"Следствие вели..." с Вэй Усянем

Вэй Усянь и Цзян Чэн переглянулись. Раз уж у них появилась возможность расправиться с этой тварью, ее нельзя упускать. И Вэй Усянь очень надеялся, что Цзян Чэн понимает это так же хорошо. — Ладно, — наконец сдался тот. — Можешь использовать Чэньцин. Казалось бы, он произнес это так тихо, что слова его никак не могли донестись до слуха твари сквозь грохот костей и чавканье, однако скелет тут же перестал шевелиться и есть. Он, верно, затаил бы дыхание — если бы мог дышать — и настороженно напрягся — если бы имел мышцы. Медленно, со скрипом, череп его повернулся в сторону надгробия, а пустые глазницы полыхнули голубым пламенем. Ждать больше было нельзя. Вэй Усянь и Цзян Чэн бросились в противоположные стороны. Вот только Цзян Чэн тут же затерялся среди могильных холмов, а Вэй Усянь остановился прямо перед скелетом и поднес к губам флейту. Само собой, такая наглая жертва привлекала куда большее внимание. К ней-то скелет и направился, вернув на место череп и хищно сгорбив позвоночник. Вэй Усянь усмехнулся — и заиграл звучную, быструю мелодию. Нужно всего лишь пробудить в мертвецах затаенную злобу к своему убийце… Вэй Усянь проделывал это много раз. Вот и сейчас недоеденный заклинатель, влекомый властными звуками Чэньцин, поднялся на единственной уцелевшей ноге… Вэй Усянь замер, пораженный. Восстал лишь один мертвец! Но как же остальные? Ведь это тот самый погост, где хоронили погибших за эти две недели людей! Неужели… неужели к этой твари никакой злобы они не питали — потому что были убиты не ей? Подчиняясь приказу мелодии, недоеденный заклинатель кинулся на скелет — и его тут же отшвырнули в сторону. «Одного лютого мертвеца мало, — подумал в смятении Вэй Усянь, — он не сможет удержать такого сильного духа! Вероятно, тот заклинатель, которого обнаружил Лань Чжань, сейчас тоже идет сюда… Ах, да. У него же нет ног». А скелет тем временем перешел с осторожного, крадущегося шага на бег. Прыжок! Вэй Усянь увернулся, посмотрел в ту сторону, куда должна была приземлиться тварь — но никого там не нашел. — Позади! — послышался крик Цзян Чэна. Вэй Усянь обернулся. Скелет не мог обежать его, оставшись незамеченным! Что же он такое? Не просто чьи-то останки, не просто призрак… Неужели чья-то душа стала демонической сущностью? Выходит, что так: это единственное объяснение подобным перемещениям. Цзыдянь фиолетовой молнией обрушился на тварь — и сотни костей разлетелись по погосту. Но лежать разрозненно долгое время им не пришлось: уже через несколько секунд они вновь засветились голубоватым огнем и… Вэй Усянь был уверен, что сейчас они вновь соберутся в полноценный, оголодавший до человеческой плоти скелет, но кости просто растворились в воздухе. Однако скелет все же появился. Не собрался, а просто появился. Прямо за спиной Вэй Усяня. «Впору жалеть, что ты отказался от использования меча, Вэй Ин!» — мелькнула в его сознании мысль… И он, резко обернувшись, начертал на груди скелета сковывающую печать. Продержаться она должна была, по подсчетам Вэй Усяня, в лучшем случае, минуту. А значит, единственное, что они успели бы сделать, так это сбежать. Цзян Чэн подлетел к Вэй Усяню на мече и помог ему забраться, после чего вместе с ним взмыл в воздух. — Нам нельзя возвращаться в город, — сказал он, часто дыша, — а не то можем привести эту тварь за собой. Дождемся Ханьгуан-цзюня. Ему, должно быть, известна какая-нибудь подходящая техника ордена Гусу Лань. Но вот сколько им придется ждать, они не знали. А печать тем временем перестала сдерживать демона — и он принялся вновь разыскивать сбежавшую добычу. Вэй Усянь и Цзян Чэн чувствовали себя в безопасности: они поднялись достаточно высоко, чтобы скелет не смог до них допрыгнуть. Одного они не учли: демон мог не только прыгать и появляться, где ему вздумается. Поэтому теперь он парил напротив и глядел на них ярко пылавшими глазницами. — Лети за Лань Чжанем, — велел Вэй Усянь Цзян Чэну — и спрыгнул с меча. — С ума сошел? Куда ты? — Демон охотится на меня, я могу его отвлечь! — Чэньцин бессильна, что ты собираешься делать? Но Вэй Усянь его уже не слушал: он смотрел на мгновенно появившийся перед ним скелет. Тот приостановился и, казалось, потянул воздух носом — разве что, носа у него не было. А потом выпрямился совершенно. И снова исчез. — Вэй Ин, ты чем там надушился? — донесся сверху гневный крик. — Ему не понравился твой запах, и он вернулся за мной! Вэй Усянь задрал голову и увидел повисшего на Цзян Чэне скелета. Но предпринять ничего не успел. По погосту прокатилась волна вибрации, и раздался громкий перелив звуков. Гуцинь. Лань Ванцзи. Вэй