Глава 2
15 ноября 2020 г., 18:15
Солнце медленно садилось за горизонт, окрашивая небо в разные цвета.
Гермиона любила смотреть на закат. Заход солнца порождал в ней невероятные эмоции: наблюдая за ярким небом, ей действительно, по-настоящему, хотелось жить. Она пребывала в восторге от того, как цвет неба постепенно сменяется от одного к другому.
Сейчас гриффиндорка сидела на подоконнике в коридоре школы с мечтательной улыбкой на лице. Она ощущала себя так, словно в этом мире нет никаких проблем: ссора с Роном и вечное одиночество отошли на второй план.
В наушниках заиграла весёлая песня. Гермиона начала качать головой в такт музыке, окончательно отдаляясь от внешнего мира. Тем временем небо стало ярко-красным, напоминая по цвету спелое яблоко. Девушка в очередной раз поразилась ослепительной красотой этого мира. Это было непередаваемое ощущение.
На мгновение Гермионе показалось, что её кто-то зовёт. Она вовсе не удивилась этому: когда она была в наушниках, такое происходило довольно часто, но, как потом оказывалось, ей просто слышалось. В этот раз данное ощущение не проходило довольно-таки долго, и девушка насторожилась. Гермиона обернулась и наткнулась на Малфоя, который буквально прожигал её взглядом. Он что-то говорил, но она не могла услышать его из-за музыки. Гриффиндорка рывком сняла их и услышала знакомый голос, наполненный злобой:
— Ты совсем оглохла, грязнокровка? Я к тебе обращаюсь, — Малфой сверлил её взглядом.
— Я была в наушниках, — невозмутимо ответила она.
— Нау... что? — слизеринец нахмурился, явно в первый раз услышав это слово, которое у него даже не получалось выговорить.
Гриффиндорка чуть не засмеялась с того, как он попытался правильно произнести это слово, но тут же взяла себя в руки, сохраняя равнодушное выражение лица.
— Наушники нужны для того, чтобы слушать музыку, — продолжая сдерживать смех, пояснила она.
— Не нуждаюсь в твоих объяснениях, — закатил глаза Драко, начиная раздражаться от её присутствия всё больше и больше. — Вижу, что тебе очень смешно, Грейнджер. Я не интересуюсь маггловской херней.
— Так что ты хотел? — невинно спросила Гермиона Малфоя, резко меняя тему.
Не успел Драко ответить, как неожиданно раздался радостный голос Минервы МакГонагалл:
— Мисс Грейнджер! А я как раз вас ищу, — с облегчением вздохнула декан Гриффиндора. — Мне необходима ваша помощь.
Нахер эту жизнь, меня застали с грязнокровкой. Лучше просто не бывает. Видимо, придётся стирать память МакГонагалл, не дай Мерлин об этом кто-то узнает и поймёт всё неправильно. Малфой перевёл свой холодный взгляд на Грейнджер, которая вмиг стала серьёзной.
— Конечно, что-то случилось?
— Ничего серьёзного. Как вы уже знаете, по средам школу патрулируют старосты Пуффендуя, — начала говорить профессор, — но, ввиду того, что оба ученика получили отработку у профессора Снейпа, — при этих словах она поморщилась, — патрулировать коридоры этой ночью они не смогут. Профессор Стебль любезно попросила меня найти кого-нибудь другого для этого дела, поэтому, мисс Грейнджер, вы не откажете мне в помощи?
— Что вы, профессор, конечно же, нет. Я только рада помочь.
— Отлично, — Минерва довольно улыбнулась, переводя взгляд с Гермионы на Драко. — Мистер Малфой, раз уж вы тоже здесь, не согласитесь ли вы сопроводить мисс Грейнджер? Девушкам опасно разгуливать по ночным коридорам в одиночестве.
Бля, только не это. Гермиона побледнела, молясь про себя, чтобы он отказался. Она не выдержит наедине с ним и пары минут.
Ну конечно же, он откажется. Такой аристократ, как Малфой, не станет тратить время на подобную ерунду.
— Хорошо, — выдавил Драко, при этом мгновенно пожалев, что согласился. На что он подписался? Ночь в компании грязнокровки — сущий кошмар.
Лицо Минервы просияло.
— Отлично. Начинаете с первого этажа. О всех нарушениях доложите мне завтра утром. И не стесняйтесь снимать баллы.
Гермиона практически не вникала в сказанное, потому что её трясло, но она решилась спросить о том, что волновало её больше всего.
— Простите, профессор, как долго длится патрулирование?
— С десяти до двенадцати. Есть ещё вопросы? Спрашивайте, — произнесла бодрым голосом МакГонагалл.
