Konstellation

      Сакура торопливо расстегивала пуговицы пальто, которые упрямо не хотели поддаваться обветренным пальцам. Сегодняшний рабочий день начался слишком сумбурно. Не успела она вместе с коллегой подняться на этаж, как лейтенант Ямато, поймавший их у лифта, сообщил, что в ближайшие минуты состоится срочное собрание. Поэтому теперь времени у детективов еле хватало на то, чтобы скинуть вещи и домчаться до переговорной. Утренний беспредел в участке уже не первый раз вводил Сакуру в ступор. Было видно невооруженным глазом, что за последний месяц коллеги привыкли быть в стабильном напряжении. Если до этого по утрам они находили в себе силы лишь для того, чтобы вяло потягивать крепкий кофе, развалившись на рабочем месте, то теперь все как один носились по отделу, совершая звонки и передавая документы. Сбросив наконец пальто с плеч, Харуно поняла, что пора бы и ей вливаться в этот стремительный поток.       Направляясь быстрым шагом в сторону переговорной, Сакура продолжала обдумывать недавние слова Шикамару. Она по-прежнему не знала никаких подробностей, но одной фразы о том, что на новой жертве нашли символ джашиниста, хватило, чтобы выбить Харуно из колеи. Детектив была на сто процентов уверена, что они взяли настоящего маньяка, ведь она как никто другой смогла прочувствовать все его бесчеловечные манипуляции на собственной шкуре. Этот гад признался ей буквально прямым текстом той злополучной ночью! Сакура и не предполагала, что это дело снова станет активным. Она только-только полностью пришла в себя, и вот опять...       Замерев на секунду перед дверью, Харуно сделала глубокий вдох. Определенно, ей не стоило мучить себя выдуманными и неподтвержденными догадками. Еще неизвестно, что по этому поводу скажет начальство на собрании. Но судя по количеству присутствующих, дела обстояли серьезно. Собравшись с силами, Сакура выпрямила спину и решительно шагнула через порог.       Где-то в первых рядах, перед проектором, она разглядела коллег по группе. Трое парней активно обсуждали что-то вполголоса, в то время как ни Хатаке, ни Сенджу в помещении не наблюдалось. Заприметив свободный стул возле Инузуки, Сакура начала бесшумно протискиваться между рядами в нужном направлении.       — Утречка, Харуно, — Киба одарил ее оценивающим взглядом. — Снова опаздываешь? Хотя, наверное, у тебя были причины…       — Ни слова, — грозно зыркнула на него Сакура. Само собой, такой реакции от любопытного разгильдяя Инузуки она ожидала. Стоило отметить, что парень имел репутацию бабника. Поэтому неудивительно, что он взялся комментировать изменившийся статус личной жизни своей коллеги. Помнится, пару раз он и сам подбивал к ней клинья. Благо это осталось в прошлом. — Расскажите лучше, в чем дело?       — Мы пока тоже не в курсе, — пожал плечами Сай. — Ямато ничего толком не объяснил.       — Если снова нашли тот символ, возможно, мы имеем дело с подражателем, — Нара сложил руки на груди и продолжил что-то сосредоточенно обдумывать.       — Да подожди ты предположения строить, — вмешался Инузука. — Мне дежурный сказал, что Сенджу в участок чуть ли не в пять утра заявилась. На нее не похоже…       — Видимо, все настолько серьезно, — монотонно заключил Сай. — Хатаке, правда, до сих пор нет.       — А вы вчера до скольки сидели? — полюбопытствовала Сакура. Конечно, она сомневалась, что капитан мог просто проспать начало смены из-за бурной ночи. Однако она до сих пор не была в курсе того, как закончилась та странная вечеринка. Ребята выглядели вполне свежо, даже отвратительный запах перегара отсутствовал. Потому вопрос о местонахождении Хатаке в такой ответственный момент оставался открытым.       — Играли в карты где-то пару часов после того, как ты уехала. Потом тоже разошлись.       — Ты что, Харуно, — хмыкнул Сай, в дополнение к ответу Шикамару, — надеялась, что нам удастся напоить капитана, и он помрет от похмелья? — на бледном лице парня образовалась знакомя приторная улыбка.       — Ни на что я не надеялась… — буркнула Сакура, оглядываясь назад. Похоже, об их терках с Хатаке было известно всему отделу.       Тем временем свободных стульев в помещении практически не осталось. По какой-то причине в курс дела решили ввести даже те группы, которые ранее не принимали участия в расследовании. Максимум — оказывали поддержку. У входной двери Сакура заметила мечущуюся Шизуне: она активно кивала на слова шепчущего ей что-то лейтенанта. Отвязавшись от Ямато, женщина направилась к письменному столу, расположенному прямо напротив первого ряда стульев. Глубокая морщинка залегла меж бровей секретаря, когда она принялась спешно настраивать проектор и подключать ноутбук.       Спустя несколько минут наконец появилась Цунаде. Она как всегда бесцеремонно и эффектно ворвалась в переговорную, не удостоив окружающих даже одним коротким взглядом. Вынуждая стоящих на ее пути детективов расступиться, она, не сбавляя темпа, настигла своего секретаря. Грозное выражение лица Сенджу ничего хорошего не сулило. Впрочем, то было ожидаемо. Уточнив что-то у Шизуне, начальница громко выругалась:       — Да где его черти носят!       Подчиненные, особенно те, которые сидели ближе всего, моментально прекратили свою болтовню, не желая распалять и без того импульсивный характер Цунаде. Догадаться, на кого именно гневалась женщина, не составило труда.       «Неужто капитан любитель опаздывать? А еще нас в это носом тыкал…» — возмутилась про себя Харуно. Было одновременно и сложно и отрадно поверить в то, что Хатаке, славящийся своей дисциплинированностью и высокими требованиями, оказался ничуть не лучше непунктуальных детективов.       Давая возможность Шизуне спокойно завершить подготовку к презентации, Сенджу повернулась в сторону зала и одарила подчиненных пристальным взором. На секунду могло даже показаться, что она пересчитывала присутствующих, как учительница на контрольной — настолько неуютно было ощущать на себе эти въедливые янтарные глаза. Нервно постукивая каблучком, женщина шумно выдохнула.       