Часть 7
17 марта 2021 г., 16:34
В полицейском участке стояла мёртвая тишина. Позову не спалось, но вместо того, чтобы провести лишние несколько часов в тёплой квартире, он решил приехать с утра пораньше в свой столь родной, хоть и ненавистный кабинет. В конце концов, преступники не будут ждать, пока он отдохнет. Да и как тут отдыхать с таким объемом работы.
Следователь поздоровался с заспанным дежурным и прошествовал к кофемашине, страстно желая согреться хотя бы этой мерзкой жижей, которую она из себя изливала. Одурманенный кофейным запахом и введённый в транс активным шипением аппарата, следователь и не заметил, как рядом с ним оказался ещё один человек, поэтому пара ладошек, оказавшихся на его плечах, заставила вздрогнуть.
— Добрый вечер, Поз, — поздоровалась девушка, лениво зевая и кутаясь в форму.
— Привет, — кивнул Позов криминалисту и, улыбаясь, протянул ей кружку с только что сваренным кофе. Девушка с благодарностью её приняла. — Уже утро вообще-то. Ты опять заработалась?
— А? — она удивлённо посмотрела на большие настенные часы. — Ой, а я и не заметила. Так это, кстати, я из-за твоей девчули всю ночь сидела. Ты же просил быстрее.
— Но я не имел ввиду в ущерб твоему сну. Ты поменьше слушай меня.
— Да не важно, я правда не заметила, как время пролетело. А так твой отчёт уже на столе, можешь начать работать, раз в такую рань пришел, не спится ему с утра, — фыркнула она, разворачиваясь на каблуках.
Позов обречённо смотрел вслед весело скачущей куда-то коллеге. Автомат звонко просигналил, извещая о готовности второй кружки кофе. Следователь схватил стакан, не обращая внимания на горячую поверхность, и потопал к своему кабинету, чтобы вновь окунуться в работу, между делом проклиная сумасшедших криминалистов, которые, казалось, могли трудиться хоть круглые сутки.
･━━･❪✧❫･━━･
Отчёты ворохом лежали на столе, закапывая под собой следователя. Из них он узнал много чего интересного и неприятного, но больше всего его заинтересовали образцы чьей-то кожи, найденные у девушки под ногтями, и оставленного в ней семени. Тот факт, что девушку забрали прямиком с вечеринки, где она наверняка с кем-то обжималась, говорил о том, что это может не только ничего не дать, но и сбить со следа. Но это ладно, разберутся, у них достаточно улик и, рано или поздно, следствие придёт к истине. То, что машина Попова была на месте преступления, и что Ира какое-то время находилась внутри неё — неоспоримый факт. То, что девушка умерла в тот же день, когда проходила вечеринка — тоже. Осталось узнать кто её насиловал, почему убили, и сколько человек в этом участвовало. Позов потянулся к телефону и набрал номер мобильного Попова, чтобы попросить того прибыть для забора биологического материала. «Абонент не может ответить на ваш звонок», — оповестил следователя механический голос. Позов нахмурился и позвонил на домашний. Никто не ответил даже с третьего раза. — Блять, твою же мать, — тихо выругался следователь, спешно вскакивая на ноги.･━━･❪✧❫･━━･
Рассветное солнце проглядывало сквозь редкие тучи, окрашивая небо в розовые тона. Арсений сделал глубокий вдох, заполняя широкую грудь свежим, слегка морозным воздухом. Он потянулся, словно кот, разминая затёкшие после долгой дороги конечности. Следом за ним из открытой двери автобуса вывалился невыспавшийся Антон, пряча своё нахмуренное лицо под кепкой и накинутым на неё капюшоном. Кроме своего недовольного величества, он вынес из салона большой рюкзак, накинутый на плечи, и пухлую спортивную сумку, которую тут же забрал у него Арсений. Антон отошел к невысокому заборчику и закурил, опираясь о него локтями. Мужчина привалился рядом, цепляясь взглядом за никотиновую палочку, которую то подносили ко рту тонкие пальцы, блестящие металлом колец, то зажимали между собой полные губы, постоянно кровоточащие из-за нелепой привычки мальчишки закусывать их клыками. — Хочешь? — спросил тот, заметив интерес, и протянул сигарету, на что Арсений лишь отрицательно покачал головой. — Святоша, — фыркнул Антон, — нотации читать опять будешь? — Нет. Я уже понял, что бесполезно. Знаешь, а я давно такого чистого неба не видел, всё дождь да тучи, — перевёл тему учитель, подставляя лицо тёплым солнечным лучам. — Да, — рассеянно ответил Антон, не замечая ни цветов, в которые окрасилась небесная твердь, ни успокаивающего воздействия светила. Хоть радуга через всё небо раскинется, хоть ураган пройдет — его это ни волновало, ни радовало. — Мы уехали, Арс. Что теперь? — Есть хочешь? — Конечно. — Тогда пойдём завтракать, там и решим.･━━･❪✧❫･━━･
Привокзальная столовая небольшого российского городка соответствовала всем ожиданиям — множество непонятных людей, часть из которых с дороги с тяжелыми сумками, часть представляла из себя местных рабочих. Вечно грязные столики и немногочисленный персонал, которому ни до кого нет дела. Арсений поставил поднос на дальний столик, расположенный в самом углу, который предусмотрительно занял Антон, возвышаясь над ним, как Останкинская телебашня. Завтрак был оплачен наличкой — деньги с карты они сняли ещё вечером, у дома. Придвинув к себе овсянку, Арсений шлёпнул в неё ложку и принялся лениво пережевывать вязкую массу, наблюдая, как Антон с тем же отсутствующим видом поглощает яичницу с пирожком. Ночь в дороге давала о себе знать. Дребезжащий автобус с сиденьями, на которых невозможно выспаться, ощущение, что в любой момент из-за угла покажется машина с мигалками, и громкоговорители оповестят о том, что они арестованы. Арсений стянул очки с носа и положил их на стол. Ему нужно было подумать хотя бы сейчас, пока размеренный стук ложек приносит ощущение такого желанного спокойствия. Попов вдохнул слабый аромат разбодяженного кофе. Возможно, ему действительно стоило сменить обстановку, раз стены родного дома вызывали лишь приступы сковывающей виски паники. Теперь, вдали от непреклонного следователя, мёртвой девочки да вечно волнующейся Оксаны, он наконец смог понять, в насколько дерьмовом состоянии пребывал минувшим вечером. Да что там вечером — последнюю неделю. И это, определенно, было не то состояние, в котором стоит принимать жизненно важные решения. Не то чтобы он уехал куда-то на ночном автобусе и все проблемы да переживания разом пропали, но теперь он был хотя бы в состоянии взглянуть на них свежим взглядом. Ладно, пусть не совсем свежим, паника и нервозность от осознания ужасного положения, в котором он находится, никуда не пропадут, но утро всё же мудренее вечера. Мужчина бросил взгляд на Антона. Тот то ли нервничал, то ли боялся, то ли всё вместе. Вечно по нему нельзя было нормально определить. Арсений выдохнул и сделал глоток. Теперь он понимал, что, возможно, нет, даже весьма вероятно, погорячился вчера. Он был под впечатлением от услышанного и крики испуганного мальчишки сделали всё только хуже. И теперь он буквально хуй знает где скрывается от полиции с несовершеннолетним. «И это так ты, Арс, решил взять дело в свои руки и всё исправить? Молодец, блять, бинго, охуенно, чё, — не скупясь на выражения ворчал на него внутренний голос, отдалённо напоминавший Антона. — Вот с кем поведёшься от того и… Не суть». — О