Konstellation

      — Приехали, — Учиха заглушил двигатель автомобиля и повернулся к девушке, которая, очевидно, всю дорогу витала где-то в собственных мыслях.       Голос Итачи вывел Сакуру из некоего оцепенения. Когда она поняла, что они более никуда не едут, то чуть подалась вперед и выглянула на улицу через лобовое стекло. Пребывая в состоянии прострации, Харуно и не заметила, как они покинули лесную дорогу и оказались возле небольшой заросшей постройки. Судя по всему, это был гараж, обвитый плющевидным растением, которое не теряло свой зеленый цвет даже в это время года. Немного проморгавшись, Сакура завертела головой уже более активно, желая рассмотреть незнакомые окрестности. Данная реакция не осталась без внимания Учихи: мужчина, все это время не сводящий с нее глаз, по-доброму усмехнулся. Похоже, увидеть Сакуру настолько потерянной он не ожидал. Но учитывая ее нынешнее непростое состояние, этой оторопелости можно было найти объяснение.       Следуя примеру Итачи, Харуно не спеша открыла дверцу авто и вышла на улицу. Несмотря на то, что непосредственно перед выездом с территории завода Сакуре вернули пальто, вечерняя прохлада показалась ей довольно ощутимой после нагретого сидения. В лучах заходящего солнца Харуно удалось разглядеть выступающую из-за гаража покатую черепичную крышу дома, простенький дворик, а также поблескивающую вдали водную гладь озера. Что ж, теперь у детектива не осталось ни малейшего сомнения о том, куда именно они прибыли. Все было точно так, как и описывал Учиха.       Итачи отворил кованую калитку и жестом пригласил Сакуру войти. Неуверенно кивнув в ответ, она сунула руки глубже в карманы и засеменила в его сторону. Загородный воздух несомненно отличался от городского. Давно позабытая свежесть щекотала нос при каждом вздохе, а вокруг добротного одноэтажного дома уже начинал образовываться негустой туман. Собирая сапогами капельки вечерней росы, Харуно миновала частично вытоптанную лужайку и очутилась возле деревянной веранды.       Местечко оказалось действительно тихим и уютным. Сакура даже не могла вспомнить, видела ли другие дома по соседству. В таком месторасположении однозначно был свой шарм, достаточно было лишь взглянуть на простирающееся на десятки метров озеро. Вот только, проделав несложные вычисления, можно было предположить, что путь отсюда до города занимал где-то около часа. Неужели Итачи был готов тратить столько времени на дорогу ежедневно? Хотя если задуматься, оно того стоило…       Невольно залюбовавшись красотой природы, Харуно и не заметила, как Учиха нагнал ее, после чего остановился по правую руку. Сакура подняла на него все такой же потерянный взгляд, на что в ответ получила чуть виноватую полуулыбку:       — Надеюсь, ты не против. Ехать досюда было гораздо ближе, чем до города. К тому же, сейчас пробки.       Итачи словно извинялся за свою самовольность, и в каком-то смысле это умиляло. Ранее Харуно не доводилось видеть его настолько неуверенным в собственных решениях. Однако его можно было понять. Учитывая все произошедшее сегодня, таскать Сакуру по гостям выглядело не самой подходящей затеей. С виду детектив не подавала каких-либо значимых признаков отчаяния, но кто знал, что творилось у нее внутри. Смятение Итачи можно было считать вполне обоснованным. Но по мнению самой Харуно, в нем не было необходимости. Пусть даже внутри ее до сих пор потряхивало, мысли о том, что она могла бы сейчас оказаться в своей пустой квартире, доставляли куда больше дискомфорта. Остаться одной было бы хуже всего.       — Все нормально, я не против.       Еще находясь на улице, Сакура поняла, что представляла себе дом Учихи несколько иначе. Почему-то при мыслях о жилище федерала у нее в голове всплывали картинки современных угловатых конструкций, оформленных зачастую в бело-серых тонах и имеющих как минимум два этажа. На самом же деле это был абсолютно типичный для здешних мест дом, в оформлении которого читались традиционные мотивы. Чего только стоила широкая веранда при входе, сидеть на которой летними вечерами наверняка было одно удовольствие.       Не успела Харуно перешагнуть порог, как в нос ударил уже знакомый запах. Конечно, стоило ожидать, что дом Учихи будет пахнуть точно так же, как и он сам. Медленно расстегивая обувь, Сакура вдруг почувствовала, как ее щеки покрылись легким румянцем. Это можно было списать на резкий перепад температур, но в глубине души Харуно догадывалась, что причиной скорее всего являлось кое-что другое. Признаться, дом Итачи был последним местом, где она ожидала оказаться сегодня.       Неуверенно ступая по прохладному полу прихожей, детектив принялась ненавязчиво осматриваться по сторонам. Из-за выключенного освещения длинный коридор, а также просторная комната, расположенная по левую руку, были окутаны вечерним полумраком. Легкие шторы на окнах еле-еле пропускали тусклый сумеречный свет, но постепенно глаза стали привыкать к темноте. Харуно сделала еще несколько шагов, после чего замерла в дверном проеме. Рассредоточено скользя взглядом по предметам, она смогла определить, что та самая просторная комната очевидно являлась гостиной. Об этом свидетельствовали низкий журнальный столик, парочка пуфиков, а также массивный угловой диван, упасть на который хотелось сейчас больше всего на свете.       Немного неожиданно хозяин дома, все еще раздевающийся в прихожей, щелкнул выключателем, и помещение заполнил непривычно яркий свет. Харуно устало потерла глаза и обернулась. На самом деле, будучи у кого-либо в гостях, ей никогда не нравилось проходить вперед первой. В эти секунды Сакуру начинала охватывать некоторая неловкость. Конечно, сегодняшняя ситуация значительно отличалась от обыденного дружеского визита, но несмотря на это, детектив все равно неуклюже мялась на месте и не знала, куда деть руки. К счастью, вскоре Учиха заметил ее робость и поспешил разрядить обстановку:       — Хочешь чего-нибудь выпить? Могу заварить тебе чай.       Учиха мягко подтолкнул ее сзади, призывая продвинуться дальше в комнату. В ответ на его предложение Сакура несколько раз кивнула, давая понять, что от чая не откажется. Они миновали узкий дверной проем, после чего Итачи наконец обогнал ее и прошел вперед через всю гостиную. Как оказалось, кухонная зона скрывалась в самом конце, за поворотом. По-прежнему ощущая себя будто бы не в своей тарелке, Харуно скромно подперла стену и уставилась на спину Учихи.       — Есть хочешь? — он уже успел набрать холодной воды в чайник, и теперь поджигал газовую конфорку.       Услышать такое количество предложений — пусть даже самых банальных — сразу с порога Сакура немного не ожидала. О чувстве жажды или голода она не думала уже достаточно давно — было как-то не до этого. Но сейчас, стоило Учихе упомянуть о еде, желудок неприятно сжался, а слюноотделение усилилось. Не дожидаясь ее ответа, Итачи открыл холодильник и начал рыться на полках. Невольно в разум Харуно закрались воспоминания о том, как некоторое время назад Учиха точно таким же образом хозяйничал и на ее кухне.       — Сакура… — он прервал свои судорожные попытки позаботиться о гостье и повернулся в ее сторону. На секунду могло показаться, что и Итачи в какой-то степени было неловко. Он протяжно выдохнул и одарил Сакуру снисходительным взглядом: — Будь как дома.       Почувствовав, что привлекает к себе лишнее внимание, Харуно мысленно чертыхнулась. Подобное беспокойство Итачи несомненно было ей приятно, но она не собиралась строить из себя жертву и заставлять его волноваться. Хотя пока что ее действия говорили об обратном.       — Можешь пока присесть, — он кивнул куда-то в сторону гостиной, а затем вернулся к готовке. — Если тебе нужна ванная, она в самом конце коридора.       Глаза Сакуры несколько раз метнулись с уютного дивана на дверной проем, прежде чем она решила, что освежиться все-таки не помешает. Как-никак, сегодня она и на земле успела поваляться. К тому же, горячая вода наверняка помогла бы отогреть все еще холодные после длительного пребывания на улице конечности. Пробормотав себе под нос что-то наподобие «хорошо», Сакура наконец сдвинулась с места и уже более уверенно зашагала в сторону ванной комнаты.       Светлый вязаный свитер явно стоило отряхнуть от дорожной пыли, поэтому его Харуно сняла в первую очередь. Теперь, когда появилась возможность как следует осмотреть себя в зеркале, детектив поняла, насколько потрепанной выглядела все это время. Да, в последние пару часов ей было, грубо говоря, не до этого, однако от созерцания собственного неряшливого вида Сакура все же скривилась. Растрепанные, местами слипшиеся от соленых слез волосы, размазанная тушь, покрасневший нос — и как Учиха мог смотреть на нее спокойно? Задаваясь этим вопросом, Харуно горько усмехнулась собственному отражению.       Отбросив свитер в сторону, она осталась в черной обтягивающей майке. Очень предусмотрительно было с ее стороны надеть что-то под теплую кофту. Из-за контраста температур оголенные плечи покрылись мурашками, и Сакура поспешила включить воду погорячее. Очень хотелось наплевать на никому ненужную скромность и забраться под душ, но поддавшись новой порции сомнений, Харуно решила пока что этого не делать — должно быть, Учиха уже ждал ее на кухне.       Собрав волосы в беспорядочный пучок, Сакура склонилась над раковиной. Где-то с минуту она просто грела ладони, ощущая приятные покалывания на самых кончиках пальцев. Намылив руки обычным мылом, Харуно принялась тщательно тереть лицо, в надежде полностью отмыть въедливую тушь. Она смогла остановиться только тогда, когда глаза начало неприятно щипать. Несколько раз умывшись, она снова подняла покрасневший взгляд на зеркало. Мелкие капли ожидаемо потекли вниз, забираясь под тонкую майку. Вздрогнув всем телом, Сакура схватила первое попавшееся под руку полотенце.       Пора было возвращаться.       Аппетитный запах разогретых на сковороде полуфабрикатов встретил Харуно еще на выходе из ванной. Этот аромат она узнала бы из тысячи, ведь и сама частенько баловалась подобными замороженными блюдами из-за нехватки свободного времени. Зная загруженность Итачи, нетрудно было предположить, что готовить что-либо изысканное ему было попросту некогда.       На барной столешнице Сакуру дожидалась щедрая порция овощей с рисом. Учиха все еще возился где-то у плиты. Как только девушка забралась на высокий стул, он поставил перед ней чашку зеленого чая, после чего сел напротив.       — А ты?.. — заметив отсутствие второй тарелки с едой, детектив недоуменно покосилась на мужчину. В ее понимании, Итачи тоже был голоден. В участок он прибыл еще до полудня, следовательно обедать ему было некогда.       — Я обычно ем позже, — отмахнулся Учиха, делая глоток чая.       Признаться, находясь под столь пристальным вниманием, кушать было не совсем комфортно. Некоторое время Сакура просто ковыряла палочками кусочки овощей, словно раздумывая, с чего бы начать. Но вскоре голод сделал свое дело, и, забыв об изучающем взгляде Итачи, она все-таки принялась за свою порцию.       — Я могу отвезти тебя домой попозже, когда дороги освободятся, и ты немного отдохнешь.       Поступившее предложение вынудило Харуно оторваться от тарелки и с набитым ртом уставиться на Учиху. В целом, в его словах была логика, ведь ей не помешало бы переодеться и перевести дух. Но Сакура думала, что сегодня они уже никуда не поедут... Прочитать истинные намерения мужчины по его малоэмоциональному выражению лица было нелегко. Зная характер Итачи, можно было предположить, что он сказал это чисто из вежливости и обходительности, желая предоставить Сакуре разные варианты. К тому же, откуда ему было знать, хотелось Харуно возвращаться к себе в квартиру или нет. Но с другой стороны, нельзя было исключать и тот вариант, что Учиха надеялся поскорее освободиться и вернуться к работе.       — Эм… Ладно, — только и смогла выдавить из себя детектив. В конце концов, навязываться она не собиралась. Итачи и так уделил ей достаточно много внимания…       — Мне надо будет сделать несколько звонков, — его голос звучал немного виновато. — Можешь пока посмотреть что-нибудь или просто прилечь.       До Сакуры вдруг дошло, что в определенный момент она начала чувствовать себя каким-то немощным больным. Неужели она выглядела настолько жалко? Наверное, пора уже было дать понять, что все не так плохо. Ведь она сама была виновата в том, что за всю дорогу не издала ни звука.       — Есть новости от остальных? — Харуно старалась держаться непринужденно. Она видела, как Итачи пару раз проверял свой телефон, поэтому идея поинтересоваться чем-то касательно работы показалась довольно уместной.       — Пока ничего особенного. Но говорю, надо позвонить, — он остановился на полуслове, словно не был уверен, стоит ли продолжать. Но вопрос в глазах Сакуры все же заставил закончить начатую мысль: — Узнать, доставили ли тело в участок.       — Я думала, его повезут в Бюро…       — В этом нет необходимости. Обстоятельства его смерти и так ясны.       И правда, какой смысл был федералам возиться с трупом, если он больше не нес в себе полезной информации. В своей привычной манере они продолжали спихивать всю грязную работу на полицию. Но, честно говоря, сейчас это волновало Сакуру в последнюю очередь.       — Значит, все закончилось? Теперь ты не будешь постоянно приезжать в участок?       — Пока сложно сказать, — Итачи неопределенно пожал плечами, после чего шумно выдохнул и зарылся пальцами в волосы. На самом деле, он был не менее измотан, чем Харуно, просто умело это скрывал. — Вообще, ты же понимаешь, что он был всего лишь наемником? — Учиха глянул на нее исподлобья.       — Хочешь сказать, ему не было никакой выгоды убивать, помимо денег? — в таком ключе Сакура о Какузу почти не думала. Да, все называли его киллером; да, ей было известно, что он работал на крупную преступную организацию. Но по какой именно причине он однажды разделался с Мебуки Харуно, детектив до сих пор была без понятия. Возможности спросить прямо как-то не представилось. К тому же, навряд ли бы он ответил. Сакура наивно полагала, что после поимки или же смерти киллера ситуация разрешится сама собой, но не тут-то было. Вопросов, оставленных без ответа, становилось только больше. Были ли это какие-то личные счеты, или же он просто выполнял заказ? Гадкое чувство закралось в и без того израненную душу Сакуры, а осознание никуда не исчезнувшей проблемы накрыло с новой силой: не исключено, что настоящий виновник смерти ее матери все еще гулял на свободе.       — Сакура, у членов преступных группировок всегда есть личные цели, и это не обязательно деньги. Но ты ведь понимаешь, о чем я?       Она понимала. Учиха будто прочитал ее мысли. А возможно, у нее все было написано на лице. Ничего еще не закончилось… Все не могло быть настолько просто.       — И что будет дальше? — непривычная разговорчивость Итачи на рабочие темы подтолкнула к тому, чтобы задать еще один вопрос.       — Будем искать. Полиция тоже заинтересована выяснить, кто за этим стоит.       Значило ли это то, что они продолжат работать вместе, или же таким образом Учиха просто пытался дать Сакуре какой-либо обобщенный ответ, не вдаваясь в детали — оставалось только гадать. В любом случае, дальнейшую информацию она получит лишь в участке. Если, конечно, ее снова не захотят отстранить. Еще одна всплывшая проблема вынудила Харуно обреченно склонить голову над полупустой тарелкой. Что-то ей подсказывало, что в этот раз Хатаке не останется в стороне, если Сенджу поднимет вопрос о продолжении ее участия в расследовании…       Учиха, как и обещал, вскоре покинул кухню с целью сделать несколько рабочих звонков. Разделавшись наконец с едой, детектив сползла с высокого барного стула и окинула взглядом гостиную. Широкий диван в самом центре комнаты до сих пор выглядел весьма привлекательно, потому Сакура решила не отказывать себе в удовольствии переместиться именно на него. После сытного ужина ее знатно разморило, так что упасть на мягкие подушки хотелось просто неимоверно. Устроившись под теплым пледом, Харуно слегка поежилась, а затем потянулась за телефоном. Она надеялась, что кто-нибудь из коллег поделится с ней информацией, но к сожалению, папка с входящими оказалась пуста. Настрочив пару смс Шикамару, детектив широко зевнула и прикрыла глаза.       Как она и предполагала, отвратное состояние в одиночестве лишь усиливалось. Измученный организм нуждался в отдыхе, но из-за общего перевозбуждения не получалось даже перестать ерзать на месте. Не то чтобы Сакура действительно рассчитывала вздремнуть, пока Итачи был занят работой. Однако она надеялась, что это поможет ей частично забыться. Теперь, когда Харуно было не на кого отвлечься, непрошеные мысли так и норовили завладеть ее разумом.       Во-первых, она до сих пор не могла отделаться от надоедливого звона в ушах, который спровоцировал решающий выстрел капитана. Тот факт, что настоящая пуля со свистом пролетела в считанных сантиметрах от ее головы, не давал покоя. Еще ее определенно тревожило воспоминание об ощущении мертвого тела Какузу, тянущего ее за собой на землю. Из-за объяснимого замешательства Сакуре тогда показалось, что выстрелом задело и ее. Пусть даже на самом деле это было не так, мозг будто бы дорисовал картину самостоятельно, из-за чего Харуно ощутила полное онемение во всем теле, а также резкую сковывающую боль.       Ну и конечно же, она до сих пор не могла забыть непривычно разгневанного Хатаке. Как же мерзко было от того, что он наехал на нее на глазах у коллег, посреди места преступления, да еще и в тот самый миг, когда она была максимально уязвима. Неужели он был настолько слеп и бесчувственен, что даже не подумал о том, что его подчиненная нуждалась в абсолютно другом? Впрочем, разве этому стоило удивляться… От вновь нахлынувшего чувства обиды хотелось выть, но Сакура пыталась держаться.       А ведь она ему доверяла.       Но больше всего из колеи выбивало то, что Харуно попросту не с кем было разделить свою боль. Обычно после столь серьезных потрясений люди могут рассчитывать на поддержку родных. Сразу после происшествия они могут позвонить им, выплакаться, излить душу, сообщить, что живы и относительно в порядке. Это та самая поддержка, получив которую, начинаешь забывать о недавних страшных событиях. Ведь нет никого дороже семьи. Но Сакуре, к сожалению, данная опция была недоступна. Она ни в коем случае не могла поделиться своим нынешним состоянием с отцом, потому что подобные новости расшатали бы его и без того неустойчивую нервную систему. Пусть лучше он продолжает жить в неведении, даже не предполагая, что сегодня его дочь держал в заложниках человек, несколько лет назад расправившийся с его женой.       Стоило Сакуре осознать всю суть ужасающего совпадения, скудные слезы все-таки выступили в уголках ее глаз. Сегодня Харуно была чрезмерно эмоциональна, но она старалась не винить себя за это. На самом деле, она и не помнила, когда последний раз плакала по-настоящему.       Едва в коридоре послышались размеренные шаги, Сакуре пришлось взять себя в руки. Уткнувшись носом в мягкий плед, она попыталась перевести дух. Благо слезы так и не вышли за пределы век, поэтому Харуно рассчитывала, что Итачи ничего не заподозрит. Нельзя было заставлять его думать, что она полностью разбита.       — Не спишь? — он присел рядом на край дивана и опустил ладонь на ее прикрытую коленку.       Сакура отрицательно покачала головой и выдавила из себя жалкое подобие улыбки. Сложно было сказать наверняка, как долго отсутствовал Итачи. За неутешительными размышлениями она совершенно потеряла счет времени. В тусклом свете напольного торшера Сакура смогла различить никуда не девшееся беспокойство во взгляде Учихи. Судя по всему, покрасневшие глаза и нос в итоге не остались незамеченными. Мужчина придвинулся ближе.       — Даже представить не могу, что ты сегодня испытала, — он мягко погладил ее по волосам. Поддавшись чувствам, Сакура приняла сидячее положение и потянулась обеими руками к Итачи. Она приобняла его за шею, и уткнулась лбом в мужское плечо.       — Я просто не понимаю, почему все это происходит со мной…       — Прости еще раз, что не был рядом.       Учиха извинялся уже второй раз, и даже по его относительно спокойному лицу было понятно, что сегодняшним стечением обстоятельств он абсолютно недоволен. Говорило ли это о том, что он действительно сильно за нее испугался? Скорее всего. Навряд ли бы он стал так очевидно выказывать собственные чувства, если бы просто переживал, что не смог уследить за всем процессом операции. Ведь предполагалось, что именно федералы возьмут киллера, а не Хатаке. Сакуре действительно хотелось верить, что сегодня Итачи забыл об их глупом соперничестве с капитаном.       — Все не должно было так сложиться, — он вымученно выдохнул куда-то в макушку Харуно. — Тебя вообще не должно было там быть.       Несмотря на то, что в целом Учиха был прав, его последняя фраза заставила Сакуру немного напрячься. Да, она вообще не должна была участвовать в операции, но так сложилось, что это все же произошло. И если бы кто-то спросил Харуно, жалеет ли она о случившемся, она бы ответила, что нет. По какому-то неведомому совпадению с ее помощью наконец-то удалось избавиться от преступника, который совершил десятки убийств, и неизвестно, что было бы, не заметь его Сакура вовремя. Потому она считала, что размышлять о случившемся со словами «Все должно было сложиться иначе», было глупо и бессмысленно. Но скорее всего, во внезапно появившемся раздражении свою роль сыграло и то, что Харуно опять приняли за непутевого детектива, влезшего куда не надо. Похоже, от этого клейма ей никогда не избавиться.       — Тоже считаешь, что я ни на что не гожусь? — Сакура немного отстранилась и заглянула в глаза Учихи. Больше всего ей хотелось увидеть его истинную реакцию.       Мужчина слегка нахмурился. Задеть ее своими словами он не планировал. Наблюдая за изменениями в его мимике, Харуно горько усмехнулась — Итачи был в замешательстве. Не удивительно, что для такого высокопоставленного служащего, как он, Сакура была лишь мелкой сошкой. Возможно, он даже за полноценного сотрудника полиции ее не считал. Все их общение по большому счету было завязано не на работе, поэтому раньше Харуно особо не задумывалась о том, как он к ней относится в профессиональном плане.       — О чем ты, Сакура? Конечно нет, — со стороны казалось, будто бы он оправдывался. — Я к тому, что Хатаке не должен был отправлять тебя туда. И вообще, меня он о своем решении не предупредил, хотя связь у нас была.       Упоминание капитана вызвало у Харуно новый эмоциональный всплеск. Она тысячу раз уверяла себя, что жаловаться на кого-либо это низко и отвратительно, но сегодня ее словно прорвало. Мелкие обиды копились внутри слишком долго, и когда Сакура оказалась в уязвимом положении, все всплыло на поверхность:       — Я просто делала то, что он сказал, а он еще и недоволен! — она прикрыла ладонью глаза, силясь взять себя в руки и остановить этот рвущийся наружу поток жалоб. Однако все было тщетно: — Зачем было орать на меня при всех? Чего он хотел этим добиться? Хотел унизить меня перед другими? Надеялся, что я не выдержу и наконец переведусь?!       — Сакура, успокойся, это не стоит твоих нервов, — заметив, что она начала терять контроль над собой, Учиха попытался хоть как-то помочь ей угомониться. — Я поговорю с Хатаке о произошедшем. И о тебе в том числе.       Харуно резко затихла и подняла глаза на мужчину:       — В смысле, обо мне?..       — В прямом, — Итачи уперся локтями в колени и напряженно потер переносицу. Складывалось впечатление, что он собирался с мыслями и раздумывал о том, как правильнее будет выразиться. — Не могу утверждать, что на месте Хатаке я поступил бы иначе. Смысл в его действиях все же был. Но мне не нравится, что он оставил тебя одну в машине…       — Хочешь сказать, что в итоге согласен с ним? — Сакура не могла понять, показалось ей или нет. Невзирая на то, что Учиха критиковал действия капитана, Харуно не покидало ощущение, словно Итачи частично был на его стороне.       — Послушай, я понимаю, что тебе непросто с ним работать, но я могу его понять как командир, у которого есть свои подчиненные.       Харуно догадывалась, что теперь Учиха говорил вовсе не о ходе самой операции. Его нынешние слова были адресованы именно ее неконтролируемым жалобам на капитана. Неужели Итачи и в этом был с ним согласен? «Могу его понять», — что это значит, вообще? Детектив вопросительно уставилась на мужчину, ожидая дальнейших объяснений.       — Он отвечает за тебя, Сакура. Он не может допустить, чтобы с тобой что-то случилось. Его резкая реакция вполне обоснована. Но ты не принимай это близко к сердцу. Я уверен, что в тот момент он злился отчасти и на себя.       Вот теперь Харуно окончательно запуталась. С какой стати капитану было злиться на себя? Интерес в ее глазах сменился на откровенное недоумение. Итачи несомненно знал что-то такое, чего не знала Сакура. Было ли это как-то связано с их прошлой совместной работой? Наверное, это был первый раз, когда Харуно видела, как Учиха встал на сторону капитана и, более того, даже пытался его оправдать. Десятки новых образовавшихся вопросов не давали покоя. Но возможно, чтобы получить на них ответы, для начала было бы неплохо разобраться со старыми. Внезапный вечер откровений как нельзя кстати располагал к тому, чтобы наконец выведать у Итачи подробности одного таинственного случая:       — Я до сих пор не знаю, что произошло между вами...       По глазам Учихи было заметно, что он с первых секунд понял, что конкретно имела в виду Харуно. Он должен был догадываться, что их размолвка с Хатаке не ускользнула от ее внимания. Осознав, что на сей раз ему не отвертеться, Итачи откинулся на спинку дивана и многозначительно хмыкнул.       — На самом деле, ты, наверное, разочаруешься, потому что там нет ничего особенного… — не поворачивая головы, он искоса глянул на Сакуру, желая узреть ее возрастающее любопытство.       И Харуно не разочаровала: она заерзала на месте, устраиваясь поудобнее, а на ее лице буквально было написано, что ей катастрофически необходимо знать правду, пусть даже по словам Итачи там не было ничего сверхъестественного. На самом деле, ей с трудом верилось, что Учиха серьезно намеревался раскрыть все карты. Одно только это дорогого стоило.       Должно быть, на подобную открытость Итачи повлияло и то, что сегодня Харуно пребывала далеко не в самом благоприятном состоянии. Своими разговорами он будто бы пытался отвлечь ее от мрачных мыслей и воспоминаний. И судя по всему, у него это неплохо получалось. В попытках сдержать рвущуюся наружу самодовольную улыбку, Учиха закусил губу, после чего вдохнул полной грудью и начал интригующий рассказ:       — Вообще, у нас с Хатаке с самого начала были разногласия в работе. Хоть я и был его подчиненным, никто не мешал мне иметь собственное мнение. Наверное, это нормально, в государственных ведомствах такое встречается на каждом углу. Но все равно, если ты подчиненный — ты обязан подчиняться. В любом случае, мы никогда не переходили на личности, каждый из нас просто выполнял свои обязанности, — Учиха ненадолго замолчал, чем вынудил Сакуру заволноваться:       — Но дело ведь не в этом? Или, вернее, не только в этом? — ее глаза засверкали от предвкушения. Она не могла поверить, что все было настолько банально. Обычные разногласия — не повод для вражды. Она вон тоже с Хатаке во многом не согласна, и что с того?       — Не в этом, — Итачи усмехнулся ее нетерпеливости. — Я относительно долго служил в отряде Хатаке. Регулярно выполнял сложные миссии, благодаря чему навыки постепенно улучшались. Вскоре появился вариант сдать экзамен на повышение и стать таким же капитаном отряда, как Хатаке. Естественно, такие изменения не происходят мгновенно, поэтому необходимо было ждать, пока заявку рассмотрят. В тот момент я уже даже перестал обращать внимание на наши расхождения во мнениях. Я знал, что скоро у меня появятся свои подчиненные, и я смогу вести дела так, как захочу. Но опять же, я не считаю Хатаке плохим капитаном. Я многому у него научился. Просто мы мыслим по-разному. Процесс не так важен, если результат в итоге положительный.       — Значит, ты все-таки признаешь, что он хорош? — тут уже Сакура не могла упустить возможности подколоть Итачи. Он слишком долго подбирался к сути, заставляя ее мучиться от навязчивого любопытства и теряться в догадках.       — Хатаке бы не был тем, кто он есть, если бы плохо выполнял свои обязанности. Он мог бы добиться куда больших высот, если бы ему это было нужно, — предельно серьезное лицо Итачи, а также отсутствие какой-либо неуверенности в его голосе указывали на то, что где-то в глубине души он относился к своему бывшему капитану с почтением. Учиха был умен и самодостаточен, отчего не в его правилах было принижать заслуги других людей. Пусть даже они ему чем-то не нравились.       Сакура снова заерзала на месте в ожидании продолжения. Она подогнула ноги под себя и натянула плед до самых ушей. Дабы больше не томить ее в ожидании, Итачи перешел к главному:       — Как-то раз у нас была миссия по задержанию и устранению членов преступной группировки. Их база и склады находились под землей, на одной из заброшенных станций метро. Власти давно перестали следить за той территорией, поэтому она привлекала бандитов. Наша группа разделилась на несколько частей, так как местность была довольно обширной. Мы вдвоем с напарником отправились в самый дальний тоннель, где предположительно находился оружейный склад. Но добраться до туда мы не успели — по пути началась перестрелка. Коллегу ранили в обе ноги, — Учиха напряженно поджал губы, а на его лбу проступили тонкие морщины. Данная реакция могла свидетельствовать о том, что вспоминал Итачи о тех событиях неохотно. Шумно сглотнув, он продолжил: — В любом случае, несмотря на ранения, мы смогли устранить членов банды. Но миссия еще не была закончена, так как до склада мы не дошли. По протоколу мы были обязаны проверить каждый угол и убедиться, что на базе никого не осталось. Когда по радиосвязи Хатаке узнал, что один из нас серьезно ранен, он приказал возвращаться. Поскольку я был в порядке, а до конца оставалось всего-ничего, я проигнорировал его приказ. Сейчас я понимаю, что в какой-то степени это было эгоистично и самонадеянно, но я думал, что мог трезво оценить ситуацию. Я видел, что раны коллеги были в приемлемом состоянии, и он мог подождать. В итоге миссия была успешно завершена, но Хатаке, естественно, был недоволен тем, что я ослушался.       Итачи взял паузу, чтобы перевести дыхание, а Сакура тем временем пыталась понять, как бы она поступила на месте Учихи. Конечно, ей сложно было представить себя в подобной ситуации, ведь вплоть до сегодняшнего дня ей даже не доводилось участвовать в перестрелке. Но все же вряд ли бы она позволила себе проявить такую вольность… Однако с этим можно было легко поспорить, достаточно было вспомнить ее прошлые «приключения».       — То есть все из-за того, что ты однажды не подчинился его приказу?       — Дело было не в приказе, — Учиха отрицательно покачал головой. — Неужели ты думаешь, что Хатаке настолько напрягло мое неподчинение, что мы до сих пор из-за этого не ладим? — искренне желая услышать ответ на этот вопрос, мужчина выжидающе посмотрел на Сакуру.       — Ну, — она немного замялась. Харуно не покидало ощущение, словно тут был какой-то подвох. — Мне казалось, это в его стиле — требовать ото всех полного повиновения и дисциплины.       — Хатаке очень закрытый человек, неудивительно, что ты так о нем думаешь.       Сакура уже было хотела возразить, но вдруг осеклась. Действительно, она не знала о капитане ровным счетом ничего. Она и ее коллеги видели только то, что он хотел им показать. Хотя не так давно ей удалось разведать о его жизни немного больше… И отчасти та неутешительная информация, на которую детектив наткнулась в архиве, помогла ей немного приблизиться к пониманию закрытости Хатаке. Но все-таки этого было недостаточно, чтобы делать какие-то выводы.       — Но если не приказ, то что тогда? — не желая больше гадать, Харуно спросила прямо.       — Больше всего он был недоволен моим отношением к сокоманднику. Хатаке не просто так сказал нам возвращаться. Он не сомневался в том, что я справлюсь и один, он переживал, что коллега истечет кровью. В понимании Хатаке, я поставил жизнь того парня под угрозу. Но поскольку его тогда не было рядом с нами, он не мог знать, насколько серьезными были повреждения. А я мог.       — Ты действовал по ситуации… — Сакура кивнула сама себе, заканчивая мысль Итачи. В какой-то степени она понимала обоих мужчин, при данных обстоятельствах сложно было выбрать чью-то сторону. — И что было дальше?       — Начальство не стало делать выговор, потому что миссия была выполнена успешно, и обошлось без жертв. Коллега отделался коротким больничным и несколькими перевязками.       — Получается, несмотря на приказ, начальство встало на твою сторону? — это несомненно удивляло Харуно, ведь она считала, что в таких суровых организациях с дисциплиной очень строго.       — Как я понял, ситуацию посчитали спорной. Даже в подобных ведомствах человеческий фактор играет роль. Многих, конечно, сразу приучают к тому, что нет ничего важнее успешно выполненного задания. Мой отец, кстати, тоже придерживается этой стратегии. Возможно, это как-то повлияло на мое окончательное решение в тот момент…       При упоминании отца Итачи, в голове Сакуры невольно всплыли давние воспоминания о Фугаку Учихе. Общаться с ним напрямую Харуно доводилось нечасто, но строгостью и твердым характером от мужчины веяло за версту. Отец Учих являлся неким воплощением стереотипа о жесткости и консервативности военнослужащих.       — После того инцидента Хатаке стал хуже ко мне относиться, — Итачи продолжил свой рассказ, чем вывел Сакуру из раздумий. — Давал менее важные поручения, реже ставил смены. Мне казалось, что таким образом он специально мешал мне расти и развиваться. Последней каплей стало то, что он отказался дать рекомендацию о моем повышении. Хатаке прямым текстом сказал мне, что я еще не готов. По его словам, я не был способен командовать другими, так как не ценил в полной мере их жизни и здоровье. Я серьезно считал, что он просто придирался, но как выяснилось позже, у него на то были свои причины.       