Малфой молчал, явно пребывая в шоке, поэтому гриффиндорка ответила за них двоих:
— Нет, профессор.
Минерва кивнула, после чего сказала:
— Надеюсь, что вы меня не подведёте. Я полагаюсь на вас, — после этих слов она мягко улыбнулась и пошла вниз по лестнице.
Когда её шаги затихли, Малфой накинулся на Гермиону:
— Какого хера ты согласилась? — прошипел он.
— Не поверишь, но я тоже далеко не в восторге от этого, — съязвила девушка, даже не смотря на него. — Если бы я знала, что придётся идти с тобой, то ни за что бы не согласилась.
Ложь. Если бы Гермиона не помогла бы кому-то, то это была бы не Гермиона. Она всегда считала себя обязанной помочь людям и расстраивалась, когда у неё это не получалось. Хоть ей так и не казалось, но по своей натуре гриффиндорка была альтруисткой: её целью было сделать этот мир лучше, а людей — счастливее. Поэтому если бы она знала, что с ней пойдёт Малфой, то всё равно бы согласилась. Оставался один вопрос: почему не отказался он?
Малфой фыркнул:
— Когда ты рядом, проблемы притягиваются ко мне, как магнит.
— Так я ещё и виновата? — удивленно подняв бровь, спросила Гермиона. — Знаешь, ты мог бы и не соглашаться, поэтому не вини в этом меня.
Она посмотрела на него, ожидая ответа, но Малфой казался слишком отстранённым. Драко открыл рот, как будто хотел что-то сказать, однако, вместо этого слизеринец нахмурился и пошёл прямо по коридору. Гермиона застонала про себя: ну что за человек? Спустя пару минут она отбросила эти мысли, понимая, что ей предстоит провести два часа в компании человека, который ненавидит её.
Впрочем, эта ненависть была взаимной.
***
— Гермиона, ты в порядке? — обеспокоенно спросил Гарри, водя ладонью перед лицом подруги. Девушка рассмеялась, когда увидела это. — Да, извини. Просто задумалась, — гриффиндорка заправила прядь волос за ухо. Она сидела с Гарри и Джинни в гостиной Гриффиндора, обсуждая всякую чепуху. Видимо, Гермиона слишком много думала в этот день, поэтому выпала из разговора. — Ну, и о чем ты думаешь? — Джинни многозначительно посмотрела на Грейнджер. — Ты весь вечер какая-то странная. Гермиона глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями. Ей нужно было поделиться с друзьями происходящим. — В общем, этой ночью я и Малфой будем патрулировать школу. Вдвоём, — резко выпалила она. Глаза Гарри расширились от удивления, а Джинни приподняла брови. — А почему именно вы двое? — спросила рыжеволосая, пока её парень недоумённо смотрел на подругу. Именно на этот вопрос Гермионе хотелось отвечать меньше всего. И как вообще можно на него ответить? Мы мило болтали с Малфоем, а потом неожиданно появилась МакГонагалл и попросила нас обойти коридоры Хогвартса сегодня ночью. Полный абсурд. Понимая, что пауза затянулась, Гермиона быстро ответила, притворяясь, что она всерьёз задумалась над этим вопросом: — Понятия не имею. Возможно, потому что мы лучшие ученики нашего курса? — до чего же девушка ненавидела врать. Но ей пришлось. — Странно как-то, учитывая то, что все преподаватели в курсе, что вы друг друга терпеть не можете, — подал голос Гарри. —Поверь, меня саму не радует перспектива провести с ним столько времени. Да ещё и наедине, — содрогнулась Гермиона, поморщившись об одной только мысли об этом. Джинни решила поддержать подругу: — Не переживай, ты же самая умная ведьма столетия, а он всего лишь какой-то слизеринец. Но, если что, только скажи, и я нашлю на Малфоя Летучемышиный Сглаз, — подмигнула Уизли, — он потом неделю отходить будет. Гермиона взорвалась хохотом: Летучемышиного Сглаза от Джинни Уизли боялся даже сам Гарри Поттер. Его действие она бы никому не пожелала испытать, разве что только Драко Малфою, но его тоже недооценивать не стоит. Он действительно был талантливым волшебником. Если бы не Гермиона, то Малфой был бы лучшим на их курсе. И всё же, она значительно превосходила его. Подумав об этом, Грейнджер ухмыльнулась. — Конечно, Джин, я обязательно скажу, если он выкинет что-то неподобающее, — сказала Гермиона, немного успокоившись, но при этом понимая, что если подобное и случится, то вряд ли она расскажет кому-то об этом. Ночь обещала быть длинной.***
