Una goccia di magia...

      Он очнулся стоящим на перроне. Это было странно, потому что было такое ощущение, что он просто открыл глаза и все — никакой лаборатории и кипящего зелья. В голове было по-настоящему пусто, Гарри был ошеломлён.       Что случилось такого, что он оказался в этом месте? Кто-то напал? Какая-то ошибка? Что вообще произошло?       Гарри начал крутить головой, в попытках понять, где он.       Как оказалось, первое впечатление не было ошибочным, все тот же перрон, платформа ¾.       — Идиот, — короткий удар по голове заставил встрепенуться и подпрыгнуть оборачиваясь.       Только встретившись с яркими синими глазами, он все понял.       — Я умер, — задумчиво пробормотал Гарри, смотря на молодого Тома Реддла.       Это был все тот же старшекурсник в форме Слизерина. Красивый и главное…спокойный. Вся его фигура выражала уверенность в своих силах, твердость и некую мягкость.       Том Марволо Реддл наконец-то был полноценным.       Гарри знал, что Темный Лорд переродился. Пожалуй даже после смерти между ними осталась связь, поэтому во снах Гарри часто видел счастливого Тома. Ему досталась любящая семья и хорошие друзья, которые его поддерживали всю жизнь. Так что уж за него Поттер всегда был спокоен.       — Конечно умер, дурень, — Реддл презрительно фыркнул и отвернулся, посмотрев куда-то в сторону, — Никаких мер безопасности. Полный Гриффиндор!       Гарри смотрел на Тома долго, испытывающе. Он никогда не думал, что за него будет волноваться Темный Лорд, однако это было действительно так.       — Извини, — мягко попросил прощения Гарри, взлохматив волосы. Удивительно, но Гарри тоже был ребенком, причем в форме своего факультета. — Я не думал, что это будет так опасно.       — А стоило иногда включать мозг, — язвительно отозвался Реддл, — Ах да, я и забыл, он атрофировался без надобности.       Гарри весело фыркнул, выслушивая справедливые замечание. С Томом было очень уютно и хорошо, словно бы со старшим братом, поэтому он не спешил бросаться на него, обещая кары небесные.       — Ты готов? — спросил Реддл, поджав губы. Он сразу сделался каким-то холодным, высокомерным, от чего Поттер поперхнулся смехом. — Вот ведь идиот, — Том покачал головой, но сказал это как-то беззлобно, благодушно, от чего на сердце Гарри потеплело.       — А умирать страшно, Том? — с губ сорвались совсем не те слова, что он готовил. Поэтому чуть потупился, стараясь не краснеть.       — Ты же Гриффиндорец. Неужели боишься? — синие глаза сощурились, а по губам зазмеилась улыбка.       — Не боюсь! — воскликнул Гарри, однако тут же затих. В груди ворочался комок сомнений, пожалуй ему действительно…было страшно.       — Как насчёт капли волшебства? — Реддл склонил голову на бок и посмотрел на Гарри.       — Капли?       — Точно, — он уверено кивнул и протянул руку вперёд. На короткий момент мелькнула вспышка и тут, на подростковой ладони появилась темно-зеленая бабочка. Пошевелив усиками, она взмахнула крыльями, оставляя за собой шлейф изумрудной пыльцы.       — Ух ты, — бабочка покрутилась в воздухе, а потом присела на палец Гарри, который он подтянул к маленькой красавице. Это было действительно волшебно. Не эта обыденная магия с палочкой и заклинаниями, а капля волшебства, что заставила что-то всколыхнуться в его душе.       — Я тоже так смогу, Том? — зачарованно спросил Гарри, вдыхая сладкий запах цветов.       — Конечно, — он улыбнулся уголками губ. — Проживёшь столько же сколько и я и научишься.       — Обещаешь?       — Обещаю.       — Тогда я буду жить долго! — бабочка медленно зашевелила крыльями, а потом взлетела, рассыпаясь зелёными искорками.       — Ну что, готовы? Гарри, Том? — знакомый голос заставил их обернуться, а на губах Поттера заиграла улыбка.       — Директор! — он не утерпел, с разбегу врезался в старика и попытался крепко-крепко обнять его. От Дамблдора веяло теплом и пахло лимонными дольками.       — А ты Том, обнимешь старика? — в бороду улыбнулся директор, погладив Гарри по голове.       — Воздержусь, — хмыкнул Реддл, покачав головой.       — Как всегда сдержан, — улыбнулся Дамблдор.       — Что вы здесь делаете, директор? — Гарри отстранился, чуть смутившись и отойдя к Тому. Тот тут же принялся приглаживать прическу Поттера, что-то шипя себе под нос.       — Я пришел вас проводить, — улыбнулся старик, — поезд скоро отъезжает. Готовы ехать?       — Да! — Гарри решительно кивнул, сжав руку Тома. Здесь, на этой платформе, он совершенно не чувствовал груз обязательств. Здесь ему казалось, что он все тот же мальчик, просто Гарри, который так восхищается волшебством.       — Это хорошо, — кивнул директор, — Не забывай, Гарри, ты тот кто ты есть — очень добрый мальчик, маленький Герой.       — Пф…быть слишком добрым плохо, — фыркнул Реддл, чуть заслонив собой Гарри, — уж вы-то должны были это понять.       — Твой характер не меняется, — как-то озорно сверкнул стеклами очков Дамблдор. — В любом случае, мы уже больше не встретимся. Напоследок вот скажу что… Гарри, Том, я горжусь вами.       Том замер, неверяще распахнув глаза.       — Ты же всегда ненавидел меня, старик, — пробормотал Том почти неслышно.       — Никогда, Том, никогда. Просто я видел в тебе Геллерта. И я испугался. Прости меня, Том, — Дамблдор чуть присел, раскрыв объятия, — обнимешь все же старика напоследок?       Он сделал всего шаг. Потом второй. А потом прижался к Дамблдору, как тот самый маленький мальчик к деду.       По щекам Гарри текли слезы, а ещё ему казалось, что он слышит тихие всхлипы.       «Я никогда вас не прощу, » — шептал Том, тихонько трясясь и чувствуя тепло директора, — «Никогда!»       — Понимаю…я понимаю, Том, — потом старик оглядел пустой перрон, — Всего лишь капля волшебства, верно? — тихо спросил Дамблдор и взмахнул рукой…       …а по перрону летали бабочки, яркие-яркие. Они танцевали свой незамысловатый танец, и в воздухе пахло сладостью, словно в кондитерской.       — Я никогда не прощу вас, профессор, — твердо пробормотал Том, стирая кулаком дорожки слез, — Но я благодарен за то, что вы показали мне мир магии.       Он выпутался из объятий старика и пошел к поезду, не оборачиваясь.       Гарри взглянул последний раз на директора, а потом решительно двинулся за Томом.       Уже почти ступая в вагон, он услышал далёкий мальчишеский голос: «Альбус, ну ты идешь?!» Резко обернувшись, Гарри посмотрел на уходящего Дамблдора. Фигура все размывалась, но где-то там он видел темноволосого мальчишку, держащего за руку светленькую девочку. Мальчишка приглашающе махал руками, смотря на директора, который с каждый шагом, словно усыхал — становился все меньше и меньше.       — Ди-и-ре-е-е-к-то-ор, — закричал Гарри, приложив руки ко рту, чувствуя как тронулся поезд, — счастли-и-вой жи-изни, дире-е-ктор. Уд-а-ачи! — он прощающе махал рукой и улыбался сквозь слезы.       Дамблдор обернулся и тоже махнул рукой. И был это уже не старик, а молодой рыжий мальчишка.       — Догоняй, Альбус!       — Гелли, Ари, подождите меня!       А поезд все набирал ход, и Гарри махал, пока компания друзей совсем не исчезла.       — Идешь? — тихо спросил Том.       — Иду, — кивнул Гарри, как никогда чувствуя себя одиннадцатилетним ребенком, что только что прикрыв глаза, бросился сквозь каменную кладку навстречу приключениям и новой жизни.       — Не боишься больше?       — Не боюсь. Умирать не страшно, Том. Только горько немного. Как думаешь, у Драко с Тео все получится?       — Получится, не сомневайся. В конце концов, ты все же успел отправить три флакона Гермионе, прежде чем все изменилось.       — Кстати, а что случилось-то?       — Капля волшебства, Гарри. Всего лишь капля.       Они прошли внутрь вагона и сели по местам. Было так непривычно, потому что не было слышно детского смеха и чужих разговоров. Лишь тихое «чучух-чучух-чучух-чучух».       За окном занимался рассвет и это было поистине красивое зрелище.       Где-то наверху что-то заворочалось, создавая посторонний шум, и они оба подпрыгнули, тут же встав спина к спине.       — Нахгайна? — пораженно прошипел Том, протянув руку к небольшой змейке.       — А я думал она должна быть огромной, — нервно хохотнул Гарри, но наткнулся на жёлтые глаза, — Букля?       Белоснежная сова тут же заухала и метнулась в руки Гарри.       — Я так скучал. Ох, я так скучал, — спрятав лицо в белых перьях, Гарри отсутствующим взглядом смотрел куда-то в окно, краем уха слыша воркование Тома с питомицей.       Присев на место, Гарри погладил птицу по перышкам и счастливо улыбнулся.       — Том, это Букля, — представил Реддлу сову Гарри, — мой первый друг в мире магии.       — А это Нахгайна, — прошипел Том, — тоже мой первый друг.       — А почему она такая маленькая? — заинтересовано подался вперёд Гарри, а потом зашипел, — привет, крас-савиц-са.       — Я совершил ритуал привязки фамильяра, поэтому она так и выросла, — улыбнулся Том.       — Приветс-ствую, Говорящ-ший.       — А если я совершу ритуал с Буклей, она так же вырастет и сможет меня катать? — заинтересованно спросил Гарри.       — Твоя сова — магическая, Гарри. А Нагайна была обычной змеей. Мне долго пришлось подготавливать ее к ритуалу.       — Понятно, — Гарри зевнул и поежился от холода.       — Садись рядом, так теплее, — бросил Том, похлопав по сидению, — раньше, когда я жил в приюте, мы часто спали прижавшись друг к другу, потому что было слишком холодно, а одеял не хватало.       — А ты точно не против, Том?       — Садись уже, — немного раздраженно отозвался Реддл.       Присев рядом, Гарри тут же привалился к плечу Тома, чувствуя как по телу разливается тепло. Он снова зевнул, сморгнув слезы с глаз и заляпав очки. Букля, пригревшись, сидела в его руках и было так уютно.       Взглянув на окно, Гарри увидел яркое море, оно переливалось разными оттенками синего и зелёного, заставляя завороженно застыть. Было такое ощущение, будто бы они едут по небу, потому что облачка были близко-близко, освещая купе розоватым цветом.       Гарри снова уткнулся в сову и чуть всхлипнул. Поезд нес их куда-то в никуда, куда-то в новую жизнь и пожалуй Гарри снова на миг стало страшно. Пустое купе сделалось неуютным, будоражащим сознание, единственное, что помогало — сова в руках, да тепло Тома. Гарри совершенно не чувствовал себя взрослым парнем, которому 27, словно бы грань с возрастом была стёрта. Иначе почему Том тогда обнял директора, а ещё он плакал, как обычный ребенок, а ведь ему очень много лет.       — Если хочешь, поспи, — Том тоже был заворожён морем, но он легко отвлекся, взъерошив волосы Гарри. Словно старший брат.       Это было приятное ощущение. Даже слишком.       — Мне немного страшно, — поделился Гарри, — ты же не исчезнешь, если я засну?       — Нет, не волнуйся, не исчезну, — он легко улыбнулся и Гарри засмотрелся на его красивое лицо. Хотел бы он стать таким же как Том. Конечно не таким же ублюдком, но восхищения Реддл все же достоин.       — Спи. Хочешь, расскажу что-нибудь?       — Хочу, — тихо пробормотал Гарри, отложив очки и прикрыв глаза. Маленькое купе все так же было залито розовым светом, Гарри слушал тихий голос Тома и засыпал.       — Когда-то давно я экспериментировал с трансфигурацией, пытаясь изменить себе внешность… — тихий голос убаюкивал, сливаясь с мирным «чучух-чучух», — …и я превратился в Дамблдора. А потом мне снились кошмары, что я… «Чучух-чучух» «Чучух-чучух» «Чучух-чух» — Хороших снов, Гарри… «Чучух»