Konstellation

      Раздевалка полицейского участка в обеденное время ожидаемо пустовала — немногие сотрудники решались жертвовать заслуженным приемом пищи в пользу физической нагрузки. Раскрытые дверцы свободных шкафчиков жалобно поскрипывали от залетного сквозняка, который явно был противопоказан взмыленным после спорта телам. Когда оголенные плечи Харуно в очередной раз покрылись мурашками, она не выдержала: перешагнув через пару низких скамеек, детектив добралась до окна, затем вскарабкалась на подоконник и захлопнула форточку.       — Эй, душно же!       Сакура резко обернулась, услышав недовольное цоканье позади. Все бы ничего, но этот голос принадлежал вовсе не Яманака, которая, собственно, и притащила ее сюда — на той неделе у Ино случился очередной приступ переедания, после чего она решила, что им с Харуно просто необходимо возобновить походы в местный спортзал. Отнекиваться, естественно, было бесполезно.       Желая узреть источник внезапного возгласа, Сакура просканировала взглядом длинный ряд шкафчиков и уже в самом конце, у стены, заметила девушку. Ее красные волосы были первым, на что обратила внимание детектив. Наглая незнакомка таращилась прямиком на Харуно, уперев руки в бока.       — А?.. — так и застыв на подоконнике, Сакура впала в неловкое замешательство.       На помощь пришла сидящая на соседней скамейке Яманака. Судя по всему, красноволосая барышня была ей знакома:       — Карин, уймись, ты все равно уже уходишь.       Неприлично цокнув еще раз, нарушительница спокойствия с силой хлопнула дверцей шкафчика и, одарив двух подруг прожигающим взглядом, скрылась в неизвестном направлении. Сакура, которая по-прежнему пребывала в смятении, спрыгнула на пол и, приподняв одну бровь, покосилась на Ино: мол, что это сейчас было?       — Забей, это Карин из нашего отдела, — подруга скривила лицо и махнула рукой. — Работает всего несколько месяцев, а ведет себя как последняя сука.       — А-а, она из тех, кто по жизни всем недоволен? — Сакура понимающе закивала и плюхнулась на скамейку напротив Ино.       — Типа того. А еще при ней лучше не обсуждать личное, — Яманака подтянула коленку к груди и уперлась пяткой в сидение, чтобы было удобнее завязывать шнурки на кроссовке. — Хотя нет. При ней лучше вообще ничего не обсуждать. Весь участок потом будет в курсе... — разделавшись с незамысловатым бантиком, Ино вернула ногу на пол и хищно ухмыльнулась: — Но теперь она ушла, так что можешь начинать.       — Что? — Харуно удивленно округлила глаза и даже немного подалась назад.       — Ой, да брось, я же вижу, что ты не просто так согласилась притащиться сюда вместо обеда.       Сакура обреченно вздохнула — Яманака, чтоб ее, была права как никогда. Уже в который раз детектив убеждалась, что подруга видела ее насквозь, по-другому и не скажешь. С момента отъезда Итачи прошло всего два дня, однако этого времени хватило для того, чтобы Харуно успела извести себя противоречивыми размышлениями. Пока что ее никто не торопил с принятием решения — что делать дальше с их перерывом — но невзирая на это, Сакура не могла просто взять и успокоиться. Жить в неопределенности давалось ей нелегко. Поэтому, окончательно задолбавшись взвешивать все «за» и «против» самостоятельно, Харуно пришла к выводу, что ей жизненно необходимо обсудить все с кем-нибудь еще.       — Ладно… Только прежде чем ты начнешь говорить что-то из серии «я же предупреждала», — Сакура бросила в сторону Ино красноречивый взгляд, в то время как та уже раскрыла рот для возмущения, — прошу, попробуй представить себя на моем месте.       — Опять Учиха, значит? — Яманака, конечно же, не сдержалась. Скептицизм в ее голосе не предвещал ничего хорошего, но умоляющее выражение лица Харуно все-таки заставило сжалиться. Наигранно закатив глаза, Ино хлопнула себя по коленке и снисходительно заявила: — Давай, рассказывай уже.       Сакура не знала, с чего было лучше начать, потому решила начать с главного:       — В общем, мы пока что решили сделать перерыв…       — Подожди. «Перерыв» — в смысле перерыв, или он так грамотно слиться решил?       — Да причем здесь «слиться»? — Сакура резко одернула подругу, в надежде хоть как-то повлиять на ее враждебный настрой. — Просто в последнее время все стало сложно. Я вроде и рада была тому, как все начиналось, но потом... Не знаю... Наши графики вообще не совпадают, он вечно занят. Естественно, я не виню его в том, что он работает, просто как-то обидно от того, что он не хочет даже попробовать найти компромисс. Его словно и так все устраивает.       Яманака вытянула губы трубочкой и оценивающе осмотрела Харуно. На удивление, Ино не спешила вопить, и от этого Сакуре становилось еще больше не по себе — задумчивость подруги обычно тоже не сулила ничего хорошего.       — То есть ты уже говорила ему о том, что тебя не устраивает? — уточнила Яманака с максимальной серьезностью в голосе. Судя по всему, эмоциональная тирада Сакуры все-таки возымела свой эффект. Несмотря на прошлую неприязнь к другому Учихе, Ино будто бы пыталась быть объективной.       — Говорила. Собственно, после этого мы и решили взять паузу. Нам обоим нужно подумать, а тут еще и момент подходящий подвернулся…       — В смысле? Какой еще момент?       — Черт, я кстати не знаю, можно ли вообще про это кому-нибудь говорить… — Сакура прикусила язык, осознав, что сболтнула лишнего. Если Итачи до самого конца не планировал говорить ей об отъезде, то третьим лицам и подавно было запрещено знать детали. Но, с другой стороны, Сакура понятия не имела, куда именно его отправили, а значит, даже при желании не смогла бы его раскрыть. Да и вообще, Яманака было плевать на эти подробности, они сейчас обсуждали Учиху с совершенно другой целью. Собравшись, наконец, с мыслями, детектив поспешила объясниться перед подругой, чей выжидающий взгляд уже буквально прожигал насквозь: — Это касается работы. Его отправили в командировку, поэтому какое-то время мы в любом случае не увидимся.       — Так получается, вы якобы расстались на время, после чего он уехал куда-то в другой город? — Ино недоверчиво прищурила глаз и склонила голову набок. — Не находишь это... М-м...       — Нет! — отрезала Сакура. Откровенный и неприятный намек дошел до нее сиюсекундно, однако выслушивать подобные беспочвенные обвинения по отношению к Учихе не было никакого желания. Может быть, таким образом Харуно сама пыталась оградить себя от неутешительных мыслей, но ей действительно хотелось верить в порядочность Итачи. Нет, он бы точно не стал пользоваться их временным расставанием как шансом переключиться на кого-то еще.       — Ох, Лобастая, иногда ты наивнее, чем кажешься, — от Ино так и веяло мнительностью. Поджав губы, она опустила взгляд и якобы невзначай принялась изучать собственный маникюр. — И как долго его не будет? Или вернее, на сколько у вас этот так называемый перерыв?       — Он сказал, что примерно недели три. Время еще есть, но я уже задолбалась думать о том, что в итоге придется принять решение. Не знаю, что делать. Ненавижу такие ситуации.       — Вот только не вздумай ныть и сдаваться! А то знаю я, как ты любишь идти на уступки! Однажды уже проходили.       — Да хватит уже возвращаться к прошлому! — Сакура не сдержалась и повысила голос, ее уже не волновало, что кто-то мог их услышать. Ей порядком надоели эти бессмысленные сравнения с бывшим, к которым Ино прибегала каждый раз, стоило очередным отношениям детектива зайти в тупик. — И вообще, если бы я шла на попятную, то не обсуждала бы с тобой это все сейчас. Я правда не хочу снова ввязываться в отношения, которые меня не устраивают, но блин, никто ведь не идеален. У всех свои недостатки, — рассеянно бегая взглядом по скамейкам и шкафчикам, Харуно пыталась придумать как можно больше убедительных аргументов в пользу Учихи. Не то чтобы она жаждала оправдать его в глазах Яманака, просто от нахождения всех этих плюсов ей будто бы и самой становилось легче.       — Да, вот только ты должна для себя решить: готова мириться с этими недостатками или нет. Слушай, я ни к чему тебя не принуждаю, я наоборот добра для тебя хочу, — Ино сделала глубокий вдох и заговорила спокойнее, так как их серьезный разговор постепенно начал перерастать в бессмысленную перепалку. Наклонившись чуть ближе к Сакуре, она попыталась заглянуть ей в глаза. — Если видишь в этой связи больше плюсов, чем минусов, то ответ, можно сказать, очевиден. Но если наоборот, то пожалуйста, не мучай себя. Уж кто-кто, а ты заслуживаешь нормального мужика, Лобастая.       Сакура планировала еще немного подуться на подругу ради приличия, но в итоге не смогла сдержать рвущийся наружу смешок. Поучительные речи Яманака как всегда были на высоте, пусть даже бесили порой. Поглядывая на Ино исподлобья, детектив застенчиво поинтересовалась:       — С чего это именно я?       — Ох, — судя по хмурому выражению лица, Яманака, в отличие от Сакуры, было не до веселья. Она не на шутку увлеклась, желая хоть как-то помочь Харуно наладить личную жизнь. — Да потому что ты привыкла жертвовать собой там где надо и не надо. Знаешь, иногда полезно побыть эгоисткой и подумать о себе. Ты хотя бы раз пробовала спросить себя: чего хочешь ты?       Преодолевая желание оспорить заявление Ино, Харуно понуро опустила плечи и уставилась в пол. Прозвучавший вопрос заставлял задуматься, однако детектив никогда не считала себя жертвой, или кем там еще окрестила ее подруга. Конечно, ее работа и образ жизни предполагали некоторые уступки, но невзирая на это, Сакура никогда не чувствовала себя обделенной. Она беспокоилась о себе ничуть не меньше, нежели о других. Разве нет?       И все-таки, чего бы она хотела на самом деле? Элементарный, казалось бы, ответ никак не шел на ум. Окончательно запутавшись, Харуно уткнулась лицом в ладони и глухо пробубнила:       — Хочу, чтобы все было проще.       — Так а в чем проблема? — Ино не отступала.       — Не знаю, — Сакура с нажимом помассировала веки, а затем горько усмехнулась внезапному предположению: — Наверное в том, что простые парни мне обычно не нравятся.       — Вот-вот, а я о чем: любишь приключения искать на свою задницу, — Яманака одобрительно кивнула, поощряя таким образом честность и самокритичность подруги.       На последние слова Ино Сакуре даже возразить было нечего. Уж больно точно блондинка описала последние месяцы ее жизни. И речь тут шла не только об отношениях с мужчинами. Но как бы то ни было, вопрос «что делать дальше?» по-прежнему оставался открытым, поэтому Харуно не спешила менять тему — она ведь так ждала возможности высказаться. Зацепившись за очередную мысль, детектив продолжила рассуждать вслух:       — Черт, и вот казалось бы, все дело только в работе… Я знаю, что ему положено быть собранным и принципиальным, но в то же время я вижу, что наедине со мной он совсем другой. То, что он говорит…       — Ой, сказать можно все, что угодно, — Яманака порывисто махнула рукой, перебивая Сакуру. — Но слова эти нужно подкреплять действиями! Как бы, если он только говорит о том, что скучает, а сам в итоге вечно где-то пропадает, то это не дело, — разочарованно покачав головой, Ино подалась назад и оперлась руками о край скамейки. На мгновение в раздевалке воцарилось молчание, которое лишь изредка прерывалось приглушенным звуком шагов из коридора. Яманака уже понятия не имела, что еще можно было посоветовать сомневающейся подруге. Смерив Харуно долгим взглядом, она решила подвести итог: — Короче, если хочешь знать мое мнение, то… Тебе нужен тот, кто сможет быть рядом в нужный момент.       Сакура изумленно округлила глаза. Заключение Ино было до безобразия очевидным, однако стоило подруге произнести это вслух, внутри у Харуно что-то дрогнуло. Невероятно странное чувство сковало грудную клетку. С одной стороны, это ощущалось как нечто до боли знакомое, но с другой, детектив понятия не имела, откуда это самое чувство взялось и к чему вообще относилось.       «Тот, кто сможет быть рядом в нужный момент…» — слова продолжали отдаваться эхом в ушах, в то время как Сакура силилась воспроизвести в памяти некоторые недавние ситуации, при которых ей действительно было хреново. Да, Итачи не всегда был под боком, но ведь он и не обязан был этого делать. Все, чего желала Харуно — это побольше совместных вечеров и встреч за пределами офиса. Но Яманака каким-то образом натолкнула ее на куда более глубокие размышления…       — Все, хватит, — детектив замотала головой, отгоняя прочь назойливые мысли. Мозг уже буквально закипал, а рабочий день еще даже не закончился. Глупо, наверное, было надеяться, что после разговора с Ино что-нибудь прояснится. Складывалось впечатление, словно все лишь сильнее запуталось. — Похоже, о спокойствии в ближайшие три недели можно забыть...       — Да не нагнетай ты! Откуда в тебе вообще столько пессимизма? — Яманака пихнула подругу в плечо. Она действительно была удивлена такому количеству негатива, исходящего от Харуно. Помнится, раньше детектив относилась ко всему более позитивно, однако в последнее время ее будто бы подменили. — Знаешь, я порой тебя не узнаю. Да, сейчас непростой период, но это не повод так раскисать! Наладится у вас еще все с твоим Учихой, — устав созерцать хмурое лицо Сакуры, Ино попыталась хоть как-то ее растрясти. — Ну а если не наладится, так вокруг куча других кандидатов. У вас в отделе одни мужики, и что же, хочешь сказать, что ни на кого из них не заглядывалась?       «Э-э?» — у Харуно челюсть отвисла от столь резкой смены темы. Сконфуженно сдвинув брови, она уже было собиралась возмутиться, но слова будто застряли в горле. Сакура понятия не имела, чем руководствовалась Ино, спрашивая подобную чушь.       — Ну? — медленно, но верно губы Яманака растягивались в ехидной ухмылке.       — Что «ну»? — наконец очнулась детектив. — К чему это вообще, я не понимаю?       — Да к тому, что попробуй хотя бы на минуту представить, что Учиха не единственный мужчина в твоем поле зрения. Ты постоянно зацикливаешься на чем-то или на ком-то одном, а это не есть хорошо.       — Хватит считать меня помешанной, — Харуно сокрушенно всплеснула руками, после чего отвернулась и сгорбилась пуще прежнего. Уже никаких сил не было препираться и выискивать себе оправдания. На самом деле, было даже немного обидно выслушивать нравоучения от Яманака, но правда ведь всегда глаза режет…       Закрытая поза Харуно вовсе не оттолкнула Ино. Навряд ли в этом мире существовало что-то, что могло бы сбить ее с первоначального курса. Уж если девушка бралась за какую-то тему, то она бы ни за что не успокоилась, пока не раскрыла бы ее полностью. К тому же, напряженное молчание со стороны Сакуры она восприняла по-своему:       — Признавайся, Лобастая! — приободрившаяся Яманака вскочила с места и, обогнув скамейку, оказалась позади Сакуры. — Неужели чисто гипотетически тебе не нравится кто-нибудь еще? — Ино окончательно вошла в роль чокнутого наставника по любовным делам: проговаривая каждую фразу томным голосом, она опустила ладони на поникшие плечи Харуно и принялась разминать деревянные мышцы. — Кто он? М-м? — шепот Яманака обжег ушную раковину. Раздраженный вздох Сакуры не предвещал ничего хорошего, но ситуация выглядела настолько комично, что Ино даже не думала опасаться возможного гнева. — Это детектив? Или, может, кто постарше? — большие пальцы ощутимо надавили на чувствительные точки, отчего Сакура прогнулась в спине и недовольно замычала. Встряхнув подругу за плечи напоследок, Яманака наконец-то прекратила свой импровизированный массаж. Сделав пару шагов назад, она грациозно запрыгнула на подоконник и закинула ногу на ногу.       — Никто, — Харуно перекинула обе ноги через лавку и развернулась лицом к Ино. — Завязывай уже с этим.       Хитрые глаза подруги недобро сверкнули. Сакура в знак протеста скрестила руки на груди и отрицательно покачала головой. Участвовать в нелепом допросе Яманака не было никакого желания, однако Ино не унималась. Задумчиво приложив палец к губам, она продолжила рассуждать вслух:       — Ох, на самом деле, большинство детективов у вас тоже не рыба не мясо. Разве что Сай...       — Боже, нет, только не Сай, — Сакура измученно провела ладонью по лицу. Видать, Ино решила откровенно над ней поиздеваться. С этим пора было заканчивать, ибо уже становилось не смешно. — Все, уймись. Ни на кого я не заглядываюсь, у меня сейчас в участке и других проблем по горло.       Харуно хотела добавить еще что-нибудь вроде: «И вообще, речь шла об Итачи», но вовремя себя одернула. Не исключено, что после подобной ремарки Яманака бы опять обвинила ее в зацикленности на Учихе.       — Ладно, проехали. Это я так, к примеру… — верилось с трудом, но в конце концов Ино решила угомониться. Спрыгнув с подоконника, она застегнула молнию на олимпийке и кивнула в сторону выхода в спортзал. — Пошли уже, а то перерыв не резиновый.

***

      Скорее всего, Харуно погорячилась и переоценила собственные силы в тот самый момент, когда согласилась на внеплановую тренировку посреди рабочего дня. Отвыкшее от серьезных нагрузок тело превратилось едва ли не в овощ, а резко упавшее давление и дефицит калорий спровоцировали головокружение. Растекшись бесформенной лужицей на своем рабочем месте, Сакура поедала вот уже вторую пачку орешков, в надежде хоть немного восстановить запас энергии в организме. Кружка сладкого черного чая, которую детектив еле как притащила к столу несколькими минутами ранее, тоже была очень кстати — слава богу, ей повезло, и пара слипшихся кубиков сахара попалась на глаза в одном из кухонных шкафчиков. Такой перекус, конечно, не мог заменить полноценный обед, однако это было всяко лучше, чем ничего.       Работоспособность также ожидаемо упала. Если с утра Харуно была полна решимости расквитаться с накопившимися бумажками, которых в последнее время становилось все больше и больше из-за внезапно ушедших в отпуск коллег, то теперь она очень сильно сомневалась, что хоть что-то сможет вернуть ей прежний бойкий настрой.       К сожалению или к счастью, детектив ошибалась.       Спустя еще десять минут безуспешных попыток Сакуры прийти в себя, дверь кабинета капитана открылась. Мужчина с самого утра был как на иголках — коллеги предполагали, что причиной тому послужил новый координатор из Бюро — поэтому, дабы не нервировать его еще больше, Харуно поспешила создать видимость занятости. Шуршащие упаковки из-под орешков мигом отправились в верхний ящик стола.       — Харуно, — капитан окликнул ее достаточно громко, но Сакура с облегчением отметила, что раздражение в его голосе отсутствовало. — Зайди ко мне.       Хатаке скрылся в кабинете, оставив дверь приоткрытой. Позабыв обо всякой усталости, детектив встала из-за стола и, рассеянно оглядевшись по сторонам, засеменила к начальнику. С того момента, как они вместе засиделись в участке до ночи, изучая дело Мебуки, миновало уже два дня. Все это время от капитана не было никаких новостей, хоть он и обещал заняться поиском информации о напарнике Намикадзе. Сакура волновалась, что в итоге Хатаке не придаст их самостоятельному расследованию значимой роли и отложит все в долгий ящик, но несмотря на все надуманные сомнения, продолжала терпеливо ждать и надеяться.       Заходя в кабинет, Харуно рассчитывала застать капитана в привычном положении — сидя за столом, но мужчины на месте не оказалось. Детектив бесшумно закрыла за собой дверь, и только после этого в ее поле зрения попала вторая часть комнаты, где, собственно, и находился Хатаке. Вскарабкавшись на табурет, он ловко балансировал на одной ноге и рылся на пыльных полках. Кашлянув в кулак, Сакура привлекла его внимание.       — Ты сейчас занята? — капитан глянул на Харуно через плечо, из-за чего баланс нарушился, и хлипкая опора опасно пошатнулась.       — Эм, да не особо, — задумчиво протянула Сакура, рассматривая неестественную позу мужчины. Она сказала как есть, и только потом до нее дошло, насколько непрофессионально прозвучал этот ответ. Мысленно хлопнув себя по лбу, Харуно поспешила исправиться: — То есть, ничего срочного.       — Хорошо, — капитан спрыгнул на пол с несколькими папками в руках и потер рукавом водолазки зачесавшийся от пыли нос. — Я хотел поговорить о деле твоей матери, — на секунду он замялся и замолчал. Нездоровый блеск в глазах девушки сложно было не заметить. Судя по всему, Хатаке до сих пор переживал за ее психоэмоциональное состояние, потому и затрагивал эту тему с опаской. — Вчера вечером было время, поэтому я наконец смог узнать, где живет и работает бывший напарник Намикадзе. Оказалось, что он уже пять лет как ушел из полиции. Его история немного мутная, но это не мешает нам съездить к нему и попытаться что-то узнать.       — То есть, пока что это будет неофициальный допрос? — Сакура заметно оживилась, как только капитан обрадовал ее хорошими новостями. Былую усталость после тренировки словно рукой сняло.       — Да. Для начала попробуем так. Я еще не говорил остальным детективам об этой зацепке, потому что пока нет веского повода включать ее в основное расследование, — на последних словах мужчина сбавил интонацию, и виновато потер затылок. На фоне предыдущих многообещающих известий этот факт выглядел малость удручающе, ведь без официальной поддержки полиции они с Харуно были, можно сказать, бессильны. Однако загадывать что-либо заранее было тоже неправильно, поэтому капитан поспешил подбодрить подчиненную: — Но если нам повезет, и напарник Намикадзе согласится сотрудничать, то этот повод появится.       Сакура понимающе кивнула. Пусть даже их по-прежнему ждала неизвестность, шансы наткнуться на нечто стоящее не равнялись нулю. Капитана стоило поблагодарить за то, что он добровольно ввязался в это мутное дело. Без его помощи Харуно навряд ли смогла бы продвинуться дальше.       — Вы сказали, что он ушел из полиции… Но где он тогда сейчас?       — Работает продавцом в придорожном магазине на западном шоссе, — Хатаке глянул на часы, прикидывая в уме, как целесообразнее будет поступить. — До конца рабочего дня еще есть время, поэтому можем успеть застать его там. Ехать к нему домой не хотелось бы — живет за городом.       Сакура изумленно округлила глаза — до нее лишь сейчас дошло, что капитан подразумевал именно ее, говоря раз за разом «мы можем поехать», «нам повезет» и тому подобное. Это был первый раз, когда какое-то дело связывало только их двоих, и от подобного осознания Харуно чувствовала себя дико непривычно. Куда делся тот суровый капитан, который еще пару месяцев назад грозился выдворить ее из отдела? Несомненно, за последнее время произошло слишком много всего, и похоже, это повлияло не только на саму Харуно, но и на отношение Хатаке к ней.       — Иди собирайся, я пока раздам поручения остальным, — мужчина махнул увесистой папкой, привлекая внимание Сакуры и возвращая ее в реальность. — Встретимся у лифта.

***

      Едва черный седан покинул территорию подземной парковки, свет прорезался сквозь лобовое стекло и заполнил салон. От внезапного контраста Харуно зажмурилась, силясь хоть как-то уберечь и без того измученные глаза. Бесконечно мигающие оранжевые пятна за закрытыми веками продолжались ровно до тех пор, пока автомобиль не выехал на дорогу и не сменил направление. Спасительная полоска тени упала на лицо, и, положив голову на спинку кресла, детектив повернулась к Хатаке. Он как всегда вел машину плавно, поэтому Сакура бы наверное даже заснула, если бы впереди их не ждало столь важное дело.       Чувство предвкушения окончательно взяло верх над физической слабостью. Харуно не могла не радоваться тому факту, что долгожданные сдвиги в уже давно забытом деле начались, и в какой-то степени она сама повлияла на это. Естественно, поначалу было страшно бросаться в омут с головой, но давно засевшее в груди отчаяние и безысходность помогли преодолеть беспокойство. Даже думать не хотелось о том, что было бы, согласись Сакура засунуть свою инициативу куда подальше и просто плыть по течению. Наверняка коллеги от нее только этого и ждали, ведь обычно не принято было высовываться, когда ты самый младший в группе. Детектив уже почти смирилась со своей бесполезностью, да и затянувшаяся депрессия подталкивала махнуть на все рукой. Однако теперь, стоило Харуно почувствовать собственную значимость хотя бы чуть-чуть, азарт охватил ее с новой силой, не позволяя сдаваться и отступать.       — А известно, почему напарник Намикадзе ушел из полиции? — Сакура задала вопрос, который крутился у нее в голове еще с момента разговора в кабинете. Хатаке так оперативно решил выдвинуться в путь, что они даже толком не успели обсудить детали.       — Был замешан в коррупции, — Хатаке отвлекся на светофор, из-за чего объяснение вышло обрывистым. Но Сакура рассчитывала на продолжение, поэтому участливо развернулась к капитану вполоборота, дожидаясь, пока они минуют большой перекресток. — Насколько я понял, — мужчина заговорил вновь, едва гудящие автомобили остались позади, — ему не стали выдвигать официальное обвинение, а просто предложили написать заявление по собственному желанию. Серьезных прецедентов не было. Ну или о них никто не знал. Так, мелкие взятки, потому и спустили на тормозах.       — Хм, — уже не в первый раз Сакура вспомнила, что тот детектив и своим внешним видом ей не понравился. Словно было в нем что-то недоброе, отталкивающее. Честные люди обычно не вызывают подозрений, поэтому неудивительно, что он вот так плачевно закончил свою карьеру. — В таком случае, больше шансов, что он сможет быть нам полезен... — задумчиво рассудила Харуно, кивнув будто самой себе.       — Почему ты так решила? — Хатаке отвлекся от дороги всего на секунду и заинтересованно глянул на девушку. Не то чтобы он был не согласен с ней. Скорее, ему было интересно услышать, благодаря чему подчиненная пришла к таким выводам.       — Ну, все это дело и так очень неясное, и мне кажется, если в нем встречаются нечистые на руку люди, то очень велика вероятность, что они как-то связаны... Сами вспомните, и Какузу и… Джашинист, — при упоминании прозвища религиозного маньяка детектив замялась, так как говорить о том происшествии вслух при Хатаке до сих пор было немного неловко. Если с Какузу сразу было все ясно, и его преследовали исключительно как преступника, то с Хиданом Сакура успела сблизиться немного в другом плане. Черт возьми, даже вспоминать не хотелось… А капитан, казалось, ее заминке только позабавился: стоило девушке запнуться, он многозначительно хмыкнул и покосился на нее краем глаза, якобы намекая, что она та еще заноза. Сделав глубокий вдох, Харуно попыталась взять себя в руки и продолжить, невзирая на завуалированный подкол мужчины: — В общем, они с самого начала вызывали подозрения, — ее голос снова предательски дрогнул, так как капитан уже откровенно потешался над ней: не сдержавшись, он прыснул в кулак, после чего крепко сжал губы, пытаясь вернуть себе невозмутимый вид. Сакура уже понятия не имела, как реагировать на такое несвойственное Хатаке поведение. Возмущенно сдвинув брови, она вцепилась пальцами в обивку сидения и воскликнула: — Да чего вы смеетесь-то?!       — Прости, Харуно, — он наконец-то успокоился, хотя уголок его рта по-прежнему нервно подергивался. — Просто очень интересно слушать о том, как у тебя они с самого начала вызывали подозрения.       Саркастические нотки не ушли от внимания Сакуры. Наверное, даже по прошествии нескольких лет капитан не поленился бы припомнить ей прежнюю недальновидность и упрекнуть. Да-да, детектив тогда знатно облажалась, потому что повелась на гребаное обаяние Хидана. Однако стоило заметить, что и другие участники расследования поначалу не воспринимали его всерьез. Даже ФБР. Так что нечего тут высмеивать ее прежние глупости… Все были хороши.       — Ладно, я все еще жду, пока ты закончишь свою мысль, — сжалившись над подчиненной, Хатаке отставил шутки в сторону и заговорил уже более серьезно.       — Вы меня сбили, — она недовольно насупилась и скрестила руки на груди. Перебирая в уме предыдущие обрывки фраз, Сакура принялась заново выстраивать логическую цепочку. Хвала небесам, Хатаке больше не смел ее отвлекать, а терпеливо ждал окончательного ответа, сосредоточившись на вождении. Потерев пальцами переносицу, Харуно нашла в себе силы закончить: — Я хотела сказать, что когда совпадений становится слишком много, они перестают быть совпадениями.       Капитану также потребовалась минута для того, чтобы все тщательно обмозговать. Брови его то и дело сходились у переносицы, образовывая глубокую морщинку посередине, а после чего возвращались в исходное положение. За этими незначительными изменениями в мимике Хатаке Сакура украдкой наблюдала со стороны. Было безумно интересно узнать, что он думает о ее скомканном выводе.       — Я понял, к чему ты клонишь. И не удивлюсь, если все это действительно так, — мужчина вынес долгожданный вердикт, сосредоточенно покусывая щеку изнутри. Его слова прозвучали слишком загадочно, будто он знал еще что-то важное, чего пока не знала сама Сакура. Словно прочитав ее мысли, Хатаке попытался объясниться: — До подробностей смерти Намикадзе я еще не добрался, поэтому пока будем считать, что это был действительно несчастный случай. Хотя меня настораживает, что случилось это все примерно в одно время… — остановившись перед очередным долгим светофором, капитан судорожно вздохнул и постучал пальцами по рулю. Темные зрачки бегали из стороны в сторону, цепляясь за снующие туда-сюда фигуры людей на пешеходном переходе. Сакура на соседнем сидении тоже будто бы впала в транс, отрешенно рассматривая прохожих, однако заметно оживилась, стоило Хатаке вновь заговорить: — Когда я просматривал дело твоей матери во второй раз, я нашел и другие нестыковки. Больше всего насторожило то, что его закрыли слишком быстро. Да, расследование было в тупике, но даже в таких случаях документы обычно не отправляют в архив так сразу.       — Хотите сказать, этому кто-то поспособствовал? — очевидное предположение настигло Харуно. Ухватившись за ниточку, она начала ощущать, как некоторые вещи постепенно становятся на свои места.       — Не исключено. Наверняка кому-то было выгодно поскорее замять это дело. Обычно, чтобы поспособствовать этому, достаточно просто заплатить. А как мы уже поняли, в участке были детективы, охотно берущие взятки.       Сакура поразилась невероятно продуманной логической цепочке Хатаке. Он смог изложить все так детально, пусть даже сам никогда не участвовал в том расследовании. Ему хватило лишь нескольких старых документов и пары вечеров свободного времени для того, чтобы собрать все по кусочкам, в то время как Харуно неделями не могла сдвинуться с места. Капитан был просто невероятен.       Пока Сакура думала, как ей повезло с умным и опытным начальником, на щеках проступил румянец. Машина начала сбавлять скорость, и детектив поспешила списать внезапно охвативший ее жар на духоту в салоне и чрезмерно активный мыслительный процесс. Приложив прохладные ладони к лицу, она чуть подалась вперед, желая разглядеть название придорожного магазинчика. Мигающая вывеска сообщала, что прибыли они как раз по адресу.       — А что конкретно мы будем у него спрашивать? — Сакура посчитала необходимым обсудить и этот момент, хотя, понятное дело, разговор с напарником Намикадзе капитан возьмет полностью на себя. Ее позвали скорее так, за компанию.       — Посмотрим по ситуации, — не зацикливаясь больше на объяснениях, Хатаке припарковался у обочины и заглушил двигатель. Всем своим видом он намекал на то, что времени на дискуссии у них не осталось. Пора было действовать.       Харуно покорно склонила голову и, забрав сумку с заднего сидения, стала выбираться наружу. Зона для парковки оказалась чрезвычайно узкой, поэтому ей пришлось буквально протискиваться в дверной проем, ведь поцарапать дверцу машины капитана о соседний забор не хотелось — он бы наверняка вставил ей за это по первое число. Спасибо хоть, лужи под ногами в этот раз не было.       Ворча себе под нос, Сакура наконец ступила на твердый асфальт и осмотрелась по сторонам. Промышленная часть города выглядела ожидаемо удручающе: серые панельные конструкции, ржавые ангары, куча битых машин и отвратительный контингент. Но сотрудникам полиции к невзрачным окрестностям было не привыкать, поэтому, отбросив всякие сомнения, Харуно уверенно зашагала следом за капитаном.       За прилавком небольшого магазинчика их встретил невысокий мужчина в возрасте. Поначалу он был повернут к кассе спиной, поэтому Сакура не сразу признала в нем того самого детектива. Она бы никогда не подумала, что им придется встретиться вновь, тем более, спустя столько лет. Когда они с капитаном подошли к прилавку вплотную, мужчина обернулся. Он уже было приготовился пробивать товар, однако с хорошо читаемым вопросом в глазах отметил, что у так называемых покупателей в руках ничего не было. Облокотившись о кассовый аппарат, он поинтересовался:       — Я могу вам чем-то помочь?       Взгляд его был тяжелым и слишком пронзительным — равно как и восемь лет назад. Едва продавец остановил свое пристальное внимание на Харуно, флешбеки ворвались в ее и без того измученное сознание. Она буквально застыла на месте, не в силах даже рта раскрыть. Видеть этого человека было до невозможности странно. К счастью, в этот раз она была не одна. Твердый, но успокаивающий голос Хатаке помог Харуно выйти из оцепенения:       — Тоджи Огава? — не было никаких сомнений, что капитан узнал стоящего перед ним человека — в его личном деле была вклеена фотография — но для соблюдения правил все-таки уточнил его имя. Получив утвердительный кивок в ответ, Хатаке представился: — Добрый день, мы из полиции. Капитан Хатаке, детектив Харуно. Мы бы хотели задать вам пару вопросов.       — Полиция? — мужчина немного напрягся, но показать попытался лишь чистое изумление. — Что ж, помогу чем смогу. Только, пожалуйста, давайте быстрее, а то мне еще клиентов обслуживать, — выдавив из себя подобие приветливой улыбки, он кивком головы указал в сторону торгового зала, где как раз скопилось несколько снующих между рядами покупателей.       — Разумеется, — Хатаке прошелся по бывшему детективу оценивающим взглядом. Мимолетная нервозность и торопливость в его голосе не укрылись от чуткого слуха капитана. Не желая более тянуть, он перешел сразу к сути: — Мы сейчас ведем расследование, которое напрямую связано с делом восьмилетней давности. Насколько нам известно, в то время вы как раз работали в центральном участке и принимали участие в расследовании. В процессе у нас возникло несколько несостыковок, поэтому мы пытаемся собрать информацию.       — Хм, а о каком деле идет речь?       — Убийство адвоката Мебуки Харуно. Женщина, на тот момент было тридцать восемь лет, — капитан на миг замолчал и осторожно покосился на Сакуру. — На нее было совершено нападение в переулке, множественные ножевые, — Хатаке намеренно не спешил и внимательно наблюдал за реакцией продавца. Он не мог не заметить, как сверкнули глаза мужчины, едва подробности убийства были озвучены. — Вы тогда вели расследование в паре с детективом Намикадзе?       — Намикадзе?.. Да, какое-то время мы были в одной группе, — задумчиво протянул продавец, потирая короткую бородку с проседью. — Но вот о деле, к сожалению, так сразу не могу вспомнить чего-то конкретного… Сами понимаете, столько лет прошло. Да и от службы я давно отошел, — в конце он прикрыл рот кулаком и пару раз сухо кашлянул.       — Расследование было достаточно громким. Может, вам удастся вспомнить хоть какие-то основные детали? — Хатаке отказывался отступать просто так.       Бывший детектив шумно выдохнул и, осмотрев торговый зал исподлобья, неуверенно начал:       — Тогда, вроде как, было несколько подобных случаев. Схожие ранения, непонятный мотив… — понемногу мужчина все-таки стал открываться, однако до сих пор складывалось впечатление, что слова он подбирал с особой осторожностью и неохотой. — Мы все сетовали на очередного серийника, но так ни к чему и не пришли... Наверное, дело, о котором вы говорите, тоже было одним из тех случаев, — он неопределенно пожал плечами, якобы не знал, чем еще мог быть полезен.       Стоящая рядом Сакура увлеченно переводила взгляд с одного мужчины на другого. Ей доставляло удовольствие наблюдать за тем, как капитан задавал наводящие вопросы, которые вроде и казались простыми, но несмотря на это, помогали выудить из собеседника какие-то сведения. Ведь как они уже выяснили, бывший напарник Намикадзе имел темное прошлое, а значит, было бы опрометчиво слепо верить каждому его слову. Да, он изо всех сил старался вести себя непринужденно, но даже Сакура чувствовала очевидный подвох.       — То есть, вы все-таки признаете, что были причастны к этим делам? — Хатаке уточнил еще раз, уже более настойчиво.       — Ну, наверное…       — Почему тогда ни в одном из отчетов не указана ваша фамилия?       — В каком это смысле? — мужчина, казалось, совсем растерялся. Но смятение на его лице быстро сменилось недоверчивым прищуром. Не переставая кидать косые взгляды куда-то за спины полицейских, продавец покачал головой: — Я что-то вас не совсем понимаю, капитан. Если моей фамилии там нет, то с чего вы вообще тогда пришли ко мне? — определенно, в его голосе стало больше недовольства.       — Но вы же сами только что признали, что участвовали в тех расследованиях. И учитывая ваше описание, все сходится.       — Да откуда мне знать, те это дела или не те! — продавец раздраженно всплеснул руками, в то время как его лицо уже начало розоветь. — Мало ли сколько совпадений случается! Мы с вами, наверное, о совершенно разных вещах говорим, — набор сбивчивых фраз указывал на то, что он конкретно запутался и теперь всеми возможными способами пытался спасти собственное неутешительное положение. — Если ваши вопросы никак не связаны с тем, чем занимался именно я, то я не вижу смысла на них отвечать. Давайте не будем устраивать путаницу!       — Не нервничайте так. Вы же не хотите, чтобы у нас появился повод официально вызвать вас в участок.       — А я и не нервничаю. И не надо угрожать мне повесткой. Я человек честный, работаю, исправно плачу налоги. А вот по вашей милости, кстати, вынужден прервать рабочий процесс. Я свои права знаю, поэтому если у вас больше нет вопросов по существу, то я попросил бы вас не мешать мне работать. Очередь уже скопилась!       Харуно и Хатаке синхронно оглянулись назад. Единственный слегка зашуганный покупатель стоял в паре метров от них и судорожно сжимал в руках пластиковую корзинку.       — Хорошо, — капитан протяжно выдохнул и, сохраняя прежнюю невозмутимость, бросил напоследок: — Спасибо вам за уделенное время. В любом случае, это не последняя наша встреча.       Как ни в чем ни бывало, Хатаке развернулся на месте и зашагал к выходу. Притихшая Сакура непонимающе метнулась следом за ним, попутно извинившись перед тем самым покупателем, который стал невольным свидетелем их напряженной беседы. Неофициальный допрос прошел совсем не так, как ожидала Харуно, из-за чего чувство откровенного недоумения не покидало ее. Они же толком так ничего и не узнали! И дураку было ясно, что мужчина что-то скрывал! Неужели Хатаке решил просто взять и уйти?!       — Капитан! — она нагнала его уже на улице. Мужчина упрямо отказывался остановиться или хотя бы сбавить скорость, поэтому Сакуре пришлось схватить его за рукав, дабы привлечь внимание. — Подождите, вы куда? Он же врет...       — Успокойся, Харуно, — он шикнул на подчиненную и искоса глянул по сторонам. Хатаке наконец-то замедлился, благодаря чему Сакура смогла отпустить манжет его куртки. Наклонившись чуть ближе к девушке, он тихо проговорил: — Обсудим в машине.       Сакура резко прикусила язык и поубавила пыл. Поддавшись эмоциям, она повела себя непрофессионально, жаль только понимание пришло немного с запозданием. В который раз отругав себя за поспешные выводы, детектив покорно опустила плечи и проследовала за Хатаке к авто. Ей определенно было чему поучиться у капитана. Как минимум, сдержанности. Хотя у него это было скорее врожденной чертой характера...       