаний? Ничего? – не успокаивалась Гермиона, и, предсказуемо, это хождение по кругу начинало раздражать парня.       – Ничего. У меня ощущение, что я на приеме у доктора, – бросил он, совершенно не скрывая изменения своего настроения, ставшего менее располагающим.       – Слушай, а ты не замечал за собой ничего странного? Может, необычного? –рискнула Уизли, но тут же пожалела о данном вопросе.       – Я похож на психа? Не знаю, что с тобой не так, но я не верю в феечек, вампиров, оборотней и прочую чушь. Экстрасенсом тоже быть не мечтал, – бросил тот, все дальше отодвигая от себя Гермиону. Она казалась ему обычной чудачкой, нашедшей свободные уши.       – Хорошо, ладно. Это был просто вопрос, не более, – подняв руки вверх, поспешила заверить Уизли, сглаживая конфликт.       – Почему мы не говорим о тебе? Кто ты такая? Чем ты занимаешься? Откуда взялась? Мне должно казаться странным, что тебя занесло в магазин, где я работаю? Почему я должен тебе доверять и рассказывать всю свою жизнь, даже если особо нечего рассказывать? – на ее манер начал заваливать вопросами Джек, очевидно, передразнивая девушку.       – Я родилась здесь, выросла здесь. В одиннадцать лет сменила школу, там же познакомилась с Малфоем. Сама я работаю как раз с теми, кто ищет своих родных. У меня свой центр. Мы помогаем людям адаптироваться в условиях, в которых они невольно оказались, – начала Гермиона, решив, что вопросы Аддерли весьма логичны в этой ситуации.       – С моей адаптацией ты опоздала. Зак справился неплохо.       – Я не собираюсь адаптировать тебя. Я хочу помочь тебе найти семью, и если она тебя не устроит, ты вправе остаться один и продолжить эту жизнь. Встреча с тобой была случайной. Я сама не могла в это поверить, потому что Драко… Он слишком неприспособлен для тех условий, в которых живешь ты. Работа и общение с людьми – это непосильная ноша для такого, как он. И да, ты не обязан мне доверять. Ты должен попробовать пройти через это для себя, – тщательно подбирая слова, объяснила Уизли, возвращая разговор в прежнее русло.       – Почему тебя так интересует моя жизнь? – все же спросил Джек, и в его глазах проскользнуло что-то, что превратило будущий ответ Гермионы в чашу весов.       Аддерли решался, и потому она должна была удовлетворить его любопытство так, чтобы он сделал правильный выбор.       – Потому что где-то, возможно, есть те, кто тебя ищет? Или, возможно, где-то есть тот самый Драко Малфой, который тоже ничего не помнит, и ему нужна помощь, только ему повезло меньше, потому что я не нашла его, выбирая кинотеатр? А, может, я помогу сразу обоим, Джеку и Драко одновременно, – с улыбкой предположила Уизли, надеясь, что ее ответ не был навязчивым.       – Возможно. Удивлен, как при своей маниакальной увлеченности тем парнем, ты умудрилась его потерять, – ответил парень, и снова его лицо смягчилось под воздействием легкой усмешки в адрес девушки.       – Говорю же, я его просто не находила, – парировала девушка, переняв шутливый тон Аддерли.       Последующие пару часов Джек и Гермиона просто шли по улицам, куда глядели глаза, обсуждая все, что только попадалось под руку и ассоциировалось с чем-либо в жизни.       Джек, хоть и не так охотно, но рассказал о своих буднях, о дружбе со Стенли, тем странным кудрявым парнем, жадным до знакомств и оправданий поведения своего друга, немного задел Зака и то, как он помогал ему налаживать быт, а потом разговор перетек на жизнь Уизли.       Так, Джек узнал, что в детстве Гермиона была таким же изгоем, как он сейчас. Оказалось, что не только тот самый Драко, но и даже ее друзья не сразу нашли с ней общий язык.       Кроме того, Аддерли узнал даже о том, как в этот вечер помешал ее встрече с некой Мишель Тармаз, о которой, будто бы даже где-то слышал ранее.       – Получается, ты просто бросила подругу, чтобы прийти сюда? – заключил Джек, определенно готовясь пошутить на эту тему, и не без упоминания Малфоя.       – Получается, что да, но даже не думай сказать то, что хочешь, – опередила его Гермиона, рассмеявшись.       – Маньячка! – все же бросил он, улыбнувшись ее веселью.       – А ты все-таки умеешь улыбаться, – ответила в ответ Уизли, очевидно, этим застав Джека врасплох.       – Только попробуй кому-нибудь рассказать, – зловеще прошептал Аддерли, улыбнувшись еще шире.       Гермиона не упустила это из виду, даже не заметив, что ее также подловили за этим подсматриванием.       – Ты на мне дыру протрешь, – выводя девушку из оцепенения, неуверенно произнес Джек. – Неужели я настолько похож?       – Не уверена теперь. Я никогда не видела, чтобы он улыбался нормально, весело.       – Теперь и я не уверен, что ты толкаешь меня в светлое будущее. У этого парня совсем не было поводов для радости? – вдруг зачем-то спросил Джек, задаваясь про себя тем же вопросом.       – Этого я не знаю. При мне он никогда не улыбался по-доброму, – ответила Гермиона, силясь вспомнить хотя бы раз, когда на его лице не было грубой, озлобленной усмешки в ее адрес.       – Не оценил твою настойчивость, или это все его социальная сложность? – вспоминая прошлый разговор, спросил Джек, даже не скрывая легкой насмешки.       – Определенно, второе, – оценив его выпад, выбрала более выгодный вариант Гермиона, снова доставая телефон, чтобы прочитать прилетевшее ей сообщение.       Мишель спрашивала, когда она вернется, и жива ли она вообще.       – Пора домой, – выдержав паузу, понятливо озвучил общую мысль Джек. – Я провожу.       – Какие манеры! – шутливо восхитилась Гермиона, на что Аддерли поспешил остановить ее восторги.       – Не совсем. Просто если что, то я…       – Ну, да. Последний, кто меня видел, – закончила за него девушка, получив согласный кивок.       – Поэтому веди, – добавил Джек, направляясь следом за Гермионой.       – Ты точно не читаешь информацию о покупателях, – больше для себя, чем для Джека добавила девушка, на что Аддерли не смог промолчать.       – Познакомившись с тобой, и вовсе буду открещиваться.       – Смешно, – серьезно ответила Гермиона, но, заметив, как сменилось выражение лица парня, подумавшего, что он немного переборщил, все же улыбнулась.       Долго идти им не пришлось, поэтому через десять минут они уже стояли перед высоким забором, лишь едва прикрывающим особняк.       – Неплохо, – только и сказал Джек, когда Гермиона оповестила его об окончании пути.       – Неплохо? И это все? – переспросила она, привыкшая к удивленным возгласам.       – Я не любитель праздного пафоса. А если представить, сколько в таком доме надо тратить времени на уборку, становится плохо, – просто ответил парень, поражая своей неприкрытой честностью и прямотой.       – Еще одно отличие, – произнесла Гермиона, и Джек понял без лишних пояснений, что между ним и Малфоем выросла еще одна стена.       – Кто-нибудь знает обо мне? – неуверенно спросил Аддерли, переводя тему.       – Мишель знает, но не верит в мою теорию, – подтвердила Уизли.       – Ты продолжаешь путь изгоя? – вспомнив ее рассказы о детстве, уколол Джек, но Гермиона лишь рассмеялась.       – Она смутно помнит Драко. Не думаю, что она может судить объективно.       – Ты со своими чувствами к нему тоже, – пожал плечами парень, поймав осуждающий взгляд.       – Я тебе говорила уже…       – Да, знаю-знаю. Я шучу, – поспешил прервать многократные поправки в отношениях между ней и Малфоем Джек. – Иди в дом, пока твоя подруга не объявила тебя в розыск.       – Ты завтра работаешь? – поинтересовалась Гермиона, планируя все, что необходимо сделать в его отношении, с ним и без него.       – Да, до обеда. Попросили подменить на полдня, – ответил Джек, очевидно, немного теряясь от такого вопроса.       Его смущало, что кого-то в принципе волновало, занят он или нет. Даже девушки, с которыми он был в каких-либо отношениях, не заботились об этом, принимая его молчание в ответ на звонки и сообщения знаком его занятости.       – В таком случае не занимай время после обеда. Я заеду за тобой. Нас ждут великие дела, – торжественно закончила Гермиона, разворачиваясь, чтобы уйти.       – Уизли! – вдруг окликнул ее парень, констатируя, что читает бланки заказов, но хорошо это скрывает, – И все-таки ты из-за этого парня бросила подругу сегодня, – чуть надменно и самодовольно произнес парень, в один миг превратившись в того самого задиру Малфоя, просто не при параде.       – Я не могла допустить, чтобы ты передумал, – сделав акцент на самом Джеке, но, не желая спорить или отрицать, с улыбкой произнесла Гермиона. – До завтра.       – Пока, – все еще улыбаясь, бросил парень, неспешно направившись к себе, при этом замечая в себе совершенно новое, не свойственное ему состояние.       Он был спокоен.       Каждая клеточка его тела была расслаблена, словно не он несколько часов назад лез на стены от невозможности успокоиться и нормально заснуть.       Что-то неизбежно менялось, обманчиво затуманивая его бдительность.