Право выбора

Билл, Флёр, Полумна, Гарри и Рон испытующе смотрели на Гермиону. Круглые белые часы на стене равнодушно отмеряли минуту за минутой, а та никак не могла собраться с мыслями. После всплеска адреналина из-за побега и необходимости экстренно спасать сразу две жизни на неё напала полная апатия к происходящему. Но Билл и Рон чётко дали понять, что молча уйти в выделенную ей комнату Гермиона не сможет. От неё ждали объяснений. Гермиона осознавала, что бросить фразу о том, что у неё не было выбора, кроме как забрать Драко Малфоя из его поместья, явно будет недостаточно. С другой — она понимала также, что правда была уж очень странной, чтобы в неё поверили. Кроме того, Гермиона чувствовала, что не имеет права раскрывать детали миссии, которую поручил Гарри покойный директор Хогвартса. — Для того, чтобы сделать то, о чём просил Гарри Дамблдор, нам не хватает информации. И вам об этом хорошо известно, — она выразительно посмотрела на Гарри, после чего перевела такой же взгляд на Рона. — Я нашла способ получить её, с определённым условием. Поэтому Малфой здесь. Поверьте, меньше всего мне хотелось нянчиться с ним, но пока что это нужно для дела, — последние слова она выделила особенно безапелляционным тоном, привычно попытавшись немного надавить своим авторитетом. В конце концов, они так часто выживали благодаря Гермионе и её знаниям, что та сейчас могла себе позволить воспользоваться этим, чтобы как можно скорее покончить с этой утомительной необходимостью объясняться. — Да что же это за тайная миссия, о которой нельзя нам рассказывать?! — недоумённо задал вопрос Билл. — Вы появляетесь здесь как снег на голову, с раненым домовиком и в компании Пожирателя Смерти, которому также нужна помощь. Рона и Гермиону вообще не так давно пытали, и я уже молчу о состоянии гоблина и мистера Олливандера, которых эльф перенёс сюда незадолго до вас! По-моему, мы имеем право задавать вопросы! — Это действительно наше секретное задание, — пришёл Гарри на помощь подруге. Он привык доверять Дамблдору и сделал вывод, что раз тот рассказал о крестражах только ему, значит, не стоило трепаться направо и налево об их миссии. Даже с теми, кому безоговорочно доверял. — Ты же сам в Ордене, Билл, должен понимать, почему мы не можем о нём рассказать. Да, мы случайно нарвались на неприятности, но, похоже, всё обошлось. — Предположим, я не стану настаивать на том, чтобы выяснять у вас то, о чём вы должны молчать, — согласился с его аргументами Билл. — Тем не менее я всё ещё не понимаю, почему Малфой должен находиться в комнате, а не связанный в подвале? — резонно спросил он, снова переведя взгляд на Гермиону. Билл переживал за младшего брата, который явно не был согласен с ней, но стоял и не спорил. Для Рона подобное поведение было чересчур нехарактерно, что настораживало ещё сильнее. — Мой источник потребовал обеспечить его безопасность, — объяснила Гермиона и быстро добавила: — Он не будет никому вредить. Он здесь один и без палочки. Кроме того, я вроде бы его должница, что ли. И хочу поскорее этот долг вернуть. Не люблю чувствовать себя обязанной, — закончила она свою лаконичную речь, всем видом давая понять, что не собирается вдаваться в подробности. «Должница…» — едва слышно пробормотал Рон. Он отказывался понимать происходящее, будучи уверенным только в одном — как только они останутся наедине, он вытрясет всю правду из Грейнджер. — Я верю Гермионе, — мелодично, словно нараспев, включилась в спор Полумна. — Раз она говорит, что у неё не было выбора, значит, так оно и есть. Рон раздражённо закатил глаза, услышав её очередное заявление, но счёл за благо не вступать с ней в спор. — Как скажете, — тяжело вздохнул Билл, всем своим видом демонстрируя несогласие с ситуацией. — Даже не хочу представлять, как ты, Гермиона, могла вдруг стать должницей Пожирателя Смерти. Только он здесь под вашу ответственность. Держите его под контролем, — недовольно протянул он. — И повторюсь ещё раз — мне всё это не нравится. — Этот Пожиратель только языком болтать горазд, а с этим я справлюсь, — кивнула Гермиона, которая так или иначе примирилась с тем, что отныне Драко Малфой — её личная головная боль. — В конце концов, у меня были годы в Хогвартсе, чтобы научиться ставить его