Безумный Барти, или Шутка для Тёмного лорда

Утром я был спокоен, как удав, и доволен жизнью. После завтрака, который Винки приготовила достойным завтрака самих королев, я тщательно оделся. Костюм тройка, ботинки, трость. На своём месте находились булавка от галстука, запонки и золотые часы. Я не собирался стричься и собрал волосы в хвост. Это было единственное отличие от привычного образа злодея. — Хорош, — буркнул Сев и собрался надеть свой привычный балахон. — Вот твой костюм, — так же приветливо буркнул я, — в аренду до конца лета. В сентябре отдашь или деньгами, или вернёшь сам костюм. Сев хмыкнул и принялся натягивать мою же рубашку. Одежды было полно, похоже, в молодости я был тем ещё франтом, а сейчас мне было абсолютно всё равно, как выглядеть. Лишь бы не оборванцем. Отец вручил мешок с деньгами на кино на два года вперёд с напутствием от Винки пообедать в лучшем ресторане Лондона. Снейп нас аппарировал на конец Тисовой и потащил на перекресток. И вовремя — впереди маячила безразмерная ветровка Избранного. Он сутулился и шаркал ногами, и вообще выглядел беспомощным птенцом, которому место было только в небе. — Гарри! — позвал я, тот мгновенно обернулся, а я дунул в лицо огромное цветочное облако. Он чуть не задохнулся, потому что пыльца проникла в нос, рот и уши, и закашлялся, прежде чем успокоиться и расслабиться. Однако Поттер оказался крепким орешком, и со злостью выплюнул: — Крауч и Снейп! Спелись, негодяи. — Повежливей, мальчик, — спокойно сказал я. — Вначале мы сходим на Восьмого Доктора Кто, затем в ресторан, потом постреляем. В конце встречи, если ты захочешь, можно обменяться проклятиями. Согласен, Северус? — Вполне, — эхом отозвался мой друг и напарник. Спустя энное количество времени Гарри были возвращена речь, и можно было поговорить. — Извращенцы, — первые слово, сказанное Поттером побуждало меня заткнуть его до сентября, когда нужно было отвечать на уроках. — Поттер, успокоился. Я зря учил тебя окклюменции? — Пошёл в жопу, — и речи Поттер всё-таки лишился. — Слушай, Поттер, — не выдержал я. — Выслушай и делай верные выводы. Мы создали третью сторону в противостоянии и собираемся убить Волдеморта. Для этой цели мы тебя натаскаем по дуэлям. Согласись, что у нас научиться можно большему, чем у Дамблдора. Кстати, нам нужен Дамблдор? — Да, нам нужен Дамблдор, — эхом отозвался Снейп. — Будем спасать, — задумчиво проговорил я. — От чего спасать? — От проклятия. — Какого? — продолжал Северус, имитируя разговор Гарри даже интонацией. Парень пыхтел и сопел от усилий заговорить. — От которого он может вскорости умереть. Вместо этого мы отправим его на Багамы. У Председателя Визенгамота столько работы, столько нужно сделать, а отдыхать некогда. — Как раз к сентябрю отдохнёт, — фыркал Северус. — Ещё мы избавимся от крестражей, уничтожим Волдеморта, вернём рассудок Лонгботтомам, женим Билла и Флёр, прокатимся на мотоцикле Сириуса, выдворим Малфоев во Францию и посадим Артура Уизли в кресло Министра магии, — поперло у меня вдохновение. Поттер разинул рот. — Я тебе докажу, — сказал я и раскрыл часы. — Половина третьего. У нас есть ровно три часа. Мы аппарируем на площадь Гриммо двенадцать и успеем в Литтл-Хэнглтон, где родился наш Волдеморт. Там находятся эти крестражи, но как их можно уничтожить, я точно не уверен. Хочешь с нами? Поттер кивнул головой, как болванчик. Дурачок ты, Поттер, кто же так доверяет злодеям? Но