Как только на белой доске заморгало блеклое изображение, в переговорную как по заказу вошел Хатаке в сопровождении еще двух мужчин. Внимание сидящих немедленно переключилось на задержавшегося капитана. По его слегка растрепанным на ветру волосам становилось понятно, что он торопился. Оставив двух коллег где-то в последних рядах, Хатаке прошел вперед и как ни в чем ни бывало кивнул Сенджу.       — Отлично, можем начинать, — заявила начальница, звучно хлопнув ладонью по столешнице. Как ни странно, никакой отрицательной реакции в сторону опоздавшего капитана от нее не последовало. В целом, сейчас им было не до этого. Прокашлявшись в кулак, Цунаде стала объяснять цель внепланового собрания: — Как мы с вами прекрасно знаем, некоторое время назад был задержан преступник, мучивший мирное население на протяжении нескольких лет. Хидан Мацураси, он же джашинист, — секретарь пару раз кликнула мышкой, и на большом экране высветились фотографии задержанного в профиль и анфас. — До сих пор полиция совместно с ФБР пытается связать этого человека со всеми известными жертвами, но значимых продвижений все еще нет. У нас есть все основания полагать, что именно Мацураси является джашинистом. И, к счастью, у нас также есть все основания держать его под стражей, — в этот момент Цунаде бросила беглый взгляд на сидящую перед ней Харуно, якобы подразумевая то самое нападение, которое было совершено на детектива. — Как и многие из вас, я надеялась, что к этому делу больше не придется возвращаться, но сегодня ночью произошло еще одно убийство. Снова молодая девушка, снова религиозный знак на ее теле.       Внимающие каждому слову Сенджу детективы заметно оживились. Кто-то из них наклонился ближе, боясь упустить нечто важное, кто-то начал перешептываться с соседями и делиться догадками. До ушей стали доноситься обрывки фраз, сообщающие, что коллеги предполагают появление подражателя или же задержание ложного подозреваемого. Желая прервать начинающийся балаган, Цунаде, взявшая пару секунд для передышки, повысила голос:       — Попрошу не отвлекаться! — подчиненные заткнулись как по команде. Иногда Сенджу и правда чем-то напоминала грозную воспитательницу. Удовлетворившись восстановившейся тишиной, она продолжила: — Когда дежурный сообщил, что на жертве снова найден знак джашиниста, я тоже стала думать, что действует подражатель или что-то вроде того. Но уже в морге я убедилась в обратном. Как оказалось, прибывшая на место преступления группа неточно передала информацию, из-за чего возникло недопонимание. Внимание на экран.       Сакура вместе с остальными сосредоточенно уставилась на сменившееся изображение. Стоило признать, вид открывался не самый привлекательный. Как принято выражаться — не для слабонервных. Благо сотрудники полиции таковыми не являлись. Этих людей, прошедших через огонь и воду, уже мало что могло заставить почувствовать себя плохо. Перед детективами предстали снимки с места преступления, Сенджу начала комментировать:       — Рен Кавасаки, тридцать один год. Множественные ножевые ранения. Большинство из них не опасны для жизни, однако есть несколько смертельных. Тело доставили к нам всего три часа назад, поэтому Орочимару еще не закончил проводить исследования. Скоро он даст заключение: какое из ранений стало решающим. Но я бы хотела заострить внимание на другом, — Шизуне переключила слайд, и на экране показалось более близкое изображение тела убитой. Судя по окружающей обстановке, данный снимок был сделан уже в морге. — Это и есть тот символ, о котором сообщила дежурная группа.       В то время как ждущая бурной реакции начальница с пристальным любопытством наблюдала за меняющимися лицами подчиненных, по переговорной прошла очередная волна перешептываний. Не обращая ни на кого внимание, Сакура продолжала неотрывно пялиться на экран. Глубокие ножевые порезы, которые более не кровоточили, интересовали Харуно в последнюю очередь. Единственное, что намертво приковывало ее взгляд — белесый выпуклый шрам, имеющий очертания перевернутого треугольника, заключенного в окружность. Но… Почему шрам?       На фото половина бездыханного тела жертвы была прикрыта простыней, но этого хватило, чтобы понять, на каком именно участке кожи был расположен символ: в самом низу живота, около правой тазовой кости. Этот факт показался Харуно тоже довольно странным, ведь джашинист предпочитал оставлять свои отметины значительно выше, в менее интимных местах.       — Как вы можете видеть, в этот раз все иначе, — Цунаде вновь заговорила, желая поскорее перейти к сути. — Если раньше преступник сам вырезал этот знак на теле убитых в процессе так называемого ритуала, то сейчас мы имеем дело с чем-то другим. По предварительным оценкам судмедэксперта, шраму около года — ткани уже давно зарубцевались. Также место расположения отметины отличается. Напрашивается вывод: жертва нанесла эту метку на тело добровольно. Ровные границы шрама, как сказал Орочимару, также подтверждают это. В последнее время среди молодежи стали популярны татуировки, а также шрамирование. Можно предположить, что это один из вариантов...       «Добровольно?» — одно единственное словно эхом отдавалось в голове Харуно. Множество догадок продолжало атаковать беспокойный разум. И некоторым из них вскоре суждено было подтвердиться.       — Сейчас самое главное — не кидаться в омут с головой. Мы обязаны тщательно продумать каждую версию. Нельзя исключать, что задержанному Мацураси кто-то помогает избежать наказания, хотя эта теория уже имеет нестыковки. Дальнейшим расследованием займется несколько групп, но основной я опять назначаю группу Хатаке, потому что они уже работали с этим делом, — Цунаде указала в сторону стоящего сбоку капитана. — В первую очередь надо узнать как можно больше о жертве. На данный момент нам известно только ее лицо и имя, — очередной слайд сменил предыдущий, и на экране появился более различимый портрет убитой.       