Король умер, да здравствует король!

      Ответы на все вопросы, которыми задавался Дьявол, нашлись в глазах обыкновенной Непризнанной, смотревшей на него с такой преданностью и обожанием, что его сердце, остававшееся глухим к любым чувствам до ее появления, затрепетало в груди, словно у мальчишки. О, Люцифер помнил тот день, когда она появилась в школе Ангелов и Демонов, будто это случилось только вчера. Тогда он никак не мог взять в толк, почему подавляющее большинство рожденных бессмертных поддались ее очарованию и сочли ее чуть ли не равной им. Самого же Дьявола дерзкая Непризнанная раздражала до трясущихся рук. И что же он нынешний сказал бы об этом раздражении теперь? Ему оставалось только сожалеть о своем прошлом или смеяться над ним вместе с Вики.        Поймав девушку за хрупкие запястья, он притянул ее к себе настолько близко, что ее горячее дыхание опалило его губы. Он провел кончиком языка по ее нижней губе, дразня глупую Непризнанную, и почувствовал, как задрожало от желания ее тело. Дьяволу нравилось, как она реагировала на его прикосновения, как тянулась к нему в ответ, как расширялись ее зрачки при взгляде на него.       Дьявол давно предал все, во что верил, и даже не заметил этого.       Предал ради нее. Прогрызая себе путь к замку, Люцифер мог думать только о том, что если Уокер заберут, он не остановится, пока не вернет ее, пока она снова не окажется рядом. Оказалось, что все его причины, по которым он привел Вики в Ад, были ложными, на самом деле он хотел только ее, а не ее силу. Дьяволу было несложно принять свое поражение, потому что в этой битве он пал к ногам девушки, которая уже давно отдала ему свое сердце. Он видел это в блеске ее глаз, слышал в каждом ударе сердца и улавливал в каждом вздохе, слетевшем с ее приоткрытых губ.       — Знаешь, Уокер, когда ты смотришь на меня вот так, я готов отдать все, что у меня есть, лишь бы этот взгляд не изменился. Никогда.       У девушки перехватило дыхание. Она и без того была уже на грани сумасшествия, а услышав эти слова, совершенно потеряла связь с реальностью. Люцифер не позволил ей прийти в себя — отпустив ее руки, он осторожно расстегнул пуговицы на ее платье, обнажая грудь, и припал губами к нежной коже. Ее дыхание участилось, сердце забилось слишком часто от непривычных ощущений, ведь обычно Дьявол не был столь нежен.       Ухмыльнувшись от удовольствия, Дьявол прихватил зубами ее сосок, и его улыбка стала только шире, когда он услышал, как девушка, не сдерживаясь, застонала. Этот звук, пронизанный наслаждением и желанием, прокатился по залу, проник в сознание Дьявола и лишил его остатков самообладания. Сердце его забилось с такой силой, что ребра, сдерживающие его, готовы были вот-вот превратиться в пыль, он терзал ее грудь поцелуями и укусами, словно обезумев от скупости и желания обладать ее совершенным телом. Движения становились все более несдержанными, мысли, путаясь, улетучивались, а тело начинала бить мелкая дрожь. Руки Люцифера, проникнув под подол ее черного платья, пробежались по идеальным бедрам Непризнанной и стиснули их своей железной хваткой, приподняв ее, он посадил девушку себе на колени так, чтобы стройные ноги обвились вокруг его торса. Идеальная, восхитительная и принадлежащая только ему одному Вики Уокер запустила пальцы в волосы на его затылке и потянула, заставив Люцифера оторваться от ее груди и поднять голову.       — Поцелуй меня, Дьявол.       