мной двигали благородные цели и, тем не менее, весьма опасные. — Сев, аппарируй нас, — приказал я. — А сам? — сощурился Снейп. — Вы дураки, что ли? Гарри, этот дом принадлежит тебе по праву наследования, Сев, а ты можешь пройти, как член ордена Феникса. Моя злодейская копия невыразительно угукнула. Кажется, меня ждёт вечер вопросов. И как мне выкрутиться, ума не приложу. Ничего не поделаешь, и мы оказались прямо внутри дома. Это Снейп нарочно, иль чары какие-то стоят? Но так даже лучше. — Кричер! — крикнул Поттер. — Вина и сыра гостям, мне сливочного пива! — Ни в коем случае! — грохнул я по столу. — Нас ждут очень опасные приключения, и стоит сохранить здравый рассудок. — Ну, тогда чаю или кофе, — неуверенно сказал подросток, поправляя покосившиеся очки. — Тебе кофе, а нам… Северус, зелье отца случайно у тебя не с собой? Блин, или зелье удачи… — У хозяина Сириуса его полно, — проскрипел появившийся домовик. — Вам подать? — Так почему же он умер? — горько спросил Гарри. — Он накануне смерти слишком много выпил вина, и его рвало желчью, — ответил Кричер. — Зелье в такие дни не работает. «Алкоголик и наркоман», — возникла у нас с Севом мысль, а Гарри тяжело и горько вздохнул. Подросток ещё. Одинокий, растерянный, неухоженный. Лишь кроссовки на Гарри были по размеру, потому что остальное можно было и не покупать. Зачем? Злыдни Дурсли. Гарри еще раз громко вздохнул, и я очнулся. — Кричер, принеси пожалуйста, медальон, который доверил тебе Регулус. Кричер стал биться головой о стену. — Прекратить немедленно! — гаркнул Северус. — Принеси, я тебе говорю. — Тёмный маг знает, о чем речь, значит, пусть он и говорит, — бился Кричер. — Хватит! — не выдержал я. — В чем дело? Принеси, пожалуйста, и побыстрее. Кричер еле сдержался, чтобы не зарыдать снова, на этот раз от моей вежливости, слёзы текли у него сами. Через три минуты Кричер подал мне золотую вещь, и я вложил его в руку Гарри. — Чувствуешь тьму и зло? А шёпот? Он говорит, что мы опасны и нам нельзя доверять. А тебе он верит и знает, как себя. Потому что, Гарри, ты тоже крестраж. Северус глянул на меня и мальчишку с ужасом. — Не может быть! — прошептал он. — Барти, откуда ты знаешь? — Тебе Дамблдор не сказал? — удивился я. — А что сразу Дамблдор? — в свою очередь удивился Снейп. — Он всё рассчитал. И смерть Поттеров, и заключение Сириуса в Азкабане, и отдал магглам, а не родственникам, которых у него полно, и даже Люпина близко не подпускал, лишь бы Гарри оставался в одиночестве и никому не нужный! — Врёшь! — заорал Северус. — Это правда? — спросил дрожащий Гарри. — Ты сошёл с ума, — констатировал Снейп. — Идём домой, и я дам тебе Напиток Живой Смерти. Поспишь денёк-другой. Привязанный, — усмехнулся он зловещей усмешкой. — Неправда! — крикнул вдруг Гарри и швырнул медальон в угол. Я был зол и готов был убить своего обидчика. Уже потянулся к шее своего врага, как Гарри крикнул: — Это всё крестраж! Это он нас ссорит, потому что чувствует злобу, ярость и гнев. Мне он нашептывал, что вы убийцы и предатели. Но я… — он начал тихо шептать обескровленными губами «могущество, власть и силу». — Я верю вам! Потому что он и есть доказательством ваших слов. — На воздух быстро! — встал Снейп. — Кричер, быстро зелье удачи, сколько есть! — крикнул я. На столе появился где-то десяток флаконов. Мы с Северусом растаскали их по карманам, и даже Гарри парочку взял довольно уверенно. — Уф! — с облегчением