Право выбора

На поляне в Запретном лесу царила мёртвая тишина. После того, как Волдеморт прокричал «Авада Кедавра!», бросив в Гарри смертельное заклятие, по ощущениям последнего прошло достаточно много времени. В мыслях всё ещё то и дело всплывали обрывки из воспоминаний о его разговоре с Дамблдором на вокзале Кингс-Кросс. Но, раз к нему никто не подошёл, по всей видимости, минуло не более нескольких минут. Избранный боялся пошевелиться и тем самым выдать себя. — Мальчишка… Он мёртв? — прошептал Волдеморт, явно опасаясь, что и эта его попытка не увенчалась успехом. Гарри чувствовал, как множество взглядов буквально вжимают его в землю, пытаясь рассмотреть малейшие признаки того, что он сумел выжить снова. Внезапно со стороны Пожирателей Смерти раздались звук пощёчины и женский вскрик. — Ты! — приказал Волдеморт. — Проверь, мёртв ли он. Гарри не мог видеть и знать, кого он отправил. В ушах стучала кровь, казалось, предательски громко бьющееся сердце может услышать практически каждый. Отчего-то он подумал, что если бы Рон не уничтожил Сивого, то всё было бы кончено уже сейчас. Лишившийся родителей в совсем раннем возрасте, он не помнил тепла материнских прикосновений. Однако, когда чьи-то руки мягко коснулись его лица, после чего приподняли веко, забрались под рубашку, нащупывая биение сердца, он совершенно неуместно подумал, что, пожалуй, именно такими они могли бы быть, если бы стоящий в стороне в напряжённом ожидании Волдеморт не лишил его матери. Женщина тяжело дышала, её длинные волосы коснулись лица Гарри. Поттер был уверен, что она не могла не уловить биение его сердца. — Драко с вами в замке? Он жив? — долетел до его ушей едва различимый шёпот. Женщина склонилась ещё ниже, закрывая Гарри от других взглядов, когда тот едва заметно кивнул. Её длинные ногти слегка сжали ему грудь в районе сердца, после чего она быстро выпрямилась и подняла серые глаза, которые унаследовал от неё Драко, на Волдеморта. — Мёртв! — громко провозгласила Нарцисса Малфой. * * * Вопреки собственному обещанию, разбудить Гермиону у Драко не вышло. Когда он открыл глаза, та уже не спала. Отвернувшись от него, она сидела на кровати в одних только джинсах. Ему пришлось признать, что на ней даже эта мерзкая маггловская одежда смотрелась безумно эротично. Её длинные кудрявые волосы лишь слегка прикрывали оголённую грудь, худенькая спина была обнажена, отчего Гермиона показалась ему ещё более хрупкой и беззащитной. Смотрясь в какое-то уродливое кривое зеркало, она пыталась тыльной стороной руки убрать с лица следы копоти, оставшиеся, по-видимому, ещё с момента посещения Выручай-комнаты. Драко улыбнулся, решившись заговорить с ней: — Видимо, пока я спал, в мире закончилась магия. Более никак не могу объяснить, почему ярчайшая ведьма нашего времени не воспользуется Очищающими чарами, — ухмыльнулся он. — Вот поэтому, — вытянув руку, она продемонстрировала едва залеченный ожог. Драко придвинулся поближе, позволив себе провести рукой по этой отметине, ранившей её нежную кожу. — Откуда это? — нахмурился он. — Всё-таки зацепило Адским огнём? — Нет, это моя бесславная попытка высушить одежду палочкой Беллатрисы, — пояснила Гермиона, брезгливо бросив взгляд на лежащую в стороне палочку. — Она меня ненавидит. И это взаимно, — нехотя призналась она. — Боюсь, если я попытаюсь использовать Очищающие чары, она просто спустит с меня кожу, — говорить о том, что она добрых полчаса убила на то, чтобы без палочки очистить бёдра от собственной засохшей крови и его семени, она сочла неудобным, несмотря на их сближение. — Мы могли бы пойти в ванную старост, немного времени ещё есть… И я — так, кстати — знаю пароль, — наудачу предложил Драко, придвинувшись