Сакура так и замерла на месте. Теперь она была уверена — ей не показалось. В процессе изучения снимков с места преступления, а также ранений жертвы, она совершенно не обращала внимание на ее лицо. Ранее на фотографиях оно было изображено довольно мелко и расплывчато. Зато теперь, когда практически на пол стены был растянут портрет убитой, Харуно поняла: она уже видела эту девушку. Сердце забилось быстрее, а мозг начал активно подбрасывать впечатавшиеся в память фрагменты из прошлого.       Та самая первая встреча с Хиданом…       Они были в клубе, Сакура была немного пьяна. Она как раз собиралась найти Ино, в то время как новый знакомый помогал ей ровно и без приключений пройти по коридору на высоких каблуках. Помнится, Хидан заботливо поддерживал Харуно под руку, вот только в искренность этой заботы она бы больше ни за что не поверила. В тот миг и появилась эта девушка. Рен Кавасаки.       И вот теперь она мертва. Совпадение?       Теперь детектив была просто обязана поделиться имеющейся информацией с начальством. Но когда? Потирая взмокшие ладони о темную ткань брюк, Сакура вновь погрузилась в раздумья. Наверное, будет не самой лучшей идеей высказать все свои знания прямо сейчас, перед таким большим количеством коллег. На протяжении всего собрания никто не посмел встревать в монолог Сенджу, а значит, и ей не стоит. К тому же, выставлять свою личную жизнь, связанную с маньяком, напоказ — неразумно.       Нервно бегая взглядом по начальству, Харуно вдруг остановила внимание на Хатаке. Как всегда он был спокоен и сосредоточен. Наверняка его проинформировали заранее, поэтому нюансы сегодняшнего преступления не стали для капитана неожиданностью. Как и все присутствующие, он наблюдал за докладом Цунаде. Улавливая привычную холодность в его взоре, Сакура поняла, что рассказать имеющиеся у нее подробности касательно убитой она больше предпочтет Сенджу, нежели Хатаке. Можно представить, с какой издевкой и осуждением он отреагирует...       — Ближе к обеду мы получим подробное заключение судмедэксперта, после чего многие вещи должны встать на места, — в конце своей долгой речи заявила Цунаде. — А пока что ваша задача заключается в том, чтобы узнать как можно больше личной информации о жертве. Друзья, родственники, место работы, соцсети… Все, что найдете! Мы обязаны разобраться с этим делом как можно скорее, это в наших силах, — напряженно нахмурившись, Цунаде продолжала сверлить подчиненных взглядом, словно вспоминая, что еще хотела сказать. Судя по потухшему экрану, собрание подходило к концу, и детективы терпеливо ждали разрешения Главной разойтись. В итоге женщина протяжно выдохнула и опустила плечи, так и не вспомнив, что еще намеревалась сообщить. — На этом все, можете приступать к работе. Не исключено, что скоро приедут федералы. Поэтому будьте готовы предоставить любые сведения, которые они запросят.       Сенджу затерялась между зашевелившимися детективами. Она скрылась в проходе так же быстро, как и появилась. О темпераментности и импульсивности этой женщины сотрудники отдела знали не понаслышке. Поэтому чаще всего просто так поймать Цунаде в коридоре с целью задать вопрос было нереально, особенно если она сама этого не желала. Вот и сейчас растерявшейся Сакуре только и оставалось, что смотреть начальнице вслед, строя догадки о том, куда она направилась. Всплывшая информация о жертве обязана была быть обнародована в ближайшее время, тянуть было нельзя, и Харуно это прекрасно понимала. Игнорируя разговоры коллег, она поспешила покинуть переговорную, чтобы догнать Сенджу.       Просканировав длинный коридор вдоль и поперек, Сакура осознала, что упустила свою возможность. Что ж, она все еще могла наведаться прямиком в кабинет начальницы. Наверное, так будет даже лучше — поговорить без посторонних глаз и ушей. Минуя бесчисленное количество распахнутых дверей, ведущих в кабинеты бухгалтеров и лейтенантов, Сакура завернула за угол и чуть ли не лоб в лоб столкнулась с Шизуне.       — Харуно, ты куда так несешься? — опешила женщина, удивленная столь внезапным появлением детектива. У нее в руках было несколько папок, а сверху еще и служебный ноутбук, который чуть не выскользнул при столкновении.       — Шизуне-сан! — резкой встрече с секретарем Сакура обрадовалась. — Цунаде-сама у себя? Мне срочно нужно с ней переговорить.       — Нет, Цунаде-сама опять отправилась к судмедэксперту, затем ее ждет звонок с мэрией. Ей сейчас некогда. Что у тебя стряслось? Зайди пока к капитану, если это по работе, — женщина выглядела немного запыхавшейся и раздраженной. Скорее всего, этим утром ей тоже не дали выспаться.       — Эм, ладно… — замялась Харуно, опустив глаза. Подобные новости пришлись ей не по душе, однако что-то изменить она была не в силах. Извинившись перед секретарем, Сакура обреченно развернулась на месте и зашагала в противоположную сторону. Осознание собственной наивности накрыло с головой. Не удивительно, что Сенджу сегодня было некогда возиться с подчиненными… Видимо, этого неловкого, но чрезвычайно важного разговора с Хатаке было не избежать. Впрочем, когда речь заходила о человеческих жизнях, свои переживания можно было засунуть куда подальше. Как-никак, в этом и заключались обязанности сотрудников полиции.       Не желая более ускорять шаг, Харуно неспешно добралась до офиса капитана. Жалюзи на стеклянной двери были приоткрыты, поэтому его присутствие на рабочем месте детектив заметила сразу. Хатаке как раз закончил разговаривать по телефону и переключил внимание на экран монитора. Потоптавшись у входа несколько секунд, Сакура подняла кулачок и постучала в дверь. Поймав взгляд нежданной посетительницы сквозь стекло, мужчина одобрительно кивнул, давая разрешение войти.       — Что у тебя, Харуно? — сухо бросил Хатаке, не успела дверь за Сакурой закрыться. По еле заметным морщинкам на лбу, а также по приподнятым плечам становилось ясно, что он явно не в духе, и лучше бы его не тревожить. По некоему стечению обстоятельств, весомым раздражением сегодня веяло от всего начальства буквально за версту. Естественно, их можно было понять. Кому понравится, когда казавшаяся выигрышной стратегия рушится на глазах, и все идет не по плану. — Только быстро, у меня сейчас нет времени на все, что не связано с расследованием.       — Я как раз хотела поговорить об этом… — неуверенно начала Харуно, заметив отсутствие внимания в свою сторону. Капитан все так же продолжал вглядываться в светящийся экран. Вероятно, в данный момент его мало что могло заинтересовать сильнее работы, уж тем более невнятная вступительная речь подчиненной. Сакура приняла решение выдать все как на духу: — Раньше я уже видела убитую. В том клубе.       Хатаке медленно повел бровью, но взор от монитора все-таки оторвал. Судя по немому вопросу в его глазах, можно было догадаться, что капитан заинтересован и ждет дальнейших подробностей.       — Она контактировала с задержанным?       — Да. Я не слышала весь их разговор, но точно могу сказать, что они были в довольно близких отношениях, — немного поразмыслив, Сакура высказала вслух одну из своих догадок: — Возможно, жертва была причастна к той же религии, и они общались на этой почве. Как иначе объяснить ее шрам…       Хатаке незначительно поменялся в лице — морщины на лбу проступили сильнее. Поджав губы, он еще раз внимательно осмотрел подчиненную, после чего неопределенно кивнул. Очевидно, сейчас в его голове было слишком много информации.       — Так, — решение, что делать дальше с этой ситуацией, наконец настигло его. — Я тебя понял, Харуно. Хорошо, что рассказала. Будем отталкиваться от этого. Если мы знаем о связи убитой с джашинистом, то это должно помочь выйти и на второго владельца. Не исключено, что он замешан, — создавалось впечатление, что капитан просто рассуждал вслух. Во всяком случае, обсуждать с ним детали расследования один на один Сакуре раньше не доводилось. Но отрицать важность предоставленной младшим детективом информации было глупо, поэтому у Хатаке не оставалось другого выбора, кроме как одобрительно отреагировать на ее слова. К огромному облегчению, припоминать Харуно ее прежние промахи или же как-то подкалывать ее он не собирался. Время для этого было не самое подходящее.       — Я могу идти? — повисшее молчание, спровоцированное ушедшим в себя капитаном, начало порядком угнетать.       — Да. Если еще что-то вспомнишь, сразу говори мне.

***

      В связи с тем, что вплоть до обеденного перерыва никаких новостей из морга не поступало, детективы не имели возможности дальше продвигаться в расследовании. Без полноценного заключения Орочимару сложно было строить четкий план действий, поэтому все, что оставалось — это ждать. Впрочем, времени даром копы не теряли. Разобравшись со всей бумажной волокитой касательно места преступления, коллеги принялись перерывать собственные базы данных в поисках личной информации о жертве. Но как уже было ранее сказано Сенджу, конкретных фактов, раскрывающих личность убитой, практически нигде не было сохранено. В очередной раз оставалось полагаться лишь на федералов, чьи базы данных славились куда большим количеством сведений. И эта потребность в помощи Бюро как всегда вызывала смешанные чувства.       Понадеявшись, что в ближайшие полчаса никаких срочных сборов не предвидится, Харуно решила принять предложение настырной подруги и покинуть участок на время обеда. Яманака была в своем репертуаре, поэтому уже несколько дней подряд регулярно названивала Сакуре перед перерывом, желая застолбить местечко в плотном графике подруги. Занимающейся однообразными расследованиями краж Ино было трудно осознать всю масштабность обязанностей Харуно, отчего Яманака упорно не хотела оставлять ее в покое и принимать типичные отговорки. Но Сакура на Ино за это не обижалась. К ее неугомонному характеру детектив привыкла уже давно, потому и принимала эти частые шуточные наезды как должное.       Была еще одна причина, по которой Сакура желала скорой встречи с Ино. Вчерашнее незабываемое свидание с Учихой все никак не шло из головы, поэтому ей было просто необходимо разделить свою радость хоть с кем-то. И лучшая подруга подходила на роль слушателя как нельзя кстати, пусть даже Харуно немного смущалась заводить этот разговор. К тому же, когда Сакура якобы невзначай намекнула об этой теме в смс-переписке, пути назад больше не было. Обожающая сплетни Яманака не отступила бы ни при каких обстоятельствах.       — Я желаю знать все, вплоть до мельчайших подробностей! — громогласно заявила Ино, сидящая напротив Сакуры. В этот раз их выбор пал на небольшую кофейню, расположенную через дорогу от участка, так как времени на перекус было немного.       Щеки Харуно покрылись легким румянцем, в то время как она продолжала тыкать трубочкой лед у себя в стакане. Черт, она же сама хотела поделиться… Откуда тогда взялась эта пресловутая неловкость?       — Это был немного странный вечер, — Сакура глупо заулыбалась. — То есть, необычный. Признаться, я ждала совсем другого, но в итоге очень рада, что все обернулось именно так…       Рассказывая Ино некоторые наиболее запомнившиеся моменты вчерашнего вечера, Харуно опять погружалась в ту чудесную атмосферу, где не было места ежедневной суете и жестокости. Хотя бы во время короткого обеденного перерыва у Сакуры получилось полностью абстрагироваться от сумасшествия, творящегося сегодня в отделе. И это не могло не радовать. Однако вполне ожидаемые вопросы не переставали терзать ее:       — И когда вы теперь увидитесь?! — Яманака озвучила то, на что Харуно и самой хотелось бы знать ответ. Подруга не на шутку заинтересовалась волнительной историей, поэтому на протяжении всего монолога увлеченно кивала, подперев рукой подбородок.       — Пока не знаю. Сейчас на работе такое творится... Я вообще сомневаюсь, что смогу вырваться в ближайшее время.       — Так ты же говорила, он постоянно у вас в отделе крутится! Увидитесь — никуда не денетесь. Тем более, раз ты сказала, что он сам проявил инициативу, — Ино заговорщически понизила голос и вздернула бровь, очевидно, намекая на прощальный поцелуй. Сакура успела поведать ей и об этой части вчерашнего свидания. Харуно была даже малость в шоке от самой себя — ее буквально прорвало.       — Да, раньше так все и было, но теперь непонятно, будут ли федералы и дальше участвовать в расследовании… — она мечтательно уставилась в окно. Пусть даже Цунаде сообщила сегодня на собрании о том, что ФБР, скорее всего, вновь вмешается в дело, Сакура не могла быть уверена до конца, что к ним направят именно Учиху. Хотя это было бы довольно логично. Подавив новый порыв расплыться в улыбке, Харуно призналась: — Но я на это надеюсь.       — Главное, чтобы ты не пожалела о своем решении, Лобастая.       — Ты о чем? — не поняла детектив. Скептический настрой читался в голосе Яманака, но его первоначальную причину Сакура все еще не могла разобрать.       — Разговор об Учихах у нас с тобой уже был, кажется.       Ино имела право беспокоиться на этот счет. Ведь при непростом расставании с Учихой-младшим, она была чуть ли не единственным человеком, кто вытаскивал унылую Харуно из дома и отпаивал белым вином. Вот что значит настоящая женская дружба: безграничная поддержка в любое время дня и ночи, как добровольная, так и принудительная.       — Все в порядке. Я тебе уже говорила, — Сакура устало вздохнула. Несмотря на то, что она была благодарна подруге за ее искреннее беспокойство, выслушивать безосновательные нравоучения не хотелось. — Это два абсолютно разных человека.       — Пока сама не убежусь, не успокоюсь! — Ино игриво подмигнула, заставляя Харуно засопеть от возмущения. Было ясно, что Яманака уже желает лицезреть загадочного ухажера вживую, однако Сакуре такой расклад не казался хорошей идеей.       — С ума сошла?! У нас было всего одно свидание, — она правда не знала, будет ли второе, но вслух об этом решила не говорить. В любом случае, для знакомства с друзьями было еще очень и очень рано. Особенно с такими гиперактивными, как Ино. Итачи всегда виделся Сакуре серьезным человеком, которому не было дела до глупых тусовок. Признаться, она уже и сама начинала осознавать, что перерастает этот период. Встречи с закадычными подругами — не в счет.       — Да шучу я, Лобастая, — Яманака с наигранным раздражением закатила глаза. — К тому же, судя по твоему рассказу, он тот еще романтик. А они, чаще всего, спокойные и безобидные личности, — вообразив себя гуру-наставником, Ино безо всякого стеснения продолжала разбирать по кусочкам чужую личную жизнь. Закинув в рот последний крекер, она многозначительно пожала плечами и заявила: — Ну, или психопаты-насильники.       И только когда Яманака поймала красноречивый взгляд подруги, до нее наконец дошло, насколько неуместно прозвучала случайно брошенная фраза.

***

      Переживая, что упустит что-то чрезвычайно важное, Харуно вернулась на рабочее место спустя всего полчаса. Некоторых коллег по-прежнему не было в общей зоне, благодаря чему Сакура смогла вздохнуть с облегчением. Наверняка они точно так же решили не морить себя голодом и прогуляться до ближайшей закусочной, уповая на то, что во время обеда никто из начальства их не потревожит. Но не успела Харуно расслабленно плюхнуться на стул, как ее взгляд зацепился за фигуру в белом халате, мелькнувшую в противоположной части этажа. Компания, состоящая из Орочимару, Цунаде и Хатаке торопливо миновала общий холл и скрылась в направлении кабинета Сенджу. Появление столь важного трио вызвало любопытство не только у одной Сакуры. А когда вслед за начальством увязалась еще и парочка лейтенантов, все сомнения касательно серьезности этого собрания незамедлительно были отброшены.       Ну вот, началось.       В этот момент из комнаты отдыха показались Нара и Сай. Заприметив вернувшуюся коллегу, они неспешно направились к ней. Судя по размеренной походке и стаканчикам с кофе в руке у каждого, парни только что поднявшуюся на этаж делегацию упустили. Харуно вдруг почувствовала себя гордым первопроходцем, которой сейчас же изложит интригующие новости товарищам. Ведь обычно это она плелась в хвосте, узнавая все в последнюю очередь.       — Харуно, ты чего такая возбужденная? — полюбопытствовал Сай, чьи фразочки как всегда отличались оригинальностью. Игнорируя его лукавую интонацию, Сакура поспешила сообщить главное:       — Похоже, Орочимару что-то нашел. Они только что вместе с капитаном и лейтенантами закрылись в кабинете у Главной.       Она не прогадала, такими сведениями парни действительно заинтересовались. Искусственная улыбка сползла с лица Сая, а Шикамару резво обернулся в сторону офиса начальницы.       — Это когда было? Только что?       — Ну, да, — подтвердила Харуно. Созерцать столь резкие перемены в мимике Нары было непривычно. Парень тем временем уже оказался возле своего рабочего стола, напрочь позабыв об оставленном возле Сакуры стакане кофе. Шикамару выудил несколько бумажных листов из кучи макулатуры, разложенной перед компьютером, и придирчиво просканировал взглядом каждый из них.       — Ты сейчас что ли собрался туда идти? — в голосе Сая слышалось изумление. И его можно было понять, ведь далеко не каждый решился бы встревать в неотложное совещание начальства. Да и Сенджу сегодня была явно не в духе…       — Да, Хатаке попросил передать ему это срочно, — зажав шариковую ручку между зубов, парень скрепил все листы степлером, после чего черканул несколько пометок на первой странице и спешно удалился. Двое других коллег непонимающе переглянулись.       — Странно, что результаты экспертизы готовились так долго, — Сай поделился мыслями с Сакурой, то ли желая поддержать разговор, то ли действительно надеясь узнать ее мнение по этому поводу.       — Ну, все-таки случай довольно нестандартный… — она неопределенно поджала губы. В дела судмедэксперта, а также во все, что с ним связано, она лишний раз старалась не вдаваться. — Кстати, что за срочное дело у Нары к капитану? Удалось что-нибудь найти?       — Хатаке дал задание запросить историю звонков жертвы за последнее время. Наверное, это были они, — парень присел на край стола и отрешенно уставился в стену. Дождаться возвращения Шикамару и выведать подробности о совещании ему было так же интересно, как и Харуно.       