В тот момент, когда Итачи упомянул, будто капитан к нему просто придирался, Сакура смогла прочувствовать все вышесказанное на себе. Слишком часто в ее голове проносилась точно такая же фраза по отношению к Хатаке. Она и не предполагала, что у них с Итачи может быть настолько много общего…       — Даже не думала, что капитан переживает за командный дух… Обычно он ведет себя так, словно важнее результата для него ничего нет, — Харуно отрешенно уставилась в пол, не переставая осмысливать все ранее сказанное. Итачи действительно знал о Хатаке намного больше нее. Скорее всего, здесь ему помогло и то, что он хорошо умел читать других людей… — А что за причины? — нахмурилась Сакура, вдруг зацепившись за последнюю фразу. Она была убеждена, что Учиха неспроста это упомянул.       — Это довольно мутная история, и я не знаю всех подробностей, — Итачи осторожно покосился на Харуно, в надежде, что та воспримет его неуверенные слова как завершение текущей темы. Но по ее горящим глазам становилось предельно ясно, что так легко она не отстанет. Учихе ничего не оставалось, кроме как обреченно склонить голову и вновь заговорить: — Там был какой-то несчастный случай на миссии. Это произошло незадолго до моего перевода в отряд, поэтому сплетни в тот момент еще не утихли. Как я понял, бывший напарник Хатаке погиб из-за того, что закрыл его собой при взрыве или в перестрелке… — Итачи напряженно сдвинул брови, усердно пытаясь вспомнить что-то еще. — Повторюсь, я не знаю точно. Но его коллеги говорили, что после этого случая Хатаке буквально заклинило.       Внутри Харуно что-то дрогнуло. Все ранее озвученные слова Учихи о том, что в какой-то степени он мог понять поведение капитана, а также о том, что у Хатаке были основания так поступить, внезапно обрели некий смысл. Удивительно, но только сейчас детектив смогла взглянуть на ситуацию со стороны. Если раньше обида беспросветно застилала ее взор, то теперь Сакуре удалось развеять эту пелену и узреть, что же на самом деле скрывалось за ней. Капитан ведь и правда мог выйти из себя просто потому, что волновался. Случись что с его подчиненной в процессе операции, ему бы потом пришлось отвечать. И Хатаке, судя по всему, уже знал, каково это. Пройти через подобное дважды и врагу не пожелаешь.       Пожалуй, она тоже погорячилась…       Но, к сожалению, свежеполученная информация о капитане пока что никак не помогала Харуно успокоиться при мыслях о завтрашнем дне. Пусть даже Сакура теперь понимала Хатаке чуточку лучше, предугадать, как он дальше будет себя вести, она не могла. Маловероятно, что его гнев утихнет так скоро…       — Теперь ясно, что ты имел в виду, — Харуно высказала свои мысли вслух, прерывая затянувшееся молчание. Долгий разговор расставил некоторые вещи по местам.       — Я просто хотел сказать, что тебе не стоит так сильно зацикливаться на произошедшем. У каждого свои проблемы в голове, и Хатаке не исключение.       Голос мужчины слегка охрип, из-за чего Учиха выглядел еще более уставшим. Он съехал вниз по спинке дивана и растянулся в полулежачем положении рядом с Сакурой. Та, в свою очередь, до сих пор сидела неподвижно, подогнув под себя ноги. Плед уже давно сполз с ее плеч, оголяя более ничем не прикрытые руки. Харуно была настолько увлечена беседой, что совершенно позабыла о холоде. Или возможно, она просто согрелась. Не желая ничего более говорить, она аккуратно придвинулась ближе к Учихе.       Сейчас было где-то около восьми или девяти часов вечера. За окном давно стемнело, отчего казалось, что уже достаточно поздно. Невольно в голове всплыло ранее озвученное предложение Итачи отвезти ее домой. Но уезжать по-прежнему не было желания. Радовало одно: мужчина не настаивал. Может быть, он просто заговорился и потерял счет времени, а может, и сам не хотел никуда ее отпускать. Наблюдая за задумчивым выражением лица Учихи, Сакура мягко опустила ладонь на его голову и провела по волосам. Отвлекаясь от бесконечного потока мыслей, мужчина расслабленно прикрыл глаза и поластился к ее руке.       — Спасибо, что забрал меня оттуда, — она склонилась чуть ниже.       — Я просто не хотел оставлять тебя одну.       Учиха поднял голову и поймал ее взгляд. Теперь, когда их губы разделяли считанные сантиметры, пути назад не было. После столь тяжелых потрясений ласковые прикосновения этого мужчины были единственным, в чем по-настоящему нуждалась Сакура. Она уже не первый раз убеждалась в том, что находясь рядом с ним, она могла позволить себе забыть о проблемах.       Харуно начала замечать, как усталость в глазах Учихи постепенно ушла на второй план. Его темный взгляд неотрывно скользил по ее лицу, то и дело останавливаясь на приоткрытых губах. Блики на черных зрачках подрагивали, отчего те казались просто бездонными. В один миг до Харуно дошло, что сегодня они уже точно никуда не поедут.       Итачи резко подался вперед, не в силах более сдерживаться. Залюбовавшаяся его лицом Сакура не с первых секунд поняла всю степень их близости. Но заторможенность и слабость постепенно отступали, а на смену им пришло уже испытываемое ранее желание. Прикрыв глаза, она почувствовала, как властно Учиха прижался к ее губам, практически сминая те своими. В этот раз мужчина с самого начала вел себя более требовательно, а Харуно и не думала возражать. Окончательно отпустив ситуацию, она навалилась на него всем телом и ответила на поцелуй.       Звуки шумного дыхания сводили с ума. Горячий язык Итачи несколько раз прошелся по приоткрытым губам Сакуры, прежде чем настойчиво толкнуться внутрь. Она послушно впустила его в рот, после чего обняла Учиху за шею. Свободного пространства между ними оставалось все меньше, потому Харуно уже могла ощущать, как часто вздымалась твердая мужская грудь. Идя на поводу у своих желаний, девушка скользнула одной рукой вниз, ласково поглаживая упругие мышцы сквозь тонкую ткань рубашки. Итачи переместил одну ладонь на талию Сакуры, а другую на правое бедро. Не прерывая глубокого поцелуя, он потянул Харуно на себя.       У Сакуры не оставалось другого выбора, кроме как перекинуть одну ногу через бедра мужчины и оседлать его сверху. Подобная напористость ее не смущала. Более того, нынешняя поза помогала в какой-то мере держать контроль над ситуацией. Оторвавшись от губ Учихи всего на секунду, чтобы сделать вздох, она заглянула в его глаза. Понимание того, что теперь в них читалась нескрываемая страсть, заставило мышцы внизу живота сладко сжаться. С еще большей решимостью Сакура прильнула всем телом к Итачи, давая начало новому жаркому поцелую.       Судорожно пытаясь расстегнуть подрагивающими от желания пальцами верхние пуговицы на рубашке Учихи, Харуно непроизвольно начала покачивать бедрами. Откровенная поза позволяла предельно четко ощущать его выпирающий стояк, и это подталкивало Сакуру к куда более решительным действиям. Ладони мужчины плавно спустились вниз по ее спине и вскоре остановились на ягодицах, обтянутых плотной джинсовой тканью. Когда Сакура в очередной раз ненавязчиво двинула бедрами, Итачи не выдержал и с силой прижал ее к своему паху. От ощущения приятного трения Харуно застонала ему прямо в рот.       