Пронзающая тишина

Время шло слишком медленно. Гермиона с трудом дождалась, когда закончатся уроки. Сначала она даже не хотела есть, а пойти сразу к Дамблдору, но друзья отговорили её от этой затеи. С трудом согласившись, девушка немного перекусила и направилась в кабинет директора, вслушиваясь в тишину коридоров.        — Медовые ириски.        Гермиона пробормотала пароль и пошла вверх по лестнице, чувствуя себя взволнованно. Гриффиндорка не знала, почему нервничает, ведь она не совершала ничего противозаконного. Точнее, совершала, но не одна. Если бы и кто-то узнал об этом, то в кабинет бы позвали сразу и Малфоя, но его девушка не видела уже несколько часов. Лишь История магии была их совместным уроком на сегодня, а на ужин Драко почему-то не пришел. Она пыталась не искать его глазами, но не сдержалась и периодически посматривала на стол Слизерина. Но парень так и не соизволил прийти.        Может, что-то случилось с родителями? Гермиона покачала головой: тогда бы её вызвали к Дамблдору сразу, а не медлили, и уж тем более не просили бы зайти в любое удобное для неё время.        Постучав, гриффиндорка услышала тихое: «Войдите» и открыла дверь, заходя в кабинет.        — А, мисс Грейнджер, это вы. Присаживайтесь.        Дамблдор произнёс это радостным тоном, и у Гермионы отлегло на душе: судя по его голосу, ничего плохого не произошло. Но что же тогда случилось? Девушка присела на стул напротив директора и сложила руки на коленях, мысленно умоляя директора побыстрее рассказать, для чего же он позвал её.        — Вижу, что вам не терпится узнать цель нашего нахождения здесь, — Дамблдор едва заметно улыбнулся, и Гермиона подтвердила это кивком головы. — Вы же знаете, что до Хэллоуина остались считанные недели?        Она снова кивнула. Мерлин, надеюсь меня не заставят заниматься организацией праздника. Пару лет назад Гермиона возможно бы и согласилась на это занятие, но сейчас ей не хотелось тратить свои силы на такие вещи просто потому что она устала. Ей нужно было отдохнуть.        — До меня дошли слухи, что вы прекрасно поёте, — заметив удивление на её лице, директор продолжил: — Да, Гермиона, я знаю многое. Мне в голову пришла замечательная идея: почему бы вам не спеть на открытии бала в честь Хэллоуина? Песню вы выбираете сами, никаких ограничений.        Это предложение было неожиданным. Никто, кроме одной личности в этой школе не знал, что Гермиона любит петь. Тогда откуда же директору известно об этом? Интересный вопрос, на который у неё не было ответа. Не мог же Малфой рассказать ему об этом, в самом деле. К тому же, по его словам она «воет, а не поёт». Видимо, Дамблдор был в курсе всего происходящего в Хогвартсе. Но в душе Гермиона надеялась, что он не знает о том, как они с Малфоем периодически сталкиваются и ведут разговоры на душевные темы, если можно было это назвать таким словом.        Пока гриффиндорка раздумывала, Альбус заверил её:        — Я уже нашел человека, который мог бы играть вам на фортепиано. Всё-таки было бы лучше начать бал с медленного танца, ведь так было из года в год. Традиции, сами понимаете.        — Но я вполне могу справиться сама, — подала голос Гермиона и подняла голову, посмотрев в глаза директору. — Мне совсем не сложно одновременно играть и при этом петь.        — Означает ли это, что вы согласны? — голос Дамблдора прозвучал весело, и девушка усмехнулась. В целом она понимала, что выступить перед всей школой будет не так сложно, потому что ей уже довелось пройти через многое, а от этого Гермиона ничего не потеряет, поэтому почему бы и не согласиться?        — Да, вы правильно меня поняли, — спокойно заверила она.        Дамблдор удовлетворённо кивнул.        — Вы уж извините меня, мисс Грейнджер, но всё-таки я уже договорился с одним из учеников. Он будет играть специально для вас. Уговаривать его мне пришлось довольно долго, поэтому надеюсь на ваше понимание. Думаю, что вы оба прекрасно сработаетесь.        — Хорошо, пусть будет по-вашему, — наконец сдалась она, уступив директору. — А где нам репетировать?        — Есть заброшенный кабинет на третьем этаже...        — Да, — слишком быстро ответила Гермиона, и Дамблдор многозначительно приподнял брови. — Простите, я... проводила там некоторое время.        Она выругалась про себя, надеясь, что ей ничего не будет за эту вольность. Иногда девушка сначала говорила, а только потом — думала. Ох уж эта дурацкая привычка.        — Это не противозаконно, — хмыкнул Альбус, когда заметил, как смутилась гриффиндорка. — Первую неделю можете репетировать там, а примерно за неделю до праздника — в Большом Зале.        — Отлично. Когда мы можем начать? — поинтересовалась она.        — Вас устроит завтра в восемь вечера? Молодой человек был не против и решил, что это самое подходящее время. А дальше уже решать будете вы сами, как вам будет удобно.        — Меня вполне это устраивает.        Невольно Гермиона задумалась над тем, кто будет её партнёром во время выступления. Надеюсь, что не какой-то слизеринец. Решив уточнить этот момент, девушка заинтересованно спросила:        — Простите, а кто конкретно будет со мной работать?        Дамблдор загадочно улыбнулся. По мнению Гермионы, эта улыбка не предвещала ничего хорошего, поэтому она приготовилась услышать худшее.        — Не думаю, что мне стоит говорить вам об этом. Через некоторое время вы сможете узнать всё сами.        Гриффиндорка нахмурилась: зачем он темнит? Почему нельзя раскрыть личность этого человека прямо сейчас? Что ж, видимо ей и правда придётся подождать до завтрашнего дня, потому что докапываться до такой мелочи у девушки не было никакого желания.        Попрощавшись, Гермиона торопливо вышла из кабинета в пустоту коридоров. Надо признать, что у директора получилось её заинтриговать. Мог ли он промолчать из-за того, что боялся, что она откажется от выступления? Или же в этом действии не было ничего такого, что стоило бы её внимания? Мысли сменялись так быстро, что гриффиндорка почувствовала, как голова становится тяжёлой. Она думала так увлечённо, что врезалась в кого-то и чуть не потеряла равновесие, вовремя схватившись за холодную стену.        — Ещё одно такое столкновение, и я точно упаду от неожиданности.        Джинни засмеялась и схватила подругу за локоть.        — Меньше думать надо, Гермиона. Тебе повезло, что это была я. Кто-нибудь другой обязательно бы наградил тебя парочкой ругательств.        — Не сомневаюсь, — проворчала девушка, но улыбки сдержать не смогла. — Ты за мной пришла?        Рыжеволосая медленно кивнула.        — Во-первых, мне безумно интересно, зачем тебя вызвали к директору, — начала она, накручивая прядь волос на палец. — А во-вторых, мало ли что там тебе сказали, вдруг тебе бы понадобилось дружеское плечо для поддержки?        — Как вы и говорили, ничего страшного не произошло, я зря переживала. Просто Дамблдор попросил меня об одной услуге, вот я и решила согласиться.        — И о чем же он тебя попросил? — заинтересованно спросила Джинни, поглядывая на подругу и радуясь в душе, что ничего плохого не случилось.        — Выступить на открытии бала в честь Хэллоуина. Если быть точнее, то спеть какую-нибудь песню, под которую все будут танцевать вальс.        Гермиона объявила это таким равнодушным тоном, как будто она рассказывала о том, какая сегодня погода. Уизли открыла рот от восхищения и радостно воскликнула:        — Так это же чудесно! Мерлинова борода, я уверена, что в этот момент всем будет не до танцев, ибо взгляды каждого будут прикованы к тебе.        — Не преувеличивай. Каждый будет смотреть лишь на свою пару.        — Тебе тоже придется с кем-то пойти, хоть и твоему партнёру придётся пропустить один танец, — задумчиво произнесла Джинни, и девушки в очередной раз повернули в безлюдный коридор. — Кажется, у меня даже есть подходящая кандидатура.        Мгновенно догадавшись, о ком идёт речь, гриффиндорка закатила глаза и пробормотала:        — Джинни, я уже устала это слушать! Если мы и пойдем вместе, что очень маловероятно, то лишь в качестве друзей, а не пары.        — Я ещё даже не произнесла имя Уэйна, а ты уже завелась.        — Ну а как мне ещё реагировать? — возмущённо спросила Гермиона. — Ты, видимо, только и ищешь повод, чтобы свести нас. Нельзя исключать возможность, что ему нравится кто-то другой.        — Подруга, ты многого не замечаешь. Судя по тому, как он на тебя смотрит, ему нравишься только ты.        Она открыла рот, чтобы ответить, но заметила, что навстречу им кто-то идёт. У неё перехватило дыхание: эту походку Гермиона могла узнать из тысячи. Малфой приближался к ним, но держался противоположной стороны коридора, чтобы не столкнуться с двумя подругами. Сейчас гриффиндорка, терзаясь муками совести, успела пожалеть, что была не одна, ведь ещё после уроков она планировала поговорить с Драко и разузнать, был ли он причастен к избиению Рона. Проходя мимо неё и Джинни, парень ничего не сказал и притворился, что вовсе не заметил двух представительниц красно-золотого факультета. Зато Гермиона успела заметить пару вещей: на его руке было несколько синяков, а не один, как ей показалось в классе, а на шее был небольшой порез, словно Малфоя поцарапала кошка. Он выглядел уставшим, несмотря на все попытки это скрыть. Неужели её догадки были правдивы?        Ей нужно поговорить с ним. И чем быстрее она это сделает, тем лучше. Гриффиндорка понимала, что это будет нелегко, зная то, как слизеринец ненавидит её. Сама же Гермиона с камнем на сердце осознала, что не чувствует прежней ненависти к нему. Это не было нормально.        — Вот кто уж точно не будет твоим партнёром, — пошутила Джинни, пока Гермиона притихла и обернулась, чтобы проводить Малфоя взглядом. — Эй, ты чего?        Девушка вернула своему выражению лица непринуждённый вид и быстро ответила:        — Ничего, просто задумалась, — вспоминая, о чём они говорили ранее, она задумчиво произнесла: — Я вообще думаю пойти одна. Смысл кому-то идти со мной, если мой партнёр по танцам останется в полном одиночестве уже в самом начале торжества?        — Ты как всегда заботишься о других больше, чем о себе, — вздохнула Джинни и продолжила: — Потерпит, не переживай. Это временно.        — Возможно ты и права. Посмотрим, надо ещё дожить до этого времени.        — Доживём, куда мы денемся?        Они дошли до гостиной Гриффиндора, в которой практически никого не было, не считая Гарри, сидевшего возле камина. Увидев Гермиону и Джинни, он мгновенно подошёл к ним, расспрашивая их о том, что же произошло. Уизли взяла на себя инициативу и рассказала гриффиндорцу, что их подруге предстоит честь выступить на предстоящем Хэллоуине. По окончанию монолога Джинни парень удивлённо спросил у Гермионы:        — Так ты поёшь? В первый раз слышу об этом.        — Аналогично, — поддакнула Джинни и вопросительно посмотрела на подругу, которая заметно смутилась.        — Да, но я не особо люблю распространяться об этом. Для меня до сих пор остаётся загадкой, откуда Дамблдору стало это известно, ведь я никому об этом не говорила.        Гарри тихо рассмеялся и прикрыл рот рукой.        — Это же Дамблдор, чему ты удивляешься? Он знает всё.        — Кстати, ты ещё и будешь играть на фортепиано? Как я поняла, бал начнется с медленного танца, — поинтересовалась Уизли, ожидая ответа от Гермионы.        — Играть буду не я, а кто-то другой, — взволнованно бросила гриффиндорка и скрестила руки на груди.        — Кто-то другой? И кто же?        — Мне самой это интересно, Гарри. Узнаем ответ на этот вопрос уже завтра вечером.       

