Punizione

Когда Уилл заметил, что Роберт уже начинает задыхаться, он подумал, а не перестарался ли он, и поспешно перешёл с щекотки к стандартным поглаживаниям. — Ну всё, хорош хихикать, — строго и в то же время ласково произнёс он, бережно смахивая большим пальцем с покрасневшего лба блестящую прозрачную капельку пота. Спидвагон, который до сих пор не мог не только отдышаться от смеха, но и вообще прекратить смеяться, улыбнулся чуть дрожащей улыбкой, — я перестарался, да?.. — Нет-нет! Это было чудесно!.. — задыхаясь, выпалил Спидвагон с энтузиазмом, — я в восторге! Он и правда пребывал в восторге. Никогда он не испытывал таких острых и приятных ощущений, как этим вечером и этой ночью. Да уж, кто бы мог подумать, что мистер Цеппели может так приятно и возбуждающе щекотаться! — О, правда? — барон очень обрадовался, — я очень рад, что тебе понравилось. Может быть, когда-нибудь повторим… — он последний раз бегло провёл кончиками пальцев по боку блондина, вызвав этим нервный негромкий смешок, — тебе принести воды? — спросил Уилл, продолжая заботливо смахивать капельки пота со лба и висков своего… Друга? — Не-не, спасибо, обойдусь. Ха-ха… — продолжая улыбаться, сказал Спидвагон. — Как хочешь, дружок. Буквально минуту они посидели в тишине. Спидвагон по-прежнему пытался отдышаться, а Цеппели как будто бы что-то обдумывал… У Роберта уже давно затекли и вспотели обе руки, но он почти не обращал на это внимания. Тут Уилл вдруг поднялся и куда-то пошёл. Спидвагон почему-то встревожился и даже прекратил смеяться. — Мистер Цеппели, не уходите, пожалуйста! — жалобно попросил он, начиная ёрзать. «Нет, он не может просто так взять и покинуть меня, после всего, что между нами произошло!» — с отчаянием подумал сероглазый. — Да успокойся ты! — воскликнул Цеппели, — я сейчас вернусь, не волнуйся. Он начал что-то искать в том же ящике, откуда достал и наручники. Где-то в глубине души Роберту было до ужаса любопытно, откуда они у него, и как долго он их у себя хранит, но он решил отложить эти вопросы на потом. Не до них сейчас… Уилл продолжал свои поиски ещё около полминуты, а потом, довольный, подошёл обратно к блондину, сжимая что-то в руке. — Глянь-ка, что у меня есть, — похотливо произнёс он, тряся у Спидвагона перед носом… Чем же? Этим чем-то оказался кляп, чёрный кожаный кляп с красным шариком посередине и небольшим крепким ремешком. Спидвагон, к великому удивлению барона, не засмущался или не испугался, а, скорее всего, озадачился. Дело в том, что блондин никогда не интересовался всей этой БДСМ-атрибутикой, а потому был без понятия, что это. — Ээ… Что это за… Х-хрень? — спросил он, щурясь на кляп, поблёскивающий в руках Уилла. Тот слегка озадачился, но через секунду собрался с мыслями, уселся в исходную позу и ещё раз повертел кляпом у Роберта перед носом. — О, так ты не знаешь, что это?.. — хитро спросил он. — Н-нет… — Спидвагон растерянно вращал глазами по сторонам. «Действительно, что это такое? Наверняка, очередная игрушка, с помощью которой он будет меня мучить, а я этому и рад буду!» — О, — повторил Уилл, — тогда давай я вас познакомлю, — после таких слов он надел кляп Спидвагону на шею. Тот немного заволновался, — это называется кляп, его надо засовывать сюда, — и он нежно провёл указательным пальцем по дрожащим губам блондина. Тот вдруг всё понял, и мурашки по новой пробежались по всему телу. — А… Я… Я п-понял, — нервно