на место. — Если мы всё выяснили, я навещу Добби, — с излишним энтузиазмом произнёс Гарри, приняв решение помочь Грейнджер поскорее закончить этот непростой разговор. Он слишком хорошо знал Рона и оттого понимал, что тот почти достиг точки кипения. Если они с Гермионой в ближайшее время не поговорят наедине, то за его молчанием последует неминуемый взрыв. Билл и Флёр, переглянувшись, также покинули кухню, решив вернуться к прерванной игре в плюй-камни, Полумна же вызвалась проверить Малфоя. Рон и Гермиона остались одни. Чтобы немного разрядить обстановку, она произнесла несколько заживляющих заклинаний, убрав царапины и ссадины с его веснушчатого лица. — Спасибо, — улыбнулся он в ответ, ещё на пару мгновений оттянув тягостное объяснение. Немного помолчав, он всё же решился вернуться к тревожащей его теме. — Миона, я не хочу на тебя давить, но буду благодарен, если ты расскажешь, как ты провела эту ночь. Гермиона вздрогнула от того, как двусмысленно прозвучала эта фраза. Однако она знала, что с Роном лучше все недопонимания выяснять сразу, в противном случае замалчивание недовольства потом неизбежно выливалось в настоящую катастрофу. — Когда Крюкохват соврал Беллатрисе, что у меня в сумочке подделка меча Гриффиндора, она решила, что я ей больше не нужна, — собравшись с мыслями, начала рассказывать та. — Тогда меня попросил отдать ему вместо платы за нашу поимку Сивый. Я уже думала, что мне конец, но Малфой расплатился с оборотнем и выпроводил его, а меня забрал к себе в комнату, — быстро и по делу протараторила Гермиона, как и планировала, хотя прекрасно понимала, что такой рассказ хотя бы в небольшой степени его устроит. — И что же это значит? — покраснел от негодования Рон, решаясь задать самый волнующий его вопрос. — Он тебя… Он посмел… — начал мямлить он, не в силах закончить фразу. — Что он с тобой сделал? — решил он сформулировать вопрос иначе. — Нет-нет-нет, ничего подобного не было! — поспешила успокоить его Гермиона, умолчав о том, что в столовой Малфой применил к ней Непростительное, чтобы увести в свою комнату. Тот факт, что он разглядывал её дольше положенного, также стоило опустить. В конечном итоге это была даже не ложь. Тем не менее, зная Рона, Гермиона была уверена, что часть правды лучше ему не открывать. Общей картины эти детали не меняли, а разговор грозил затянуться, она же внезапно почувствовала, как на неё навалилась просто смертельная усталость. Кроме того, падение люстры на неё давало о себе знать: начал достаточно ощутимо побаливать живот, рана на шее болезненно пульсировала. Вдохнув, она продолжила. — Эльф подлечил меня, а потом уложил спать, — Гермиона пожала плечами. — Это всё, Рональд. — Всё это звучит прекрасно и очень убедительно, только не объясняет, почему Малфой спустился в подвал и намекал, что в его комнате происходило совсем другое! — с трудом сдерживая ярость, прорычал он, не мигая глядя ей прямо в глаза. — Рон, ты же знаешь Малфоя! Прошло время, а он не изменился, — постаралась придать голосу невозмутимость Гермиона. — Просто он повзрослел, и его шутки стали… Взрослыми, — она, слегка покраснев, вспомнила его выход из ванной, искренне надеясь, что ловящий каждое её движение Рон не заметит смущения. — Но это не значит, что он перестал быть тем же провокатором, что был в Хогвартсе. За этими глупыми шутками, как и всегда, только пустота. Не бери в голову, — легко отмахнулась она. — Ну ладно, — заметно расслабился Рон. — Теперь объясни, почему он должен быть здесь? — Меня попросила его забрать с собой Нарцисса Малфой, — поделилась Грейнджер, радуясь про себя, что первая часть её объяснений его, вероятно, устроила. — Я совсем запутался, — признался Рон, вздохнув. Он начал уставать от того, что каждое слово из Гермионы нужно было вытаскивать буквально маггловскими клещами. — Ей-то зачем это нужно? — Она не то чтобы вдавалась в подробности. Как я поняла, в их поместье небезопасно даже хозяевам. Видимо, настолько, что она сочла, что скитания с нами — меньшее зло, — слегка слукавила Гермиона, решив для себя, что не стоит Рону знать об откровениях Нарциссы Малфой и наложенном на неё Следящем заклятии: зная его вспыльчивость, она осознавала, что тот просто прибьёт бывшего однокурсника с его грандиозными