Чертовы пуговицы на рубашке очень плохо поддавались, отчего детектив вскоре бросила эту бесполезную затею и переключила свое внимание на волосы мужчины. Из-за того, что они были собраны в хвост, Сакура не могла зарыться в них пальцами, пусть даже ей очень хотелось. Чуть отстранившись, она игриво прикусила нижнюю губу Учихи, после чего ладонью провела по его затылку и ухватилась за тугую резинку, охватывающую хвост волос. Неотрывно наблюдая за реакцией Итачи, она потянула резинку вниз.       — Давно хотела это сделать.       Учиха в ответ на ее фразу лишь усмехнулся, а затем точно так же поднял одну руку вверх и запустил ее в короткие волосы Сакуры. Она мимолетно подметила, что раньше не была так близка с мужчиной, чьи волосы были длиннее ее собственных. По какой-то причине данное замечание показалось Харуно весьма занятным, из-за чего она не смогла сдержать глупой улыбки сквозь поцелуй.       Итачи тем временем уже опустил руку на неприкрытое женское плечо. Он аккуратно подцепил бретельку и стянул ее вниз. Не успела Сакура насладиться этими волнующими прикосновениями в нежном месте, как мужчина отпрянул от ее губ и начал спускаться поцелуями ниже. Совсем скоро он проделал то же самое и со второй бретелькой, оставляя верхнюю часть груди Харуно обнаженной. Горячее дыхание Учихи опаляло гладкую кожу. От каждого прикосновения его губ то к шее, то к ключице, Сакуре хотелось застонать в голос. Шумно дыша и судорожно сглатывая, она все ждала, когда он зайдет еще дальше.       Но как только губы мужчины достигли заветной кромки одежды, он прекратил эти сладостные манипуляции. Харуно уже было хотела недовольно замычать, как вдруг сильные руки плотнее подхватили ее под бедра. На секунду Сакура потерялась в пространстве, однако спустя миг она все же разобралась, что же произошло на самом деле: Итачи резко поднялся с дивана вместе с ней на руках, после чего немедля направился в сторону коридора. Силясь удержаться, Сакура крепче обхватила его ногами за пояс, а руками вцепилась в уже растрепавшиеся черные пряди. Она вовсе не хотела делать Учихе больно, но его длинные волосы рассыпались по плечам и груди так, что не ухватиться за них было просто невозможно. Кажется, теперь до Харуно дошло, почему он всегда собирал их в хвост…       Всего за несколько шагов Итачи преодолел коридор, попутно отвлекаясь лишь на короткие поцелуи. Одной ногой он толкнул дверь, которая ранее была закрыта. Но невзирая на это, Сакуре не составило труда предположить, в какую именно комнату Учиха ее принес. Догадки подтвердились, когда он медленно опустил ее спиной на широкую кровать, а сам навис сверху. Из-за очередной смены положения из груди вырвался громкий вздох. И похоже, это подействовало на Итачи определенным образом. Своим весом он вдавил Харуно в матрас, однако ей не было тяжело. Сакура сильнее обняла его ногами за поясницу, отчего сладкое трение между ними усилилось.       Учиха с новой силой впился в припухшие и покрасневшие губы Харуно, а она, более не сдерживаясь, толкнулась своим языком в его рот и принялась дразняще щекотать самым кончиком небо. Итачи немного приподнялся на локтях, после чего с нажимом прошелся ладонью по шее Сакуры, плавно двигаясь ниже. Как только его рука вновь достигла верхнего края майки, он, не церемонясь, ухватился за ткань и потянул вниз. Небольшая упругая грудь оголилась практически моментально. Темноватые соски быстро затвердели от трения и прохлады. Но непривычно холодный воздух касался их недолго. Приподнявшись еще немного на одной руке, Учиха отстранился от губ Сакуры в тот самый момент, когда его горячая ладонь накрыла ее левую грудь. С нескрываемым удовольствием и страстным блеском в глазах Итачи рассматривал лежащее под ним полуобнаженное тело. Его взгляд неумолимо скользил от одной груди к другой, точно так же как и его рука. Поочередно он сжимал отвердевшие соски между пальцами, после чего резко переводил взор на зарумянившееся лицо Харуно, с губ которой то и дело слетали еле слышные полустоны.       Вскоре руки мужчины спустились еще ниже, находя знакомую застежку на джинсах. Одним ловким движением Итачи справился с металлической пуговицей и молнией. Сакура оперлась на локти, встречая его красноречивый взгляд. Желая помочь, она послушно подняла бедра. Учиха рывком стянул штаны вниз, оставляя девушку в нижнем белье. Все еще нависая над ней, Итачи запустил руку под собравшуюся на животе майку, возобновляя ласковые поглаживания. Откровенно намекая ему на большее, Харуно вульгарно развела колени. Она чувствовала, насколько мокро уже было меж ее ног, и отчего-то ей хотелось, чтобы и Учиха это почувствовал.       Мужчина не заставил себя долго ждать. Немедля он подцепил тонкую резинку трусиков и стянул их вниз вслед за джинсами. Поняв, что теперь она была у Итачи как на ладони, Сакура инстинктивно задышала чаще. Прохлада на увлажнившейся нежной коже ощущалась весьма контрастно, отчего и без того пылкое возбуждение становилось еще сильнее. Устроившись между ног Харуно, Учиха взглянул на нее исподлобья. То, как длинная челка спадала ему на глаза, Сакура всегда находила невероятно сексуальным. И при нынешних откровенных обстоятельствах данный эффект лишь усиливался. Однако долго полюбоваться этим завораживающим зрелищем ей не дали. Уже в следующий момент она почувствовала, как два пальца прошлись по половым губам сверху вниз, слегка надавливая. Не сдержав сладостного стона, Сакура запрокинула голову назад и машинально подалась бедрами навстречу. Итачи повторил схожее действие еще пару раз прежде чем бесцеремонно скользнуть пальцами внутрь.       От долгожданного ощущения наполненности из груди Харуно вырвался очередной стон. Она шире раздвинула ноги и стала самостоятельно насаживаться на пальцы. Итачи продолжал неотрывно наблюдать за этим горячим зрелищем, постепенно добавляя к нынешним движениям поглаживания клитора. Метаясь по постели, Сакура комкала под собой покрывало. Время от времени она с усилием прикусывала костяшки на своем кулаке, в надежде хоть немного унять пошлые звуки. Она уже была готова поклясться, что такими темпами скоро кончит, как вдруг мужчина прекратил волнительные ласки.       Итачи полностью выпрямился, опираясь на кровать теперь только одним коленом. Тяжело дыша, Сакура повернула голову в его сторону. Учиха начал торопливо расстегивать оставшиеся пуговицы рубашки, в тот же момент не отрывая взгляда от растрепанной нагой девушки. Не желая терять физический контакт, Харуно резко поднялась и подползла ближе к нему. Чтобы помочь ускорить процесс, она вцепилась пальцами в уже частично расстегнутый ремень. Довольно быстро разделавшись с ним, Сакура переключилась и на ширинку. Под напором внушительной эрекции брючная ткань заметно натянулась. Но как только девушка потянула замочек вниз, штаны податливо съехали по ногам. Предвкушающе закусив губу, Харуно мельком глянула на Итачи, а затем забралась рукой под резинку его белья и достала напряженную плоть.       