Не переставая заниматься самокритикой, Харуно протиснулась между забором и машиной и заняла уже полюбившееся место на переднем пассажирском сидении. Капитан хлопнул дверью с другой стороны, после чего завел двигатель и включил печку — за время их отсутствия салон успел подостыть. Сакура выжидающе наблюдала за тем, как мужчина тыкал кнопки на панели, и не решалась заговорить первой. Она еще не до конца поняла, каков был истинный настрой Хатаке.       — Как я и думал, простой беседой добиться ничего не получится… — капитан подвел неутешительный итог и повернулся к Харуно. — Ты, конечно, молодец, что сразу все поняла, но кричать об этом на всю улицу не стоило.       — Да, простите, — Сакура стушевалась под укоризненным взглядом Хатаке, однако мысленно поблагодарила судьбу за то, что он не стал отчитывать ее слишком строго.       — Похоже, у него были причины не говорить в открытую… — не зацикливаясь более на мелкой провинности Харуно, капитан переключился на рассуждения о подозрительном продавце.       — То есть по-вашему, это все-таки он повлиял на то, что дело мамы закрыли раньше времени?       — Не совсем. Об этом пока рано судить, доказательств нет, — Хатаке как всегда оценивал ситуацию здраво и без прикрас. Порой это вгоняло в уныние, и Сакура бы наверняка раскисла, если бы он не подбодрил ее следующими словами: — Но я почти уверен, что мы ищем там, где надо. К тому же, ты заметила, как он чего-то боится?       — Ну, если он и правда связан с криминалом, то логично, что он боится быть пойманным...       — Я не об этом, — Хатаке прервал поток ее рассуждений и заерзал на месте. — Во время разговора он постоянно нервничал и смотрел по сторонам. Хоть он и пытался делать это незаметно, полностью такое поведение не скроешь. Не исключено, что в магазине был кто-то еще, кого Огава знал и возможно даже остерегался.       — О, и правда! Я тоже это заметила, но подумала, что глаза у него бегают только потому, что он с нами говорить не хочет… — Сакура припомнила настораживающее поведение продавца и увлеченно закивала. Дедукция капитана снова поражала. — Но если так, то кто это был? Я видела только покупателей… Их было всего пять или шесть.       — Да, я и сам никого подозрительного не заметил, но это еще ничего не значит. Может быть, он опасается кого-то из своих. В торговом зале было несколько камер, наверняка у сотрудников есть доступ к записям… Не знаю, это пока что просто теория.       — И что мы будем делать дальше?       — Надо поговорить с ним еще раз. Для этого придется вызвать его в участок официально. Иначе мы не сможем ничего из него вытянуть.       — Получается, все, что нам удалось найти, тоже станет официальной частью расследования? — Харуно имела в виду старые записи Мебуки и отчеты, давным-давно отправленные в архив. Она уже даже надеяться не смела на то, что ее скромные поиски приведут к чему-нибудь значимому. Но то, как складывались обстоятельства теперь, не могло не радовать.       — Не так быстро, — Хатаке поспешил ее разочаровать. Когда Сакура развернулась к нему всем корпусом и забавно наморщила лоб, он смерил ее сочувствующим взглядом. — Для этого нужно будет получить одобрение Сенджу и Бюро.       — А разве это проблема?       — Отчасти. Пока что у нас нет оснований для официальной повестки. Все, что он нам сказал, было в рамках личной беседы. Если бы он согласился сотрудничать и подписался бы под своими словами, то это одно дело. А пока он все отрицает, мы бессильны.       — Но как вы тогда собрались его вызвать? — надежда в сверкающих глазах Харуно начала постепенно гаснуть. Чуть ссутулившись, она продолжала выжидающе взирать на капитана из-под нахмуренных бровей.       — Мы все еще можем зацепиться за отсутствие его фамилии в официальных отчетах. Выходит несостыковка, ведь теперь мы убедились в его причастности к тем расследованиям. Да и ты говорила, что он допрашивал тебя вместе с Намикадзе. Когда я просматривал отчеты, то обратил внимание, что первые страницы с основной информацией были немного новее остальных. Другая бумага, другой тип печати. Похоже, их перепечатывали заново, спустя некоторое время после закрытия дел.       — Но так ведь обычно не делается, — справедливо заметила Сакура. Становилось предельно ясно, к чему клонил Хатаке. — Выходит, кто-то подделывал документы?       — Выходит, что так. И судя по тому, как нервничал Огава, он может иметь к этому отношение, — капитан потянулся к карману и достал телефон, на экране которого высветилось несколько пропущенных из участка. На улице уже начало смеркаться, а значит, рабочий день подходил к концу. Их с Харуно поездка затянулась дольше, чем планировалось. Закрыв одним свайпом все новые уведомления, Хатаке мельком глянул на задумчивую Сакуру и заключил: — Если мы покажем Сенджу несовпадающие страницы, то она должна дать добро. С Бюро обычно договориться сложнее, но если потребуется, можно попробовать отправить запросы в другие архивы. Жертв Какузу было много, невозможно, что они зачистили абсолютно все. Правда это будет дольше по времени...       Сакура все понимала, однако от этого легче не становилось. Как назло все упиралось во время, которого у них было не так много. Ведь кто мог знать, сколько появится новых жертв, прежде чем лидер группировки наконец-то будет устранен. Неужели полиция снова была беспомощна?       — И почему все так сложно... — Харуно обреченно сползла вниз по спинке сидения и устремила пустой взгляд в окно. Неутешительные мысли так и рвались наружу: — Чертов Огава. Что ему стоило просто взять и помочь? Столько лет прошло, чего он боится?..       Безучастно взирая на улицу, Харуно не могла перестать думать о том, что они упустили свой единственный шанс нормально поговорить с бывшим напарником Намикадзе. Да, капитан действовал профессионально и чуть ли не по инструкции, но до Сакуры почему-то только сейчас дошло, что можно было бы построить диалог иначе. Что если им не стоило так давить на Огаву? Или может, просто не надо было обсуждать такие подробности прилюдно… Глупо теперь было гадать, что было бы, поступи они так, а не иначе. Явившись к человеку посреди рабочего дня без предупреждения и официального поручения, они мало на что могли рассчитывать.       Всепоглощающее отчаяние не успело охватить детектива полностью, когда ее взгляд вдруг зацепился за шевеление в ближайшем переулке. Сакура резко села ровно и прищурилась. Ошибки быть не могло — Тоджи Огава вышел из служебного входа магазина и, прислонившись к стене, прикуривал сигарету.       — Капитан, — Харуно позвала мужчину, который до сих пор сидел уткнувшись в телефон и делал заметки. — Огава вышел.       — М-м? — Хатаке отвлекся от смартфона и проследил за немигающим взглядом девушки. Узреть продавца в переулке ему не составило труда. Мужчина как раз смачно затянулся, а затем выдохнул облако дыма. — Нервничает до сих пор, — немного отстраненно заметил капитан и пожал плечами. — Но мы уже сделали все, что могли.       Неужели они действительно не могли больше ничего сделать? Сакура отказывалась в это верить. Пока что их вылазка выглядела малость бесполезно, ведь еще было неясно, получится ли вызвать Огаву в участок, а самое главное — когда это будет? К тому же, он раньше был копом, поэтому отлично знал все тонкости этой процедуры. Если он правда не хотел чего-то говорить, особенно прилюдно, то наверняка и на официальном допросе предпочел бы до последнего использовать всевозможные уловки.       — Дайте мне еще раз с ним поговорить. Наедине.       Без тени сомнения на лице Харуно повернулась к капитану и настойчиво заглянула ему в глаза. У нее не было четкого плана, что именно спрашивать у бывшего детектива, но она в нем и не нуждалась. Единственное, что ей было сейчас необходимо — это разрешение Хатаке. И шансы его заполучить были крайне малы.       — Это исключено, Харуно, — мужчина знатно опешил от внезапно проявленной инициативы подчиненной. Он даже не сразу смог выдавить из себя ответ. Грозно нахмурившись, он попытался объяснить, почему это было плохой идеей: — Во-первых, нам нельзя быть слишком навязчивыми, иначе он может пожаловаться. А во-вторых, мы и так уже узнали достаточно.       — И это вы называете «достаточно»? — Сакура бесцеремонно перебила его. — Достаточно для чего? Для того, чтобы еще пару месяцев сидеть и бездействовать? Или вы надеетесь, что федералы сами со всем разберутся? — она намеренно надавила на больное. Харуно понятия не имела, что придало ей сил заговорить с капитаном в таком тоне, однако похоже, это сработало. Раздраженно сжав губы, Хатаке еще секунду посопротивлялся, но потом все же начал сдаваться:       — О чем ты собралась с ним говорить?       — Спрошу еще раз о Намикадзе и о деле мамы. Навряд ли он так просто расскажет о поддельных документах, но все же… Он точно что-то знает, и если в магазине он, как вы выразились, боялся говорить, то сейчас он один. Нас никто не увидит и не услышит. Если причина только в этом, то он может пойти навстречу.       Сакура лихорадочно скользила взглядом по лицу капитана, желая уловить малейшее изменение в его мимике. От его решения сейчас многое зависело. Во всяком случае, ей так казалось. Некоторое время назад она бы даже не осмелилась просить Хатаке позволить ей сделать нечто подобное. Но теперь кое-что в их отношениях изменилось — Харуно могла поклясться, что капитан начал уважать ее как сотрудника — поэтому она не теряла надежды.       В конце концов мужчина не сумел стоически выдержать долгий горящий взгляд подчиненной. Возможно, таким образом он действительно надеялся прорваться вперед федералов и разобраться уже наконец с этим чертовым расследованием. А может, он просто поверил в Харуно. Как бы то ни было, Хатаке обреченно прикрыл глаза, прошелся ладонью по волосам и на выдохе процедил:       — Черт с ним. Иди.       Не теряя больше времени попусту, Сакура резво подорвалась с места. Она отчаянно желала поторопиться, пока капитан не передумал, а продавец не улизнул из-под носа. К тому моменту, как она зашла в переулок, он уже докурил сигарету и бросил бычок на асфальт. Заприметив приближающуюся к нему девушку, Огава возмущенно сдвинул брови и покачал головой. Он спешно развернулся и уже было хотел зайти внутрь здания, но Сакура его окликнула:       — Огава-сан! Подождите, пожалуйста! — ей даже пришлось пробежать несколько метров, чтобы успеть оказаться возле мужчины, прежде чем он схватится за ручку двери.       — Я уже сказал все, что хотел. Оставьте меня в покое.       — Подождите, — она повторилась. — Выслушайте меня. Здесь нас никто не увидит, вам нечего опасаться, — рассчитывая хоть как-то расположить мужчину к себе, Сакура осторожно взяла его под локоть. Делать это было не совсем приятно, но на что не пойдешь ради расследования. Умоляющее выражение лица и жалобный голос тоже возымели определенный эффект: поколебавшись еще немного, Огава опустил напряженные плечи и, будто бы сжалившись, заговорил:       — Я помню вас. Та женщина, о которой спрашивал ваш капитан… Харуно, если не ошибаюсь, — бывший детектив грустно хмыкнул, так и не закончив начатую фразу. Скорее всего, он счел это попросту бессмысленным. — Никогда бы не подумал, что мы с вами опять встретимся.       — Огава-сан, — внутри у Сакуры все дрожало от волнения и предвкушения. Она даже не сразу поверила, что ее незатейливый трюк удался. Но для ликования сейчас был не самый подходящий момент, поэтому, собрав волю в кулак, Харуно постаралась вложить в свои следующие слова весь профессионализм, который у нее остался: — Пожалуйста, если вам что-то известно, помогите нам разобраться с этим. Что угодно. Нам важны любые сведения. Может быть, вы вспомните какие-то фамилии подозреваемых. Или людей, которые могли бы нам помочь?       — Зря вы во все это ввязались, детектив, — мужчина посмотрел на Харуно строго и пристально, отчего вся уверенность внутри нее пошатнулась. Сакура могла поклясться, что эти жуткие глаза она никогда не забудет. Игнорируя ее замешательство, Огава продолжил: — Но как я понял, отступать вы не намерены, — получив утвердительный кивок Сакуры, он вновь огляделся вокруг. — Я, признаться, и сам устал уже жить под постоянным прицелом. Ошибки молодости не проходят бесследно. Остается только надеяться, что после тебя это говно разгребет кто-то другой… — своей многозначительной фразой мужчина лишь сильнее запутал Харуно, это было написано у нее на лице. Не желая более мучить девушку, Огава прекратил поверхностные рассуждения и перешел к сути: — В общем, если хотите все обсудить без посторонних глаз и ушей, приезжайте завтра вечером с капитаном ко мне домой. Я временно живу за городом, но думаю, что вашему начальнику не составит труда достать адрес. Сегодня я вам больше ничего не скажу. Так что до свидания.       Тяжелая металлическая дверь хлопнула перед лицом Харуно. Несколько секунд детектив продолжала неподвижно стоять на месте и пялиться в одну точку.       Что это сейчас было?       Скрытность бывшего напарника Намикадзе одновременно поражала и настораживала. Поначалу верилось с трудом, что все было настолько серьезно. Но когда Харуно оказалась с мужчиной наедине, и он неожиданно ей открылся, сомнений не осталось: они ввязались во что-то по-настоящему крупное. Основной задачей теперь было грамотно воспользоваться полученной информацией и постараться не облажаться. Необходимо было срочно сообщить обо всем капитану.