Он впился в ее губы с небывалым остервенением. Волна абсолютно новых и неизведанных чувств поднялась в душе Люцифера, захлестывая его. Никогда прежде он не хотел никого так, как хотел Вики Уокер, ни к кому не испытывал того, что испытывал к ней. Неожиданно в его памяти всплыло лицо Дино, и ревность, всколыхнувшая все его естество, выбила его из колеи. Чертов Ангел слишком часто вставлял ему палки в колеса. Люцифер с рычанием оторвался от ее губ и напал поцелуем на ее тонкую шею, кусая и оттягивая нежную кожу. Он хотел, чтобы на ней остались его отметины. Хотел, чтобы все миры знали, кому она принадлежит. Словно изголодавшийся зверь, он снова и снова целовал ее, ловил губами ее стоны и сам сходил с ума от дикого, почти первобытного возбуждения. Его руки блуждали по ее телу, потеряв всякий стыд, сминая нежную кожу, оставляя на ней синяки от своей несдержанности.       А Вики уже просто горела. Горела внутри и снаружи, ее кожа и сознание плавились от прикосновений короля. Ее дрожащие руки торопливо пробежались по его крепким плечам, соскользнули на грудь и, наконец, добрались до пряжки на ремне.       — Хочешь, чтобы весь замок сбежался на твои стоны?       — Плевать мне на твой замок. — Рыкнула Непризнанная, рванув пряжку.       — Ты плохо на меня влияешь, Уокер.       Восхищенно глядя на ее раскрасневшееся лицо, Люцифер вздрогнул, когда Вики приподнялась, а затем начала медленно опускаться, полностью вбирая его в себя, заполняя себя до предела. Чертовка тоже умела играть в игры. Она хотела помучить его, хотела отплатить ему той же монетой, которую всего пару мгновений назад Дьявол вручил ей. Как он вообще мог подумать, что она когда-либо грезила о Небесах? Разве могут глаза Ангела так Адски блестеть?       Он буквально мог услышать, как Ад падает к ее ногам вместе с ним самим, как в ней растет что-то воистину Демоническое, как она меняется, становится еще прекраснее, если такое вообще возможно.       Обхватив ее тонкую талию, Дьявол притянул девушку еще ближе и вторгся в ее тело до самого предела, выбив из ее груди пронзительный стон. Вики вцепилась ногтями в его плечи, кажется, прорвав насквозь ткань рубашки. Почувствовав укол едва ощутимой боли, Люцифер улыбнулся и начал двигать бедрами, вонзаясь в тело Вики, доставляя удовольствие им обоим. Наверное, весь чертов Ад слышал стоны Вики Уокер и соприкосновение двух влажных от пота и удовольствия тел, наверняка все Демоны с немалым удовольствием вслушивались в эти звуки, полные наслаждения. Влюбленный Дьявол уже решил, что приложит все свои силы, чтобы Вики впредь никогда не покидала его объятий и его королевства, которым будет править рука об руку с ним. Вбиваясь в ее тело, возможно, слишком резкими движениями, Люцифер смотрел в будущее, которое ему определенно нравилось, а Вики извивалась всем телом, сидя на нем сверху, и без устали повторяла его имя, словно мантру.       Они были созданы друг для друга — она, чтобы сделать его лучше, а он, чтобы испортить ее. Наверное, их встреча была предрешена самой судьбой, раз уж никто из них не сумел воспротивиться и отказаться от этой греховной связи.              Перед троном из обугленных костей, на котором гордо восседал Дьявол, собрались все Демоны, имеющие хоть какое-то влияние в Аду. Некоторых из них изрядно потрепала очередная отгремевшая битва с Ангелами, а другим повезло отделаться лишь легким испугом. Вики, стоя за спиной Люцифера, с интересом разглядывала лица тех Демонов, которых раньше ей видеть не приходилось. Все они были разными: у кого-то были изогнутые рога, лица других украшали черные татуировки, а третьих было крайне сложно отличить от простых смертных, но всех их объединяло одно — они склонились перед Дьяволом, безоговорочно приняв его, как короля.       