Когда прохладные тонкие пальцы коснулись разгоряченного члена, Учиха не сдержал глухого полустона. Он уже успел избавиться от рубашки, потому теперь Сакура могла в полной мере оценить его подтянутый торс. Не переставая медленно поглаживать член, она ненароком рассматривала мужскую фигуру. Задержав свой взгляд на сухих мышцах пресса, Харуно начала постепенно склоняться вперед.       Ведомая желанием, она широко лизнула полуоткрытую головку, прежде чем полностью вобрать ее в рот. Сакура слышала, как сбилось дыхание Итачи в тот самый момент, когда она сдвинула кожу вниз и провела языком по чувствительной уздечке. Стоило Харуно набрать определенный темп, мужская рука вплелась в ее волосы и стала надавливать на затылок. Не размыкая кольцо пальцев у основания члена, Сакура с каждым толчком старалась вобрать в рот как можно больше. Учиха действовал достаточно прямолинейно, но подобная настойчивость заводила лишь сильнее. Шумные вздохи плавно переходили в короткие рыки, а член во рту начинал казаться все более каменным. Когда Сакура осознала, что ей практически нечем дышать, она с усилием подалась назад, полностью выпуская изо рта твердую плоть. Итачи ослабил хватку на ее затылке, затем переместил большой палец на покрасневшую щеку и мягко погладил.       Сакура, все еще сидящая на кровати, встала на колени таким образом, что они со стоящим на полу Учихой почти поравнялись. Итачи, так же тяжело дыша, властно обхватил ее за талию и притянул ближе. Влажный член ткнулся в живот Харуно, подталкивая ту дразняще потереться об него. Сакура обняла мужчину за плечи и прильнула к нему грудью. Он несколько раз жадно чмокнул ее в губы, после чего одной рукой надавил на бок, призывая развернуться.       Харуно, поглощенная возбуждением, уже с трудом держалась на ногах. В полумраке комнаты ей было сложно сосредоточить взгляд на чем либо, поэтому когда Учиха начал ее подталкивать, она чуть не завалилась обратно на постель. Благо его сильные руки, моментально обхватившие ее, не позволили этому случиться. Сакура повернулась спиной к Итачи, по его же просьбе продвигаясь глубже на кровать. Она чувствовала, как мужчина тоже встал на колени позади нее, из-за чего матрас ощутимо прогнулся. Сакура не смотрела назад, однако могла отчетливо слышать, как открылся ящик прикроватной тумбы. Далее раздалось знакомое шуршание обертки презерватива. Прикрыв глаза, Харуно прерывисто вздохнула, предвкушая последующие действия.       Шелестящий звук раскатываемого по члену латекса заполнил комнату. Сакура нетерпеливо подалась ягодицами назад, вскоре встречая гладкую головку. Одним движением руки Итачи отбросил волосы Харуно с правого плеча, затем придвинулся ближе и приобнял ее за живот. Череда горячих поцелуев и покусываний прошла по оголенной шее Сакуры, прежде чем она почувствовала, как мужчина направил член ниже, вынуждая тот скользнуть между ягодиц и уткнуться во влажные складки. Учиха жарко выдохнул ей в ухо, вызывая волну мурашек. Откинув голову назад ему на плечо, Сакура сильнее прогнулась в пояснице, в результате чего головка постепенно начала растягивать вход и проникать внутрь.       Два звучных стона эхом отразились от стен, как только член вошел до конца. Итачи крепко обнял Сакуру со спины, одну руку оставляя все так же на животе, а другой стиснул мягкую грудь. Харуно накрыла его ладони своими и первая качнула бедрами, давая начало размеренным глубоким фрикциям. Учиха принялся резво подмахивать бедрами ей в такт, но вскоре перенял всю инициативу. Он двигался довольно размашисто, на выходе почти полностью вынимая член из влагалища, а следом вгоняя его обратно до предела. Женские ягодицы звонко шлепались о его пах с каждым таким толчком, отчего начинали постепенно краснеть в местах соприкосновения.       Не переставая ритмично вдалбливаться в податливое тело, Учиха переместил уже обе ладони на покачивающиеся груди. Сжав чувствительные соски между пальцев, он вновь склонился над шеей Харуно, и на этот раз безо всякой осторожности впился в нее зубами. По продолжающимся рыкам, срывающимся с губ Итачи, становилось понятно, что от опьяняющей страсти он просто зверел. С каждой секундой его толчки становились резче и быстрее, из-за чего Сакура вскоре перестала за ними поспевать. Окончательно размякнув в тесных объятиях, она поняла, что кое-чего ей все же не хватает. Надеясь воплотить свое желание в действительность, Харуно ухватилась за правую кисть Итачи и с определенным незатейливым намеком потянула ее вниз. Учиха не оставил эту немую просьбу без внимания, потому уже в следующий миг нашел пальцами раскрытые половые губы и начал ритмичные массирующие движения.       Теперь Харуно с некой долей удовлетворения понимала, что надолго ее не хватит. И судя по более частым постанываниям Учихи, он также был близок к финалу. Стараясь сконцентрироваться на грядущем оргазме, Сакура зажмурила глаза и приоткрыла рот в беззвучном стоне. Напористые поглаживания пальцев в купе с непрекращающимися жесткими фрикциями делали свое дело, поэтому уже через несколько секунд Харуно наконец смогла ощутить, как ее накрыло бушующей волной удовольствия. Немой стон сменился на звонкий вскрик, когда сладкая судорога сковала низ живота, а дыхание сбилось окончательно и бесповоротно.       Как только мужчина понял, что теперь может не сдерживаться, он полностью сбился с темпа, начиная двигаться еще более остервенело. Отпустив грудь Сакуры, он позволил девушке упасть на кровать, благодаря чему она оказалась в коленно-локтевом положении. Обеими руками Итачи стиснул женские ягодицы, не оставляя попыток завладеть податливым телом полностью. Толкнувшись бедрами еще несколько раз, Учиха вогнал член до предела и замер внутри.       Сакура продолжала зарываться лицом в мятые простыни, в то время как прерывистый стон Итачи раздался где-то позади. Ей по-прежнему катастрофически не хватало воздуха, потому она дышала с широко открытым ртом. Перед глазами все плыло, в ушах шумела кровь. Когда опадающий член покинул ее тело, Харуно с нескрываемым облегчением свалилась на постель. Ее рассредоточенный взгляд был направлен в потолок.       Сакура была не в силах пошевелиться, благо от нее этого и не требовалось. Она была настолько потерянной, что даже не смогла посчитать, как много времени прошло, прежде чем мужчина лег рядом. Минувший день несомненно высосал из Харуно все имеющиеся силы. Проваливаясь в темноту, Сакура еще раз подумала о том, что оказаться дома у Итачи она ожидала сегодня в последнюю очередь...