чём думаешь? — бросил мальчишка, прожевывая кусок пирожка и осторожно поглядывая исподлобья, будто боялся, что Арсений как-то не так на это среагирует. — О том, что я не уверен в правильности наших действий. Убегать от проблем — не выход, и выходом никогда не было, — отвечает Арсений с сожалением, сквозившем в голосе. Несмотря на то, что ему гораздо легче дышалось в этом объятом осеннем солнцем городке, расследование не закончилось само собой, а мёртвые ученицы не обрели вторую жизнь. — Ты хочешь вернуться? — испуганно спросил Антон, переходя на шепот, и наклоняясь к мужчине. — Прямо туда? Нас же посадят. Или тебя. Я уже не знаю кого с таким следствием! А может её родители не будут ждать суда и вообще решат самостоятельно расправиться, ты об этом подумал? — скороговоркой шептал он, широко раскрыв свои зелёные глаза. Арсений отмахнулся. — Тише, Антош, помолчи хоть раз, мне вчерашнего хватило, я тебя услышал. Нет, я не хочу возвращаться, мне тоже очень не нравится эта ситуация. Не скажу, что считаю это, — он жестом обвёл столовую, — лучшим выходом, но пока мы здесь. Я даже не знаю, на что я надеюсь, Антош. Может на то, что они найдут новые улики, указывающие на другого подозреваемого, или на то, что полиция у нас не настолько оснащена и заинтересована, чтобы гоняться за каждым несчастным невинно обвиненным учителем по другим городам. Если им настолько всё равно на кого вешать, что выбрали меня, то может перекинут на того, кто поближе, — Арс вздохнул, уходя в свои мысли, и потянулся рукой к голове мальчишки, аккуратно приподнимая козырёк кепки, чтобы взглянуть на юное, украшенное фингалами лицо. — Главное, чтоб тебя не приплетали. Всё-таки твоя приютская биография оставляет желать лучшего. Антон легко усмехнулся и скользнул языком по губам, слизывая остатки повидла. — Ты правда думаешь, что всё так просто закончится? Настоящего преступника нашли, а препод и его прекрасный и невероятно обворожительный блудный подопечный жили долго и счастливо? — Я понимаю, что мы не в сказке, но мне нужно хоть на что-то надеяться, Антон, иначе я сойду с ума раньше, чем начнётся суд. Антон сжал губы в тонкую полоску и царапнул по ним клычками. Он видел, что несмотря на то, что Арсений пытается держать ситуацию под контролем и мыслить здраво, он не на шутку напряжен и напуган. — Да, давай пока так, мне нравится твой план, и я всегда его поддержу даже невзирая на то, что его не существует, — съехидничал Антон с задорной улыбкой. — Да и вообще я бы не сказал, что мы прям нарушаем закон сейчас и скрываемся от полиции. Просто, считай, уехали развеяться в не очень выходной день, ну и что, с кем не бывает. Или, знаешь, может в тебе на старости лет отеческий инстинкт проснулся и ты решил, что раз уж не успеешь завести собственного сына до того, как тебя посадят в тюрьму, то ты хоть меня на рыбалку свозишь. — У тебя биологические часы что ли сработали? — скептически осведомился Арсений. — Что? — Ты включил свой бесячий режим с напускными улыбочками, которым обычно достаешь меня на уроках, — мужчина осуждающе покачал головой и посмотрел на элегантные наручные часы. — А сейчас как раз начинается учебное время. Кстати, у вас со мной урок. Ты, получается, даже не прогуливаешь. Я впечатлён. Единственный из класса, кто пришел. — Ой, да ладно, только не включай свои преподские нотации, и без того тошно, — фыркнул Антон, отклоняясь на стуле. — Я вообще-то пытаюсь найти в этой ситуации хоть что-то хорошее, а не просто надеяться не пойми на что. — И как? Нашёл? — Ну да. — И что же это? Антон поднял на него игривый взгляд. — Ну как что? Мы вдвоём. Вместе. Ты наконец-то не утыкаешься в свои тетради и презентации. — И куда же мне тогда смотреть? — тихо спросил Арсений, завороженно подаваясь вперёд. — На меня, конечно, тут же больше никого нет, Арс. Ведь я один живой, а другие мертвы, — усмехнулся мальчишка, хватая со стола очки мужчины и водружая их на законное место. — А так виднее будет. — Ну что же, с очками действительно виднее, особенно твоё невероятной красоты лицо. Налившиеся кровью фингалы и разбитый пятачок только подчёркивают достоинства, — ответил Арсений и щёлкнул пальцем по кончику носа мальчишки. — Издеваешься? — протянул Антон с лёгкой обидой. — Не только тебе же этим заниматься. И вообще, ты вроде как-то негативно высказался в сторону моего плана. Критикуешь — предлагай, — мужчина сложил руки на груди и стал выжидающе смотреть на Антона, не забывая с графским видом потягивать свой кофе. — Ну, если бы это был американский фильм, то я уверен, мы бы обязательно поехали скрываться от полиции в Мексику, так все делают, — авторитетно закивал Антон. Арсений закатил глаза, принимая более располагающую позу. Несмотря на их совместные передразнивания, они оба были напряжены и встревожены. — Идея хороша, но, к сожалению, не наш случай. Даже если не брать в расчёт, что мы не в США, и Мексики у нас нет. Пусть мы и не криминальные авторитеты, за которыми охотится полиция всей страны, но, если попытаемся пересечь границу, то нас сразу идентифицируют и повяжут. По крайней мере меня. — Это да. Я правильно понимаю, что таких связей, чтобы можно было сделать поддельные паспорта и пересечь границу по ним, у нас тоже нет. — Всё верно, Антош, — грустно ответил Арс.･━━･❪✧❫･━━･
Позавтракав и восстановив силы, мужчина с парнем вывалились на улицу, где значительно потеплело с рассвета, что позволило такую приятную малость, как не кутаться в одежду с головой. План дальнейших действий всё также оставался неясным — за свою шутливую непродолжительную перебранку они так ни к чему и не пришли. Посему Арсений решил пока не предпринимать слишком уж отчаянных шагов и окончательно и бесповоротно пускаться в бега в поисках неизвестно чего. Возвращаться назад никакого повода, кроме здравого смысла и размышлений о том, что своим небольшим побегом он лишь делает себя похожим на виновного, не было тоже. В страшные лапы полиции всё ещё отчаянно не хотелось, а тюрьма уже стала видеться в кошмарах. — Так что дальше, Арс? — Антон смиренно стоял, крутя перстни на руках в ожидании приговора. Мужчина открыл рот и тут же захлопнул, понимая, что ему нечего сказать. Что ответственность и цена ошибки сейчас слишком большая, а он и за себя не может ничего решить, не то что за мальчишку, который всецело полагался на него, глядя своими широко раскрытыми зелёными глазами, в которых сквозили смятение в перемешку с бравадой да испугом.･━━･❪✧❫･━━･
В небольшой уютной квартирке сновали представители правоохранительных органов, переворачивая всё вверх дном и наизнанку и так по кругу, в попытке собрать образцы на анализ и найти что-нибудь важное. Позов стоял посередине кухни, опираясь о стол и задумчиво крутил в руках смартфон, некогда принадлежавший Арсению, а теперь оставленный на произвол судьбы прямо на тумбочке в опустевшей квартире. Экран пестрел десятком пропущенных от самого следователя, Оксаны и каких-то рабочих номеров. Антон ему не звонил, и в школе, как уже выяснилось, не появлялся. Разбросанные вещи, выпотрошенный ящик, кружка с так и недопитым кофе — нет, несколько часов назад Позов ещё мог предположить, что Арсений просто вышел погулять и забыл телефон, но теперь сомнений в побеге не оставалось. Ещё и прихватил мальчишку с собой. Насильно? Сам пошёл? Заложник? Усыпил и повёз? Чёрт. Твою же… Как я мог так… Надо было сразу забирать его, зачем я послушал. Если с ним что-то, не дай бог, случиться, то я... Следователь понимал, что глубоко ошибся. Как он мог позволить Антону и дальше жить с подозреваемым, надеясь что-то выведать или на благоразумность. Он будет винить только себя, если с мальчишкой что-то случится. Позов чувствовал, как время, словно песок, просачивалось сквозь пальцы. Надо было срочно бросаться в погоню. Да только вот куда?･━━･❪✧❫･━━･