произнёс Спидвагон, заливаясь румянцем. Цеппели улыбнулся и уже хотел вставить кляп, куда надо, но Роберт вдруг завертел головой, пытаясь увернуться, — подождите! П-подождите, пожалуйста! — Что такое? — непринуждённо осведомился брюнет. — Если… Если Вы так хотите заняться со мной ЭТИМ… — начал Спидвагон, не смотря Уиллу в глаза, — то нам надо… Нам надо придумать стоп-сло… — договорить он не успел; барон наконец-то закрепил кляп в его болтливом ротике, — МММ?! — Наконец-то, — победно потирая руки, сказал Уилл, — всё, хватит болтать, всё равно я ни слова не пойму. Блондин скосил глаза на кляп и шокировано уставился на Уилла. Не самое приятное ощущение, иметь кляп во рту, да ещё и такой извращённый. Заметив, с каким интересом его разглядывают, Спидвагон подумал: «Что он со мной сделать решил на этот раз? Если опять начнёт щекотаться, то я точно не выдержу… — он смущённо и испуганно посмотрел Уиллу на руки, — ЧЁРТ! У меня вот-вот слюни потекут!» — тут Спидвагон с невероятным смущением почувствовал, как во рту у него становится мокро. Это было неприятно и безумно смущало. Он пробовал сглотнуть, но, естественно, кляп не позволял этого сделать. Сероглазый начал что-то жалобно мямлить, и тут Уилл понял, в чём причина. — О, кажется, придумал, — произнёс он, не сводя хитрых прищуренных глаз с нерешительных вытаращенных, — дай мне буквально секунду… После таких слов… Он начал… РАЗДЕВАТЬСЯ! Если бы у Спидвагона была возможность, он бы ликующе крикнул: «ДА ЛАДНО, И ГОДА НЕ ПРОШЛО!» Цеппели снял только то, что было сверху, обнажив свой тощий торс и оставшись в одних брюках. Взгляд Роберта устремился на его бледные ключицы. Ему всегда нравились дрищи тощие мужчины, как раз вроде Уилла. «Чёрт, какие у него шикарные ключицы! — ёрзая от нетерпения, подумал блондин, — ААААААА, если бы не наручники, я бы его так и сцапал! АААААХ, эти ключицы…» — сероглазый понял, что был бы далеко не против почувствовать ключицы Уилла у себя во рту, покусать зубами или хотя бы немного поласкать их языком. От таких мыслей Спидвагон почувствовал, как из-под кляпа по подбородку стекает что-то тёплое… Чёрт! Всё-таки не сдержался! Покрывшись румянцем сильнее, Спидвагон поспешно отвернул голову от Уилла и стал смотреть на него лишь самым краем глаза. А похотливый барон это заметил и только обрадовался чужому стыду. — Нравятся? — пошло спросил он, водя указательными пальцами по своим ключицам и очень возбуждая тем самым блондина. Спидвагон вытаращил глаза, опять что-то невнятно замямлил и начал хаотично кивать головой. Он и не надеялся на то, что Уилл позволит ему покусать или даже просто облизать свои ключицы, но всё-таки смотрел на брюнета с самой настоящей мольбой в глазах. И, кажется, тот догадался, чего хочет Спидвагон. — Ну, если так, — тихо произнёс он, — то я, пожалуй, позволю тебе немного поиграться с ними… Заслужил, — он одарил ласковой улыбкой Роберта, который некоторое время думал, что ослышался. Слегка приспустив кляп, Цеппели улёгся на Спидвагона так, чтобы тот мог дотянуться ртом, куда надо. Не веря своему счастью, блондин тут же припал губами к ключицам Уилла и начал их целовать, стараясь держать себя в руках и не переусердствовать. Его поцелуи были очень нетерпеливыми и в то же время нежными и приятными, Уиллу с самого начала это очень понравилось. Слегка опустив свои плечи, чтобы Спидвагону было удобнее, он прикрыл глаза и тихо прошептал, нежно