планами убрать Гермиону с поля боя, — но я сочла сделку выгодной. Она вернула мне сумочку почти со всем содержимым, меч, а ещё пообещала прислать книгу, которая может помочь найти информацию о том, как уничтожить крестраж. Кстати, медальон вновь у меня! — с гордостью похвасталась она. — Миона, неужели ради этой миссии стоит идти абсолютно на всё?! — не поддержал её энтузиазм Рон. Интуитивно он осознавал, что Гермиона чего-то недоговаривает. И, зная её одержимость желанием помочь Гарри с заданием Дамблдора, не мог исключать вариант, что та не хочет ему рассказывать о том, что на самом деле с ней случилось, только из желания как можно скорее узнать способ уничтожения крестражей. — С каких пор мы заключаем сделки с Нарциссой Малфой?! Тебе ведь и самой под силу узнать, каким образом уничтожить медальон! — Уизли всё-таки взорвался, как и следовало ожидать. — Рональд, я устала оправдываться! — терпение Гермионы тоже начало истощаться. — Ты буквально недавно высказывал нам с Гарри, что так боишься за судьбу своих родных на этой войне, что мы давно в бегах и ничего не достигли, а теперь упрекаешь меня в том, что я хочу как можно скорее завершить нашу миссию! — И что, теперь на войне все средства хороши, да?! — взревел Рон. Он понимал, что его поведение усугубляется из-за близости нахождения крестража в сумочке, но не мог себя контролировать. — Прости, что я не могу так легко, как ты, просто встать и уйти! — Гермиона понимала, что использует запрещённый приём, но накопившаяся за этот бесконечный день усталость дала свои плоды. — Да, я не стала упускать возможность получить такую жизненно важную информацию! У меня не вышло самостоятельно решить эту головоломку, поэтому я подумала, что глупо отказываться от помощи. Вы с Гарри ждёте от меня чуда, а его не происходит, я застопорилась! Так тоже бывает, знаешь ли! — Я уже тысячу раз извинился за тот случай! — насупился Уизли, немного стушевавшись. — Всю жизнь мне будешь припоминать? — Когда извиняются, то делают выводы и в дальнейшем не повторяют тех же ошибок! — парировала она, подняв бровь. — Пока идёт война, я буду делать всё, что в моих силах, чтобы победить! Нет ничего важнее нашей миссии, пойми наконец! Рон замолчал, глядя на Гермиону. Он понимал, что она тысячу раз права, но не мог смириться с тем, что теперь им придётся терпеть Малфоя рядом. Особенно после всего того, что тот наговорил им, придя в подвал. Неприятное назойливое ощущение, что всё не так просто, как пыталась представить Гермиона, не покидало его. Во всей этой истории с героем-Малфоем точно был какой-то скрытый смысл. Разговор выдохся, это было очевидно. Им двоим больше нечего было сказать друг другу. Здравый смысл подсказывал Рону, что прямо сейчас следовало перевести дух и отдохнуть, отложить выяснение отношений на более спокойное время, но он не мог найти в себе сил отпустить Гермиону, продолжая ожидать от неё более подробных объяснений. Повисла напряжённая тишина, которую Рон таки решился нарушить. — Вроде бы ты всё объяснила, вот только ответь на последний вопрос, Миона. Да, Малфой выкупил тебя у Сивого, забрал к себе, вылечил и уложил спать, — продолжал он гнуть свою линию, и расслабившаяся было Гермиона снова заметно напряглась, прекрасно понимая, к чему он ведёт. — Только вот с чего вдруг он это сделал? На втором курсе он мечтал, чтобы тебя убил василиск, так откуда такое благородство? — неожиданно логично задал ключевой вопрос Уизли. — И, зная тебя, я никогда не поверю, что ты не задала ему этот вопрос! На счастье Грейнджер, в этот момент на кухню вернулась Полумна Лавгуд. — Гермиона, тут проблемы с Драко, он не позволяет себя лечить, — спокойно проговорила она со всей присущей ей невозмутимостью. — Начинается… — сквозь зубы прорычал Рон. — Спасибо, я сейчас подойду, Полумна, — кивнула Гермиона, вновь посмотрев на продолжавшего просматривать в ней дыру Рона. — Рональд, я должна идти. От этого зависит, получу ли я книгу. Глубоко вдохнув, он решил пойти на уступку. На этот раз, по крайней мере: — Может, мне пойти с тобой? — кивнув, предложил он. — Не нужно, я справлюсь, — покачала она головой, и он с облегчением выдохнул. Меньше всего на свете Рону хотелось смотреть, как Гермиона будет лечить ненавистного школьного врага.