Вечерело. На улице зажигались фонари. Антон с Арсением плелись по малооживленной улице. За день они так ничего и не решили, только протаскались, сбивая ноги в безвольной попытке осмотреть весь город, чтобы сбежать от реальности. Но приближалась ночь, тело ломило от усталости, а желудок разъедало от голода. Антон, уже порядком клевая носом, плёлся за мужчиной, который вёл их к какому-то небольшому отельчику, найденному на гугл картах. Попов уже сто раз успел поблагодарить судьбу за то, что в порыве сборов он не забыл взять свой запасной телефон с уже вставленной сим-картой. Вообще это было на случай потери основного, но для импровизированного побега вышло в самый раз. Подойдя к переходу, Антон, уже порядком уставший и подзаебавшийся, запнулся о бордюр и начал падать. Он безусловно проехался бы носом по растрескавшемуся асфальту, если бы не рука Арсения, вовремя схватившая его за капюшон, предотвращая падение. —Спасибо, — пробухтел подросток, отряхиваясь. Мужчина молча дернул капюшон, заставляя Антона идти перед собой. — Эй, Арс, блин, отпусти, растянешь же или порвёшь! Я и так пойду. — Ага, я знаю. Пойдёшь, споткнешься и добавишь ещё боевой раскраски своему миленькому личику? Тебе не кажется, что там и так хватает? Не буду я отпускать, давай иди, мне так спокойнее. — Ты назвал моё личико милым? — расплылся Антон в довольной улыбке. Арсений лишь фыркнул, поправляя очки и еле сдерживаясь, чтобы не улыбнуться в ответ.･━━･❪✧❫･━━･
—Ты точно уверен, что останавливаться здесь было хорошей идеей? — спросил Антон, заваливаясь в номер, и тут же занимая собой ближайшую кровать. — Ты хоть куртку с ботинками сними, поросёнок. — И всё же? — мальчишка приподнялся на локте, заглядывая раздевающемуся Арсению в глаза. — Что ты хочешь от меня услышать? Я не знаю, насколько это была плохая идея. Да, мы оставили здесь свои данные, но, с другой стороны, это всего на одну ночь, которую мы проведем в комфорте. Я пока не чувствую в себе непреодолимое желание бродяжничать, знаешь ли. Еще и не факт, что полиция будет нас здесь искать. В общем, ничего все равно не ясно, просто довольствуются тем, что дают. — Хуясно, — обреченно выдохнул Антон и опал в кровати, утопая макушкой в подушке. — Так, давай всё-таки не свинячить, тебе тут еще спать. Одежду верхнюю снимай, я пока в душ схожу. — Угу. Арсений схватил полотенце и, смерив развалившегося Антона пристальным осуждающим взглядом, от которого тот должен был сразу же подорваться переодеваться, скрылся в ванной комнате. Спустя добрых двадцать минут мужчина прошествовал из душа, запуская в комнату облака пара через открытую дверь. — Ты так и не сдвинулся что ли, поросёнок? — грозно спросил он валяющегося и втыкающего в потолок Антона. — Отстань, Арс, — пробухтел тот. — Чё ты доебался со своей чистотой, я ж не на твоей графской кровати в ботинках лежу, и вообще, — мальчишка приподнялся на локтях, разворачиваясь лицом к собеседнику, чтобы было удобнее продолжать их дебаты на тему одежды, и так и замер с раскрытым ртом. Да, Антон сразу же осознал, что это движение безусловно было его стратегической ошибкой. Он нервно бегал взглядом по каплям воды, оставляющим мокрые дорожки на рельефе мышц оголённого накаченного торса, спасибо спортзалу, в который мужчина ходил несколько раз в неделю для поддержания формы. Полотенце было небрежно повязано на бёдрах и держалось, казалось, на честном слове и на внутренних мольбах Антона, который был уверен, что не вывезет, если оно вдруг упадёт или съедет ниже косточек. Наткнувшись на самодовольный насмешливый взгляд голубых глаз, Антон стушевался, невольно заливаясь румянцем. «Знает же, сука, что хорош», — пронеслось в голове у мальчишки, пока тот наблюдал за тем, как Арсений лениво проводит рукой по мокрым волосам. — Ну ладно, не хочешь сам — я помогу, Антон, но всё равно будет по-моему. — Что? — не понял Шастун и принялся активно перебирать в голове варианты с чем Арсений собрался ему сейчас помогать. Очевидно, что ни одной приличной мысли на ум не пришло. Мужчина присел на край кровати и потянул на себя ноги Антона, укладывая голенью на собственные колени. Он методично расшнуровал и стянул кроссовки, аккуратно поставив их на пол рядом с кроватью. Антон лишь молча втыкал на развернувшуюся перед ним картину. Затем смиренно вытянул руки, позволяя снять с себя и куртку. — Боже, Антош, ты когда успел джинсы в грязи извалять? Я пропустил какой-то момент, когда ты решил полностью превратиться в порося и начал бегать по улице на четвереньках? — Ха-ха, очень смешно, — раздался бесцветный голос. — Ладно, снимай и беги в душ, я застираю сегодня. Поняв, что мальчишка шевелиться не особо собирается, Арсений решил его поторопить. Он потянулся руками к худым бёдрам и принялся расстёгивать ширинку, попутно стягивая джинсы. — Эй! — ошалело выкрикнул Шастун, хватаясь за стремительно исчезающий предмет одежды в попытке его спасти. В зелёных глазах сквозила паника, а смешно торчащие уши пылали красным. Антон понял, что влип, когда почувствовал, как плоть под руками мужчины начала набухать от прилива возбуждения. Он давно не ощущал себя настолько беспомощным перед Арсением, да и привык сам контролировать ситуацию, а не наоборот. Последнее, чего ему сейчас хотелось, так это того, чтобы Попов увидел этот позорный стояк в грязных джинсах. — Я… — бормотал Антон, бегая взглядом по комнате, чтобы не натыкаться на эти до одури честные и бесхитростные голубые глаза. — Мне действительно лучше сейчас пойти в душ, спасибо за помощь, но разденусь там, — он вскочил, всё также придерживая джинсы, и неловко прошествовал в сторону ванной, моментально скрываясь там. Арсений хитро усмехнулся, поднимаясь с кровати и потягиваясь. На лице застыла самодовольная улыбка. — Эх, Антон, не только тебе меня выводить. В эту игру могут играть двое, — произнёс он в сторону только что захлопнувшейся двери.･━━･❪✧❫･━━･
