Konstellation

      Как это ни парадоксально, но насколько ужасным был вчерашний день, настолько прекрасным оказалось сегодняшнее утро. Кто бы мог подумать, что восьмичасовой сон, тесные объятия Учихи и заботливо приготовленный завтрак помогут детективу Харуно хоть на секунду, но забыть о тяжести навалившихся проблем. И суток не прошло с того момента, как девушка смирилась, что белая полоса в ее жизни не предвидится еще очень долгое время, однако минувшая ночь каким-то чудесным образом убедила ее в обратном. Дело было не только в их долгожданной близости с Итачи, хотя это определенно сыграло свою роль. Поддавшись собственным желаниям, Сакура смогла наконец-то отпустить ситуацию, абстрагироваться от работы и сказать самой себе: будь, что будет. За последние пару месяцев Харуно довелось пережить многое, отчего начинало казаться, что бояться ей уже попросту нечего.       — Я подвезу тебя до участка, — Учиха поставил кружку со свежеприготовленным капучино перед Сакурой и сел рядом. Машинально втягивая носом любимый кофейный аромат, детектив глянула на Итачи. Уже за завтраком он был при полном параде: привычная белая рубашка, классические черные брюки и аккуратно собранные волосы. В своем вчерашнем свитере Харуно ощущала себя немного неуютно, ведь постирать его она так и не удосужилась, а сменной одежды с собой не оказалось. Ситуацию исправлял лишь недавно принятый душ.       — А тебе разве не надо в офис? — Сакура поинтересовалась скорее из вежливости. Окончательно садиться Итачи на шею и воспринимать его заботу как должное она не хотела, поскольку мужчина и так уже сделал для нее немало. Но стоило заметить, что своим ходом из этой глуши, где жил Учиха, Харуно добиралась бы до работы достаточно долго. Она вообще сомневалась, что где-то поблизости имелись остановки общественного транспорта.       — Надо, но попозже. В участке тоже есть дела, заодно поговорю с Хатаке.       Внезапно прозвучавшая фамилия капитана вернула Харуно с небес на землю. Мечтательная улыбка постепенно исчезла с ее лица, а горящие глаза будто бы потускнели. Напряженно закусив щеку, Сакура осознала, что отмазки из серии: «будь, что будет», распространяются далеко не на все. Или, вернее, не на всех.       Хоть Харуно и не хотелось сегодня появляться в участке, сделать это она была просто обязана. Коллегам стоило сказать спасибо за то, что вчера они позволили Сакуре так спешно скрыться с места перестрелки. Они видели, насколько отвратительно чувствовала себя детектив, потому вошли в ее положение. Но теперь, когда шок миновал, Харуно было необходимо как можно скорее объясниться перед начальством и дать показания. Еще утром она получила смс от Шикамару, в котором парень учтиво сообщил, что Сенджу жаждет услышать все подробности от Сакуры напрямую.       Данную формулировку можно было расценивать как предостережение. Если реакцию капитана она уже видела, то догадаться, каким образом поведет себя Цунаде, не представлялось возможным. Пусть даже женщина относилась к Харуно по-особенному, нетрудно было предположить, что бесконечные «приключения» подчиненной ее порядком достали.       А что насчет Хатаке… Так как Сакуру вызвали сегодня не на полный день, а всего на пару часов, она упорно продолжала надеяться, что ей повезет, и с капитаном в участке она не столкнется. Говорить им было больше не о чем, все самое главное он и так вчера сказал. Единственное, Харуно было любопытно узнать, как пройдет их беседа с Учихой, а также чем она закончится. Когда Итачи пообещал поговорить с Хатаке о ней, Сакура не до конца поняла, что конкретно он имел в виду. О ней, как о сотруднике полиции или о ней, как о своей девушке?       Как теперь стоило называть их с Учихой отношения, детектив до сих пор была не уверена.       Да, минувшая ночь помогла им стать ближе, перейти на новый уровень и тому подобное… Однако делать поспешные выводы Сакура боялась больше всего — сказывался печальный опыт. Она знала, насколько болезненны разочарования, из-за чего и осторожничала. Ситуация выглядела довольно щекотливо, это была словно палка о двух концах. С одной стороны, хотелось уже получить какой-то намек от Учихи, что у них все серьезно, а с другой, давить на него и расспрашивать напрямую было бы неуместно. В понимании Харуно, столь резкие вопросы могли отпугнуть мужчину. Ей оставалось только ждать, уповая на его искренность и проницательность…       До города они добрались в разы быстрее, нежели рассчитывала Сакура. Основная масса утренних пробок уже рассосалась, что определенно должно было радовать всех людей, спешащих на работу. Но Харуно не была в их числе. Чем ближе они с Итачи подъезжали к зданию участка, тем сильнее на нее накатывала волна беспокойства. Мысли о неминуемом разговоре с начальством нервировали, и это читалось в движениях детектива. Она все никак не могла усесться поудобнее, из-за чего безостановочно ерзала на кожаном кресле, перекидывая ногу на ногу. От внимания сидящего рядом Учихи это волнение не укрылось. Поэтому когда они уже почти доехали, он, желая помочь Сакуре успокоиться, положил ладонь ей на бедро и мягко погладил.       Не успела Харуно раствориться в его ненавязчивых ласках, как в разум вклинилась другая образовавшаяся проблема. И касалась она как раз-таки их отношений. Вчера после всего случившегося детективу было настолько плевать на происходящее вокруг, что она безо всяких угрызений совести позволила себе забыться в крепких объятиях Итачи прямо перед коллегами. Кто именно их видел, оставалось только гадать, но она была убеждена, что свидетели у сего интимного момента имелись. А учитывая то, насколько быстро расползались сплетни по их отделу, не исключено, что к приходу Харуно на работу, о ее личной жизни будет осведомлен каждый.       «Черт возьми, этого еще не хватало…» — Сакура прикрыла глаза и откинула голову на спинку сидения.       