к её спине вплотную и обнимая за талию. Его правая рука скользнула выше к груди, мягко сжав её. Гермиона закрыла глаза, наслаждаясь нежностью его прикосновений. Его предложение прозвучало весьма заманчиво, наверняка вода смогла бы смягчить саднящее ощущение свежей раны и позволила бы вновь насладиться близостью, но она понимала — время, которое они могли посвятить друг другу, вышло. Война ещё не закончена, Волдеморт по-прежнему жив, как и его змея. — Боюсь, что ничего не выйдет, — развернувшись, она легонько коснулась его губ своими, желая смягчить свой отказ. — Гарри рассказывал, что там обосновалась Плакса Миртл. Когда он пытался разузнать о втором задании Турнира трёх волшебников, она явно демонстрировала ему свой интерес. Но теперь, насколько я знаю, после шестого курса ты стал её любимчиком, так что вряд ли она останется в стороне… — не сдержавшись, Гермиона прыснула от смеха. Малфой же представил очкастого прыщавого призрака, и его передёрнуло. — Мерлин, Грейнджер, это самая отвратительная фантазия о сексе втроём, о которой мне доводилось слышать! А, соседствуя с Блейзом, я их слышал немало, — вздохнув, он слегка отодвинулся от Гермионы, поняв намёк на неуместность его притязаний. — А что за зеркало у тебя в руках? — решил он сменить тему. — Судя по элегантному внешнему виду, его наколдовал Хагрид, — не удержался Малфой от возможности поддеть свою заучку. — Тролль тебе за чары! — Это очередное творение палочки твоей дорогой тётушки. В бою она великолепно подчиняется, а вот с бытовыми заклинаниями совершенно не хочет слушаться, — терпеливо пояснила Гермиона. — Если я оставлю её себе, то смогу наколдовать ещё много подобных вещиц, раз уж тебе они так поднимают настроение. — Ты мне поднимаешь настроение, — он улыбнулся, снова обняв её. — И не только настроение… — умом Драко понимал, что пора настраиваться на решающий бой, и, даже если сейчас его знаки внимания выглядели неуместно, не мог удержаться. Ему хотелось навсегда запечатлеть в памяти запах её волос, ощущение её мягкой груди в своей ладони, чтобы воскресить эти воспоминания в последние секунды собственной жизни, приближение которых он ощущал почти физически. — Прекрати, — закрыла глаза Гермиона, вновь краснея, когда он начал покрывать её шею поцелуями. — Нам пора возвращаться. Развязка… Уже близка… — Если мы выживем, я затащу тебя в мэнор, привяжу к кровати и никуда не отпущу, — пообещал ей Драко. — А я и не подумаю убегать, — она снова его поцеловала. — Призови мой лифчик, пожалуйста, — взмолилась она, понимая, что должна одеться, иначе их в этом кабинете застанут уже атакующие Пожиратели Смерти, снеся дверь Бомбардой. — Ты его куда-то так удачно забросил, что я не смогла найти. — Акцио, лифчик, — выполнил он её просьбу и галантно протянул потерянное бельё, после чего наложил на неё Очищающие чары и сам тоже начал одеваться. — Благодарю, — кивнула Гермиона. — Гарри отдал тебе свою палочку? — побледнела она, заметив то, на что парой часов ранее не обратила внимания. — Предпочитаю думать, что просто передал на хранение, — пожал плечами Драко, не решившись рассказать Гермионе, что если Поттер не вернётся из Запретного леса, то завершать дело придётся ему самому. Пока Грейнджер заканчивала одеваться и заплетать косу, успевший собраться раньше неё Драко подошёл к окну. Думать о том, что забрезживший рассвет мог стать последним в жизни, совершенно не хотелось. Вдалеке он увидел огромную толпу Пожирателей Смерти, движущихся в направлении замка. — Нам стоит поторопиться, Гермиона, — протянул он, — наш общий знакомый уже на пути сюда. Та кивнула. Взявшись за руки, они покинули кабинет трансфигурации и быстро спустились во двор, где уже начали