Несколько Высших Демонов, которые раньше безропотно служили Сатане, разглядывали Вики в ответ, стоя почти у самого трона. Все они имели власть, к их словам прислушивались, и каждый из них мог начать в Аду гражданскую войну, лишь сказав одно слово против Непризнанной, с которым Дьявол, конечно, не согласится.       Из толпы вышел мужчина в строгом черном костюме-тройке, иссиня-черные крылья за его спиной тянулись за ним шуршащим шлейфом, а живые светло-карие глаза неотрывно смотрели на лицо Вики Уокер, которая, словно завороженная следила за его плавными движениями.       — Что же такого особенного в этой Непризнанной, мой король, что ради нее ты убил Азазеля и позволил умереть стольким Демонам? — Его голос едва отличался от шепота, а глаза, все еще обращенные на Вики, лихорадочно заблестели. На губах его тонких заиграла загадочная улыбка. — Ее красота, конечно, видна нам всем, но разве этого достаточно?       Глаза Непризнанной сузились, запылав гневом. Красота? Разве ценность женщины измеряется только ее красотой? Разве нет в женщине больше ничего, кроме красоты, чем можно заинтересовать мужчину?       Вики сделала шаг навстречу Демону раньше, чем Люцифер успел ответить. Сила, которая пробудилась в ней во время битвы у стен школы, снова дала о себе знать, заполнив ее до краев в поисках выхода. И нацелилась эта сила в этот раз на Демона, имя которого хозяйке даже не было известно.       Все остальные, присутствующие в зале, разом затихли.       Кажется, весь замок замер в предвкушении развития событий, а сама земля задрожала, почувствовав мощную энергию, которая исходила из кончиков пальцев самой обычной на первый взгляд Непризнанной. А Люцифер, усмехнувшись, откинулся на спинку трона и подпер голову кулаком, приготовившись к представлению.       Высший Демон отступил на шаг, его взгляд вдруг стал испуганным, кажется, он был одним из тех, кто наблюдал за падением самого Сатаны. Наверное, он отлично знал, что разозленная Вики Уокер в гневе способна на совершенно страшные и абсолютно необдуманные поступки.       — Я бы на вашем месте поосторожнее выбирала выражения. — Угрожающе прошипела Уокер, глядя Демону прямо в светло-карие глаза.       Демон смотрел на нее всего секунду или две, а затем в почтении склонил голову так низко, что его черные волосы почти полностью скрыли от глаз Вики его лицо. А следом за ним начали кланяться и все остальные. Вики с удивлением вскинула голову и окинула взглядом тронный зал, переходя от одного Демона к другому. Она не могла понять, что происходит ровно до тех пор, пока не встретилась взглядом с лукавыми глазами-рубинами Люцифера, который смотрел на нее с нескрываемой гордостью.       Только что перед ней склонился целый, мать его, Ад.       Вики, гордо расправив плечи, обуздала свой гнев, бушевавший внутри нее всего несколько секунд назад. Глядя на Демонов, склонивших перед ней головы, она задавалась вопросом, какие же еще сюрпризы готовит для нее бессмертие, и что, в конце концов, ей делать со злом, которое вырвалось на свободу во многом благодаря ей.       Пусть Мальбонте и не нападал, но Вики знала, что это лишь вопрос времени. Однажды ему надоест отсиживаться в тени, ведь он и без того провел в ней столь огромную часть своей жизни, и тогда он обрушит свой накопившийся за годы заточения гнев и на Рай, и на Ад. Нужно было что-то делать, необходимо было принять меры и обезопасить оба мира, не позволить им погибнуть, сохранить чертово Равновесие.       