прикусывая покрасневшее ушко: — Только не кусайся… А то знаю я тебя… Спидвагон слабовато улыбнулся и начал страстнее целовать чужие ключицы, то и дело оставляя на них небольшие красные пятна. Барон начал дрожать и впился пальцами в непослушные и жёсткие светлые волосы, которые, несмотря на их жёсткость, было очень приятно трогать. Спидвагон восторженно застонал Уиллу прямо в ключицы — ему очень нравилось чувствовать в своих волосах эти проворные пальцы, сводящие его с ума. — Ааааа… С-Спидвагон-н-н-н… — протянул Уилл, перетирая локоны между пальцев, — ах ты ж… Аааа… Блондина взбудоражили эти стоны, и он не выдержал и стал слегка покусывать ключицы зубами. Сначала — слабо, но потом всё сильнее, при этом он не забывал бережно проводить языком по следам от укусов, как бы успокаивая, если Цеппели слегка вздрагивал от боли. — Ох, Спидвагон… Ты меня скоро с ума сведёшь… — охая и ахая, простонал Уилл, — ааа… Чёрт, от его стонов уши у Спидвагона таяли, подобно мороженому, а их обладатель горел желанием ещё услышать эти звуки. — Вам не больно? — нехотя оторвавшись от манящих ключиц, спросил Спидвагон глуховатым голосом, немного осипшим после кляпа. Он еле подавил желание сказать: «А Вы меня УЖЕ свели с ума!» — Нет-нет, мне очень нравится, продолжай, — забормотал Уилл, впиваясь пальцами в волосы сильнее и теснее прижимаясь к сероглазому. А тот только и рад был этому. Обхватив уже не такую бледную кожу на ключицах губами, блондин начал старательно её посасывать, при этом обильно пачкая всю грудь Уилла своими слюнями. Но тот не обращал на это внимания. Зажмурив глаза и уже до боли впившись пальцами в жёсткие волосы, он вдруг понял, что тоже не равнодушен к Спидвагону. «Чёрт… А это и правда приятно… — думал Уилл, то и дело постанывая от удовольствия и не забывая подбадривать Роберта одобрительными кивками, — да уж, он меня действительно любит, судя по всему. Ох, да и мне он нравится… Неужели, это взаимно?» Перестав придаваться своим мыслям, Уилл вдруг отпустил чужие волосы и отстранился от Роберта. — Ну всё, хватит, — строго произнёс он в ответ на жалостливую физиономию — Спидвагону было всё мало. Ключицы Уилла были для него слаще любого десерта, — хватит… Внимательно оглядев блондина сверху вниз, Цеппели вдруг нагнулся к нему и припал своими тонкими губами к его припухшим, суховатым губам. Спидвагон подумал, что он опять слегка его чмокнет и сразу же отстранится назад, не дав насладиться моментом, как тогда, но такого не случилось. Вместо этого Уилл поцеловал его уже по-настоящему. Удивлённый Спидвагон буквально секунд десять колебался, находился в шоке и в восторге сразу, а потом стал не совсем умело отвечать на поцелуй. Они целовались очень аккуратно и нежно, несмотря на то, что обоих переполняла страсть. Брюнет во время поцелуя нежно гладил блондина по груди одной рукой и залезал другой под мокрую рубашку, заставляя того ёрзать от переполняющих его эмоций. Пальцы второго потели так, что стали скользкими, и он неловко переплетал их между собой. Уже спустя минуту они начали целоваться страстнее. Цеппели внимательно изучал своим острым любопытным язычком болтливый ротик Спидвагона, тот же то и дело кусал его за губы, оставляя на них небольшие белые отпечатки, а потом они менялись ролями. Когда уже стало не хватать воздуха, оба одновременно решили закончить поцелуй. Уилл отстранился и нервно протёр свои губы ладонью, неловко посматривая