Когда Антон вернулся из душа, облачённый в любезно оставленные для него Арсом прямо в ванной спортивные штаны и футболку, он с видимым облегчением отметил, что его премногоуважаемый, хуй-тебе-Арс-в-жопу-за-такие-выходки, сожитель перестал щеголять полуобнаженными ягодицами по комнате и теперь, переодевшись в чистое, смиренно лежал животом на своей кровати, подперев кулаком подбородок, и лениво поглядывал на экран старенького телевизора. — Будешь? — спросил Арс, даже не глядя, и протянул руку куда-то в сторону предполагаемого местоположения Антона, с батончиком мюсли, зажатым в пальцах. Антон бесцеремонно плюхнулся рядом и выхватил батончик. — А нормальной еды не предвидится? — скривился он, разглядывая предложенное угощение, и демонстративно, словно нехотя, откусил самый краешек. — Ты давай тут не выстёбывайся, ешь что дают, — Арсений закатил глаза. — Завтра нормально покормлю. — Ну ладно, я тогда тут пока расположусь — усмехнулся Антон и внаглую поставил локоть на спину мужчины, перенося на него вес тела. — О, да! Боже, давай ещё. Сильнее, Антон! — Арсений вдруг начал сладко стонать, отчего Шастун на пару секунд выпал из реальности. — Ты чего? — ошарашенно спросил он, отдёргивая руку, точно от кипятка, и проводя языком по вмиг пересохшим губам. — У меня спина болит, а ты так хорошо на позвонок надавил, — невинным голосом выдал Арсений и повёрнулся к Антону, проверяя реакцию. «С каких пор он такой хитрый, сука, лис-то», — недовольно и слегка изумлённо пронеслось у Антона в голове. — Арс, блять, какой ты дед, нахуй! Я надеялся услышать твой стон при других обстоятельствах, а не из-за твоей старческой боли в костях, — проворчал подросток, возвращая локоть на спину. — Не забывайся, Антош, — вмиг посерьёзнел мужчина, отворачиваясь к экрану. От этого тона Антону как-то сразу стало гадко и неприятно на душе, будто он сделал что-то плохое. Настроение испортилось. Какое-то время они так и сидели молча, смотря дурацкое вечернее шоу по телевизору. Антон методично, и даже не задумываясь, водил рукой по мужской спине, иногда надавливая на напряженные части. Массажем он бы это даже с натяжкой не рискнул назвать, но, судя по расслабленному дыханию Арсения, ему становилось легче. Шоу закончилось, начался выпуск новостей. Арсений напряженно закусил губу, с опаской поглядывая на экран телевизора. Антон нахмурился и скосил глаза вбок, увлечённо всматриваясь в трещины на стене. Ведущая ровным и абсолютно безэмоциональным голосом, словно все события равноценны, оповестила о банкротстве какой-то фирмы, празднику в детской больнице, устроенному силами волонтёрской организации, и о пожаре в частном секторе. — И переходим к последней на сегодня новости. Подозреваемый в жестоком убийстве школьницы старших классов сбежал от полиции вместе с несовершеннолетним заложником. Напомним, всего буквально в прошлый понедельник ученица одиннадцатого класса была объявлена в розыск, и вот на днях было найдено её изуродованное тело. Пока что главным подозреваемым по делу является её школьный учитель, который скрылся от полиции и был замечен на камерах наблюдения совершенно в другом городе. На этих кадрах вы можете видеть, как он грубо схватил заложника, предположительно его несовершеннолетнего опекаемого, также являющегося одноклассником жертвы, и заставляет его идти. На видео чётко видны признаки истощения у молодого человека. Нам также стало известно, что в свой последний день в школе, перед тем, как одиннадцатиклассник пропал, он пришёл с сильными следами побоев на лице. О причине травм подросток не признавался, вероятно, был запуган опекуном, который, напомню, является главным подозреваемым в убийстве несовершеннолетней девушки. Действительно ли обычный школьный учитель способен на подобное, или настоящий преступник сумел скрыться? Куда смотрят органы опеки? Полиция продолжает расследование… Щёлкнул пульт, и телевизор замолк, сверкнув экраном. В номере повисла гробовая тишина, пробирающая до дрожи. Арсений вперил взгляд сквозь свои трясущиеся руки. Он побледнел. Шутки, которыми они с Антоном перебрасывались весь день, теперь казались чем-то далёким и легкомысленным. Их поездка на автобусе и время, проведённое в новом месте, подарили ложное ощущение надежды, которое не имело ничего общего с реальностью. Арсений стряхнул мальчишку со своей спины и развернулся, садясь на кровати. В его глазах читалась ледяная пустота, сквозившая в голове. — Иди спать, Антон, — бросил он сухим, бесцветным голосом. — Нам нужно будет рано встать, пока полиция не стала проверять отели. Антон кивнул и соскользнул с покрывала, в два лёгких шага перемещаясь на свою кровать. Когда он оказался под одеялом, Арсений щёлкнул выключателем, и комната погрузилась в темноту. Антон вздрогнул. По позвоночнику пробежали холодные липкие мурашки. — Спокойной ночи, — прошептал он, словно в бездну, ожидая от неё ответа. Ему смертельно нужно было услышать голос Арсения, понять, что всё хорошо. Но тот молчал, не обращая внимания. Антон выдохнул раздосадованно, с ноткой отчаяния, и опустился на подушку, прижимая колени к груди, заворачиваясь в одеяло с головой. Страшно. Больно. Но нужно потерпеть. Когда-нибудь обязательно настанет утро и всё пройдёт.･━━･❪✧❫･━━･
День начался с первым криком петухов, не с той ноги и с дурного настроения. Антон не выспался даже не потому, что Арсений начал будить его ни свет ни заря. Он просто-напросто не знал сколько действительно проспал, а сколько продремал. Размеренное дыхание лежащего рядом мужчины не давало покоя и было слышно даже сквозь полотно одеяла. Да как он вообще может так самозабвенно восстанавливать силы, когда кругом столько поводов для тревоги… Антон очень хотел попасть в этот кокон умиротворения, окружавший Арсения. В какой-то момент он даже откинул одеяло, чтобы перелезть на чужую кровать, но так и не решился, позорно принимая поражение. И вот теперь сам граф Поповский, излучая неисчерпаемую энергию, возвышался над несчастным подростком, который шёл в комплекте с разбитым лицом и хроническим недосыпом, забирал одеяло и требовал вставать немедленно, приправляя всё это угрозами. По крайней мере так это видел недовольный сложившейся ситуацией Антон. Сам же Арсений чувствовал себя разбитым и помятым, а мальчишку он просто между делом разбудил и посоветовал встать, тут же забывая про него и вновь погружаясь в свои мысли. Антон тяжело вздохнул и вылез из кровати. Опущенные плечи мужчины и пальцы, нервно перебирающие первые попавшиеся в руку предметы, заставили его почувствовать вину. — Мы куда? — спросил он, меняя мягкие спортивки на уличные джинсы. — Подальше, — задумчиво ответил Арсений, поглядывая в окно, сквозь не до конца отодвинутую шторку. — Полиция же знает, что мы где-то здесь. Вообще не уверен, что нам можно использовать автобус. — Пешком что ли предлагаешь? — Антон вскинул бровь. — И куда же мы таким макаром доберёмся? Арсений развернулся к мальчишке и пожал плечами. По напряженной мимике было видно, что в его голове происходило бурное обсуждение их проблемы с различных сторон, и что решение давалось непросто. — А может мы, как Алиса, — немного нервно пошутил он, пытаясь разрядить обстановку. — Что? — Антон неожиданно дёрнулся, вскинул голову, и в удивлении распахнул зелёные глаза. Арсений молчал пару секунд, не понимая причину столь бурной реакции. — Ну, Алиса, Кэрролла которая. Не Яндекс же. Если мы не знаем куда хотим попасть, то нам всё равно куда идти, ведь куда-нибудь мы в итоге попадём, — протянул Арсений, склонив голову набок и разглядывая взъерошенного Антона. — Ага, в мусарню мы попадём, — недовольно проворчал тот. Арсений закатил глаза. Иногда он забывал, насколько Антон несносный.･━━･❪✧❫･━━･