Вики, раздраженно щелкнув языком, развернулась, чтобы покинуть тронный зал без слов прощания. Подол черного платья, наспех застегнутого после незапланированного секса с Люцифером прямо на том месте, где ей кланялись его подданные, колыхалось при каждом ее шаге. Куда она шла? Туда, где появляться ей запретила сама судьба, связавшая их с Дьяволом души. На небеса. К Ангелу, который убил ее ради воскрешения Мальбонте. Раз Фенцио смог освободить темную сторону Бонта, то наверняка знает, как заточить ее снова.       — Вики, постой. — Люцифер смог догнать девушку только лишь на подходе к водовороту, но она продолжала решительно шагать дальше. — Да стой же ты. Куда ты собралась?       — В школу. — Отозвалась Непризнанная, не поворачивая головы.       — Что?! — Схватив ее тонкое запястье, он рывком развернул девушку к себе лицом. — Нет!       — Да.       — Уокер, твою мать, ты что, не в себе? — Зарычал Дьявол, отвлекая ее внимание к себе. Он был зол, но его злость не шла ни в какое сравнение с его страхом за ее жизнь. — Хочешь пустить все, ради чего умирали мои Демоны псу под хвост?!       — Хочу узнать, как избавиться от Мальбонте.              Он сталкивал Ангелов и Демонов намерено, чтобы они грызли друг другу глотки, расчищая ему путь к власти. А они, памятуя обо всех прошлых обидах, покорно шли у него на поводу, словно овцы на заклание.       Безмолвной тенью она скользила по школьному двору, то и дело натыкаясь на лужи крови, давно напитавшие собой землю, на перья, вырванные из крыльев Ангелов и Демонов, и на искореженное в пылу битвы оружие. Тела убитых уже давно убрали, но запах смерти все еще отравлял воздух. Вики, от отвращения сморщив нос, подбиралась все ближе к полуразрушенному зданию школы. Ей стоило огромных трудов убедить Дьявола отпустить ее одну, а не брать школу штурмом. Потери необходимо было минимизировать, чтобы в будущем было, кому сражаться с теми, кто примкнул к Мальбонте, если у нее ничего не получится. Непризнанная не знала, что помогло ей: железобетонные аргументы или чувства Дьявола, благодаря которым он не мог ей отказать, но факт оставался фактом — он снова поддался на ее уговоры, пусть и не испытывал особого восторга по поводу ее глупой и, возможно, даже самоубийственной затеи.       Взмахнув крыльями, Вики влетела в дыру, оставленную в стене чьим-то сильным телом, врезавшимся в нее от не менее сильного удара. В здании было темно и безлюдно, все ученики, оставшиеся в школе добровольно или по велению Серафима Ребекки, наверное, сидели в своих комнатах, словно полевые мыши в своих норах. Не обращая внимания на звук падающих откуда-то с неба обломков камней, Непризнанная шагала вперед, прямиком к кабинету Ангела Фенцио, предавшего свой народ, своего сына и себя самого. Вики ненавидела его за свою смерть, за его предательство, за то, как он обращался с ней во время учебы, за всю кровь, пролившуюся по его вине, но больше всего она ненавидела его за то, что он разочаровал Дино.       Имя Ангела обухом ударило ее по голове, заставив резко остановиться прямо посреди коридора. Темное, полуразрушенное, пустое здание преобразилось, когда в памяти Непризнанной всплыли все моменты, которые они с Дино провели в этих коридорах, на школьном дворе или за партой в одном из кабинетов. Вики удалось убедить себя не искать друга, когда она напомнила себе о своем же в нем разочаровании, она зашагала дальше, роняя соленые слезы на мощеный узорной плиткой пол.        Миновав все повороты и не столкнувшись ни с кем из учеников или учителей, Вики толкнула тяжелую дверь в кабинет Ангела Фенцио и скользнула внутрь. Комната была погружена во мрак, все вещи в ней перевернуты, из многих книг были вырваны страницы, а амулеты бесследно исчезли. Наверное, узнав о предательстве учителя, Совет решил перелопатить всю его жизнь, чтобы узнать, кто еще был замешан в плане по возвращению Мальбонте. Стараясь не издавать ни звука, Вики прошла вглубь кабинета, проводя кончиками пальцев по покинутым книгами стеллажам. Наверное, душа Дино, которому довелось пережить предательство родного отца, требовавшего от него постоянного самоконтроля и самосовершенствования, выглядела примерно, как этот кабинет — все перевернуто вверх дном, и не знаешь, за что схватиться, чтобы навести порядок.        