в сторону. Роберт откинул голову назад и тяжело и очень громко дышал. — М-мистер Цеппели… — обратился он ослабевшим, но очень счастливым голосом. — Что, Спидвагон? — тихо спросил Уилл, слабо улыбнувшись. Сероглазый слегка облизал свои губы и так же тихо произнёс: — У Вас такие прелестные ключицы! — он опять бросил алчный взгляд на ключицы Уилла, но в этот раз они больше не были такими бледными, как изначально. Теперь они были все в засосах и укусах, но это не делало их менее привлекательными. — Ой, да ладно тебе, — барон на комплимент лишь рукой махнул. — Нет, я серьёзно! — с жаром и при этом как будто бы задыхаясь начал Спидвагон, — они просто шикарные… Их так приятно было чувствовать у себя во рту! У меня даже слюни текли, когда я их видел… Вам ведь понравилось? — с надеждой спросил Спидвагон. — Конечно, мне очень понравилось, — добродушно улыбнулся Уилл и поцеловал Роберта в левую щёку, прямо в большой, давно застывший шрам, — ты молодец. Но мы ещё не закончили… Спидвагон хотел поинтересоваться, что Уилл задумал на этот раз, но не успел — во рту у него тут же оказался знакомый красно-чёрный кляп. Тогда сероглазый понял, что сейчас будет что-то очень приятное… А Уилл дотронулся кончиками пальцев до груди блондина, бросил на него самого пошловатый взгляд и начал до ужаса медленно вести своей рукой всё ниже и ниже… Спидвагон чувствовал, как по лбу у него стекает настоящий водопад из пота, руки готовы отвалиться, а в щеках как будто бы топят печку. Цеппели вёл своей рукой просто ужасно медленно, нарочно оттягивая этот момент и с удовлетворением наблюдая за своей любимой реакцией. Спидвагон заёрзал на диване и опять что-то невнятно промямлил — наверняка, просил о том, чтобы тот двигал рукой побыстрее. Наконец, ловкая рука Уилла оказалась на уровне лобка, и он стал нежно его поглаживать прямо сквозь ткань штанов, то и дело посматривая на покрасневшую физиономию Роберта. Тот жмурился и продолжал ёрзать, при этом постанывая сквозь кляп. Всё-таки, лобок — очень чувствительное место. — О, а тебя легко завести, — похотливо протянул Уилл, так же медленно расстёгивая две пуговицы и ширинку, — приподнимись немного. Спидвагон приподнял своё дрожащее седалище, подождал, пока барон стащит с него всё ненужное до уровня колен, и опустил его обратно. — О, да ты ещё не достаточно возбуждён, — продолжал Уилл своим томным голосом, поглаживая большим пальцем ещё не успевшую полностью затвердеть крайнюю плоть. Она была не самой длинной, но очень толстой. Блондин задрожал и отвернул голову, пытаясь хоть как-то скрыть смущение, — помочь? Кивнув головой, сероглазый сквозь кляп еле произнёс невнятное «Угу». — Хорошо, — довольно произнёс Уилл, и Спидвагон вздрогнул, когда тонкие умелые пальцы правой руки принялись за дело, начав нежно массировать и оттягивать кожу на интимном месте. От них продолжал идти тот приятный холодок, но Спидвагона буквально обжигало от каждого их касания. Не жалел, нет, не жалел он о том, что пришёл к Уиллу сегодня в гости! «Чёрт, какие же у него тонкие пальцы! — судорожно думал он, трясясь, как замёрзший эпилептик, — никогда бы не мог подумать, что это настолько приятно!» Он много раз представлял подобное в своей голове или даже видел сны такого содержания, но, естественно, сны не могли сравниться с реальностью. — Ммм… Ммм… — Спидвагон невнятно стонал и резко мотал головой из стороны в сторону, невольно двигаясь