Повышенное внимание к собственной персоне она не любила, особенно когда речь заходила о романтических связях. Наверняка в их группе ходили слухи о ее близости с федералом еще со времен посиделок у Хатаке. Что ж, теперь у коллег появится новый повод для обсуждений… Но сильнее, чем колкости Сая и Кибы, Харуно беспокоило начальство. Ее не прельщала перспектива схлопотать выговор за нарушение правил касательно любовных отношениях с другими сотрудниками. Хоть Учиха и был из другого ведомства, над текущим делом они работали вместе, потому данный пункт относился и к нему.       Едва машина остановилась на подземной парковке, Сакура шумно выдохнула, прогоняя прочь навязчивые мысли. Разум твердил, что она зря накручивала себя, ведь всем было плевать, с кем она спит. Но душа по-прежнему не могла угомониться. Харуно уже не первый раз замечала такую особенность: чем уязвимее было ее состояние, тем сильнее она ударялась в излишнее самокопание, из-за чего плачевное положение лишь усугублялось. Определенно, с этим стоило бороться, вот только детектив не знала как.       — Все будет в порядке, тебя не уволят, — Учиха отстегнул ремень безопасности и развернулся к Сакуре вполоборота. Его низкий, но оттого не менее приятный голос мгновенно вернул в реальность. Харуно посмотрела на мужчину немного вымученно, будто надеялась, что тот почувствует ее удрученность и вместо того, чтобы подняться наверх, просто развернет автомобиль и увезет ее обратно. Но к сожалению, Итачи не торопился вновь заводить двигатель. Он сидел неподвижно, снисходительно взирая на девушку. Теплая улыбка касалась его губ, благодаря чему в его слова искренне хотелось верить.       Сакура понуро склонила голову и неубедительно кивнула. Дальше оттягивать свое появление в отделе не было смысла. Как только детектив собралась выходить, Учиха сжал ее тонкое запястье, призывая не торопиться. Поймав растерянный взгляд Харуно, Итачи без лишних слов подался вперед и коснулся ее приоткрытых губ своими. На секунду Сакура задержала дыхание от неожиданности. Мысленно она желала отругать себя за то, что из-за чрезмерных переживаний совершенно забыла поцеловать Итачи на прощание, ведь позже подобная возможность им не представилась бы. Но когда Учиха сильнее обхватил верхнюю губу Сакуры, а его рука переместилась ей на затылок, детектив отбросила любые недовольства и охотно ответила на поцелуй.       — Нам пора, — еще раз влажно чмокнув Харуно в губы, Итачи нехотя отстранился. Ухватившись за его горячую ладонь напоследок, Сакура сжала ее в руках. Несомненно, этот мужчина действовал на нее положительно.       Выйдя из машины, Харуно забрала свои вещи и захлопнула дверцу. Едва она покинула границы тесного парковочного места, как позади, примерно в нескольких метрах, раздался еще один схожий хлопок. Детектив инстинктивно повернулась к источнику звука. Поскольку они с Итачи приехали значительно позже начала рабочего дня, автомобилей вокруг стояло немало. Но как бы прискорбно это ни было, не заметить среди них знакомую кожаную куртку и растрепанные светлые волосы Харуно просто не могла.       А ведь она так надеялась, что сегодня ей повезет, и они не пересекутся…       С Хатаке их разделяла пара низеньких седанов, благодаря чему обзор ничто не загораживало. У капитана не ушло много времени на то, чтобы точно так же развернуться и узреть наконец свою подчиненную, стоящую у машины федерала. Возможно, Сакуре показалось, но буквально на долю секунды мужчина замер на месте, будто действительно был удивлен происходящим. Но спустя миг его плечи расслабленно опустились, а морщины на лбу разгладились.       — Хатаке-сан, — пока Харуно продолжала стоять как вкопанная, Учиха уже успел обойти внедорожник и оказался с ней рядом. Холодно поприветствовав капитана, он посмотрел на девушку, очевидно ожидая увидеть ее реакцию.       — З-здрасте… — неуверенно пробубнила детектив, решив, что ей также не помешало бы поздороваться с начальником. Тяжелый взгляд капитана выглядел обыденно, но почему-то сейчас под его прицелом Сакура чувствовала себя крайне неуютно. Не переставая теребить рукав пальто, она нервно закусила губу и отвела взор.       Секундная заминка на парковке начинала казаться бесконечной, пусть даже в сложившейся ситуации не было ничего сверхъестественного. Если бы кто-то увидел их небольшую компанию со стороны, подумал бы, что это обыкновенная случайная встреча коллег. Хотелось верить, что все было именно так, однако растущее напряжение говорило об обратном.       Короткий кивок капитана, обращенный как к Учихе, так и к Харуно, положил конец безмолвной игре в гляделки. Поставив авто на сигнализацию, Хатаке развернулся на месте и зашагал к лифту. Тяжкий груз неловкости уже было спал с хрупких плеч детектива, ведь она рассчитывала, что на этом контакт с капитаном завершится, но не тут-то было: Итачи, вместо того, чтобы выждать пару минут, уверенным шагом направился вслед за Хатаке. Мысленно выругавшись, Сакура в очередной раз убедилась, что с этими двумя все не может быть просто.       «Конечно, давайте и на лифте поедем все вместе».       Само собой, в отличие от Харуно, Учиха не собирался ныкаться по углам и ждать, пока строгий начальник скроется из виду. С каждым разом она все больше убеждалась в том, что федерала сложно было смутить или заставить чувствовать себя некомфортно. В любой ситуации Итачи держался невозмутимо, и возможно, Сакуре стоило бы у него поучиться. Жаль, что на словах все было значительно проще, нежели на деле…       Тесная кабина лифта едва заметно дернулась и поехала вверх. От гнетущего молчания уже начинало звенеть в ушах. Стоя лицом по направлению к выходу, детектив не могла отделаться от странного ощущения. Поскольку Хатаке первым зашел в кабину, он находился позади, и от этого Сакуре чудилось, будто бы в течение всей поездки ее затылок прожигали взглядом. Вероятно, она снова себя накручивала, однако когда раздался характерный сигнал, оповещающий о прибытии на этаж, Харуно испытала некое облегчение.       