Покинув отель ни свет ни заря, двоица двинулась по улицам, предусмотрительно накинув на голову капюшоны. Пока Антон заскочил в ларёк за неким подобием завтрака, больше похожим на дерьмовый перекус, Арсений успел прикинуть дальнейшую цель их перемещений в виде одного из соседних городов. В результате воздействия нытья Антона и голоса здравого смысла было решено всё-таки добраться туда на автобусе, а не брести пешком по дороге, что не только изматывает, но и привлекает внимание. Приехав в новое место спустя несколько часов, они тут же пошли в одну из многих захолустных кафешек, где дешево, сердито, а главное — всем похуй. — Ну и паршивый же здесь кофе, — процедил мужчина, морщась и потягивая горячую жижу. — А вы что хотели, Арсений Сергеевич? Ваша графская жизнь, когда вы могли пить дорогой кофе, ходить в кристально белой рубашке, выглаженном пальто и начищенных ботинках скоропостижно закончилась, — хохотнул Антон, впиваясь клыками в сочную самсу и облизываясь, словно довольный кот. — А может всё-таки вернуться? Дома бы пока сидели, без лишней нервотрёпки. Ты бы в школу ходил. Полиции бы меньше проблем доставили… Антон чуть не поперхнулся. — Вот вы ругаетесь, а тут, знаете, хоть какой-то кофе есть. Не думаю, что в тюрьме будет такая роскошь. Зато с отсутствием половых связей проблем не возникнет, правда сомневаюсь, что там предоставляют вазелин вместе с предложением об изнасиловании, — Антон на секунду замолчал, что-то прикидывая, а затем манерно откинул чёлку и расплылся в хитрющей улыбке. — Хотя кто вас знает, Арсений Сергеевич, может с вашим жизненным опытом вам и вазелин не понадобится. Арсений приосанился, поправил очки на носу и бросил на Шастуна взгляд павлина с уязвлённым самолюбием. — Спешу заверить, что ты ошибаешься, Тоша. — Это в чём же? — Мой жизненный опыт, как ты выразился, заключался в том, чтобы вазелин приходилось использовать другим людям. Властный рычащий шепот, на который перешёл мужчина, заставил кожу Антона покрыться мурашками. Он тяжело сглотнул. — И что, по-другому совсем никак? Я-то думал вы более вариативны, и под павлиний хвост не против принять. — Такое не практикую. А что за интерес, Тош? Были какие-то планы? — Мои планы отлично подходят под ваш жизненный опыт, — зачарованно прошептал Антон, наклоняясь ближе. Воздух между ними, казалось, был раскалён от напряжения. Арсений на это лишь усмехнулся и снисходительно потрепал Антона по голове, разрушая сложившуюся атмосферу. — Пойдём уже, ребёнок, что-то мы засиделись. Антон раздосадованно выругался и стремительно покинул помещение, оставив мужчину разбираться с вещами. Ему срочно нужно было покурить, чтобы отвлечься. Арсений спокойно проводил его фигурку взглядом до двери. Поначалу он был уверен, что своими приставаниями Антон просто дурачится, но вот теперь это начало его серьёзно волновать.･━━･❪✧❫･━━･
Над открывающейся стеклянной дверью прозвенел колокольчик, пропуская вечерних посетителей внутрь большой заправочной станции. — Ого, Арс, смотри, тут горячие бутерброды есть! — восхитился Антон, прижимаясь к витрине. Его живот одобрительно заурчал. — Да, Тош, только давай сначала по делу возьмём, а потом выберешь себе покушать. Двое двинулись вдоль рядов, наконец находя полки с походным оборудованием. Арс стал придирчиво рассматривать товар и сопутствующие ценники. — Та-а-ак, — начал Антон, лениво обводя взглядом прилавок, — чё, палатку-то берём? — Нет, — мужчина отрицательно покачал головой и взял два спальника. Антон заинтересованно выгнул бровь. — И почему же? — Всё равно сейчас быстро похолодает, а тащить её — не лучшая идея для быстрого перемещения. — Да? А я думал ты захочешь её взять, раз уж мы официально больше не ночуем в отелях. Зачем нам спальники без палатки? В лесу или на поляне какой уже не разместимся. Вот если бы у нас машина была, то другое дело. — Разберемся. Холодно. Палатку не берём, — отчеканил Арс, ставя точку в этом разговоре. Антон взглянул на него с довольной улыбкой и каким-то неверящим, полным надежды взглядом. Арсений, впрочем, ничего не заметил, увлечённый выбором. В голове он решал сложную задачку — взять достаточно, чтобы хватило на жизнь, но при этом не сильно отяготило их дорогу в никуда и значительно не облегчило кошелёк. Денег пока было с запасом, но что они будут делать, когда те закончатся, Арсений не знал да и думать не хотел. В итоге в корзину, кроме стратегического запаса еды, собранного Антоном, полетела ещё и фляга для воды, туалетная бумага, влажные салфетки и дождевики. Уже подходя к кассе, мужчина приметил гигиеническую помаду и с видимым облегчением взял одну. Шастун фыркнул, забавляясь. — Чего ты, как маленький? Ну губы трескаются от холода. За своими бы лучше последил, вечно в ранках каких-то. — Ну вот ты и последишь за ними. — Да мне не сложно, — улыбнулся Арсений и взял ещё одну помаду. Антон закатил глаза.･━━･❪✧❫･━━･
Небо за стеклом было тёмное и безоблачное, ветер аккуратно срывал багровые листья с деревьев, что отдалённо походило на безумный снегопад. Созерцать природу особенно приятно, когда ты сидишь в тёплом и уютном кафе при АЗС. Помещение заполняли немногочисленные посетители: некоторые заехали после работы, для других же это была просто остановка среди долгой дороги. В воздухе витали приглушенные разговоры, запах горячих сэндвичей, сырного супа и дешевого кофе с карамельным сиропом. Арсений с Антоном заняли большой стол с мягкими диванчиками, прямо у панорамного окна и розеток, в которые сразу подключили все телефоны, портативные зарядки, плееры и наушники, которые имелись в наличии. Арсений предупреждающе посмотрел на Шастуна, когда тот потянулся к старенькому запасному смартфону. — Да знаю я, что в соцсети нельзя заходить. Я не буду авторизоваться, просто новости полистаю. — Ладно-ладно, — не скрывая недоверия в голосе ответил Арсений и отхлебнул кофе. — Как тебе? Опять скажешь, что дерьмовый? — Естественно. — И поэтому ты продолжаешь его пить? — допытывался Антон. — Именно поэтому, Тош. Гадости мне в жизни не хватало, вот, тебя завёл, а мне, как видишь, всё мало. Решил этим кофе добавить горечи. — Эй! Я не гадость, — Шастун насупился и обиженно засопел. — И вообще, это я тебя завёл. Арсений криво улыбнулся и наклонил голову на бок, невольно копируя позу Антона, которой тот пестрит при издевательствах. — Не дорос ты меня заводить, ребёнок. — Это пока. — Ну-ну. Посидев ещё около получаса, греясь, отдыхая и краем уха слушая истории людей за соседними столиками, Арсений потянулся, размял шею и вытащил провода от гаджетов из розетки. — Всё, Антон, думаю, пора идти. Мы и так уже засиделись. Антон встрепенулся и оторвал испуганный взгляд от телефона. — Подожди, давай ещё хотя бы пол часика. Или пол пол часика. Тут же так тепло и светло. А там… Я не хочу в темноту, Арс. — Ну чего ты торгуешься вечно? Будто не знаешь, что нам не стоит долго в одном месте находиться. Полиция же… — Про полицию он вспомнил! — вспылил Антон, не давая мужчине договорить. — То есть, вот только сейчас? А то, что нас все окрестные камеры засняли ещё тогда, когда мы только пришли, тебе нормально? А отдохнуть лишних десять минут уже нельзя? Арсений пожал плечами. — Пока