навстречу тонкой руке и вызывая тем самым довольную улыбку у своего «мучителя». — Ой, как мы покраснели, — дразняще отозвался Уилл, подключая к процессу вторую руку и начиная ей нежно поглаживать кожу на самом основании члена. Блондин продолжал слегка подпрыгивать на месте и прогибать спину уже осознанно, намекая брюнету на то, чтобы тот двигал своими пальчиками быстрее, — ах ты ж мой ненасытный… Неужели, тебе и этого мало?.. Спидвагон тут же закивал головой, уже начиная мысленно умолять Цеппели, чтобы он прекратил его дразнить, пускай и очень приятно, и двигал рукой нормально. Тот словно понял это и, очевидно, решив сжалиться над блондином, сжал основание в два раза сильнее и стал перетирать толстую разгоряченную головку между пальцев. Роберт так зажмурился, что из глаз у него потекли небольшие слёзы. Сам не зная, зачем, он попробовал на этот раз сдержать стон, но ничего ровным счётом не получилось. Ему было слишком приятно. Уилл усмехнулся, наблюдая, как блондин заливается румянцем гуще прежнего. — Гляжу, нравится тебе, — удовлетворённо произнёс он, продолжая массировать головку. Спидвагон внезапно распахнул глаза и, тяжёло дыша, уставился на Уилла, — что ты на меня так смотришь? Хочешь сказать, нет?.. А это тогда что? — он слегка тряхнул рукой, строго смотря на сероглазого, и тот заметил на ней капельки белой смазки. От этого стало малость стыдно, Спидвагон смущённо отвёл взгляд, будто бы извиняясь, но Цеппели, кажется, ничуть даже не возражал. — Не стыдись. Это абсолютно нормально, что тебе нравится, — успокаивающе прошептал он, продолжая умело двигать правой рукой и аккуратно беря блондина за подбородок левой, тем самым вынуждая его посмотреть себе в глаза. Тот нервно моргнул. Потом Уилл посмотрел вниз и улыбнулся: — о, я гляжу, ты уже всё. Спидвагон не сразу понял, что он имел в виду, но через секунду на него дошло, когда барон провёл своим холодным пальцем вдоль всей длины достоинства блондина, которое к тому времени уже полностью затвердело и встало почти под прямым углом. Своими стонами блондин дал Уиллу понять, чего он хочет. Тот буквально секунду что-то обдумывал, а потом нагнулся к его лобку и стал оставлять на нём мимолётные поцелуи, иногда перебирая языком короткие и светлые, почти незаметные лобковые волосы. Спидвагон не сводил с него глаз и резко и протяжно стонал, когда Цеппели чуть прикусывал кожу на лобке, но ниже не двигался. Не выдерживая, Роберт требовательно раздвинул обе ноги, тем самым намекнув на то, чего он хочет, чего они оба хотят. Уилл слабо усмехнулся, но ничего не сказал и послушно принялся за место чуть ниже лобочка. Спидвагону стало так жарко, как будто бы у него температура была под сорок два. Обе щёки и уши полыхали огнём, который было невозможно потушить, а волосы промокли и неприятно липли к шее и вискам. Пальцы потели и мучительно чесались, Роберт в красках представлял, как накинется на Уилла, едва только тот снимет с него наручники. А брюнет тем временем продолжал играться с самой головкой своими тонкими губами, не опускаясь ниже и не подключая к процессу язык. Спидвагон от этого испытывал приятные муки и со стонами сам начинал толкаться ему в рот, чтобы тот взял глубже. Но барон не торопился и продолжать сосать и иногда кусать одну головку, тем самым доводя Роберта до полной эйфории. Блондин блаженно стонал и ёрзал по дивану, как одержимый, не замечая, что из-под кляпа у него вовсю