Горький шоколад

      Розэ была не из пугливых девочек, которые не могли за себя постоять или ради разнообразия разбить кому-то лицо, наоборот, она ввязывалась в драку и выходила победителем за счёт ярости, что захватывала плечи и управляла её хрупким на вид телом. С девушками она дралась отлично — вырывались клочья волос, крики стояли на всё пространство, а потом Пак наносила удар в солнечное сплетение, поправляя вскоре макияж и сетуя на обломанные ногти. А вот с мужчинами же всё было значительно труднее.       Все они, без исключения, мощные, сильные и часто могут только щёлкнуть пальцем — и девушка уже свалится, выплёвывая кровь изо рта. Нам Джун пытался натренировать её на своих амбалах, чтобы в тёмных подворотнях могла дать отпор, но всё закончилось достаточно плачевно — Ким самолично отбил почки одному из своих охранников, когда он прострелил бедро Чеён навылет, из-за чего остался шрам, не особо заметный, но напоминающий о тех событиях.       После этого Нам Джун перестал тренировать свою девушку, банально предлагая ей любого человека из окружения на выбор, чтобы он её сопровождал, а Пак окончательно обленилась и решила, что ей проще прятаться за спиной любимого мужчины. Такова позиция практически любой девушки — если есть парень, то никто, кроме него, не нужен, даже обученные амбалы, готовые за своего хозяина и его сучку не то чтобы глотку перегрызть — надругаться над трупом. Страшные люди порой работали на Кима и других преступников, переплавляющих наркотики, оружие, дорогой алкоголь и покрывающих разные точки наравне с полицией, которая тоже получала долю.       Мысли о помощи Нам Джуна всплывали всё чаще: Розэ, конечно, перестала так сильно бояться Чонгука, но что-то в нём тревожило, будто он мог одним щелчком пальцев вспороть ей живот и вскрыть вены. Проснувшись утром и осмотрев вмятину на входной двери, которая была на уровне груди, Пак Чеён приняла твёрдое решение — сегодня, после завтрака, на котором сосед никогда не присутствовал, она позвонит своему бывшему и договорится о встрече. Главное не потерять сейчас это настроение «докопаться до истины и не умереть по пути».       Девушка привыкла есть на скорую руку и даже сейчас этой привычке не изменила, жаря яичницу и быстро закидывая её беконом; обычный заварной кофе она залила кипятком — и всё, завтрак, который не пригорел, готов. Джису научила её готовке максимально простых блюд, потому что мать в своё время забила на дочку огроменный болт, вот и пришлось поначалу как-то выкручиваться самой. Потом, уже окончательно встав на ноги, она стала стряпать под чётким руководством подруги, и та не могла не нарадоваться на свою ученицу.       «Я думаю, я буду хорошей матерью, раз у меня даже ты стала готовить», — Тэхён тогда покраснел, как незнамо кто, откашлялся, но решил не поднимать именно сейчас этот вопрос — не надо, не трогай, пока это на тебя не нападает.       Гудки казались слишком долгими, Розэ ходила из одного угла в другой, злилась, думала, что уже с утра пораньше её бывший с кем-то развлекается. Конечно же, она плевала на личную жизнь Кима, но спустя пять гудков он всё же должен ответить, не так ли?       — Да, Чеён? — голос сухой, будто его отвлекли от важного дела, а сама Пак выдохнула — ей действительно надо было услышать его. — Что-то стряслось?       — Можем ли мы поговорить о Чоне Чонгуке? — это звучало как «можем ли мы поговорить о Господе нашем Боге?», но девушка отогнала от себя все мысли — сейчас ей нужно договориться о встрече, чтобы потом не выносить себе мозг. Действительно, а почему Чон Чонгук такой? Может, он такой же, как и её бывший, только ещё больше ушибленный в голову?       