Якобы невзначай покосившись на Итачи, детектив вышла из лифта. Она рассчитывала еще раз напоследок перекинуться с ним парой слов, вот только из-за внезапной встречи все пошло не по плану. Обреченно вздохнув, Сакура уже было направилась прочь, как вдруг ее окликнул Хатаке:       — Харуно, ты сейчас пойдешь к Сенджу? — игнорируя стоящего рядом Учиху, капитан обратился прямиком к подчиненной. Его голос звучал довольно буднично, какое-либо недовольство или же презрение в нем отсутствовали. Все выглядело так, словно и не было вчерашнего разговора на повышенных тонах.       — Эм, да... — Сакура замялась на полуслове. Она несколько раз перевела взгляд с одного мужчины на другого, пытаясь понять, с какой целью Хатаке интересовался данным вопросом.       — Хорошо, тогда я зайду к ней позже.       Слова капитана даже порадовали. Почему-то Сакура считала, что в их непростой беседе с Цунаде, Хатаке также будет участвовать. Как-никак, во вчерашней перестрелке он сыграл немаловажную роль, а значит, они оба должны были давать показания. Харуно, конечно, догадывалась, что мужчина доложил начальнице обо всем еще вчера. Но зная Хатаке, нетрудно было предположить, что он не поленился бы повторно зайти к Сенджу, дабы послушать сбивчивые оправдания младшего детектива. К счастью, в этот раз ситуация сложилась в пользу Харуно. Наедине с Цунаде ей наверняка будет проще…       — Хатаке-сан, — теперь уже Учиха окликнул капитана, едва тот собрался уходить. — Я бы хотел переговорить с вами насчет вчерашнего, — стальной голос мужчины давал понять, что он вовсе не спрашивал разрешение — он ставил собеседника перед фактом.       Глянув на Итачи через плечо, Хатаке спокойно кивнул, тем самым выражая свое согласие и приглашая федерала пройти в кабинет. В то время как две высокие фигуры начали отдаляться, Сакура отрешенно уставилась им вслед. На силуэте Учихи она задержала внимание немного дольше положенного. Детектив никак не могла отделаться от навязчивых предположений касательно того, что именно он будет говорить капитану. Впрочем, сейчас ей стоило подумать о куда более важный вещах. Например о том, как она в очередной раз будет оправдываться перед Цунаде.

***

      — Харуно-Харуно, что же ты со мной делаешь… — женщина скрестила руки на груди и укоризненно покачала головой.       Растерянная подчиненная стояла напротив массивного стола, в самом центре кабинета, и виновато переминалась с ноги на ногу. Назойливое тиканье настенных часов прерывало шумные вздохи начальницы. Она то и дело набирала побольше воздуха в легкие, собираясь сказать что-то еще, однако каждая такая попытка ничем не заканчивалась. Недоброе замешательство на лице Цунаде сигнализировало о том, что она действительно не представляла, как лучше начать разговор. Одарив Харуно еще одним испытующим взглядом, Сенджу недовольно цокнула и наконец подала голос:       — Боже, да не строй ты из себя бедную родственницу! Садись!       Глянув на начальницу исподлобья, Сакура приняла ее предложение и, пройдя немного вперед, присела на свободный стул. В своей привычной манере Цунаде выглядела властно и в какой-то степени даже грозно. Подобный настрой Главной тревожил и был способен разрушить любые надежды на светлое будущее. Благо толика снисходительности в ее тоне все же присутствовала, отчего Сакура пока не спешила ставить крест на карьере детектива.       — Я не понимаю, Сакура, — женщина напористо постучала ногтями по столу, не переставая сверлить подчиненную янтарным взглядом. — Мне что, уже и на день уехать нельзя? Почему как только я покидаю участок, обязательно что-то случается?! — глубокая морщинка залегла меж бровей Сенджу, благодаря чему ее вид стал еще более мрачным. Казалось, она и впрямь ожидала внятного ответа от Сакуры на поставленный вопрос, пусть даже тот являлся риторическим. Восприняв молчание девушки как непонимание, Цунаде решила внести уточнение: — Почему это каждый раз как-то связано с тобой, Харуно? Может, ты потрудишься мне объяснить?!       — Цунаде-сама… — детектив крепче прижала взмокшие ладони к коленям и пристыженно поджала губы. Десятки глупых отговорок вертелись на языке, вот только высказать вслух хотя бы одну из них Сакура не решалась. Вновь сваливать всю вину на капитана она посчитала неуместным, так как в сложившихся обстоятельствах было глупо винить кого-то одного. В ходе вчерашней операции все они действовали по ситуации, которая менялась весьма резко и непредсказуемо. Тем более, после откровенного рассказа Учихи Сакура смогла взглянуть на произошедшее несколько иначе. — Простите, но я не знаю, почему все так складывается...       Лицо женщины заметно вытянулось от изумления. Скорее всего, она ожидала услышать немного другой ответ. Сакура не знала, какой именно, однако сомнительные предположения у нее уже имелись. Неужели Сенджу полагала, что подчиненная сорвется и вывалит на нее все свои жалобы? Наверняка слухи об их так называемой ссоре с Хатаке уже успели дойти до начальницы, потому она вполне могла ожидать от Харуно чего-то подобного. Признаться, такой расклад заставил бы Сакуру погрустнеть еще больше — иметь репутацию ябиды она считала сомнительным удовольствием.       — Что же мне с тобой делать…       Цунаде напряженно потерла виски, после чего зарылась пальцами в волосы и взъерошила длинную челку. По ярко выраженному негодованию женщины становилось ясно, что она и сама не была уверена в том, кто прав, а кто виноват. Сенджу еще труднее было разобраться в случившемся, так как о подробностях задержания Какузу ей стало известно уже постфактум. По какому-то неведомому стечению обстоятельств, Цунаде постоянно отсутствовала в участке именно в те дни, когда намечалось что-нибудь серьезное. Впрочем, в ее участии зачастую не было необходимости, потому что женщина уже давно переключилась на бюрократические проблемы, а оперативную работу предпочла взвалить на плечи капитанов.       — С Хатаке мы уже поговорили, но я хочу услышать и твою версию.       С долей недоверия во взгляде Сакура посмотрела на Цунаде. Данная формулировка смутила, ведь в ней слышалось явное противоречие. Вышеупомянутые слова Харуно восприняла враждебно, словно женщина уже успела наслушаться о ней много чего нехорошего.       Неужели Хатаке вчера не просто сорвался, а высказал все, что думал на самом деле? Неужели он правда считал, что Сакура в очередной раз полезла куда не следовало по собственной глупости, а не потому, что он приказал?       Противный холодок прошелся по спине, когда Харуно ощутила всю суть своего плачевного положения. После открывшейся правды о капитане она отчего-то стала рассчитывать на его благосклонность. Сакура узнала, как сильно Хатаке беспокоился о подчиненных, из-за чего и списала весь его гнев на обычный эмоциональный всплеск. Ранее ей уже доводилось убеждаться в том, что капитан не настолько суров, каким кажется со стороны. Иногда детективу даже казалось, что они начинают неплохо ладить. Но к сожалению, неоднозначная интонация Сенджу заставила Сакуру еще раз задуматься о собственных впечатлениях касательно Хатаке. Теперь ее мучил только один вопрос: что именно Цунаде услышала от него?       Скрепя сердце, осторожно подбирая слова, Харуно начала свой сбивчивый рассказ. Еще утром она считала, что смогла окончательно переварить все случившееся. Окрыленная романтическими чувствами, Сакура будто бы позабыла о сильном эмоциональном потрясении. Она надеялась, что при разговоре с начальством внутренние демоны больше не полезут наружу, и она сможет сохранять полное спокойствие. Но как оказалось, Сакура ошиблась. Если первую часть вчерашней операции ей удалось изложить достаточно ровным тоном, то со второй частью, начиная с момента взятия в заложники, у Харуно возникли проблемы. Голос предательски подрагивал, похолодевшие пальцы больше не слушались. Сакура безостановочно ковыряла ногти, что несомненно привлекало внимание Сенджу. В какой-то момент строгость в глазах начальницы стала отступать на второй план. После каждой обрывистой фразы Сакуры выражение ее лица постепенно смягчалось. Наконец, когда детектив перешла к заключительной части, а именно выстрелу, Сенджу не выдержала и прервала ее монолог:       — Так, ладно. Успокойся, я все поняла, — она не могла перестать смотреть в поблескивающие глаза Харуно. До сих пор девушка не проронила ни слезинки, но Цунаде переживала, что если так продолжится и дальше, то истерики будет не избежать. Протяжно выдохнув, Сенджу откинулась на спинку кресла и полезла в ящик стола. Не прошло и секунды, как перед носом Сакуры появились две небольшие стопки, а также карманная металлическая фляжка. Несколько раз моргнув, детектив приоткрыла рот в немом изумлении и подняла глаза на женщину:       — Ц-цунаде-сама?..       — Успокойся, кому говорю, — рука Сенджу даже не дрогнула, в то время как она отточенным движением открутила крышку, а затем разлила темноватую жидкость по стопкам.       — Но ведь еще только полдень, — продолжала недоумевать Харуно. Ранее ей доводилось видеть алкоголь в кабинете начальницы, однако непосредственно за распитием Сакура ее не ловила. Хотя немудрено, что Цунаде баловалась подобным. Если работа в полиции даже младшему детективу успела изрядно потрепать нервы, то можно было представить, насколько нелегко приходилось Главной. Замерев на месте, девушка сосредоточила внимание на одной из стопок, совершенно позабыв о своем эмоциональном рассказе.       — Не ной, Харуно. Это успокоительная настойка. Работа тебе все равно сегодня не светит, — костяшкой указательного пальца Сенджу придвинула рюмку ближе к Сакуре. — Пей. Только быстро.       Робко глянув на начальницу еще раз, Харуно осознала, что выбора у нее нет. Впрочем, от такого количества алкоголя навряд ли станет хуже… Дрожащей рукой она потянулась к стопке, после чего со свистом выдохнула и выпила все до последней капли. Дождавшись, пока подчиненная перестанет морщиться, Цунаде проделала все в том же порядке.       — Не полегчало, — безнадежно констатировала Сенджу.       Сакура была с ней согласна. Жгучий алкоголь неприятно раздражал пищевод, но это не помогло забыть о душевных терзаниях. Более того, крепкая выпивка все же ударила в голову, отчего та начала кружиться. Истощенный организм отреагировал на спиртное не самым лучшим образом: вместо того, чтобы расслабиться, Харуно запереживала еще сильнее. За последние сутки она думала слишком много, и это дало о себе знать. Сакура долго пыталась бороться с собственными чувствами, но в итоге не выдержала:       — Цунаде-сама, — детектив подалась вперед и навалилась на край стола. Ни с того ни с сего до нее вдруг дошло, что свою пламенную речь было бы неплохо закончить словами раскаяния. — Мне жаль, что все сложилось именно так. Я не хотела никого подставлять, особенно капитана. И вообще, если бы не он… — Харуно крепко зажмурилась и уткнулась лицом в ладони. Возможно, со стороны она выглядела жалко, но сейчас ей было плевать. Она говорила как на духу и надеялась, что в итоге ее слова дойдут до Цунаде.       — Если бы не он, говоришь…       Едва Сакура отняла руки от лица и вопросительно посмотрела на Сенджу, как та многозначительно хмыкнула. Детектив понятия не имела, что послужило причиной данной реакции, но углубляться в рассуждения еще и об этом не было сил. Тот факт, что женщина не рвала и не метала, успокаивал уже сам по себе.       — Значит так, — оставив разговоры по душам, Цунаде вернула себе привычный строгий вид. Она спешно убрала набор для распития спиртного обратно в ящик, после чего села ровно и сцепила пальцы в замок. — Поскольку ваши с Хатаке показания полностью сходятся, я не вижу смысла устраивать разбирательства. Тем более, у нас сейчас нет на это времени. Дело еще не закрыто, а федералы мне уже всю плешь проели… — при мыслях о сотрудниках Бюро Сенджу раздраженно передернула плечами. Придирчиво взирая на подчиненную, она сложила губы трубочкой, а затем вынесла свой вердикт: — Наказывать тебя я не вижу смысла. Но я надеюсь, что из всего случившегося ты извлечешь урок, — женщина подняла ладонь в останавливающем жесте, как только Сакура открыла рот, намереваясь отблагодарить великодушную начальницу. Не меняя твердой интонации, Цунаде продолжила: — В ближайшие несколько дней ничего серьезного не предвидится, поэтому зайди к Шизуне и попроси поставить тебе завтра выходной. На этом все, можешь быть свободна.       Двигаясь будто бы по инерции, изумленная Харуно коротко попрощалась с Сенджу и вышла из кабинета. Сегодняшний день продолжал преподносить неожиданные сюрпризы. Направляясь утром в участок, Сакура ожидала от начальства чего угодно, но только не милости. В который раз ей невероятно повезло, однако гнусный внутренний голос упорно твердил, что постоянно рассчитывать на везение — неблагоразумно. Детектив прекрасно это понимала, потому решила действительно прислушаться к совету Цунаде и переосмыслить произошедшее. Все-таки она уже не первый раз вляпывалась по-крупному, а это о чем-то, да говорило.       Помимо настоятельных рекомендаций начальницы, разум Харуно терзали и другие прозвучавшие темы. Она до сих пор не могла перестать думать о капитане. Вернее о том, что именно он сказал Сенджу.       Видимо, ничего плохого…       Сакура была крайне удивлена, услышав, что Цунаде назвала их показания полностью идентичными. В процессе беседы Харуно старалась не переходить на личности и рассказывала исключительно о том, что касалось работы. Скорее всего, Хатаке придерживался схожей стратегии, и это лишь подчеркивало его профессионализм. Отругав себя за очередную порцию преждевременных выводов, детектив поймала себя на мысли, что такой «проницательной» особе как она не помешало бы одолжить пару книг по психологии у Сая…       По настоянию Сенджу Сакура заглянула в офис секретаря, перед тем как покинуть участок. С оформлением дополнительного выходного проблем не возникло, потому что Шизуне, очевидно, также была наслышана о случившемся. По крайней мере, об этом свидетельствовали ее мягкий голос и сочувствующий взгляд. Поставив заветную подпись в журнале посещений и попрощавшись с секретарем, Харуно наконец-то смогла вздохнуть с облегчением: на ближайшие пару дней она была свободна.       Проходя мимо кабинета капитана, Сакура осторожно заглянула внутрь, благо жалюзи на окне были открыты. В душе теплилась надежда на то, что Итачи еще не ушел, но к сожалению, кроме склонившегося над столом Хатаке, девушка больше никого не увидела. Она не удивилась тому, что Учиха уже уехал, ведь посреди рабочей недели у него наверняка был загруженный график, в который Харуно не вписывалась. Все, что ей оставалось — это терпеливо ждать вечера и уповать на то, что он позвонит, или может даже приедет. Ночевать в компании Учихи Сакуре очень понравилось, и она бы с удовольствием делала это почаще…       Уже на подходе к собственному столу детектив заметила что-то неладное. А именно — блондинку, наглейшим образом усевшуюся на ее рабочее место. Нежданная гостья увлеченно о чем-то спорила с Кибой и Саем, не уставая при этом активно жестикулировать. Ее звонкий голос распространялся по всему этажу, отчего обрывки некоторых фраз Харуно смогла услышать даже будучи на расстоянии десяти метров:       — Я вообще не понимаю политики вашего отдела! Почему опять она оказалась в полной...       — Ино! — спустя секунду Сакура достигла небольшой компании из трех человек и окликнула подругу, тем самым прерывая бесконечный поток ее причитаний. — Ты чего тут?.. — договорить детективу не дали.       — Лобастая! — Яманака вскочила со стула, едва услышала знакомый голос. Наплевав на присутствие двух парней, она переключила все внимание на Харуно и кинулась ей на шею. — Боже, я только сегодня утром узнала…       Опешившая от такого резкого внимания Сакура застыла на месте и, машинально приобняв подругу в ответ, вопросительно глянула на коллег. Парни в свою очередь лишь растерянно пожали плечами, после чего поспешили удалиться.       — Ты как вообще? — Ино наконец отстранилась и обеспокоенно уставилась в широко раскрытые глаза подруги.       — Я… — до Сакуры постепенно стало доходить, что именно могло взволновать Яманака. Естественно, вчера вечером не было времени на то, чтобы поделиться всем случившимся с Ино. Из-за пережитого потрясения Сакура до сих пор вела себя малость заторможено, потому о разговоре с подругой даже не думала. Но видимо зря. — Я в порядке. Прости... Прости, я тебе даже не написала...       — Вот уж точно! — сочувствие в глазах Яманака быстро сменилось на возмущение. Яростно сдвинув брови, она уперла руки в бока и перешла в наступление: — Какого хрена ты мне не ответила? Что у тебя с телефоном?!       — В смысле?.. — Сакура озадаченно похлопала себя по карманам, а затем, так ничего и не найдя, полезла в сумку. — Сел, наверное, — после нескольких безуспешных попыток включить устройство Харуно бросила его обратно в сумку и виновато посмотрела на Яманака. — Прости, у меня зарядки с собой не было. Утром он еще работал…       — Как это, с собой не было?! Ты что, дома не ночевала? — бирюзовые глаза Ино, казалось, сейчас выпрыгнут из орбит. А высокий тугой хвост, натягивающий кожу лба, делал положение только хуже. Заметив явное замешательство Сакуры, Яманака поняла, что попала в точку. Обоснованный интерес все же взял верх, благодаря чему она умерила свой пыл и переспросила уже более вдумчиво: — Подожди, ты серьезно?       — Черт, да, — Сакура раздраженно цокнула, когда взгляд подруги опустился ниже, на вчерашний свитер. — Только не ори, еще не хватало, чтобы все об этом узнали.       — Так, — выдержав напряженную паузу, Яманака мельком глянула на наручные часы. Не оставляя Харуно и шанса отвертеться, она категорично заключила: — У меня сейчас перерыв. Одевайся, расскажешь все по дороге.