проговорил Поттер, ветерок ласково ерошил лохматую макушку, — я думал, умру в той духоте. — Соберём крестражи и спалим дом Блэков Адским пламенем, — фыркнул я не теряя воодушевления. — Это будет эпическое зрелище. — Барти, ты сумасшедший, — ласково придерживая меня за локоть, шепнул Северус. — Как же соседские дома? Я с содроганием думал, что меня ждёт вечером, по мне так пусть весь Лондон горит. Заткнул свои кровожадные мысли куда подальше и посоветовал глотнуть Феликс Фелицис, потому что идти придётся пешком с самого кладбища, а сколько идти, было неизвестно. Требовалось уложиться за час. Глотнул зелье и Гарри. Нам всем троим требовались удача, опыт и осторожность. К счастью, мы только обогнули кладбище по одной стороне и пошли через поле, в конце которого располагалась дорога в сам город. Избушка Гонтов стояла на отшибе, низкая и буквально вросшая в землю, и именно Северус на неё наткнулся. Гарри прошипел что-то, и в ответ прошипел ему некто неизвестный. Завязался шипящий разговор, и среди камней промелькнула тень ужа. — Вот оно, — показал Гарри пальцем на самый темный и грязный угол. — Осторожно! — крикнул Северус. — Здесь ловушка. Он стал перешагивать по полу, как шахматный конь, расставив руки. «Это что же за ловушка такая?» — гадал я. Спустя пять минут шкатулка была извлечена из змеиного гнезда Гонтов, и понёс её я в сумке зельевара, с которой Сев никогда не расставался. — Стойте! — вдруг замер я. Мой чуткий музыкальный слух уловил старческие шаги. — Сюда кто-то идёт! Я пригнулся и ломанулся в заросшие кусты. Северус, крадучись, пополз за мной. Он тоже заметил прохожего с дороги. Гарри, подслеповато сщурившись, пытался разглядеть фигуру в темной мантии волшебника. Странно, Дамблдор изменил своим привычкам в одежде? Между тем, Гарри терял не минуты, а секунды. — Это Дамблдор! — радостно сказал он. Наступила решающая минута. — Гарри, ты с нами или с ним? — горячо прошептал я. — Он много сделал тебе хорошего? Нет, мужчина делает себя сам. Сам приобретает друзей, судьбу и привычки. Ты хочешь умереть в семнадцать лет или увидеть счастливыми своих друзей? Ты желаешь увидеть своих внуков, стать артефактором и курить трубку в сто двадцать лет? Так чем здесь тебе поможет Дамблдор? Мы сами, всё сами. Будь мужчиной, в конце концов! Гарри колебался ещё мгновение и нырнул за нами в кусты. Я вздохнул с облегчением. Прошло много времени, пока Дамблдор колдовал внутри дома. Всё это время мы молчали, как мыши. Лишь спустя час он ушёл, весьма раздосадованный и печальный. Гарри наконец не выдержал и захохотал, повалившись на Снейпа. — Час! Мы едва разминулись! И правда, что профессор Дамблдор должен был сегодня подхватить проклятие? — Что именно сегодня, нет, — признался я. — Мы едва успели! — Я сам оплачу директору отпуск, если ты, Барти, скажешь, откуда всё узнал, — вполголоса сказал Северус. — Барти? Я притворился глухим и выпрямился. — Нам нужно вернуться на Гриммо, оставить шкатулку и вернуть Гарри домой. У парня глаза слипались от напряжения — сегодня был очень насыщенный день. Наконец мы остались одни, и Северус схватил меня за грудки: — Теперь быстро отвечай, откуда всё это знаешь. Я аппарировал с оторванным воротником пять раз, но Северус тоже был не лыком шит, так как выпил зелья удачи снова, и мы оказались вместе посреди Косой аллеи. Под ногами захрустели стёкла зелья. Это сколько же флаконов он выпил?! — Информацию нужно купить! — крикнул