Тем временем Драко и Блейз сидели в гостиной Слизерина. — Придумал, что будешь делать с этой хернёй? — спросил Забини, удобно растягиваясь на диване. Они говорили о предстоящей свадьбе. Конечно же, спустя время Драко не выдержал и рассказал об этом своему лучшему другу. Ему был просто необходим дружеский совет. Мысль о женитьбе его совсем не прельщала. К тому же, зачем так торопиться? Он ещё даже школу не закончил. Грёбаные традиции. Одного этого слова хватало, чтобы Малфой начинал беситься. Драко долго раздумывал насчёт этой ситуации и понимал, что никто, кроме Нарциссы, не в состоянии помочь ему отменить свадьбу или, на крайний случай, перенести её. — Думаю написать матери, — пожал он плечами. — Только она может как-то подействовать на отца, мне же нет смысла разговаривать с ним. Он непреклонен. Забини недоумённо спросил: — Так чего же ты ждёшь? Напиши письмо прямо сейчас и отправь ей, как раз успеешь до отбоя. — С радостью, но меня ждут дела гораздо хуже, — закатил глаза Драко, вспоминая о ночном патрулировании с Грейнджер, до которого оставалось всё меньше и меньше времени. Повезло же ему ввязаться в это дерьмо. Мулат нахмурился, не понимая, о чём идёт речь. — Я сегодня патрулирую школу. С Грейнджер, — невозмутимо продолжил Малфой ледяным тоном. — Поэтому вернусь не раньше двенадцати. — И ты молчишь? — явно удивился Блейз. — Не везёт тебе в последнее время, друг. А почему именно с ней? Вы что-то натворили? Слизеринец тяжело вздохнул, явно начиная злиться. — Да хер его знает, — конечно же, он соврал. Друг бы подкалывал его всю оставшуюся жизнь, если бы узнал, как всё было самом на деле. — Крепись. Надеюсь, что ты не станешь великой всезнайкой после времени, проведённого рядом с Грейнджер, — Блейз расхохотался, представив себе эту картину. Драко прошипел сквозь зубы: — Я никогда не стану таким, как она. — Всё равно будь аккуратнее. Если ты начнешь цитировать учебник по Истории магии, то я такого точно не выдержу, — снова рассмеялся мулат, явно перегибая палку. — Да пошёл ты, Забини, — Драко встал с дивана и направился к двери, — мне пора. Блейз не мог не съязвить напоследок: — Удачного времяпровождения, малыш, — он мило улыбнулся, после чего послал воздушный поцелуй. Малфой в последний раз посмотрел на друга, усмехнулся и показал ему средний палец, выходя в коридор. Было непривычно слышать такую пронзающую тишину в коридорах Хогвартса: создавалось ощущение, что в замке никого нет. Драко нравилось это чувство. Малфою не часто удавалось побыть одному, поэтому эта тишина успокаивала его, но, в то же время, немного угнетала. Он нахмурился, вспоминая о патрулировании, которое должно было начаться буквально с минуты на минуту. Угораздило же его согласиться на это. Грейнджер уже ждала его, оглядываясь по сторонам в его поисках. Она, что, нервничала? Драко усмехнулся про себя: это выглядело нелепо. Гриффиндорка была одета в желтую толстовку и тёмные джинсы, а её кудрявые волосы были распущенны, доходя почти до середины спины. Слизеринец незаметно подошёл к ней. — Не меня ищешь? Гермиона подпрыгнула на месте, выронив из рук палочку. — Ты больной, Малфой? Сдался ты мне, — проворчала она, наклоняясь к полу и поднимая её. Он перевёл на неё взгляд, задерживаясь на изгибах бедер, после чего мысленно дал себе пощёчину: на что там вообще смотреть? Видимо, из-за присутствия Грейнджер у него окончательно поехала крыша. — Давай быстрее, Грейнджер. Она обернулась и ничего не ответила на его реплику. Драко зашагал вперёд, обращая на то, какой Гермиона была бледной: у неё явно был нездоровый вид. «Вот до чего доводит дружба с Уизли», — подумал он и рассмеялся. Гриффиндорка посмотрела на него. — Что смешного? — недоуменно спросила она, думая, что же его так насмешило. — Ничего особенного, Грейнджер, — выплюнул Драко, поморщившись. — Как Уизел поживает? Гермиона выругалась, когда услышала этот вопрос: умеет же слизеринец задеть её за больное. Они с Роном до сих пор не обменялись ни словом. Она не думала, что ссора затянется на такое долгое количество времени: прошло почти десять дней. Максимум, сколько они бывали в ссоре за период их дружбы, — неделя. Её также удивляло то, что Гарри вообще никак не затрагивал эту тему. Казалось, его вообще не волновало происходящее, в отличие от самой Гермионы. — Грейнджер, я с тобой