***

      Гадкая погода, присущая поздней осени, никак не хотела оставлять город в покое. К промозглому ветру и вечной сырости местные жители, казалось, привыкли настолько, что уже совершенно позабыли о былых светлых днях. Редкие лучи солнца не баловали горожан, отчего завидев их, моментально хотелось зажмуриться. Глаза, давным-давно привыкшие к серости, попросту отказывались воспринимать столь яркий свет.       Очередное хмурое утро не предвещало ничего особенного. Задержавшись дома чуть дольше положенного, мужчина рисковал застрять в пробке. Что, впрочем, и произошло, стоило ему выехать на один из главных проспектов. Недавний ливень, частично затопивший дороги, нехило перегрузил сточные каналы, из-за чего те перестали справляться со своей задачей. Но благо тучи постепенно отступали, видимость становилась приемлемой, а пробка начинала рассасываться. Неторопливо двигаясь в общем потоке, мужчина от нечего делать включил назойливое радио и сверился с электронными часами. Похоже, он снова задерживался.       Пронырливый лучик света, выбившийся из-под кучевых облаков, пронзил лобовое стекло и угодил прямиком в глаз Хатаке. Лениво прищурившись, Какаши протянул одну руку и опустил солнцезащитный козырек. Спасительная полоса тени закрыла половину лица, позволяя водителю беспрепятственно продолжить движение. Время уже конкретно поджимало, потому капитан не стеснялся лишний раз поддать газу.       Чаще всего Хатаке не было нужды приезжать в участок четко к началу смены — ввиду высокой должности у него имелись некоторые поблажки. Однако сегодняшним утром была запланирована важная встреча, поэтому опаздывать явно не стоило. Признаться, начинать день с непростых разговоров Какаши никогда не любил, но выбора у него, к сожалению, не было.       С момента устранения Какузу прошло четыре дня. За это время определенное количество свежей информации скопилось как у полиции, так и у Бюро, следовательно представители обоих ведомств должны были встретиться вновь и обсудить детали. К счастью, в этот раз Хатаке не предстояло общаться с Учихой наедине. Расследование продолжало набирать обороты, теперь в нем была замешана крупная преступная группировка, поэтому Сенджу обязаны были держать в курсе любых, даже мельчайших подробностей. К тому же, женщина сама настояла на этом, так как осталась крайне недовольна исходом последней операции.       При мыслях о пресловутом федеральном агенте Какаши поморщился. Сам того не замечая, он окунулся в воспоминания, связанные с их последней беседой. Отчасти Хатаке уже привык к регулярным выпадам Учихи, потому не удивился, когда тот пару дней назад напросился к нему в кабинет, желая высказать свое недовольство. Но стоило отметить, что в минувший раз у Учихи в запасе оказалось не шибко много аргументов.       Иногда Какаши думалось, что если бы представилась такая возможность, о правильности и логичности рабочих тактик они с Учихой спорили бы до бесконечности. В этом, конечно, был некий азарт, но со временем подобные забавы начинали раздражать.       Учиха любил строить из себя главного, а Хатаке любил делать вид, что он этого не замечает.       Но больше чем привычные разногласия в работе капитана возмутило другое: впервые за всю историю их так называемого сотрудничества Итачи затронул личную тему. Буквально прямым текстом он дал Хатаке понять, что недоволен его отношением к подчиненной. Тут, естественно, даже уточнять не пришлось, к какой именно. Помнится, тогда капитан знатно опешил. Настолько, что даже рот приоткрыл, не зная, как реагировать на данное заявление.       Какого черта Учиха вообще в это полез?       В понимании Какаши, это было как минимум непрофессионально. Ранее он всегда старался четко разделять работу и личную жизнь, ведь неблагоприятный опыт подтверждал, что делать это было попросту необходимо. Поэтому если у Учихи с Харуно что-то и было, его это не касалось. Но будучи честным до конца, Хатаке мог признаться хотя бы самому себе: ему это не нравилось.       Так сложилось, что в последнее время Харуно постоянно была на виду. Личная жизнь девушки оказалась частью расследования, и Какаши не мог оставить это без внимания. Прежде он думал о детективе исключительно в рабочем ключе, однако теперь, хотел Хатаке того или нет, она преследовала его в мыслях даже в моменты, когда он находился за пределами участка.       Не так давно капитан заметил, что непростая история Харуно регулярно всплывала у него в голове. Сам того не ведая, Хатаке проводил параллели, желая сравнить вероятные ощущения и переживания девушки с собственными. Несомненно, у них было кое-что общее, из-за чего Какаши и стал интересоваться судьбой подчиненной куда больше положенного. Наверняка многим подобная заинтересованность не показалась бы чем-то особенным или же неуместным, но Хатаке то и дело чувствовал себя будто бы не в своей тарелке.       Последняя операция окончательно выбила его из колеи, и дело было вовсе не в том, что все пошло не по плану. Жизнь может быть непредсказуема в любом ее проявлении, потому нельзя загадывать что-либо наперед — этот урок Какаши усвоил еще в самом начале своей карьеры. Ему не раз доводилось оказываться в непредвиденных ситуациях, где сомнительные решения нужно было принимать молниеносно. К столь резким поворотам он привык, оттого и ситуацию с Какузу не считал чем-то из ряда вон выходящим. Но несмотря на это, неоднозначные переживания после всего случившегося не оставляли капитана в покое.       На протяжении последних нескольких дней Хатаке много думал о том, каково же на самом деле было Харуно. Что было в ее голове, когда она собственным телом почувствовала смерть человека, однажды разрушившего ее беззаботную жизнь? Стало ли ей легче после этого всего?       