Право выбора

Когда Гермиона проснулась, ей потребовалось некоторое время, чтобы воссоздать в голове события прошлого дня. Собраться с мыслями было сложно, руки тряслись, а в горле першило, словно она не сделала ни глотка воды в течение всей предыдущей недели. Увидев на полке возле кровати полный стакан, она моментально его осушила, только потом подумав о том, что это могла быть вовсе не вода. Впрочем, выбора не было: пересохшее горло так саднило, что даже сделать более глубокий вдох казалось непосильной задачей. Пришлось успокоить себя тем, что в любом случае она сейчас в таком беспомощном положении, что с ней могут сделать что угодно, не прибегая к использованию зелья. Так или иначе, она не брала ничего в хранилище Беллатрисы Лестрейнж, и этот факт никак бы не изменил выпитый Веритасерум. Да и вряд ли на неё стали бы расходовать столь дорогое и сложное в приготовлении зелье. Наверняка, по мнению Беллатрисы, старый добрый Круциатус верней. Похоже, что Беллу здорово напугало то, что они с Гарри и Роном могли пробраться в Гринготтс. Возможно, там мог храниться очередной крестраж. Решив обдумать эту теорию позже, Гермиона осмотрела комнату, в которой проснулась. На втором курсе, когда они с мальчишками выпили оборотное зелье, ей так и не довелось побывать в гостиной Слизерина, однако помещение, куда она вчера попала, явно напоминало тот образ, что она нарисовала в своём воображении. Зелёные стены, серебристые аксессуары, сдержанный стиль. Что ж, ей это не приснилось: она в комнате Драко Малфоя. Сам хозяин безмятежно спал в кровати, находящейся в противоположном углу, возле камина. Гермиона тихо вздохнула с облегчением. То, что Малфой спал, давало ей возможность собраться с мыслями. Возможно, даже попытаться разработать план побега. Память услужливо подкинула воспоминание о том, как бывший однокурсник применил к ней Первое непростительное. Он ясно дал понять, какое намерение при этом преследовал, однако сейчас спал на противоположной стороне комнаты. Подняв одеяло, Гермиона обнаружила на себе его рубашку, надетую на голое тело. Несмотря на то, что находилась под действием заклятия, она помнила, что переодевалась сама, бросая взгляды на его спину, когда Малфой отвернулся от неё. Внезапно её прошиб холодный пот от осознания: он ведь мог стереть ей память. Трясущейся рукой Гермиона провела по своей промежности, облегчённо выдыхая: она не была изнасилована, ведь наверняка лишение невинности оставило бы какие-то следы. Боли тоже не было. Тем не менее облегчение от осознания того, что Малфой на какое-то время отказался от своих намерений, не продлилось долго. Гермиона вспомнила, как он разглядывал её, когда привёл сюда. Быть может, ему просто неприятно было насиловать не совсем здоровую девушку, а потому он и приказал эльфу сначала подлечить её. Гермиона вздрогнула. Это было более всего похоже на правду. Пока он спал, надо было попытаться найти какое-нибудь оружие и сбежать. Если раньше она только могла предполагать, на что был способен Малфой, то теперь понятия не имела, чего от него ожидать. Если месяцы скитаний в поисках крестражей достаточно сильно повлияли на Гарри и Рона, то каким человеком стал Драко теперь, находясь в кругу Пожирателей Смерти и являясь одним из них? Стараясь производить как можно меньше шума, Гермиона медленно встала и обошла кровать в надежде найти свою одежду. Спустя несколько минут стало очевидно, что её вещей в комнате нет, как нет и двери наружу. По всей видимости, Малфой наложил на неё какие-то отводящие чары на случай, если Гермиона попытается сбежать. Пройдясь по комнате, она нашла-таки дверь, но та вела в ванную. Никаких иных возможностей покинуть комнату она не обнаружила. Чуть не застонав от разочарования, Гермиона вновь опустилась на свою кровать. Мозг судорожно продолжал искать выход из создавшейся ситуации. Мысли о том, что её мальчишки томятся в подземелье, если их уже не передали Сами-Знаете-Кому, не добавляли позитива. Ситуация складывалась на редкость неприятная, и она понятия не имела, как им троим выпутаться из этой передряги. В голову пришла мысль попытаться найти палочку Малфоя, хотя интуиция подсказывала, что вряд ли ей это удастся. Пришлось признать, что ненавистный слизеринец был далеко не глуп. Раз уж он предусмотрительно заколдовал выход, то наверняка она не сможет подобраться и к палочке. Казавшийся наиболее рациональным вариант напасть на Драко, пока он спал, Гермиона отмела сразу. Пусть это было самым очевидным решением, она не была способна на подобную низость. А ещё Малфой мог наложить оповещающие чары на случай, если она попытается приблизиться. И тогда неизвестно, чем всё закончится. Вряд ли он спустит ей с рук попытку причинить вред самому дорогому Драко Малфою человеку — ему самому. Внезапный резкий звук упавшего тела заставил её вздрогнуть. Обернувшись, Гермиона увидела ещё несколько секунд назад сладко спящего Драко, который сидел на полу, потирая спину и тихо ругаясь. Вместо кровати рядом с ним теперь находилось кресло, и Гермиона не удержалась от ехидного смешка. — Вообще-то, чары трансфигурации нужно обновлять каждые шесть часов, Малфой, — снисходительно проговорила она. — Вообще-то, я это знаю, заучка, — проворчал тот в ответ. — Ты, возможно, удивишься, но до этой ночи мне не доводилось спать на изменённой волшебным образом мебели. У нас, знаешь ли, её и так достаточно. — И что же помешало найти себе лишнюю кровать в таком огромном замке? — насмешливо