Нара не заставил себя долго ждать. Уже через пять минут он замаячил на горизонте, маневрируя между офисными столами и постепенно двигаясь в сторону коллег. Признаться, Сакура была рада его появлению, так как уже порядком устала выслушивать странные разговорчики Сая. Но озадаченный взгляд подошедшего Шикамару заставил ее напрячься еще сильнее.       — Харуно, тебя вызывают.       — В смысле? Сейчас, что ли? — опешила Сакура.       — Да. Я не знаю, в чем дело. Просто попросили передать.       Поднимаясь со стула словно на автомате, Харуно ощутила, как ноги наливаются свинцом. Неприятное, непонятно откуда взявшееся чувство беспокойство кольнуло в груди.       Что им от нее нужно?       Тут же в мыслях всплыла догадка, что капитан наверняка поведал Цунаде, что Харуно уже встречала жертву и владеет некоторой информацией, пусть даже скудной. Возможно, начальство хотело расспросить ее об этом поподробнее. Это было единственным логичным объяснением, которое Сакура смогла найти. Мысленно она верила, что переживать из-за этой внезапной просьбы зайти не стоит, но внутренний голос как назло напомнил о том, как непрофессионально поступила детектив, связав свою личную жизнь с таким серьезным расследованием. Да, изначально Харуно и понятия не имела, к чему приведет случайное клубное знакомство, однако ее дальнейших действий это не оправдывало. Похоже, теперь ей суждено быть втянутой в это все еще очень долгое время…       Когда Сакура добралась до кабинета Цунаде и уже собралась постучать, дверь резко распахнулась, и навстречу детективу выскочили два лейтенанта, чуть не сбив с ног. Видать, так сильно торопились. Спрятав свое возмущение куда подальше, Сакура робко заглянула внутрь, якобы спрашивая разрешения войти.       — О, Харуно! Заходи, заходи, — поторопила ее Сенджу. На удивление голос женщины звучал дружелюбно и даже не раздраженно. Но все же тень печали, залегшая на ее лице, отчетливо прослеживалась.       Сакура закрыла за собой дверь и уставилась на присутствующих. В кабинете, помимо начальницы, остались Хатаке и Орочимару. Жутковатый судмедэксперт выглядел мрачно и отталкивающе, а непонятного происхождения пятна на его халате лишь добавляли неприязни. Взирая на молоденькую девушку из-под засаленных длинных прядей, мужчина еле заметно нахмурился.       — Цунаде, раз мы все обсудили, я пойду.       На слова Орочимару женщина кивнула, задумчиво покусывая щеку. В участке было не так много людей, которые могли позволить себе обращаться к начальнице по имени, не добавляя при этом никаких уважительных суффиксов. И по какой-то причине, судмедэксперт являлся одним из этих людей.       Уловив шлейф непонятного запаха, который оставил после себя мужчина, Сакура невольно поежилась. Входная дверь закрылась с тихим щелчком, но присутствующие все еще не спешили объяснять подчиненной причину ее вызова. Впервые столкнувшись взглядом с Хатаке, Сакура заметила, что и он смотрел на нее несколько иначе. Окончательно растерявшись, Харуно выжидающе покосилась на Сенджу, надеясь, что это поможет начать разговор.       Цунаде подозрительно прищурилась и опустила глаза на отчет, очевидно, оставленный Орочимару.       — Сакура… Хатаке мне рассказал о том, что ты видела жертву, — лизнув подушечку пальца, женщина быстро пролистнула несколько страниц назад. Харуно молча кивнула в ответ, пусть даже этого никто не заметил. Капитан теперь также не смотрел на нее. Сенджу наконец остановилась на одном из разворотов. — Но сейчас не об этом.       «А о чем тогда?» — беззвучно изумилась Сакура. Если посудить, других важных тем для беседы у них не было.       — Орочимару закончил исследования, благодаря которым удалось установить, каким оружием была убита жертва, а также какой из ударов стал решающим. Несколько беспорядочных ранений, в том числе в сердце, были сделаны для отвлечения внимания. Смертельным оказалось ранение в печень.       Цунаде ненадолго замолчала, перечитывая написанные размашистым почерком строки. А Сакура по-прежнему не понимала, почему ей сейчас все это сообщают. Особенно учитывая то, что она всего лишь младший детектив, и остальных членов группы в этой комнате нет. Навряд ли это один из фокусов капитана, с помощью которого он уже пытался собирать разные мнения подчиненных. Ведь Хатаке и сам стоял тихо, не вмешиваясь. Лишь изредка кидал быстрые взгляды на Харуно.       — В качестве орудия убийства преступник использовал боевой нож из ограниченной серии, — Цунаде продолжила посвящать Сакуру в детали. — Полуторная заточка, клинок двадцать сантиметров, ребристая пила на обухе, не оставляющая жертве никаких шансов на выживание при точном попадании в жизненно важные органы. Раньше это оружие уже фигурировало в нескольких делах…       Цунаде снова сделала паузу. Харуно внимательно слушала каждое ее слово, ведь если сама Сенджу сообщала ей такие доскональные подробности, значит что-то упускать было просто непозволительно. Но увы, пока что в голове детектива не возникало никаких логических связей. Ей пытались намекнуть на что-то конкретное, или же просто зачитывали протокол вскрытия?       — По словам Орочимару, все известные случаи, включающие в себя использование этого оружия, принадлежали одному и тому же преступнику, — начинало казаться, будто каждое слово давалось Цунаде с трудом. — Последний замеченный прецедент состоялся около четырех лет назад. Все остальные — еще раньше. Так сложилось, что связь между всеми этими случаями мы обнаружили только сегодня. Выводы были сделаны, опять же, не без помощи Орочимару. Должна признать, что я ему полностью доверяю, так что… — Цунаде впервые за долгое время подняла глаза на пребывающую в замешательстве Харуно. Да, такое значимое открытие определенно заслуживало внимания, ведь полиции удалось соотнести сегодняшнюю жертву с другими совершенными ранее убийствами. А это значило, что теперь у них наверняка появится куда больше зацепок… Но почему-то взгляд Сенджу не выражал даже малейшей доли радости или же воодушевления. Он был тяжелым и мрачным. Вдохнув полной грудью, она заключила: — На данный момент удалось выявить двенадцать совпадений. Одно из них — Мебуки Харуно.       