Какаши упорно продолжал задаваться этими вопросами, так как в собственных темных мыслях он не раз грезил о подобной расправе. Вот только расквитаться с виновниками смертей его близких капитану, увы, не представилось случая.       Конечно, Харуно не своими руками разобралась с киллером — Хатаке сделал это за нее. Честно говоря, такому исходу он был даже рад. Девушке не к чему было становиться убийцей, по крайней мере, Какаши ей этого не желал. Хотя учитывая то, как упорно Харуно продолжала стоять на своем, рано или поздно ей все же придется сделать решающий выстрел. Наверное, после первого раза ей будет непросто — капитан судил по собственному опыту — но потом с каждым разом противоречивое чувство вины будет тревожить все меньше и меньше. Ко всему можно привыкнуть, и убийство не исключение.       Непроизвольно Какаши погрузился в обрывистые воспоминания о собственном пути становления. Прошлое неслабо покорежило его психику, однако он по-прежнему считал, что оно никак не сказывалось на его повседневной жизни. Тем более, после смены места работы Хатаке нечасто приходилось возвращаться к откровенной жестокости. Мирные офисные будни пока что не успели приесться, поэтому в должности капитана полиции мужчине было комфортно. Хотя, опять же, после недавней перестрелки у него появились некоторые поводы для беспокойства...       Как ни старался, Какаши не мог понять, по какой причине последняя операция знатно потрепала ему нервы и, более того, заставила выйти из себя. Такое с ним случалось нечасто, и это призывало задуматься. Может быть, во всем была виновата рутина? Как-никак, за последние месяцы Хатаке отвык от суровой оперативной работы... Ему хотелось верить, что это являлось единственной причиной, но похоже, тут было замешано что-то еще. Странное чувство, природа которого до сих пор оставалась для мужчины загадкой, намертво засело глубоко в груди. Какаши пытался его игнорировать, но каждый раз, будто бы назло, это самое чувство начинало гадко скрести изнутри, неумолимо напоминая о своем существовании.

***

      — Что ж, если все в сборе, можем начинать, — одарив задержавшегося на пару минут Хатаке красноречивым взглядом, Сенджу встала с кресла. Непунктуальность капитана беспокоила ее куда меньше, нежели необходимость надолго оставаться в компании молодого самодовольного федерала. Учиха заявился к ней в кабинет на пять минут раньше оговоренного времени, поэтому Цунаде уже устала шумно вздыхать, разбавляя гробовую тишину, и поглядывать на часы.       Ничуть не запыхавшийся Хатаке занял свободный стул для посетителей и теперь отрешенно взирал на присутствующих. Но как бы умело капитан ни пытался скрыть свое напряжение от остальных, оно все равно читалось в его движениях. Впрочем, то же самое можно было сказать и про федерала, который, скрестив руки на груди, продолжал выжидающе постукивать пальцем по собственному плечу. Многозначительно хмыкнув, Цунаде отвернулась от мужчин, затем подошла к окну и открыла форточку на проветривание. Бодрящий морозный воздух мигом ворвался в душное помещение, но это не снизило уровень царящего в нем напряжения.       — Я перейду сразу к делу, — желая находиться с остальными на одном уровне, Сенджу опустилась обратно в кресло и придвинулась ближе к столу. — Наш судмедэксперт досконально изучил полученное тело, но, как вы уже могли догадаться, это почти ничего не дало. Орочимару нашел незначительные остатки наркотических веществ в крови киллера, однако, учитывая прежний род его деятельности, удивляться этому не стоит. Более подробный отчет о вскрытии вы, агент Учиха, уже получили, — прищурив глаза, женщина глянула на федерала. У нее до сих пор язык не поворачивался обращаться к этому юнцу так официально. Но дабы не портить и без того шаткие отношения с начальством ФБР, делать это все-таки приходилось. Дождавшись утвердительного кивка мужчины, Цунаде продолжила: — Значит, не вижу смысла размусоливать эту тему. Давайте лучше перейдем к тому, что вам удалось найти.       Театрально подперев кулаком подбородок, Сенджу подалась вперед и уставилась на Учиху, демонстрируя, что она вся внимание. По сути, больше ей нечего было сказать о застреленном киллере. Как и всегда, федералы предпочитали разбираться со всем самостоятельно, и этот раз не стал исключением. Они намеренно держали полицию подальше от места преступления, не позволяя сотрудникам участка даже взглянуть на бывшее убежище Акацуки. Фото и видео материалов, которые Бюро так «любезно» предоставило после, было недостаточно для создания полноценной картины происходящего. Но увы, что-либо кардинально изменить Сенджу пока что была не в силах.       — Хорошо, — глухо кашлянув в кулак, Учиха наконец-то подал голос. Показательно расправив плечи и закинув ногу на ногу, он неторопливо начал вводить коллег в курс дела: — За последние несколько дней наши люди полностью проверили территорию завода. Помимо личных вещей Какузу ничего существенного мы не нашли, но его ноутбука оказалось достаточно, чтобы неплохо продвинуться, — мужчина открыл свой портфель и достал тонкую папку. Игнорируя сидящего рядом Хатаке, он передал ее сразу Сенджу.       — Снова финансовая отчетность?.. — Цунаде бегло пролистнула несколько страниц, задерживая внимание на строках, выделенных красным цветом. Судя по всему, предоставленный документ не сильно ее впечатлил.       — Да. Все три отмеченных перевода напрямую связаны с Акацуки. Номера счетов разные, но все они уже мелькали в этом деле.       — Еще со времен джашиниста? — высказала свое предположение Сенджу, не отрывая глаз о отчета.       — Именно. Благодаря транзакциям, которые и связали Какузу с отмыванием денег, нам удалось собрать целый список счетов...       — Так причем здесь Акацуки? — не желая больше оставаться в стороне, капитан перебил Учиху и задал очевидный вопрос. Ему порядком надоело, что федерал говорил загадками, начиная издалека. — Если их имена до сих пор неизвестны, каким образом вы нашли связь?       Недовольный тем, что его прервали, Итачи покосился на Хатаке. Капитан же к тому моменту уже отвлекся на отчет, полученный из рук Цунаде.       — Все три перевода, выделенные красным, отвечают за аренду помещений, — невозмутимо продолжил Учиха, вновь переключив внимание на Сенджу. — Они мелькают в финансовой истории Какузу, следовательно мы можем отнести их и к Акацуки. Самый первый перевод был выполнен около года назад, и отвечал за долгосрочную аренду крыла завода, где случилась перестрелка.       — Что с двумя другими? — монотонно поинтересовался Хатаке, просматривая оставшиеся страницы. Находка федералов начинала выглядеть все более привлекательно, и Какаши догадывался, что это было далеко не все.       — Два оставшихся места также с виду ничем не примечательны, находятся на окраинах, — Учиха достал еще одну папку и пустил ее по кругу. — Возможно, это бывшие убежища или склады, а возможно, они все еще используются.       — Получается, если нам повезет, мы сможем выйти и на других членов организации… — задумчиво пробубнила себе под нос Цунаде, погружаясь в новый отчет. Во втором документе были представлены снимки геолокаций и предполагаемые пути проезда. — Как я поняла, до туда вы еще не добрались? — она больше утверждала чем спрашивала, ведь ответ был предельно ясен. За столь короткий промежуток времени даже федералы не успели бы проверить все досконально. В противном случае, в словах Учихи было бы больше уверенности.       — Уже завтра наши люди начнут проверять две оставшиеся локации. Как только мы с этим закончим, полиция получит доступ ко всем имеющимся отчетам.       — Не много ли вы на себя берете? — иронично подметила Сенджу. Звучно захлопнув тонкую папку, она отодвинула ее на край стола и выжидающе посмотрела на федерала.       — Цунаде-сама, я ценю ваше желание помочь. Однако вы должны понимать, что боевая мощь ФБР значительно выше. У нас больше шансов выполнить работу чисто, — выдержав напористый взгляд женщины, Итачи немного смягчился и добавил: — По итогу, мы все останемся в выигрыше.       — И правда что… — уставшая от постоянных разбирательств Сенджу уже собиралась сдаться на милость Бюро, но один момент ей все же хотелось еще раз проговорить: — Как бы то ни было, я прошу вас своевременно сообщать все новости участку. Если не возражаете, отвечать за это будет Хатаке.       — Не возражаю, — Учиха равнодушно пожал плечами, а затем повернулся лицом к капитану. Четко выговаривая каждое слово, он заявил: — Все-таки Хатаке-сан неплохо проявил себя в процессе прошлой операции.       Неоднозначная реплика федерала насторожила не только Какаши, но в какой-то степени еще и Цунаде. Сарказм это был или нет — оставалось лишь догадываться.

***

      — Лидер-сама, вызывали?       Доселе царившую в помещении тишину нарушил слегка гнусавый голос мужчины. Суетливо просунув голову в узкий дверной проем, он вопрошающе уставился вглубь кабинета. Человек, вальяжно расположившийся за дубовым столом, беспристрастно оглядел долгожданного гостя, после чего мучительно медленно кивнул, призывая того войти. Получив разрешение, блондин резво шагнул через порог и, не рассчитав силы, чересчур громко хлопнул дверью. Осуждающий взгляд человека напротив не заставил себя долго ждать, однако стремительно нарастающее недовольство так и осталось невысказанным.       — Для тебя есть задание, — мужчина решил перейти сразу к делу. Убедившись, что собеседник внимательно слушает, он приступил к сути: — Ходят слухи, что в последнее время ФБР снова активизировались. Впрочем, то же самое можно сказать и о полиции. Ситуация начинает складываться не в нашу пользу, поэтому мы не можем бездействовать, — он взял пару листов бумаги с края стола и, чуть склонившись вперед, принялся что-то записывать. — Работа как раз для тебя. Пока что только один адрес.       Наблюдая за тем, как перьевая ручка шустро скользит по бумаге, блондин досадливо нахмурился. Признаться, сидеть без дела ему уже давно осточертело. Это был тот самый случай, когда спокойные времена не радовали. Не так давно Лидер пообещал ему, что вскоре ситуация изменится, и у мужчины появится возможность себя проявить. Неужели эти изменения наконец начались? Не умаляя собственного любопытства, он задал вопрос:       — Хотите сказать, в ближайшее время предвидится что-то еще?       Человек за столом пренебрежительно хмыкнул. Закончив выводить последний символ, он поднял на посетителя холодный взгляд и без лишних слов протянул ему лист бумаги.       — Знакомый адрес, — блондин дважды прочитал содержимое записки. В его мимике просматривалось явное замешательство. — Они и туда добрались? Хм…       — Подозреваю, что да. Перестраховаться не помешает, — помедлив несколько секунд, мужчина решил высказать еще одну мысль вслух: — В последнее время детективы из центрального участка ведут себя слишком навязчиво…       — Планируете и с ними разобраться? — блондин изумленно повел бровью.       — Сложно сказать, — мужчина напряженно потер переносицу, задевая титановые серьги. — Потеря Какузу в мои планы не входила, но это не значит, что теперь мы должны резко переходить в наступление. Для начала посмотрим, как далеко им удалось зайти.