текут слюни, и что его рубашка промокла насквозь. По всему телу разошлась приятная слабость и будоражащие мурашки. Наконец, Цеппели взял поглубже и заглотил почти половину, став делать глотательные движения и бегло проводить языком по тому чувствительному месту, где начиналась головка. Каждая нервная клеточка на теле блондина возбуждалась. Спидвагон словно обезумел от удовольствия. «Чёрт, я сейчас с ума сойду!.. — думал он, тщетно пытаясь не елозить туда-сюда по дивану, но у него выходило это как-то чисто машинально и невольно, — аааа, как же приятно… А ему это тоже нравится, судя по всему!..» Ещё бы Уиллу не нравилось. Заведясь от этих невнятных стонов и беспомощных ёрзаний, он нетерпеливо заглотил почти весь член целиком, хотя он еле пролезал ему в рот. Сероглазый чуть не задохнулся, пытаясь не кончить. Понимая, что всё целиком не сможет пролезть ему в рот, брюнет начал помогать себе руками. Это продлилось около десяти минут. Спидвагону никогда не было так хорошо, никогда он так не возбуждался, но, как ни странно… Кончить он не мог. Чего-то не хватало для того, что довести Спидвагона до полного экстаза. Уилл, кажется, понял это и с характерным звуком отлепился от причиндалов Роберта. — Ты почему не кончил? — спросил он. Казалось, он пытался сделать свой голос суровее, но был слишком уставшим. Спидвагон начал что-то мямлить, и тогда Уилл чуть-чуть приспустил кляп, чтобы он мог говорить. — М… М… Мистер Цеппели… — совершенно ослабевшим голосом произнёс он, — это… Это было п-просто… — Спидвагон не мог даже слов найти, но хитрый Уилл и так его понял. — Ха-ха, я понял тебя, спасибо. Но скажи мне всё-таки: почему ты не кончил? Спидвагон смущённо отвёл глаза и еле выдавил: — Сам н-не знаю… Он по-прежнему был весь красный, вспотевший и очень уставший. Казалось, каждое слово давалось ему с невероятным трудом. — Ладно… — Цеппели выглядел очень задумчивым. Он думал, как ещё можно поиграть со Спидвагоном, чтобы наконец-то довести его до разрядки. И тут, он кое-что придумал и очень широко улыбнулся. — М-мистер Цеппели??? Что Вы на меня так смотрите? — воскликнул блондин, тоже улыбаясь слабоватой довольной улыбкой. — Я, кажется, знаю, как тебя развеселить, — разминая пальцы, произнёс Уилл, и его улыбка стала невероятно игривой. Он понял, что сейчас, когда Спидвагон очень ослаб и почти не может даже двигаться и сопротивляться, его тело очень чувствительно и очень уязвимо… К щекотке! «О да! Почему бы не защекотать его до истерики?! Хороший будет финал наказания! Уж от этого-то он должен кончить, он же очень чувствителен к этому!» Недолго думая, Цеппели накинулся на Спидвагона и принялся его безжалостно щекотать, да ещё и специально в самых чувствительных к щекотке зонах. Роберт буквально пол-секунды лежал ошарашенный, а потом засмеялся и принялся отбиваться. — А-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-Х, М-МИСТЕР ЦЕППЕЛИ!!! — отчаянно дёргаясь и пытаясь скинуть Уилла с себя, завопил он, — Н-НУ ВЫ ХУЛИГАН, А-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА… НУ ВСЁ, А-ХА-ХА-ХА, ХВАТИТ, ХВАТИТ! Как бы он не возбуждался от щекотки, это для него было слишком. Но тот был абсолютно беспощаден к своей жертве и только быстрее елозил холодными проворными пальцами под чужим коленом, вызывая очередной прилив истерического смеха. Это место у Спидвагона оказалось одним из самых чувствительных. — Ого, кажется, я нашёл твоё самое