подняла бровь Гермиона, вновь встав с кровати и сложив руки на груди в привычном жесте. — Какой занятный вопрос. Всегда удивлялся, почему тебя считают умной… — пробормотал Драко и, встав на ноги, направился в её сторону. — Как думаешь, ярчайшая ведьма нашего времени, как я бы смог объяснить, отчего вдруг решил не делить кровать с пленницей, которую забрал себе как раз для постельных утех, а? — он поднял на неё глаза, задержав взгляд на голых ногах. Каким бы острым ни было желание отмыться от этого липкого, тошнотворного разглядывания, она смело посмотрела на него в ответ. Гермиона быстро решила для себя, что какой-то трусливый слизеринец её не напугает. Он снова пялился на неё. Если в прошлый раз можно было объяснить это простым любопытством, то теперь она подумала, что сможет использовать его интерес в своих целях. Несмотря на то, что он был только в пижамных штанах и тонкой майке, палочка могла быть при нём. Озарение пришло моментально: она попытается вытащить её, а потом будет действовать по ситуации. К чёрту мораль. Её друзья в подвале, а она сама в нескольких мгновениях от изнасилования. Подходя всё ближе, Драко мысленно отметил, что Грейнджер, несмотря на её уязвимое положение, не пытается отстраниться. Более того — позволила подойти вплотную, проведя дрожащими пальчиками по его спине. Малфой закрыл глаза, позволив себе несколько секунд насладиться ощущением её рук на своей коже, пока не осознал истинный мотив её действий. Несносная всезнайка явно пыталась найти его палочку. Что ж, он прекрасно осознавал, что с ней нельзя терять бдительность. Слегка прикусив её мочку уха, он хрипло прошептал: — Я разочарован. И крепко прижал её к себе, не позволяя отстраниться. Грейнджер задёргалась, вырываясь. — Отпусти меня! Живо! — воскликнула она. — Если бы я знал, что с тобой будет так весело, забрал бы из Хогвартса ещё в ночь смерти вашего любимого директора, — продолжал веселиться Малфой, получая моральное удовлетворение от возможности немного подразнить заучку, решившую попытаться обыграть его на его же территории. — Пять баллов Гриффиндору за импровизацию, однако стратегия — явно не твоё, — вновь прошептал он ей на ухо. — Это почему же? — прохрипела Гермиона, продолжив явно тщетные попытки освободиться. — Нужно использовать свои сильные стороны, Грейнджер, — ухмыльнулся он, резко разжав руки, отчего Гермиона упала на кровать. Её рубашка задралась слишком высоко, и она поспешила натянуть её на колени. Криво усмехнувшись её попыткам прикрыться, Малфой продолжил: — Так вот, ты же должна владеть беспалочковой магией? Умнее было использовать Экспеллиармус, обезоружить меня, потом оглушить, а затем пытаться сбежать. Что ты одна полуголая делала бы в поместье, по которому круглыми сутками ходят Пожиратели Смерти, не зная путь к подземельям и не имея ни малейшего представления, где выход — вопрос хороший, но вы, гриффиндорцы, не забиваете себе голову такими пустяками, правда? — откровенно издеваясь, продолжил он. — Я бы превратила эту рубашку во что-то… Приемлемое, — зачем-то попыталась оправдаться она. — И это никак не помогло бы тебе найти своих дружков и покинуть поместье. Так что прекрати строить свои грандиозные планы побега, Грейнджер, это просто неоправданное никакими обстоятельствами безумие, — брезгливо скривился Малфой, поворачиваясь к ней спиной, словно она совершенно не представляла для него опасности, и отходя от кровати, — что касается твоей забавной попытки поиграть в соблазнительницу, то в этом ты полный дилетант, — продолжил он, сделав безразличную мину и отдавая себе отчёт в том, что, произнося последнее издевательское утверждение, покривил душой. От воспоминания о прикосновении её пальчиков к спине его охватило возбуждение. Глубоко вдохнув, Драко взял себя в руки, стараясь не оборачиваться и не смотреть на Гермиону, успевшую сесть на кровати. Неужели эта девица начала осознавать, что может использовать не только свои блестящие мозги, но и соблазнительное тело? Нужно дать ей понять, что с ним это не сработает. Она не должна его вот так провоцировать, ведь они всё ещё на его территории, а сама Гермиона Грейнджер полностью в его власти. И это совершенно неподходящий момент, чтобы испытывать его отнюдь не безграничное терпение. Иначе её пребывание в комнате на самом деле закончится тем, чего он поклялся не совершать. — Может, это сработало бы с Уизли, который не имел дела ни с кем лучше Браун, но до Пэнси Паркинсон тебе как до Луны, — снисходительно проговорил он в своей привычной манере. — Впрочем, ты же любишь учиться. Немного практики, и, уверен, что ты не так уж безнадёжна, — не сдержался он от очередного скабрезного намёка, снова повернувшись к ней. Не в силах больше терпеть его отвратительные намёки, Грейнджер подбежала к Драко с намерением влепить смачную пощёчину. На этот раз тот отреагировал молниеносно, перехватив её руку и больно сжав запястье. — Что, словесные аргументы закончились? — прошипел он, теряя терпение. — Заканчивай размахивать руками, дорогуша. Тут тебе не Хогвартс, у тебя нет палочки в руках, а за спиной не стоят Поттер и Уизли. Ей-Мерлин, как же сильно преувеличены слухи о твоём блестящем уме, — с этими словами он оттолкнул ее от себя, после чего бросил взгляд на массивные каминные часы. — Грёбаная трансфигурация, ещё нет семи утра… — проворчал Драко и направился к двери, за которой, как успела узнать Гермиона, была ванная, и скрылся там, оставив её кипеть от возмущения в его комнате.