Страшно.       — И зачем нам говорить о Чонгуке? То, что он ёбнутый, тебе ни о чём не говорит? — Ким, будто издеваясь, зевнул, а девушка готова была вспылить, но умерила собственный гнев. Ей не на что злиться, испытывать негативные эмоции тут должен потревоженный мужчина, которому явно будет неприятно и её общество, и готовящийся разговор. — Или ты спуталась с ним?       — Точнее, он со мной, — отозвалась Розэ. — И… мне нужна помощь.       — Скинь сообщением, откуда тебя забирать, я скоро приеду.       Каким бы Нам Джун сейчас недовольным ни был, услышав о том, что девушка находится в беде, он примчится незамедлительно, ведь знает — если никто не поможет, может случиться беда. Только тут поправочка — беда живёт за стенкой, отсыпается до полудня, а потом как ни в чём не бывало приходит к своей соседке, чтобы попытаться стать хотя бы другом. Факт: он ни за что и никогда не сможет с ней подружиться.       Как только девушка более-менее оделась и накрасилась, чтобы не быть серой мышью, на телефон пришло сообщение о том, что Ким уже стоит внизу и ждёт её. Захватив небольшой рюкзак с вещами первой необходимости, в которую входили ID-карта, ключи, телефон и небольшая, чисто полевая, косметичка, Пак накинула куртку и втиснулась в обувь. Оставалось только преодолеть расстояние от своей квартиры до выхода из комплекса, потому что Розэ поняла — это полоса препятствий, когда о каждом её шаге могут запросто доложить Чонгуку.       Заперев дверь на все замки и снова уставившись на вмятину, Пак допустила мысль, что у молодого человека достаточно сильные проблемы с контролем гнева: ему не нравится, когда кто-то действует не так, как Чону хочется, потому он и готов разорвать её на части из-за непокорности. Обязана ли она вообще ему покоряться?       Нет. Пошёл он лесом.       Лифт приехал буквально через минуту, и уже после закрытия створок Розэ начала бояться, что внизу встретит того, от кого бежала бы горящим полем, сгорела бы, но не попалась в лапы. Консьерж, сидящий внизу, тоже явно будет за ней следить и докладывать не то что о каждом шаге — о каждом чихе, взгляде и шорохе. Вот что значит паранойя, когда сидишь постоянно в одном пространстве, за стеной мужчина, которого страшно боишься, а вокруг, кажется, одни враги, могущие навредить.       Выйдя из лифта, Розэ твёрдой походкой направилась к выходу из жилого комплекса, расправив плечи и зная, что её не тронут. Она всегда знала, что для того, чтобы казаться уверенной в себе, надо таковой выглядеть, это достигается за счёт осанки, правильного взгляда и годами выработанной походки. Но всё же в этот раз девушке не особо повезло.       — Девушка, вы из четыреста пятьдесят шестой квартиры? — Розэ обернулась на голос, раздавшийся откуда-то слева. Там сидел консьерж, который пилил её взглядом и настоятельно всем своим видом советовал возвращаться домой, в тёплую постельку, за помятую дверь, которую чёрт знает кто будет чинить. Сама девушка? Нет уж.       — Да, — сказала Пак и продолжила движение. — Что вам надо от меня?       — Ваш сосед настоятельно просил проследить, чтобы вы не выходили из квартиры, — мужчина вышел из небольшой комнатки, в которой будто жил и работал, и Чеён буквально приросла ногами к полу. Худшие опасения подтвердились: Чонгук действительно организовал за ней слежку. — Куда вы?       — А вам не кажется, что вас ебать не должно, куда я там направляюсь? — девушка сжала руками лямки рюкзака и поняла, что если сейчас не поторопится, то не успеет всё обговорить с Нам Джуном. Если же она замешкается, то консьерж успеет позвонить Чонгуку, и тот тогда устроит ей разнос за нарушение правил, которые ей не предоставляли. — К подруге иду. Она там стоит.       — Подруга, являющаяся молодым человеком на дорогом Ламборгини? Ну-ну, — мужчина чуть наклонился и обдал танцовщицу запахом сигарет, который въелся в его одежду и кожу. Если он простоит рядом с девушкой ещё пару секунд, то в её волосы въестся отвратительный аромат. — Ты же понимаешь, что я могу запросто твоему хахалю сказать, что ты по разным мужикам шляешься и грубишь старшим? Уж он-то точно тебя отшлёпает, да так, что ты сидеть потом неделю не сможешь. Хочешь такую участь?       — А ты по ебалу не хочешь? — и после этих слов рюкзак со всеми вещами так смачно прошёлся по лицу и шее консьержа, что его крик от неожиданности и боли заглушил топот ног Чеён, что резво направилась к выходу, вывалилась наружу и сразу же наткнулась на Нам Джуна, который, несмотря на тон разговора по телефону, приветливо улыбался. — В машину, быстро! Потом всё объясню!       Ким быстро снял автомобиль с сигнализации, и Пак заскочила на пассажирское сиденье, пристёгиваясь, — её примеру последовал и сам водитель, максимально быстро выруливая из двора и сливаясь с потоком разноцветных машин. Только после того как дом остался позади, девушка выдохнула и зарылась пальцами в волосы: она молодец, она вырвалась, пускай теперь Чонгук ищет её по закоулкам Сеула и жалеет, что был с ней таким грубым. Чеён не прощает плохого отношения к себе, старается с такими людьми разорвать все контакты, но с этим мужчиной не получится совершить подобное — он ведь прирежет за неповиновение.       Как оказалось, Нам Джун заказал приватный столик в одном из ресторанов, потому быстро взял спутницу под локоть, заблокировав двери, и устремился к зданию с уютной верандой, на которой висели горшки с цветами. Он будто знал, что Розэ сейчас нуждалась именно в этом — чём-то летнем, хорошо пахнущем и, главное, ей нужно было хорошо покушать и наконец-то расслабиться. Даже в обществе бывшего парня она чувствовала себя раскованнее, чем рядом с молодым человеком, который пугал её до чёртиков одним своим существованием.       Ресторан удивлял размахом пространства, хоть и казался снаружи неприметным и узким; официанты, как и администратор, были вежливы и учтивы, не совали носы не в свои дела и делали всё, что их просили. Нужно принести два бифштекса с кровью? Пожалуйста. Нужно вызвать шеф-повара? Конечно-конечно, он сейчас подойдёт, только не нервничайте и не беспокойтесь, у этого человека так ведь мало дел, ещё надо с какими-то выскочками разбираться! Обслуживание было действительно на уровне, чему и обрадовалась девушка, когда её и Нам Джуна привели в нужную небольшую кабинку и разложили меню вместе с барными предложениями, но алкоголь отмели сразу, ведь Ким сидел за рулём, а Розэ сейчас хотела сохранить свой рассудок в трезвости.       — Что вы хотите заказать? — спросил официант, слегка оглядывая великолепной красоты девушку, что заинтересовала сразу, как только вошла в ресторан. Пак Розэ умела выглядеть дорого и управлять своим телом так, чтобы каждый, даже имея девушку или жену, выкручивал шею и жалел, что она прошла мимо, а не остановилась.       — Паэлью с королевскими креветками и чёрный чай с лимоном, — девушка достаточно резко захлопнула маленькую книжечку и обратила взор на Кима. — А ты что будешь?       — Удон и к нему бифштекс, а ещё кофе, — мужчина последовал дурному примеру и тоже быстро закрыл меню. — Спасибо.       — Скоро всё будет готово!       Розэ смотрела вслед официанту, что их обслуживал, и как только он скрылся из поля зрения, она выдохнула. Этот молодой человек был чересчур вежливым и аккуратным, походил на шпиона, и в тот момент девушка поняла, что ею окончательно и бесповоротно завладела мания преследования. Чёрт побери, а ведь пыталась от неё избавиться, но ничего не получилось.       — Рассказывай, как ты вообще с ним спуталась, — как только пространство вокруг очистилось от посторонних лиц, Ким сразу расслабился и стал вести себя по-другому — более деловито и обеспокоенно. — Не дай бог ты сама положила на него глаз, а теперь жалеешь — я тебе голову самолично откручу и повешу у себя над дверью, пусть Лиа любуется.       Розэ оказалась неприятно удивлена тому, что у её бывшего появилась девушка, а он расхаживает по ресторанам с другой, выслушивает её сопли и даёт советы по улучшению жизни. Женская солидарность в ней всё-таки присутствовала, и сейчас она орала о том, что Пак поступала нечестно по отношению к Лии.       — Он меня купил у Чимина, понимаешь? — возмущения было не скрыть, но поток слов прервал вернувшийся официант с водой в стаканах и просьбой «ещё немного подождать» — много заказов, шеф-повар приносит личные извинения. Как только молодой человек, будто посланный для подслушивания разговоров, ушёл, Розэ продолжила: — Он поместил меня в квартиру, которая рядом с ним, ежедневно заваливается пить вино и есть мою еду, а недавно ещё начал брать с собой в свою эту идиотскую банду и заставлять выполнять какие-то задания. Я просто надеюсь, что он не скажет мне кого-то убить, потому что… потому что… — девушка задохнулась и не смогла должным образом закончить предложение.       — Потому что сам Чон Чонгук является наёмным убийцей, — после этой реплики воцарилась тишина, а официант скользнул к столику, тихо разложил еду и приборы и удалился, пожелав паре приятного аппетита. — Он тебе этого не говорил?       — Я об этом узнала буквально только что, — Розэ проткнула вилкой креветку и выдохнула, — спасибо за информацию, мне даже не стало легче от этого. Я теперь поняла, почему он такой.       — Странно жить с убийцей за стенкой и не знать об этом, сдаёшь позиции, моя Розочка, — хмыкнул Нам Джун. — На что ещё будешь жаловаться?       — Да я вроде всё сказала, что хотела, — отпив чай с лимоном, девушка вздохнула. — Я хочу обратно в клуб, но Чимин, я знаю, не возьмёт — если только Чонгук сам меня не вернёт. Это бесчеловечно. Я хочу танцевать и собирать с людей деньги за просмотр, а не сидеть постоянно взаперти и не жаловаться. Этот урод может сломать меня.       — Всех людей ломают жизнь и обстоятельства. Ты — лишь одна из немногих, кто считает себя не до конца сломленной, — и Нам Джун скрыл лёгкую улыбку за чашкой кофе.       Они доели и, расплатившись, молча вышли из ресторана, садясь в машину и направляясь к жилому комплексу, где Розэ-беглянку явно ждал разозлённый многочисленными выходками Чонгук. Зато теперь девушка точно знала, что сосед может убить её за любую провинность. Класс, спасибо за такие знания, Нам Джун, без них действительно жилось легче. Автомобиль стоял на парковке, оба молодых человека пока сидели в салоне, и кажется, будто Пак решила вообще не вылезать, дабы не окунаться вновь в тот омут, из которого так хотелось вынырнуть.       — Если будут какие-то проблемы, — бывший повернулся и слегка улыбнулся, — то обращайся ко мне, хорошо?       — Лиа твоя не заревнует? — получив отрицательный кивок головой, девушка цокнула языком. — Ладно. Если возникнут проблемы — я сразу к тебе.       Захлопывая дверь дорогого автомобиля, Розэ шла в жилой комплекс как на эшафот — именно там её ждал Чон Чонгук, который явно не будет рад тому, что его соседка ошивалась в обществе своего бывшего. Только вот почему его ебут её отношения и то, с кем она видится для совместного обеда?