Тоска снова сковала сердце Непризнанной. По кому или чему она тосковала? По Дино? Или по тем ощущениям, которые окутывали ее с ног до головы рядом с ним? Задумавшись, девушка, начала перебирать уцелевшие книги, когда дверь, которая осталась за ее спиной, открылась с тихим скрипом. Непризнанная даже не услышала этого звука, она с головой ушла в свои размышления о прошлом и о будущем.       — Вики? — Услышав удивленный голос, который был очень хорошо ей знаком, Непризнанная вздрогнула и выронила из рук пыльный фолиант. — Ты что здесь делаешь?       — Тише! — Зашипела девушка, подскочив к Ангелу. Она насильно затащила его в кабинет и быстро захлопнула дверь.       — Если Серафим Ребекка узнает, что ты здесь…       — Да тише ты, Дино. — Вики накрыла его губы своей ладошкой, но когда до нее дошел смысл сказанных им слов, она тут же отдернула руку и выпучила глаза. — Мама? Она здесь?       — Совет отстранил Кроули от правления. — Ангел все-таки начал говорить на полтона тише. — Неужели до Ада не доходят новости?       — В Аду есть над чем подумать, и школа не входит в этот список. — Рыкнула Вики, отстранившись от Дино и нахмурившись.       — Что ты здесь делаешь?       — Ищу ответы.       Когда Вики рассказала Ангелу о том, что где-то в кабинете его отца, возможно, сокрыта необходимая для победы над Мальбонте информация, он, конечно, вызвался ей помочь. Перебирая бесконечное множество учебников, книг и записей, которые Фенцио накопил за время своего пребывания в этом кабинете, Вики чувствовала, как ее сердце тянется к Дино, умоляя свою хозяйку снова впустить его. Милый, добрый Дино, не оступившийся в своей жизни ни разу, все-таки смог разочаровать ее так сильно, что она наотрез отказывалась его прощать.       — Ты слишком сильно терзаешься для того, кто не хочет прощать.       — Не лезь в мою голову. — Бросив очередную бесполезную книгу на пол, девушка злобно глянула на Дино и сжала кулаки до побелевших костяшек.       — Мне не нужно лезть в твою голову, чтобы ощутить твои эмоции. — Как всегда спокойный мужчина продолжил перебирать хлам, который принадлежал его отцу. — Все написано на твоем лице.       — Значит, перестань смотреть!       — Вики, я не враг тебе. — Его мягкий голос дрогнул, будто слезы подкатили к глазам. Ангел выпрямился и, протянув руку, нежно заправил выбившуюся прядь волос за ухо Вики, но девушка резко отшатнулась от ласки и ощетинилась.       — Нет. — Чуть не плача запищала она. — Ты больше не можешь прикасаться ко мне так.       — Знаю. — Чтобы не раздражать девушку, Дино сделал шаг назад и снова вернулся к поискам.       Отдышавшись, она подхватила брошенную ранее книгу и снова уткнулась в нее носом, но предложения расплывались, буквы наотрез отказывались складываться в слова, реальность ускользала, а на смену ей снова приходили видения из прошлого. В том прошлом все было гораздо легче и проще, чем в настоящем, и Вики хотела бы вернуться назад и все исправить, но прошлое нельзя вернуть.       Лишь спустя несколько минут Вики вновь смогла обрести столь необходимую ей в тот момент связь с реальностью, и она поняла, что все это время раз за разом перечитывала одну строчку рукописного текста.       Слабость Мальбонте в воспоминаниях мальчика из башни.