собираться другие студенты. Подошедшая Джинни бросила многозначительный взгляд на их переплетённые ладони. — Гермиона? — удивлённо подняла брови она, явно подумав, что Пожиратель Смерти наложил на подругу Империус. — Всё в порядке, Джинни, — твёрдо произнесла Грейнджер, продолжая ловить на себе множество шокированных взглядов. — Я потом тебе всё объясню, — и, немного помолчав, громко добавила, чтобы все, кто пытался беззастенчиво прислушиваться к их разговору, получили ответ на вопрос, что же происходит: — Мы встречаемся! — Я думала, Рон глупо шутит, — вздохнула девчонка Уизли, поджав губы и неожиданно очень напомнив Молли. Драко криво усмехнулся, но отвечать подружке Поттера не стал. Она имела право на подобное отношение, он не давал повода изменить её мнение о себе. Кроме того, Малфой-младший искренне сочувствовал Джинни, ведь если не случится очередное чудо, ей предстояло узнать жуткие новости буквально в течение пары минут. — Да какие уж тут шутки, — вздохнул подошедший Рон. — Расходитесь, хватит пялиться! — внезапно прикрикнул он на Отряд Дамблдора, который негласно начал стягиваться вокруг странной парочки, бросая на Малфоя недоверчивые взгляды. — Он на нашей стороне воевал этой ночью, ясно вам? И нас с Гермионой тут бы не было, если бы не он! Грейнджер с благодарностью посмотрела на друга. Сейчас ей совсем не хотелось ничего объяснять. — Змея по-прежнему наша цель, ведь так? — тихо спросил Рон, не став уточнять, где всё это время пропадали Драко и Гермиона. — Конечно, — кивнула та. — Мы сделаем всё, о чем просил Гарри. Драко не стал надевать мантию Пожирателя Смерти, оставшись в рубашке, отчего достаточно прохладный ветер майского утра проникал под одежду. Только тёплая ладонь Гермионы в его руке не позволяла замёрзнуть окончательно. Он решил для себя, что случившееся только что проанализирует позже. В данный момент он не был готов принять тот факт, что Рон Уизли признал его одним из них. Одним из защитников замка. Поняв, что так и не ответил на вопрос Рона, Драко молча кивнул. Строго говоря, его целью также была змея, вот только не Нагайна, а сам Риддл. Страх был вечным спутником Драко, когда Тёмный Лорд посещал Малфой-мэнор, однако в этот момент он отступил. Драко не мог понять, с чем это было связано, казалось, что Гермиона каким-то волшебным образом сумела поделиться с ним своей отчаянной храбростью. Так или иначе, он твёрдо решил, что даже если погибнет сегодня, то и Риддлу мало не покажется. Он не продаст свою жизнь дёшево. Пожиратели Смерти плотной стеной подходили к замку. Возглавлял процессию Волдеморт, у ног которого, словно домашняя кошка, крутилась Нагайна. Позади них, понурив голову, шёл Хагрид, закованный в цепи, неся что-то в руках. Присмотревшись, Гермиона не смогла сдержать возглас отчаянья. Лесничий держал Гарри, казавшегося совсем маленьким в его огромных руках. — Гарри, нет! — отчаянно закричала Джинни, рванувшись вперёд, однако мистер Уизли вовремя схватил дочь, прижав к себе. — Глупая девчонка… — презрительно проронил Волдеморт, после чего продолжил магически усиленным голосом, чтобы его услышал каждый: — Гарри Поттер мёртв! — с нескрываемым триумфом в голосе проговорил он. — И с этого дня все вы будете подчиняться только мне! ГАРРИ ПОТТЕР МЁРТВ! — повторил он ещё раз, словно сам не мог поверить в то, что его давняя мечта, наконец, сбылась. Теперь-то совершенно неважно, о чём было пророчество, которому не суждено сбыться. Нет никакого Избранного! Он, Лорд Волдеморт, победил! За его спиной раздался хохот Пожирателей Смерти, лезущих из кожи вон, чтобы угодить своему господину. — А вот теперь пришло время вам признать меня! — продолжил он, обводя своими жуткими красными глазами