Собственная фамилия резанула по ушам. Сакура непроизвольно поморщилась, не совсем осознавая только что услышанное. Мотнув головой, она переспросила:       — Простите, что?       — Твоя мать, Сакура, — Цунаде понизила голос, смотря на подчиненную исподлобья, — восемь лет назад была убита тем же человеком, что и сегодняшняя жертва.       Отчаянное желание переспросить еще раз Харуно успешно подавляла в себе вот уже половину минуты. Затянувшееся молчание переросло в один сплошной гул. Все ранее сказанные Сенджу слова мешались в голове, не позволяя отчетливо воспроизвести в памяти хотя бы одно предложение.       О чем она говорит?       — Сакура…       То, как звала ее по имени Цунаде, Харуно будто бы не слышала. Сейчас эмоции на ее лице выглядели настолько противоречиво, что было совершенно неясно, дошел ли до нее весь смысл сказанного. Как… Как такое вообще было возможно? Они словно говорили ей о каких-то абсолютно не относящихся к делу вещах. Они словно говорили ей о том, что никоим образом не пересекалось с работой, полицейским участком и ее нынешней жизнью.       — Сакура, ты поняла, что я только что сказала? — Сенджу не на шутку забеспокоилась, наблюдая немой ступор своей подопечной.       Хлопая глазами, Харуно продолжала озадаченно смотреть на Цунаде. Наконец очнувшись, она неуверенно кивнула.       — Да… То есть, не совсем. Подождите, — она нахмурилась, пытаясь понять, как стоит реагировать. Формулировать фразы ей все еще давалось с трудом. — Это дело, оно же связано с джашинистом. Причем тут это? Это же было давно…       Сердце застучало быстрее, но внешне Сакура не ощущала никаких признаков беспокойства. Это было странно, но чувствовала она себя так, будто Сенджу только что рассказала ей о прогнозе погоды, а не о чем-то чрезвычайно личном. Ладони не вспотели, слезы не выступили. Харуно так и продолжала стоять столбом, силясь переварить спорную информацию.       — Мне сейчас сложно представить, насколько для тебя это все сложно и шокирующе… — Цунаде решила взять ситуацию в свои руки и пролить еще немного света на произошедшее. — Подробностей пока мало, но мы обязательно будем их искать. Мы сделаем все возможное, чтобы найти этого человека. Пойми, я и сама такого не ожидала, это непросто принять…       Поверхностно слушая дальнейшую речь Сенджу, Харуно перевела взгляд на капитана. Он по-прежнему находился здесь, однако вспомнила о его присутствии Сакура только сейчас — громкое заявление выбило ее из колеи, вынуждая забыть обо всем вокруг. Хатаке на нее не смотрел. Он стоял не шелохнувшись, заложив руки за спину. Каменное лицо не выражало ничего, или же Харуно попросту не могла что-либо разглядеть с этого ракурса. Зачем он вообще остался?       — Тебе нужно время, и это абсолютно нормально, — голос Цунаде был наполнен неким подобием тепла и заботы. Она с осторожностью подбирала каждую фразу. — Я дам тебе возможность отдохнуть. Возьми перерыв, Сакура. Детективов в участке хватает…       — Стойте! Какой еще перерыв?! — Харуно бесцеремонно перебила начальницу, когда ее слух уловил ключевое слово. Стеклянный взгляд в мгновение оттаял, зрачки расширились. Сакура обеспокоенно обернулась обратно к Сенджу.       Как это понимать?!       — Я сомневаюсь, что твое дальнейшее участие в этом расследовании будет хорошей идеей, — Цунаде подтвердила ее самые худшие опасения. — Я переживаю за твое психическое здоровье, понимаешь? Не зря существуют правила, касающиеся близких связей с жертвами или подозреваемыми.       — Но это было давно! — отчаянно возразила Сакура. — Прошло целых восемь лет, я в порядке...       Вспыльчивость подопечной вынудила Цунаде еще раз убедиться в собственных предположениях. Несмотря на то, что она видела отсутствие слез и истерики у Харуно, просто взять и закрыть глаза на такую спорную ситуацию она не могла. Отрицательно покачав головой, она попробовала еще раз достучаться до Сакуры:       — Сейчас ты не осознаешь последствий. Тебе нужно время все обдумать и успокоиться. А мы не можем ждать. Да и я не хочу, чтобы ты каждый день контактировала с тем, что заставляет тебя вспоминать о болезненном прошлом.       Если поначалу Сакура была оглушена полученной информацией, то теперь она чувствовала, что способна взять себя в руки. Ощутимое потрясение отступило на второй план, а на смену ему пришли возмущение и несогласие. И спутать это с шоковым состоянием было бы трудно. Ведь ранее Харуно уже доводилось переживать то самое чувство, когда мир переворачивается. В данный момент с ней происходило нечто иное — Сакура знала наверняка.       Но все-таки от осознания того, что ее попросту хотят отстранить, кровь начинала бурлить. Это было так несправедливо! Крепко сжав кулаки, Харуно пыталась подавить новый эмоциональный всплеск. Незаслуженно ее хотели отправить куда подальше, в то время как дело, из-за которого, можно сказать, ее жизнь так круто поменялась, наконец-то всплыло на поверхность! Она пошла в полицейские, чтобы предотвращать такие ужасные события, чтобы защищать мирное население от подобных выродков. И вот когда появился шанс поспособствовать устранению урода, оборвавшего жизнь ее матери и еще как минимум десятка людей, ее хотят отправить домой!       Какой тогда вообще смысл…       Несколько лет она потратила на то, чтобы не быть беспомощной, чтобы уметь постоять за себя. Это то, зачем она здесь. Прошло уже достаточно много времени. Харуно успела выплакать весь лимит слез.       — Ты слышишь меня?       Пока Цунаде, обеспокоенная каменной реакцией девушки, пробовала вновь дозваться ее, Сакура уже все для себя решила. Когда заготовленные аргументы Сенджу подошли к концу, она вопросительно переглянулась с молчаливым Хатаке.       — Не отстраняйте меня. Я буду в полном порядке, — уверенно заявила Харуно, спустя пару минут раздумий. Ее взгляд был четко направлен на малость растерянную начальницу. Сказанные слова звучали почти правдиво.       — Сакура, я же объяснила. Я не могу…       Договорить Цунаде не успела, так и замялась на полуслове. Причиной тому стала дикая затея, посетившая беспокойный разум Харуно. Она не сомневалась, что просто так Сенджу ей не поверит. Не жалея собственных суставов, Сакура упала на колени.       — Я серьезно. Я прошу вас не отстранять меня, Цунаде-сама. Дайте мне хотя бы шанс доказать, что вы неправы.       Ощущение реальности происходящего стерлось практически полностью. В мозгу словно что-то переклинило, поэтому о последствиях сего немыслимого жеста Сакура решила подумать потом. Чувствовала ли она себя странно? Определенно. Надеялась ли она таким образом вызвать жалость? Ни в коем случае. Но и другого выхода она не видела. Сакура должна была донести всю суть своих чувств и мыслей до Сенджу любой ценой.       — Харуно! А ну встань живо! Что ты себе позволяешь?! — проглотившая возмущение женщина наконец-то подала голос. И судя по интонации, она пребывала в таком шоке, для описания которого попросту не нашлось бы эпитетов.       Цунаде вскочила из-за стола, шумно сопя от ярости и замешательства. Однако ее покрасневшего лица Сакура не видела — ее голова была немного опущена.       — Ты совсем спятила? Господи, Хатаке, ну хоть ты ей скажи…       Нервной просьбе начальницы Харуно не поддалась. Ей было плевать, как это выглядело со стороны. Плевать, что она унижалась, плевать, что капитан тоже был здесь. Он продолжал молчать, но Сакура не сомневалась, что позже он просто разнесет ее в пух и прах за эту отчаянную выходку.       — Харуно! Живо встала! Или можешь забыть о своем чертовом шансе!       Она не ослышалась?       Удивленно подняв глаза на Цунаде, Сакура словно пришла в себя. Последнее изречение подействовало на нее отрезвляюще. Не разрывая зрительного контакта, она медленно поднялась.       Что если это было слишком?..       Не на шутку разошедшаяся Сенджу постепенно приводила дыхание в норму, в то время как Хатаке так и не сдвинулся с места. Осознание всего произошедшего обрушилось на Сакуру с новой силой. Тревожно прокручивая в мыслях дальнейшие возможные варианты, она ожидала вердикта начальства.       — Значит так, — начала Цунаде жестким, не терпящим возражений голосом. — Сегодня берешь выходной, и это не обсуждается. Настоятельно советую еще раз все обдумать и не делать глупостей. Не забывай, что ты в первую очередь сотрудник полиции, и у тебя есть обязанности. Я не могу допустить, чтобы из-за чьей-то эмоциональной неустойчивости пострадало мирное население. Мы закончим этот разговор завтра.       Сенджу тяжело вздохнула и с нескрываемым облегчением опустилась обратно в кресло. Харуно не получила ни положительного, ни отрицательного ответа, однако ей все-таки стало легче. Цунаде была полностью права — ей нужно как следует все обдумать. Ведь причина, по которой минуту назад Сакура совершила столь ненормальный поступок, была более чем серьезной.       — Хатаке, попроси кого-нибудь из детективов отвезти Харуно домой на служебной машине. Не на метро же ее отправлять…       Вместе с капитаном Сакура покинула кабинет Цунаде. Оказавшись в шумном опен-спейсе, она снова почувствовала себя ужасно. Еще не хватало, чтобы коллеги начали расспрашивать ее о произошедшем. Наверняка им вскоре будут известны все раскрывшиеся детали о связи убийцы с ее матерью. Пока что это было сложно принять.       В глаза Хатаке она не смотрела. Созерцать еще и его гнев в таком состоянии не хотелось. Мужчина оставил ее одну неподалеку от лифта:       — Подожди здесь.       Сакура отрешенно пялилась ему в спину, пока он отдалялся от нее все сильнее с каждым шагом. Достигнув рабочего места Нары и Инузуки, капитан о чем-то коротко с ними переговорил. Через пару минут он развернулся и направился в обратную сторону.       Харуно была настолько сильно погружена в себя, что даже не заметила, когда они успели спуститься на подземную парковку. По пути уже к знакомой Тойоте до нее дошло, что повезут ее вовсе не на служебной машине и не коллеги-детективы. Непонятно почему капитан вызвался самолично доставить ее домой. Впрочем, сейчас это волновало Сакуру меньше всего. Ей определенно было, о чем подумать.       Пригревшись на переднем пассажирском сидении, Харуно охотно прикрыла глаза и мысленно вернулась в минувший вечер. Кто бы мог подумать, что все так изменится за один день. Вот ее везет домой Учиха, мечтательную и довольную, а вот ее везет домой Хатаке, угнетенную и потерянную. Конечно, капитан не был виноват в незавидном состоянии Сакуры. Более того, стоило сказать ему отдельно спасибо за то, что он взялся отвезти ее самостоятельно, а не взвалил эту обязанность на плечи какого-нибудь болтливого подчиненного. За ненапряжное молчание Хатаке Сакура также была ему благодарна. Она смотрела в окно, потому капитан не попадал в ее поле зрения. Но почти на каждом перекрестке или светофоре она словно чувствовала его короткие взгляды на себе. Харуно была не против, ведь это странное ощущение хотя бы немного отвлекало от скребущей боли в груди.       До знакомого района они добрались за каких-то пятнадцать минут. Сакура не стала лишний раз утруждать себя и задаваться вопросом, откуда капитану известен ее адрес. Запарковавшись около одного из многоквартирных домов, Хатаке заглушил двигатель. Помедлив всего секунду, Харуно щелкнула ремнем безопасности и вымученно посмотрела на мужчину. К счастью, никакого осуждения с его стороны она не обнаружила.       — Тебя проводить?       Наверное, он поинтересовался из вежливости. Во всяком случае, Сакуре так казалось. Как-никак, она являлась его подчиненной, и в каком-то смысле он нес за нее ответственность. На поступившее предложение Харуно отрицательно покачала головой. Сейчас ей нужно было побыть одной, и капитан должен был это понимать.       — Спасибо, я дойду.       После того, как Хатаке кивнул на прощание, Сакура без особого желания вышла на сырую улицу. Порывы ветра незамедлительно подхватили розовые пряди волос, а мелкие капли дождя настойчиво осыпали лицо. Даже сегодняшняя погода полностью соответствовала мрачному настроению детектива. Не успела она захлопнуть дверцу, как капитан произнес:       — Звони, если что, Харуно.