полиция начнёт проверять здешние камеры, нас уже тут не будет. Но это не значит, что стоит засиживаться. Особенно теперь, когда ты раскричался и обратил на себя внимание персонала. Про подбитое лицо я вообще молчу. Лучше не мути воду, Антон. Перед смертью не надышишься. — Перед смертью? Смешно, — прошипел мальчишка. — А ты когда умирать собрался? Или ты просто пофилософствовать решил? Арсений смотрел на него ледяным взглядом, до боли стискивая зубы и сжимая в кулак руку под столом. «Детей бить нельзя. Детей бить нельзя, — как мантру, повторял он в голове. — Тем более их нельзя бить, если полиция думает, что ты держишь их в заложниках и пытаешь». Он, конечно, не мог назвать себя конфликтным человеком, но Антон, вкусивший вседозволенность, начинал прилично выводить из себя. — Я не знаю, что за пиздец происходит в твоей голове, Антон, но ты сейчас молча встаешь, собираешься, и выходишь, — твёрдо сказал Арсений, прожигая подростка взглядом. Антон вздрогнул, увёл глаза в пол, ничего не ответил и стал собираться. Опущенная голова и сгорбленные плечи словно сделали его в несколько раз меньше.･━━･❪✧❫･━━･
— О, удачно мы, да? — с наиграным оптимизмом прокомментировал ситуацию Арсений, когда им с Антоном удалось поймать подъездную дверь девятиэтажки, которая уже почти закрылась вслед зашедшей внутрь женщине. К этому моменту оба успели знатно подзаебаться в безуспешных попытках найти достойное место для ночлега. — Правда ночевать на лестничной площадке мне ещё не доводилось, — Попов неуклюже почесал затылок рукой, отягощённой ремешком сумки. — Да и если кто-то из жильцов полицию вызовет, то досвиданья. — А мы и не будем, наверное, — глубокомысленно заявил Антон. Арсений вопросительно повернулся к нему, но вслух ничего не сказал. С момента, как они вышли с заправки, мальчишка впал в своё скверное настроение, при котором был мрачнее тучи, постоянно хмурился, заламывал пальцы и прятался в спасительную глубь капюшона, только бы не видеть мир вокруг. — В этом подъезде выход на чердак должен быть, — раздалось сухое объяснение. — Ты про люки? Так и что? Спать на крыше предлагаешь? Не холодно? — Не тупи, — прорычал Антон. — В таких домах не люк, а дверка небольшая. К ней обычно отдельный этаж ведёт, выше жилых. — Ну ладно, сейчас и посмотрим, — кивнул Арсений и бодро двинулся наверх, не забывая подгонять вяло плетущегося парня. После жилого девятого этажа действительно была ещё одна лестница, правда, перекрытая металлической дверью. Немного поковырявшись с висящим на ней замком, Арсений обнаружил, что кто-то не особо старался оградить крышу от посещений, и замок даже не сопротивлялся тому, чтобы его открыли. За дверью обнаружилась лестница наверх, ведущая к пусть и небольшой, но зато скрытой от посторонних глаз площадке, и ещё одна лесенка, на этот раз из прутьев, и прямо к щитку, перекрывающему непосредственно выход на крышу. Антон скинул тяжелый рюкзак со спины прямо на пол площадки, выполняющей роль их гостиничного номера на ближайшую ночь, и расслабленно выдохнул, растирая уставшие плечи. Арсений последовал его примеру. — Пойдём? — спросил Антон, кивком головы указывая наверх. — Ну пойдём. — Подержи тогда, — парень достал из рюкзака несколько банок пива и всунул в руки Арса. — Когда успел? — уже особо не удивляясь спросил мужчина, глядя на бутылки. Антон привычно криво улыбнулся, умело карабкаясь по лестнице, однако, улыбка эта глаз не затронула. — Утром, когда после отеля ты меня отправил в магазин. — Их не было в чеке, — возразил Арс. — Ну да. А как я купить должен был, если в такую рань алкоголь не продают? — Понятно всё с тобой. — Ой, да что тебе вечно-то понятно? — зашипел Антон, впрочем, сразу же успокаиваясь, когда почувствовал, что жестяной щиток под его руками наконец поддался и сошел с петель. — Сезам открылся, давай мне банки и залезай. Антон, кряхтя, протиснулся в небольшое отверстие, а затем просунул туда руки, принимая поданные банки с пивом. Арсений вылез следом, отряхнулся, и принялся заинтересованно оглядываться, осматривая старенькую серую крышу. Его привлекали и шахты выхода квартирной вентиляции, и стоки для воды, и выведенные наружу кабели. Немного сориентировавшись в пространстве, он наконец заметил темную, почти сливающуюся с чернотой ночи, фигурку Антона, притаившегося у самого края и выдыхающего в небо клубы сигаретного дыма. Арсений подошёл, копируя позу и с опаской облокачиваясь на ржавые перила. — Нравится? — первым нарушил тишину Антон, по обыкновению вперив взгляд в умиротворяющие огоньки города. На Арсения он даже не смотрел. — Да. Это… вау, — мужчина всплеснул руками. — Откуда ты знал, что здесь будет такой проход и как его открыть? — Пфф. Спрашиваешь. Я с детства по крышам гоняю. Мне когда-то пацаны в приюте показали, что так можно, и что выходы в разных домах разные, и как к ним лучше подходить, чтобы проблем не было. Я раньше за адреналином поднимался — в подъезд пролезть, люки повскрывать, на краю постоять. А потом понял, что мне только на крышах и спокойно. Когда город остаётся далеко, маленький такой. И будто никого и ничего на самом деле не существует. Даже меня. Знаешь, время здесь словно останавливается, — Антон говорил размеренно, тихо-тихо, почти шепотом, пробирающим до мурашек. А взгляд был стеклянный, невидящий, будто ушедший куда-то глубоко внутрь. Антон сделал очередную затяжку, и протянул стоящему рядом Арсению банку пива. Тот принял, хотя изначально и не собирался, пытаясь строить из себя правильного взрослого. Но то ли слова мальчишки как-то подействовали, то ли это была целительная тишина ночи или особая романтика крыши, а может, нависшая над душой угроза в виде непонятно где маячащей полиции, идущей по их следам. В любом случае, что бы там ни было, Арсений на секунду почувствовал, что все его правила и общепринятые нормы, навязанные обществом — пустое, и грош этому цена. Что строить порядочного взрослого перед Антоном не имеет смысла. Хотя бы сейчас. — Знаешь, а я же никогда не был на крыше, — прошептал Арсений, завороженно глядя вдаль. — Я тут первый раз. — Оно и видно, — Антон улыбнулся самыми уголками губ. — И как тебе? — Красиво, — ответил мужчина и сделал несколько глотков. Какое-то время они стояли в тишине, прерываемой лишь негромкими глотками и бульканьем пива в жестяных банках. Антон потерянно смотрел на огни города. Арсений задрал голову, разглядывая свет далеких звёзд. — Арс, — зовёт Антон, разворачиваясь к мужчине. — А вот если бы ты мог выбрать любую суперспособность, то что бы это было? Арсений на секунду задумывается, теряясь в омуте пьяного взгляда мальчишки. — Думаю, бессмертие. — Бессмертие? — тянет Антон разочарованно и как-то зло. — И почему же? — Ну как почему? Представь сколько всего ещё изобретут интересного, фильмов наснимают, планеты другие научатся заселять. А я же ничего из этого не увижу. Это как какой-нибудь средневековый крестьянин, который прожил свою крохотную скучную жизнь и потом умер от чумы. Он даже представить не мог, как будут жить люди в наше время. Вот и мы не можем. Я просто не хочу быть этим крестьянином, — Арсений шмыгает носом. — Да и это безопасно. Никто