я в лицо, благо, рост одинаковый. — Ты знаешь слизеринцев не хуже меня, Северус. — Чего ты хочешь, Барти? Деньги, должность мастера, учителя, зельевара, услугу, обмен? Я всё могу! Лицо Северуса становилось всё более азартным, когда я с лёгкостью отвергал все его попытки разрушить дружбу. — Редкие яды и зелья, жидкую удачу и славу, зелье памяти? Или хочешь, чтобы я навсегда остался твоим целителем? — Ближе, — ухмыльнулся я ещё шире. — Не знаю! Желание? Философский камень? Любовь? Ты влюбился и хочешь добиться взаимности у возлюбленной? Тебе сварить Амортенцию? Его азарт был неописуемый, а сам он казалось, нашёл золотую жилу в погоне за добычей информации. — Я знаю! — вдруг закричал Северус. — Я выпью шестую дозу удачи и узнаю все твои мысли. — Шестую? — Я же потерял тебя, пришлось искать и к тому же быстро. Вокруг нас стали собираться зеваки и тыкать пальцами. Сумасшествие Северуса было смехотворным и заразительным. — И что же я хочу? — издевался я уже неприкрыто. Северус выпил зелье и вытер руками губы. Его лицо разгладилось и появилось блаженство от множества принятых порций. Да его хватит скоро удар! — Ты хочешь. . Ты хочешь… Северус смотрел по сторонам, выискивая желанный для меня предмет, не нашёл и обратил свой взгляд на меня. Я сглотнул, представив множество идей, которые только могли придти тому в голову под влияние зелий. — Ты хочешь, чтоб я подошёл ближе, схватил за левую руку и… Я тупо уставился в его чёрные глаза. По-моему, Сев со седьмой порцией немного переборщил. — И женился на тебе! — закончил он с ухмылкой. Я даже подпрыгнул. — Ты с ума сошел! — Это ты с ума сошел, раньше, чем я! — Где тут женятся? — громко спросил Северус среди десятка прогуливающихся по вечерней улице. — В Гринготтсе! В Министерстве! Поезжайте в Шотландию! — раздались смешки отовсюду. Севу зелий не наливать. — В Гринготтс ближе всего, — и потащил меня по улице. — Но нам нужны кольца, фотограф и статья в «Пророке», гости, стол, музыка и торт, — стал я перечислять. — В банке все есть, — безапелляционным тоном заявил Северус. В дверях банка мы столкнулись с Ритой Скитер. — Мистер Крауч, несколько слов нашей газете о своём воскрешении, — хищно улыбнулась акула пера. — У нас эксклюзив, — вмешался Северус, — мы с Барти женимся. Немедленно! Пропустите! Нам срочно нужны кольца! — Это не смешно. Тебе надо срочно отдохнуть. — Когда отдыхать? У нас ещё брачная ночь впереди. Как нарочно, гоблины потихоньку сворачивали дела, некоторые уже освободились и нас беспрепятственно провели в ритуальный зал. Обмен кровью, клятвами и тут же купленными кольцами уложился в полчаса потому, что мы провели самый простой ритуал, магический, который существовал в Британии около двенадцати столетий. — К тебе или ко мне? — жарко дышал в ухо Северус. — Ко мне, горе-зельевар. Мы очутились в гостиной. Там хозяйничала Винки, где под её влиянием чинилась мебель — шкаф, стеллажи и стулья. — Винки, вина! — крикнул Сев, упал на диван и захрапел. — Что случилось? — Магический брак случился, — хмыкнул я. Винки всплеснула руками. — И вы отца не предупредили? Вы, хозяин Барти, даже не представляете, что скажет старший хозяин. Он вас выгонит, меня выгонит, а хозяин Северус по миру пойдёт. Я внимательно разглядел новоиспеченного, кхэм, супруга. В колючках и щепках, в волосах травинки. Хорошо, что костюм новый. — Хоть запонки пригодились, — проговорил я и добавил: — Алкоголик хренов.