преподавателей Хогвартса, студентов, оставшихся в живых членов Ордена Феникса. — Вы склоните передо мной колени или погибнете! Другого выбора у вас нет! Видите его тело? Мальчик-Который-Выжил, мёртв! Вас надули, заставив жертвовать собой ради пустышки! — презрительно усмехнулся он. — Итак, я жду! Кто готов быть первым? Повисла мёртвая тишина. — Драко, выходи! — жёстко приказал стоявший прямо позади Волдеморта Люциус, глядя на сына. — Выходи немедленно! Тот отрицательно покачал головой, оставаясь на месте. Гермиона сильнее прижалась к его плечу, смотря на Риддла со всей ненавистью, на которую была способна. Она решила, что оплачет Гарри потом, когда та мразь, что сейчас сверлит их с Драко взглядом, будет мертва. Она не допустит, чтобы её друг погиб зря. — Ты клялся, что твой сын никогда бы не предал меня, Люциус… Ты говорил, что он не являлся на вызовы, потому что был болен, — протянул Волдеморт, заинтересованно повернувшись в сторону Драко. — Я предполагал, что он подружился с Гарри Поттером, однако теперь я вижу, что дело обстоит намного хуже… Он брезгливо взглянул на Гермиону. Через секунду та закричала от боли, Тёмный Лорд вторгся в её разум, считывая мысли и воспоминания. Не владеющая окклюменцией Грейнджер никак не могла от него защититься. — Не смей! — закричала профессор Макгонагалл, бросившись на защиту любимой ученицы. В то же мгновенье её отбросило назад с такой силой, что Кингсли Бруствер едва успел поймать пожилую волшебницу. Раздался хохот Беллатрисы, наслаждавшейся отчаяньем преподавательницы. Драко не мог снова слышать крик боли Гермионы. Не выдержав, он навёл палочку на Волдеморта: — Немедленно прекрати, мерзкий полукровка! — с презрением проговорил он, не узнавая собственный голос. В конце концов, раз Поттер не сумел выжить вновь, ему всё равно придётся бросать вызов Волдеморту, так пусть это произойдёт сейчас, в попытке защитить любимую девушку. — Не смей её мучить! Тёмный Лорд остановился, громко расхохотавшись. Было забавно видеть, как раньше трясущийся при одном его виде мальчишка сейчас пытался угрожать. Позволившая себе подойти к Волдеморту ближе Беллатриса проговорила, преданно заглядывая в ему в глаза: — Милорд, позвольте мне убить мальчишку, — она шипела, кланяясь почти до земли. — Прости, Цисси, но твой сын ничем не лучше отродья Андромеды, от которой я уже избавилась, — она повернулась к Нарциссе, чьё лицо по цвету сравнялось с её белоснежными волосами. — Как я счастлива, что не обзавелась наследниками! Когда они позорят родителей, пятно ложится на весь род! — Погоди, Беллатриса, — Волдеморт явно был в прекрасном настроении. Драко помнил его таким довольным только в тот день, когда пало министерство Магии. — Как я уже говорил, каждая пролитая капля волшебной крови — это огромная потеря. Что уж говорить о чистой крови… Мы не станем убивать Драко, — продолжил он. — Спасибо, мой Лорд… — голос Люциуса дрогнул. — Не смей перебивать меня! — презрительно выплюнул тот в ответ. — Ты лгал мне о болезни сына, Люциус. Я знаю, как тебя наказать за то, что не сумел достойно воспитать наследника. Вы все заплатите за свою ложь! А теперь вернись на место и молчи, пока не прикажу говорить! — Простите… — едва слышно проговорил старший Малфой, вновь кланяясь и отходя в сторону. — Я помогу тебе сделать правильный выбор, мой мальчик! — усмехнулся Волдеморт, глядя на Драко. — Да, ты прав, я полукровка, но всё же наследник великого Салазара Слизерина. Моя мать, подобно тебе, соблазнилась магглом. В их грязной крови есть нечто притягательное, порой они отравляют лучших из нас. Не всем хватает силы воли противостоять этому! А она так красива, это правда. А уж как шептала тебе о любви этой