не застрелит, не запыряет в подворотне. Отлично же. — Как ты красиво всё расписал. Бесконечная жизнь в радужных тонах. — А разве нет? — Думаешь, если не пырнут и не застрелят, то всё хорошо будет? А вот представь, Арс, тебя такого красивого бессмертного и охуенного ловят, заковывают в железный ящик и бросают на дно Марианской впадины. И ты лежишь там в абсолютной темноте в этом сраном ящике. Наедине со своими мыслями. И ты, сука, тратишь не один десяток лет, пытаясь оттуда выбраться. И вот железный гроб проржавел, прохудился, и ты наконец выбираешься из него и думаешь, что теперь-то всё хорошо. А ничего, блять, не меняется. Даже хуже стало. Потому что раньше ты был хотя бы в ящике, а оказался просто на дне. И там темно настолько, что ты даже не знал, что такая мгла злоебучая вообще существует. И тебе, блять, страшно. До жути страшно. Страшно сидеть в этой темноте. Страшно, что ты один. Страшно, что во тьме с тобой кто-то есть. Страшно, что блуждаешь по ней, а выбраться не можешь, как бы ни старался. И вот ты уже начинаешь сходить с ума и готов умереть, только бы это всё закончилось. И даже этого ты блять не можешь. И единственное, на что тебе остается надеяться, так на то, что внезапно кто-то снизойдёт до тебя, спустится с самой поверхности прямиком на дно Марианской впадины и осветит тебе дорогу, заберёт с собой. Пусть даже не на сушу, но хотя бы туда, где светло, а разноцветные рыбки прячутся в причудливых кораллах. Антон поёжился, опустошил пивную банку одним большим глотком и выкинул её с крыши. Арсений застыл с расширяющимися от ужаса глазами, пытаясь переварить то, что услышал, и понять, откуда такие мысли в голове его жизнерадостного мальчишки. Последний, тем временем, пьяно пошатываясь, перекинул ноги через хлипкую ограду и оказался прямо на краю крыши. — Антон, что ты делаешь? — запоздало опомнился Арсений, следивший за происходящим словно через пелену. — Шастун, слезь оттуда. — Вы бы прыгнули со мной, если бы я попросил? — проникновенно спросил Антон, заглядывая мужчине в глаза, и сильнее двинулся спиной к краю, так, что на крыше остались только носки кед, пятки же висели в воздухе. — Антон, ты с ума сошел?! — Арсений сделал выпад, ложась на перила грудью, и, как мог, вцепился в дутую куртку мальчишки. — Отойди от края, кому говорю! — Ясно, так и знал, — разочарованно протянул Антон и подался вперёд, чуть расслабляясь и падая в руки Арсения, позволяя этим рукам себя затащить. Вернув практически безвольную и абсолютно несопротивляющуюся тушу на твёрдую крышу, Арсений обессиленно осел, прислонившись спиной к перилам и переводя дыхание. Он чувствовал холодный пот, облепивший спину. Губы пересохли. Арсений повернулся на сидящего рядом Антона, чтобы спросить, какого собственно хуя, но увидел, что у того колени трясутся от слабости, а тонкие пальцы нервно сжимают край его же, Арсения, пальто, и не стал. Он лишь уткнулся носом в русую макушку и закрыл глаза, втягивая воздух. — Пожалуйста, не делай так больше. Пойдём лучше спать.･━━･❪✧❫･━━･
Арсений проснулся первым, осторожно выполз из-под прильнувшего к нему Шастуна, вытащил оттуда же свой спальник, накрылся им, словно пледом, и полез на крышу. Рассветное небо, окрашенное в нежно-розовый, радовало глаз, а свежий воздух очищал затуманенный мозг. Каждое утро он задавался одними и теми же вопросами. «Правильно ли я поступил?», «Что будет, если нас поймают?», «Не лучше ли сдаться сейчас, пока мы не успели наделать делов?», «Какого хера я впутал Антона в эту историю?». Хотя с последним, наверное, было проще. Антон нешуточно боялся перспективы загреметь в тюрьму, пусть и не особо понятно отчего. Но ведь кто знает, как там в полиции дела решаются — для выполнения плана могут и притянуть, только бы дело закрыть, а на сироту, который переспал с богатенькой девочкой, и к моменту судебных разбирательств уже выйдет из возраста опеки, никто и лишнего внимания не обратит. Арсений так ушел в свои мысли, что не заметил подкравшегося Антона и вздрогнул, когда почувствовал, что перила, на которые он опирался, пошатнулись. — И тебе доброе утро, — поздоровался растрёпанный и ещё сонный мальчишка, делая несколько глотков воды, а затем предлагая бутылку и Арсу. — Спасибо. Арсений отпил, не протирая горлышка, вернул крышку на её законное место и принялся рассеянно крутить бутылку в руках. Он вспомнил ночной монолог Антона, и осознал, что никак его не прокомментировал. А должен был. Арсений так и не понял, что за крик души вырвался в тот момент, но он должен был Антона поддержать. Кто, если не он? Уже поздно, или стоит поднять эту тему? Он бросил оценивающий взгляд на мальчишку и понял, что тот зябнет, сжимая сигарету в тонких пальцах, еле виднеющихся из-за натянутых рукавов. — Антон, — позвал мужчина, широко разводя руки, — иди сюда, чего ты мёрзнешь, ребёнок. Шастун ухмыльнулся и нырнул под тёплый спальник-плед, заметно расслабляясь. Арсений смотрел на него, пытаясь угадать ход мыслей, думает ли он о минувшей ночи. Но нет, тот лишь с видимым довольством грелся и подставлял нос солнышку. Никакого сожаления и неловкой тишины. На что я надеялся? Как будто у него есть привычка рефлексировать и что-то обсуждать со мной. Особенно своё состояние в тёмное время суток. — Слушай, — аккуратно начал Арсений, решаясь на пробу задать вопрос, — а какую бы ты хотел суперсилу? Антон непонятливо на него посмотрел и лучезарно улыбнулся во все тридцать два, пуская в небо колечки дыма. — Ну-у-у, телепорт наверное. Представь как круто, что можно в любой момент в любое место переместиться, красивые страны там всякие посмотреть. Или в столовку смотаться по быстряку и без очереди. Да и от полиции бы бегать было гораздо проще, — Антон хохотнул, забавляясь от нарисованной воображением картины. — А ты чего спросил то? Арсений лишь вздохнул и потрепал его по волосам, пытаясь вернуть сбившуюся челку в более-менее приличное состояние. — Да так, просто в голову пришло, — мягко ответил мужчина. А в мозгу стучала мысль о том, что с телепортом его Тоша смог бы легко выбраться из той пугающей и ненавистной впадины на дне Тихого океана. — Чёрт, как же я хочу чашечку кофе, — простонал Арсений, решая перевести тему. — Даже тот мерзкий с заправки? — Особенно тот мерзкий с заправки. — Собираться пойдём тогда, я в туалет хочу, а ссать на крыше как-то некомильфо. — Ого, в ком-то проснулись манеры. — Да иди ты, — беззлобно ответил мальчишка и шутливо пихнул Арсения корпусом.･━━･❪✧❫･━━･