слабое место, — ухмыльнулся шалунишка Уилл. — МИСТЕР ЦЕП… ЦЕП… ЦЕППЕЛИ, НУ ПРОШУ ВАС, НЕ НАДО! — задыхаясь, выпалил он. — Нет, я не перестану, пока ты не кончишь! — почти коварно произнёс Уилл, продолжая левой рукой щекотать под коленом, а правой — живот, и щекотался он очень умело. «Чёрт, он меня убить захотел! — с ужасом думал сероглазый, продолжая трястись от смеха и буквально молить брюнета о пощаде, — если в его планах довести меня до обморока, то он уже наполовину справился!» Барон продолжал издеваться над чужим телом и при этом приговаривать: — Кто это у нас боится щекотки?! Кто это у нас боится щекотки?! — Я БОЮСЬ, Я БОЮСЬ!!! — Роберт принялся кивать головой, надеясь, что тем самым сможет остановить Уилла, но всё было тщетно, — А-ХА-ХА-ХА-ХА, НЕ НАДО, НЕ НАДО! ПОЖАЛУЙСТА! А-ХА-ХА… Не обращая внимания на истерические вопли, Цеппели резко перешёл от живота к подмышкам, а от правого колена к правому боку. Спидвагон пробовал скинуть Уилла с себя, но тот буквально оседлал его ноги и не позволил себя с них скинуть. Около пяти минут длился этот кошмар (для Спидвагона кошмар), а потом блондин не выдержал. Пальцы Уилла слишком приятно возбуждали и наказывали его, и не важно, чем — лаской или очень жёсткой щекоткой. И он наконец-то кончил, и не куда-нибудь, а на брюки Уиллу. Тот прекратил его мучить и немного растерянно оглядел себя и свои испачканные брюки. Спидвагон астматично дышал и никак не мог прекратить смеяться. — Ты как, живой? — с лёгкой усмешкой в голосе спросил брюнет. Еле прекратив смеяться, Спидвагон вдруг сощурился и выпалил: — Вы дурак, чуть не убили меня! — он ожидал, что Уилл обидится на него из-за таких слов, но тот вдруг расхохотался, — почему Вы смеётесь?.. Уиллу было смешно со Спидвагона и его реакции на всё это, но, естественно, говорить об этом он не решил. — Сам не знаю, Спидвагон… — Цеппели снял с шеи Роберта кляп, который был весь мокрый, а потом НАКОНЕЦ-ТО принялся снимать наручники, — ладно, извини. Просто, мне показалось немного милым то, что в твоём возрасте и с твоим телосложением ты так бурно реагируешь на щекотку. — Это ни капли не мило! Почувствовав, что его руки наконец-то свободны, Спидвагон тотчас начал их разминать. Они затекли и жутко ныли, как будто бы кто-то насыпал в них опилок. — Всё хорошо? — спросил Уилл заботливо, как будто бы ничего не случилось, и принялся осматривать кисти Спидвагона, — растяжения нет?.. Блондин хотел начать ругаться по поводу того, что из-за него чуть от смеха не задохнулся, но спорить и ругаться не было сил. И, к тому же, резко перехотелось. Напротив, ему захотелось прижать Уилла к себе и больше не ругаться. «Кого я обманываю? — подумал Спидвагон, — меня это возбудило, я даже кончил от этого, и всё благодаря мистеру Цеппели! Я же в восторге, просто почему-то я отказываюсь признаваться в этом самому себе… Надо как-нибудь предложить ему повторить это». — Нет, успокойтесь… — слабо выдыхая, Роберт слегка улыбнулся и обнял обнажённую талию Уилла. Тот тесно к нему прижался и обвился руками вокруг широких плеч. …Молча и в обнимку они пролежали около пяти минут. Спидвагон абсолютно потерял счёт времени. Он помнил, что, когда пришёл Уиллу в гости, было около семи вечера. Но он не мог представить, сколько продлилось наказание (вот думаю, кавычки ставить здесь или нет?). Надо спросить об этом у мистера Цеппели, если он ещё не уснул… Ему ведь часы получше видно. — Мистер