ночью… — проговорил он, окинув Грейнджер взглядом с головы до ног. Гермиона чувствовала, что к ней были прикованы все взгляды — и друзей, и врагов, однако она не стушевалась, высоко подняв подбородок. Она не стыдилась своей любви, а, напротив, гордилась ею. — Вот только грязнокровка лжёт! Магглы примитивны и любить не умеют, — вкрадчиво продолжил Волдеморт. — Ради этой девки ты даже избавился от Тёмной Метки… — задумчиво констатировал он, явно узнав о ритуале из воспоминаний Гермионы. При этих словах из рядов Пожирателей Смерти раздался гул, свист, улюлюканье. «Предатель!», «Трус!», «Убить его!» — долетало до ушей Драко, однако ему всё было безразлично. Со стороны защитников замка тоже раздавались перешёптывания, в которые он вообще не вслушивался. Для него в тот момент имело значение только то, что Лорд перестал истязать Гермиону легилименцией. — А ты любишь лезть не в своё дело, да, маглянка? — продолжил Риддл, обращаясь теперь к Грейнджер. — Грязнокровка Лили Поттер тоже однажды бросила мне вызов. Попыталась противиться моей воле. Надеюсь, ты помнишь, чем для неё это закончилось? — он подошёл ближе, продолжив брезгливо рассматривать девушку, словно она была не более чем докучливым насекомым. — И что, удалось ей меня победить? — он махнул головой в сторону Гарри, продолжающего лежать на руках Хагрида. — То, что не успел Гарри, закончим мы! — тихо, но твёрдо проговорила Гермиона. Волдеморт расхохотался: — О тебе говорят, что ты умна! — он усмехнулся, продолжая задумчиво её изучать. — Это и правда, и ложь. Ты глупа и наивна в той же степени, что и одержима знаниями… А уж как честолюбива! До этого никому не удавалось избавиться от метки Пожирателя Смерти. Жаль, что в твоих венах течёт грязь. Ты могла бы стать достойной слизеринкой. Но ты заставила Драко предать своего отца и меня, разумеется, — на этих словах он снова повернулся к старшему Малфою. — Что скажешь, Люциус? Как тебе такая невестка? — издевательски усмехнулся Риддл. — Мой Лорд, Драко помолвлен с Асторией Гринграсс, — почтительно склонившись, ответил Люциус. — Он сам никогда бы не опозорил нас таким образом. Грязнокровка его похитила и опоила, не иначе… — Нет, мой скользкий друг, ты ошибаешься, — покачал головой Тёмный Лорд. — Не она его добивалась, а он её. Сумел заслужить любовь, отказавшись от всего, чему ты должен был его научить… Драко, как ты думаешь, а она способна ради тебя повторить что-то подобное? Волдеморт прищурился. Ему нравилось ломать этих подростков, настраивая их друг против друга. — Я готов тебя пощадить, Драко. Признаю, когда ты принял метку первый раз, то не мог знать, что на самом деле означает стать Пожирателем Смерти. Но теперь ты знаешь. И я предлагаю тебе совершенно осознанно вернуть знак отличия на своё предплечье… — Ни за что… — процедил тот, сверля Риддла взглядом. — Не торопись отказываться, я не сказал главного, — Волдеморт усмехнулся. — Я готов сделать исключение для твоей грязнокровки и принять её в наши ряды. Пусть лучшая подруга Гарри Поттера подаст пример остальным. Покажет, что единственный верный выбор — признать меня! — Волдеморт снова расхохотался. — Если это грязное существо тебя так любит, пусть докажет это! И я даю слово при всех — помилую вас двоих! — Но мой Лорд… — не выдержала Беллатриса. — Не можете же вы в самом деле… Договорить она не успела. — Не сметь со мной спорить! — закричал он, направив палочку на Пожирательницу. — Круцио! Её дикий крик разрезал тишину майского утра, звонким эхом отразившись от стен древнего замка. — Ну так что, маглянка? — закончив пытать Беллатрису, повернулся к Гермионе Волдеморт. — Готова принять Метку? Грейнджер замотала головой. — Скорее солнце погаснет, чем я к вам