Мальчишка

Акинфеев придавливает славу к кровати, смотрит равнодушно прямо в глаза. От осуществления мечты должны быть только приятные эмоции, но Слава испытывает только страх. Тело не хочет двигаться, он как кролик перед удавом. -Ну что ж ты замолчал, ты ведь этого хотел, готов был на всё ради этого,- голос у Акинфеева был высмеивающий, от этого становилась больно. Игорь стянул с несопротивляющегося парня футболку и шорты, оставив только трусы. Стал кусать открывшуюся шею, без нежности, а руками развёл ноги и устроился между. Славе страшно и отвратительно от самого себя, потому что он не может оттолкнуть Игоря, сказать прекратить. У Владислава слезятся глаза. «Я хотел не так, добровольно, без злости». Приходит в себя только когда Игоря стягивает с него трусы. Он, насколько может, отталкивает Акинфеева. -Прекратите, пожалуйста, мне неприятно, - всхлипывая, просит мальчишка. С Игоря спало полотенце, и на Славе больше не было одежды. Он сейчас полностью открыт перед Игорем и ничего не может сделать. «Зачем он так поступает, я ни этого хотел. Просто быть с ним рядом…» -Неужели противно? - Игорь прижимается членом к паховой зоне Славы и трётся, вызывая вздохи и всхлипы, - у тебя стоит. Как ты можешь утверждать, что тебе неприятно, - Игорь берёт руки Славы и заводит их за голову младшему, не отпускает. -Пожалуйста…отпустите, я не хочу так…Игорь, пожалуйста,- тут Игорь приходит в себя и осознаёт, что довёл ребёнка. Смотря на заплаканное лицо Славы, в Игоре просыпается нежность, желание заботиться. «Какой же я подонок. Хотя…так будет лучше, поймёт, что я не лучший выбор в его жизни». Акинфеев встаёт с кровати, быстро одевается и уходит, оставляя младшего плакать одного. После этого случая Игорь не ночует в их номере, а Слава больше не подходит к Игорю, кроме рабочих моментов, боится. Но тяга у него к Игорю Владимировичу не проходит, даже как то сильнее становится, и от этого мальчику страшно в двойне. Если Слава продолжит свои попытки, то Игорь легко сможет использовать его, растоптать чувства, хотя он это уже сделал.