Цеппели? Спите? — аккуратно спросил Спидвагон. — М? — послышался голос Уилла у блондина над ухом, — что ты хочешь? Роберт вдруг замялся с ответом и вместо того, чтобы спросить, сколько времени, сказал совсем другое: — Я… Я л-люблю Вас. — Я тоже тебя люблю, дорогуша, — тут же ответил Цеппели, целуя Спидвагона в щёку. Тот невольно улыбнулся и вдруг кое-что вспомнил: — Теперь, когда наказание закончилось, можно мне Вас..? — не договорив, он нежно погладил барона по талии обеими руками, и тот сначала хотел возмущённо отпрянуть, но вместо этого только крепче прижался к сероглазому, — о, да Вам нравится?.. — тут Спидвагон пытался скопировать хитрый тон Уилла, чтобы хоть немножко его засмущать. — Вот хитрюга, — с притворным недовольством произнёс брюнет, — что ж, хорошо… Можешь меня лапать… Но… Смотри не переусердствуй. А то ты сам знаешь, что будет, — он взял с тумбочки кляп и игриво потряс им у Спидвагона перед носом, а потом положил обратно, — накажу. После таких слов он как бы в отместку дотронулся кончиками пальцев до подбородка Роберта и стал его гладить. Спидвагон невольно улыбнулся и покраснел. — Я только рад этому буду, — подставляясь под ласковую руку Уилла, чтобы он мог везде его погладить, прошептал он, — да, я был бы не против… Если бы Вы меня опять наказали. — Отлично! Я всё сам хотел тебе предложить как-нибудь ещё раз заняться этим, только с верёвками, а не с наручниками, но боялся, что ты будешь против. Хе-хе, — Уилл усмехнулся и стал дразняще щекотать нежную кожу под подбородком, заставляя её обладателя краснеть гуще. Это уже была щекотка, от которой хотелось не смеяться, а только улыбаться — она была очень приятной. Спидвагон тоже улыбнулся и блаженно закрыл глаза, а талию Уилла сжал сильнее и тоже стал поглаживать. — Ммм… Верёвки? — он приоткрыл один глаз и немного испуганно приподнял бровь. — Ага. Но, полагаю… Мы займёмся этим как-нибудь попозже. Например, — тут он посмотрел Спидвагону в глаза, хитро сощурился и… облизнулся, — когда ты опять будешь себя плохо вести. — Х-хорошо. Понял, — ответил блондин, закрывая оба глаза. Уилл замолчал и некоторое время продолжал водить пальцами под подбородком, но постепенно перестал. Примерно через десять минут после их разговора, когда Спидвагон уже начинал засыпать, Цеппели обратился к нему. — Спидвагон… Спидвагон!.. — М, что?.. — Давай я одеяло принесу, чтобы мы не замёрзли? — приподнимаясь, предложил Уилл, но Роберт не отпускал его. — Не надо. — Но мы можем замёрз… — Нет, не уходите никуда, прошу Вас, — его голос звучал так жалобно, что Уилл тотчас передумал идти за одеялом, — я хочу с Вами полежать. — К-как хочешь, дружок, — немного смущённо произнёс Цеппели и добавил кокетливо: — ну ничего, я дождусь, пока ты уснёшь, и обязательно принесу нам одеялко! Роберт в ответ только сощурил свои глаза с притворным недовольством, а Уилл усмехнулся. Крепко, чтобы не упасть, Цеппели вновь обнял Спидвагона за плечи, тот чуть-чуть притянул барона к себе, и оба посмотрели друг на друга с улыбками. Оба были счастливы, как никогда. Наконец-то они друг друга нашли. Теперь они всегда будут вместе. С такой мыслью они и уснули. *** Наутро удивлению Спидвагона не было предела, когда он обнаружил, что лежит под мягким тёплым одеялком, а под головой у него — диванная подушка, чтобы было мягче. Уилла рядом с ним не было — встал раньше. «Ох уж этот мистер Цеппели… А ведь и не соврал!»