Усянь смотрел, как исчезает — теперь окончательно — демон, а потом устало прикрыл глаза. — Ты его уничтожил? — спросил он опустившегося рядом Лань Ванцзи, хотя уже знал ответ. Конечно, он его уничтожил. — Нет, — ответил Лань Ванцзи. — Только изгнал. Временно. *** — И о чем ты хотел нам поведать, глава Не? — Цзян Чэн прислонился к стене и скрестил на груди руки, показывая полную готовность выразить недовольство всему, что только ему сейчас ни скажут. Не Хуайсан встревожено глянул на него, на Вэй Усяня, на Лань Ванцзи и, глубоко вздохнув, заговорил: — Попрошу не перебивать меня и выслушать до конца. За эти две недели не случилось ни одного нападения на жителей. Я придумал все это лишь для того, чтобы вы трое прибыли сюда. Тот труп оставил в лесу я — его перевозили через Син Цзю к Цинхэ, в усыпальницу моего ордена… вы сами понимаете, для чего. Сейчас он, вероятно, уже там — а в землю опустили пустой гроб. Те его «родственники», да и вообще все жители этого городка предупреждены о моем плане и должны мне всячески подыгрывать. — Как заморочился-то! — не вытерпел Цзян Чэн. — Зачем тебе понадобилось собирать нас всех вместе? — Я хотел помирить вас двоих — и воскресить те времена, когда мы трое были дружны. Я думал, охота нас сблизит. Я думал, весело будет. — Как ты мог предугадать, что от орденов приедем именно мы с Вэй Ином? — А кого еще ты бы мог назвать «самым способным и сильным заклинателем», кроме себя? — улыбнулся Не Хуайсан. — Я только боялся, что глава Цзинь приедет, но не пригасить его не мог. Что ж, хоть здесь мне повезло. А с Вэй-сюном мне помог Лань Ванцзи. — Так ты обо всем… — опешил Вэй Усянь. — Лань Чжань, плетешь интриги за моей спиной? На что тот ответил: — Я согласен с главой Не. Вы никогда бы не помирились без посторонней помощи, даже если каждый из вас этого желает. — Откуда вам знать, чего мы желаем? — взвился Цзян Чэн. — Со своими отношениями мы в состоянии разобраться самостоятельно. Манипуляции и обман — не лучший способ вернуть былые дружеские чувства. И вообще… Вэй Усянь поспешил оборвать эту тираду: — Если никакой твари нет, кто же тогда был на погосте? — Я не знаю! — выпалил Не Хуайсан. — Я прежде ее здесь не видел. Полагаю, это как-то связано с Юншэн. Первоначально я собирался подделать гадание, но — Цзян Чэн не даст мне соврать, ведь он сам держал персиковую ветвь — к нам и правда явился чей-то дух! Но Цзян Чэна нельзя было так просто успокоить. — Наверняка это твоя очередная увертка! — Ты видел труп того заклинателя — он был свежий! Я бы не стал никого убивать ради собственной затеи, — заверил Не Хуайсан и тише добавил: — По крайней мере, в этот раз. А выпускать на свободу опасную тварь, о которой не имею не малейшего понятия — тем более! — Кстати, о том заклинателе, — вспомнил Вэй Усянь. — Вы нашли его брата? — Нашли. Но… — Не в доме? На погосте, без ноги? — спросил он и получил согласный кивок. — Остались в этом городе еще сильные заклинатели? — Да, кажется, только вы. Хотя, быть может, есть кто-то еще. Вэй-сюн, ты знаешь что-то об этом скелете? — Я догадываюсь, что это за существо. — Бай гу-цзин? — спросил Вэй Усяня Лань Ванцзи. — Да, я тоже о ней подумал. — И пояснил для остальных: — Это не просто какой-то лютый мертвец — это демон, которым обернулся скелет женщины. Если в момент смерти она пожалела, что не обладала хорошо развитым Золотым Ядром, чтобы защититься, и затаила в себе злобу, она становится бай гу-цзин. Питаются эти демоны святыми людьми с высоким уровнем духовных сил, надеясь восполнить собственные и достигнуть бессмертия. Правда, в конце концов эта впитанная ими энергия их и разрывает. Но не поглощать ее бай гу-цзин уже не могут: чем больше они съедят, тем сильнее будет их голод — и тем меньше останется в них человеческого сознания. В общем-то, по жертвам нашего скелета я и определил его сущность. А меня он тогда не тронул, верно, потому что Золотое Ядро Мо Сюаньюя не сформировалось окончательно. Или я просто не совсем святой. — А я прям святой? — возмутился Цзян Чэн. — Вы ведь поможете избавить от нее? — взмолился Не Хуайсан. — Я не знаю, не знаю, как можно ее убить! — Честно говоря, я тоже, — признался Вэй Усянь. — Чэньцин может управлять призраками и лютыми мертвецами, но демон, да еще и такой сильный, как бай гу-цзин, — это совсем другое. Обычно с ним не борются: от него спасаются, а он, рано или поздно, сам себя уничтожает. Но мы не оставим тебя с ним, Не Хуайсан. — Я в этом не участвую. Уверен, это лишь новая уловка. — Цзян Чэн собрался было выйти из комнаты, но не успел сделать и шагу, как с улицы послышались отчаянные, пронзительные крики.