разговариваю, — послышался раздражённый голос справа. Она и забыла, что была не одна. Девушка, сама не зная, зачем вообще отвечает на этот вопрос, выпалила: — Мы не общаемся. Совсем, — покраснела она, сразу же жалея о сказанном. И какого чёрта Гермиону потянуло пооткровенничать с Малфоем? Похоже, одиночество плохо сказалось на её мозгах, и теперь гриффиндорку тянуло поговорить с любым человеком, который встречался ей на пути. Но это никак не должен был быть Малфой. Слизеринец так долго молчал, что Гермиона подумала, что он уже ничего не ответит. Малфой остановился и посмотрел на неё таким пристальным взглядом, что ей стало не по себе. — Я не особо удивлён. Ох уж эта хвалёная гриффиндорская дружба, — протянул он, не отрывая от гриффиндорки серых глаз. — Ты же вроде умная девочка, Грейнджер, — ей не понравилось, как это прозвучало, — а до сих пор не можешь понять очевидного. Зачем тебе вообще дружба с всякими недоумками? Гермиона задохнулась от такой неслыханной наглости. Как он вообще смеет говорить подобное? — Не суди людей по себе, Малфой, — раздражённо ответила она. — Не все в этом мире такие, как ты. — Причем тут я, грязнокровка? — девушка поморщилась, когда услышала это слово. — Или ты так горишь желанием поговорить обо мне? Гриффиндорка смутилась ещё больше: Драко буквально застал её врасплох. Она растерялась, не зная, что ему ответить. — Прежде, чем начать разговор обо мне, ответь для начала на один вопрос, — прошипел слизеринец. — Сделал ли Уизли за годы вашей дружбы хоть что-нибудь стоящее для тебя? Такого вопроса она явно не ожидала услышать. Казалось, ответить на него было довольно просто: за долгое время их дружбы было много теплых моментов, которые навсегда останутся в её памяти. Но, как бы Гермиона не пыталась вспомнить того, о чём спрашивал Малфой, в голову совершенно ничего не приходило. Неужели он прав? — Вот видишь, Грейнджер, — издевательски произнёс Драко, — тебе даже нечего мне ответить. Ты принимаешь желаемое за действительное. Смирись с происходящим. Если бы Уизел по-настоящему хотел, вы бы уже давно помирились. И тут Гермиону прорвало: — Да я смотрю ты великий философ, Малфой, — не скрывая злости в голосе, проговорила гриффиндорка. — Не поверишь, но это не первая наша ссора. Мы могли не разговаривать неделями, — она немного преувеличивала, но слизеринцу знать об этом не обязательно. — Однако в любом случае кто-то из нас приходил мириться. Так было всегда. И ничего не изменилось с тех пор, — создавалось впечатление, что девушка хотела убедить в этом больше саму себя, чем Драко. — Пиздец ты слепая, Грейнджер, — слизеринца поражало то, что девушка не замечала очевидных вещей у себя перед носом. — Я был о тебе гораздо лучшего мнения. Ты — самая умная ведьма этого столетия, а ведёшь себя, как наивная дура. На твоём месте любой человек уже давно бы понял, что... Грейнджер? Гермиона схватилась рукой за стену и начала тяжело дышать: ей не хватало воздуха. У неё было ощущение, как будто она летит с парашютом на огромной скорости. Перед глазами резко потемнело, и гриффиндорка почувствовала, что теряет связь с внешним миром. Голова закружилась так сильно, что, казалось, ещё немного, и Гермиона упадёт. — Малфой, мне что-то... — попыталась сказать она, но потеряла сознание и чуть было не рухнула на пол, но слизеринец успел вовремя подхватить её. Драко сел на пол и положил голову девушки к себе на колени, пытаясь нащупать пульс. Она едва слышно дышала, но выглядела такой бледной, что была похожа на живой труп. — Грейнджер, это не смешно. Открой глаза, — произнёс он, но не получил ответа. Сначала Малфой подумал, что гриффиндорка решила отомстить ему за его слова и подшутить над ним, но не откликаться в течении целой минуты было слишком странным. Он попробовал потрясти её за плечи. — Чёрт. Грейнджер, очнись. Ответа вновь не последовало. Слизеринец запаниковал и принял решение: нужно отнести Грейнджер в Больничное Крыло. Отбой уже давно начался, поэтому никто не мог увидеть их вместе. Драко вздохнул с облегчением, подумав об этом: ему не хотелось испортить свою репутацию. Малфой взял девушку на руки и направился к мадам Помфри. Они по-настоящему ненавидели друг друга, но ему действительно стало не по себе в этот момент.