Заправка предоставила отличную возможность привести себя в порядок, умыться и позавтракать. Осушая стаканчик с кофе, Арсений с некой неприязнью подметил, что начинает к этому привыкать. Боже, когда я докатился до такого! Всё же в порядке было — приличная квартира, работа, хобби. Такими темпами скоро дойду и до ночёвки на помойке… Они вышли с заправки, отдалились от шумной дороги и стали продвигаться через окраины. Арсений в душе не знал, куда он вёл Антона, и правильно ли он делает. В голове была только одна мысль: главное — идти. Проходя сквозь один из дворов между стареньких хрущевок, взгляд мужчины зацепился за запылившуюся и явно давно забытую машину. — Эх, а вот автомобиль бы нам не помешал, — тоскливо озвучил он свои мысли и пошел дальше. Антон, тихо бредущий следом, встрепенулся и вцепился в рукав пальто, останавливая. — Так пойдём проверим. — Что? — Машину, конечно. Она же не раздолбанная с виду, ничего, — мальчишка пожал плечами и двинулся к объекту интереса. Арсений, недовольно шипя — за ним. Обойдя автомобиль несколько раз по кругу, было вынесено экспертное заключение, что старенькая, ржавенькая, но на первый взгляд всё цело и даже шины, на удивление, не спущены. — Прикрой меня, — сказал мальчишка, воровато оглядываясь по сторонам, скинул тяжелый рюкзак и потянулся откручивать антенну с крыши авто. — Ты чего делаешь? — выразил Арсений своё недовольство вперемешку с испугом. — Как что? Транспорт нам добываю, — между делом ответил Антон, введя антенну под стекло водительской двери и теперь сосредоточенно ковыряясь ей в районе дверной ручки. — Нас сейчас увидит какой-нибудь дед, вызовет полицию, и досвиданья, — бурчал Попов, усиленно изображая разгневанного взрослого. — Дед тут только ты, — раздался щелчок. — О, открылась! Арсений спрятал лицо в ладонях. — Я даже спрашивать не хочу, где ты этому научился. Двигатель, поди, тоже умеешь заводить? — А то, — хмыкнул Антон, нагнулся, и полез корпусом в салон, оставляя выставленный зад прямо перед Арсением. Тот залип на несколько секунд, не зная, чего хочет больше — рассерженно пнуть, потому что какого хера Антон постоянно творит всякую херню, или осторожно провести пальцами, потому что он, Арсений, тоже блять не железный, а нескончаемые то ли шутливые, то ли что-блять-происходит-Антон-я-же-не-выдержу, намёки всё чаще заставляли Арсения задумываться над тем, что он чувствует. — Ну типа готово, — прервал размышления довольный возглас, — тут бензина немного, буквально на донышке, — Антон сделал характерный жест и радостно оскалился, — до какой-нибудь заправки хватит докатить. Не до конца слили. Или не сливали, а так и было, хер знает, в душе не ебу. Арсений тяжело вздохнул. — Ты невыносим. — Но у нас теперь машина есть, круто же. Права взял? — Круто. Взял. Но смысл в них, ведь если остановят, то пиши-прощай. Пиздец, я ворую чужую машину. — Эй, не воруешь, а выгодно обмениваешь на воздух! Да и ей вроде не пиздец часто пользуются. — Хватит языком чесать. Поехали, — оборвал разговор Арсений, не в силах больше продолжать этот разговор. Разыгравшаяся совесть неприятно грызла душу.･━━･❪✧❫･━━･
Машина ехала тихо, но стабильно, да и Антон оптимистично рассудил, что с такой они дальше будут. В багажнике обнаружились вещи разной степени полезности и интересности — от резиновых сапог до походной газовой горелки, набора металлической посуды, полусгоревших свечей и пустых канистр. — О, действительно тачка деда какого-то. Смотри, Арс, ты сородича своего обокрал! — глумился Антон, расположившись на заднем сиденье и разглядывая добро. Припарковались они неподалёку от заправки, спрятавшись на съезде в полуопавших кустах, чтобы не привлекать лишнего внимания. Наполнили канистры, а затем и бак, бензином, протёрли тряпочками от пыли снаружи и в салоне. Арсений не удержался и повесил ещё и ёлочку. С каждой секундой он всё больше понимал, как далеко они зашли. Сначала их поездку ещё можно было воспринимать достаточно миролюбиво, как способ уехать на пару дней, чтобы отвлечься от проблем, а потом вернуться и с новыми силами помогать следствию, и только. А теперь всё становилось серьезно — взломали крышу, угнали машину, на которой собрались ринуться не пойми куда. И это только начало, он это чувствовал. Какова вероятность, что дела отчего-то пойдут лучше, если они уже скатываются по наклонной? Каждым чёртовым действием с начала этой поездки они словно подтверждали свою вину. Арсений тяжело сглотнул. Осознание накатывало на него волнами. Руки, вцепившиеся в тряпку, начинали подрагивать. Что он будет делать с Антоном, если тот опять выкинет что-то, как вчера, на крыше? Это чертовски опасно. Как он объяснит свой побег, если их поймают? Может, ещё не поздно вернуться? А может, они уже нашли настоящего убийцу? — Это… я… мне в туалет нужно, закончи тут пока что, — рассеянно бросил Арс и поплёлся в сторону телефонной будки на заправке. Ему казалось, что он всё делает неправильно. Но что иначе сделать нельзя. Он взял на себя слишком большую ответственность. Имел ли право? Ему срочно нужно было услышать кого-то родного. Узнать, что происходит. Оксана. Ему нужна его милая Оксана. Гудки в трубке стояли недолго, быстро сменившись болезненным женским голосом: — Кто это? Я слушаю, — практически безжизненно спросила Оксана. У Арсения защемило сердце — ни следа от его вечно радостной взбалмошной девчонки. — Привет, Окс, — с нежностью прошептал он. Оксана ойкнула и принялась всхлипывать. — Арс? Ты живой, а я так переживала… Боже, где ты? Хотя нет, не говори этого. С Антоном всё хорошо? — Тшш, всё в порядке, все здоровы. Не плачь, пожалуйста. — Да как мне не плакать, Арс? Ты бросил меня тут одну, ничего не сказав. Они на меня спустили всех собак. Меня уволили, Арс. Мне без тебя так плохо. Без вас, — с болью в голосе проговорила Оксана, не сдерживая слёз. — Прости, милая, прости. Я не знал, что делать. Я всё ещё не знаю. — Вы вернётесь? — Ты считаешь, мы должны? Оксана молчала какое-то время, пытаясь справиться с эмоциями, накопившимися за эти дни, и разложить мысли по полочкам. — Знаешь, сколько я тебе звонила? — шептала она. — Сколько сообщений оставила с мольбой о твоём возвращении? Я правда просила, чтобы ты вернулся, не делал глупостей, пошел навстречу полиции, а не зарывал себя. А потом они пришли ко мне, перерыли весь дом, все мои рабочие документы. Сказали, что ты психопат. Представляешь, они нашли там что-то, и считают, что ты убил Иру, потому что с ней переспал Антон. А потом избил и его, потому что он её защищал. Они узнали про твою ориентацию. В их головах, раз ты гей, то ещё и педофил, и вообще опасный для общества субъект, не способный себя контролировать. Когда я сказала, что ты не можешь быть педофилом, они мне начали про какую-то историю с фотографиями школьников затирать. Пиздец, да? — Оксана всхлипнула и грустно рассмеялась. — Родители Иры рвут и мечут. Если тебя поймают, то они сделают всё, чтобы ты прошел через все круги ада. А заодно и Антон. Представляешь, они назвали его грязным ненужным крысёнком, посмевшим обесчестить их дочь. Я не знаю, что я могу вам посоветовать, Арс, но возвращаться сюда или сдаваться полиции — это одни из худших вариантов. — Я… я тебя понял, Окс. Спасибо. — Я просто верю в тебя и тебе. Пока больше ничего не могу предложить. Удачи. Арсений вернулся к машине абсолютно опустошенный. Он молча кивнул Антону и занял водительское сиденье. Открыл карту, примеряясь к дорогам. За неимением лучшего варианта, решил двигаться к центру страны по небольшим городкам. Вздохнул, вытер влагу с ресниц, стиснул зубы и выехал на дорогу. — Больно, наверное, когда абсолютно невиновен и всю жизнь себя вёл, словно по учебнику, а за тобой объявляют охоту те люди, которым ты доверил эту самую жизнь охранять? — тихо спросил Антон, зная, что слова попадут точно в цель.