присоединюсь! — ответила она, крепче сжимая ладонь Драко в своей. — Это становится интереснее, — усмехнулся Волдеморт, явно наслаждаясь происходящим. — Добавим немного драматизма моменту, — с этими словами он вытащил из толпы Пожирателей Смерти Нарциссу. — Что теперь скажешь, Драко? Готов принять метку? Если нет, она погибнет прямо сейчас. Драко окаменел. В тот момент он предпочёл бы, чтобы Волдеморт убил его на месте за отчуждение Метки, чем поставил перед подобным выбором. — Иди к нему, Драко… — тихо прошептала Гермиона, почувствовав исходящее от него отчаяние, и выпустила его ладонь. — Я не хочу, чтобы ты выбирал между мной и своей мамой. Ты знаешь, что я люблю тебя… Вдохнув, Драко, слегка пошатываясь, пошёл в сторону Волдеморта. Он старался полностью очистить свой разум, не позволяя Риддлу вторгнуться в него и узнать о придуманном Поттером плане. «Это прекрасно, что я буду стоять у него за спиной. Так будет легче атаковать. Он не будет ожидать этого», — пронеслось у него в голове. Когда он подошёл, Волдеморт толкнул Нарциссу в его сторону. Драко почувствовал вселенский холод и стыд от того, что на глазах всей школы он переходит на сторону этого монстра. Совсем не по себе становилось от того, что в своё время ему довелось-таки совершенно добровольно делать аналогичный выбор. — Молодец, Драко, — услышал он одобрительные нотки в голосе Риддла, — я знал, что ты передумаешь… — с этими словами Лорд позволил юному Малфою обнять мать и вернуться к Пожирателям Смерти. «Никакого Экспеллиармуса. Это будет Авада Кедавра. Главное — поймать нужный момент. Дождаться, когда Грейнджер и Уизли уничтожат змею». — Итак, грязнокровка Грейнджер, а что насчёт тебя? — Волдеморт вновь обратил взор на Гермиону. — Ты же так его любишь… Ну же, докажи Драко, что на самом деле готова выбрать его! — он расхохотался, смотря на продолжающую стоять неподвижно девушку. — Я не предам Гарри! — воскликнула она в ответ. — Да, он погиб в этой войне, но он умер не зря! Как и Тонкс, Ремус, Фред! Они погибли не напрасно! Так ведь, Отряд Дамблдора?! За её спиной раздались одобрительные возгласы. Защитники Хогвартса были готовы возобновить битву. — Ты сделала свой выбор, грязная маглянка! — презрительно усмехнулся Волдеморт. — Круцио! — направил он Бузинную палочку на Гермиону, которая внутренне подобралась, вспомнив, что ей довелось пережить в Малфой-мэноре. Вопреки ожиданиям, боли не последовало. — Ты ничего не сможешь мне сделать! — расхохоталась Гермиона, её озарила внезапная догадка. — Гарри погиб, чтобы ты не тронул нас! Он сделал то же самое, что и Лили Поттер когда-то! Ты не сможешь нас пытать! Ты даже прикоснуться к нам не сможешь! Потому что сердце Гарри билось за нас! Ничего ещё не кончено! В этот момент случилось невероятное. До этого неподвижно лежащий на руках Хагрида Гарри Поттер спрыгнул на землю, живой и невредимый! В толпе защитников Хогвартса раздались восторженные возгласы, воодушевление всех присутствовавших, казалось, теперь можно было ощутить физически. В толпе Пожирателей Смерти же, напротив, началась настоящая паника, некоторые из них начали спешно трансгрессировать, увидев в чудесном спасении Поттера знак того, что пророчеству было суждено сбыться. Мгновенно сориентировавшись, Драко бросил свою палочку в руки Гарри, которую тот как ловец Гриффиндора быстро перехватил. Злорадная ухмылка появилась на лице Малфоя при виде явно растерянного Риддла. Не дожидаясь, пока Волдеморт придёт в себя, Гарри направил палочку на Нагайну, прокричав: — Вспыхни! — однако, к сожалению, промахнулся. Взревев от бешенства, Тёмный Лорд бросился на Гарри Поттера. Пожиратели Смерти вновь атаковали замок. Битва за Хогвартс вспыхнула с новой силой.