***

       Утром следующего дня Дамблдор неожиданно для всех объявил, что костюмированная вечеринка в честь Хэллоуина отменяется, а вместо неё будет обычный бал, на который все должны прийти в парадной одежде.        Пока все возмущались, Гермиона была только рада тому, что ей не придется искать костюм на праздник, ведь у неё уже было готово платье, которое идеально подходило для её выступления. Всё-таки не зря она решила его приобрести. Предстоящий Хэллоуин будет явно запоминающимся.        Парни тем временем уже начинали приглашать девушек на бал, и Гермиона не стала исключением. Гриффиндорка была приятно удивлена, когда получила приглашение от Невилла. Конечно же, он предлагал пойти вместе в качестве друзей. Чтобы не расстраивать парня потом, она сразу рассказала ему о том, что если они пойдут вдвоем, то Невиллу придется пропустить первый танец из-за её выступления.        — Я пойму, если тебя это не устроит. Ты можешь пойти с кем-то другим.        — Гермиона, да всё нормально! Мы можем потанцевать и после твоего выступления, у нас будет для этого весь вечер.        Несмотря на то, что изначально Гермиона планировала пойти на бал одна, она всё равно была рада, что Невилл пригласил её. А вот Джинни от этой новости была далеко не в восторге, потому что думала, что подруга обязана была идти вместе с Уэйном, который, к слову, до сих пор находился в Больничном крыле. Гермионе даже удалось увидеться с ним и немного поболтать, прежде чем её обнаружила мадам Помфри. Парень шел на поправку и должен был вернуться к учёбе в ближайшие дни. От него Гермиона узнала, что Рон до сих пор в тяжёлом состоянии, но чувствует себя гораздо лучше. Одна вещь удивила её сильнее всего.        — Он попросил не искать виновного. Такое чувство, что его кто-то запугал.        — Я слышала, что ему стёрли память, — шепнула Гермиона, поглядывая на ширму, которая скрывала кровать Рона. Подойти к нему девушка так и не рискнула.        — Не уверен, — пожал плечами Уэйн. — Здесь явно что-то не чисто.        Гермиона понимала, что следует поговорить с Малфоем как можно быстрее, но решила отложить разговор на неопределённый срок, потому что сейчас её больше волновала предстоящая репетиция. К тому же, им никак не удавалось пересечься, поэтому девушка ждала подходящего момента.        Теперь же гриффиндорка в приподнятом настроении направлялась в заброшенный кабинет, настроенная на продуктивную работу. Она немного опаздывала из-за того, что случайно задремала на диване в гостиной, поэтому сейчас ей приходилось идти быстро, чтобы не заставлять ждать загадочную личность, имя которой раскроется в ближайшее время.        Запыхавшись, Гермиона рывком открыла дверь кабинета и хотела поздороваться и извиниться за свое опоздание, но девушка застыла на пороге, не в силах вымолвить ни слова.        — Заходи. Или так и будешь торчать там целую вечность?        — Малфой, а ты ничего не попутал? Уходи немедленно, скоро здесь будет репетиция.        Он только хмыкнул на её слова и приложил руку ко лбу, покачав головой. Гермиона нервно рассмеялась, но спустя мгновение смех оборвался, сменившись недоумением. Это какая-то шутка?        — Ты издеваешься. Так это ты тот самый человек, который будет играть на фортепиано?        — А ты та, кто будет петь, — сквозь зубы проговорил Драко и поморщился. — Бля, если бы я знал, что это будешь ты, меня бы здесь точно не было.        — Поверь, твои чувства взаимны.        Гриффиндорка уловила какой-то странный аромат, витающий в воздухе. Принюхавшись, она слегка нахмурилась и взглянула на Малфоя, который выглядел слишком расслабленным.        — Малфой, ты что, пьян? — она прижала руки к лицу. Перcпектива остаться наедине с пьяным Малфоем не сулила ничего хорошего.        — Я не пьян, я немного выпил.        — Немного?! Да я уверена в том, что ты выпил как минимум бутылки две.        — По себе судишь, что ли? — съязвил слизеринец и развернулся к ней, окинув её взглядом. Девушка мгновенно опустила глаза в пол и села на ближайший к ней стул.        — Что случилось?        — А то ты не знаешь.        Девушка сделала глубокий вдох, понимая, что до репетиции сегодня дело точно не дойдет. В душе она была зла на Дамблдора из-за того, что он решил поставить их работать вместе, но в то же время была благодарна ему, ведь у неё наконец-то появился шанс поговорить с Драко наедине, а такую возможность нельзя было упускать. Тем более выпивший Малфой был более разговорчивым, не то что его трезвая версия. Но не могла же Гермиона прямо в лоб задать интересующий её вопрос. Нужно подойти к нему постепенно.        — Малфой, ты же сам говорил, что из любой ситуации есть выход. У тебя есть Блейз, разве он не может помочь тебе деньгами? — осторожно спросила гриффиндорка, боясь наговорить лишнего.        — Он и поможет, но не делать же ему это до конца жизни.        — Тебе нужны деньги лишь на учёбу, разве нельзя занять у кого-то, а потом вернуть?        — Салазар, у тебя всё так просто, Грейнджер.        От Гермионы не укрылось, что его рука потянулась к бутылке, которая стояла на полу возле него. Понимая, что легче ему от этого не станет, она встала и вырвала её из его рук, пока он смотрел на гриффиндорку в недоумении.        — Могла бы просто попросить, я бы дал, — ухмыльнулся Драко в ожидании того, когда Гермиона сделает глоток, но она лишь поставила огневиски на парту и отодвинула бутылку подальше от него.        — Если хотела, то попросила бы.        — Зря отказываешься. Произошедшее в тот раз, насколько я помню, тебе очень понравилось.        Её щеки мгновенно окрасились в розовый цвет. Даже в таком состоянии Малфой не мог не подколоть Гермиону, припоминая ей ту самую ночь.        — Прекрати уже это вспоминать. Я успела забыть, что этот момент вообще когда-то был.        — Вижу по твоим прекрасным глазам, что ты врёшь.        — Малфой, хватит. Ты уже сам не понимаешь, что говоришь, — она смутилась ещё сильнее от того, что Драко назвал её глаза «прекрасными». — Послушай лучше, что я тебе скажу.        — Слушаюсь, мисс Грейнджер.        Гриффиндорка злобно посмотрела на него, сдерживая улыбку. Расслабленный Малфой нравился ей гораздо больше, чем злой и напряженный. Жаль, что последнюю версию девушке доводилось видеть почти каждый день.        — Не думай, что я обесцениваю твои проблемы или вроде того, но есть люди, которым гораздо хуже, чем тебе. Нет, подожди, — она подняла руку, когда увидела, как Драко открыл рот, чтобы перебить её. — И ведь у них получалось справляться со своими проблемами. Чем ты хуже?        — Справедливое замечание, — лениво прокомментировал парень.        — Ты можешь подрабатывать где-нибудь...        — Аристократ Драко Малфой на подработке? Смешно. Может, пойти в магазин работать? — саркастично поинтересовался он, обратив свой взор на неё.        — Я и не говорила, что будет легко. Если не нравится такой вариант, то ты всегда можешь поговорить со своим отцом.        Ей самой стало смешно от сарказма в своем голосе, как и Малфою, который сперва рассмеялся, а потом резко ответил:        — Нет. Ты просто не знаешь моего отца. С ним невозможно договориться.        — Дело твоё. Варианты у тебя есть, — девушка небрежно пожала плечами. — Главное в этой ситуации — не бездействовать.        — Вот и откуда в тебе столько оптимизма?        — Это только на первый взгляд так кажется, — грустно подметила Гермиона и откинулась на спинку стула.        Драко поражало в ней то, что у неё получается помогать другим, но помочь себе она не была способна. В этот момент он ещё сильнее осознал, насколько они оба отличаются друг от друга: Малфой первым делом заботился о себе, а Гермиона — о других. Гриффиндорская самоотверженность в действии.        — Малфой, могу я задать тебе вопрос?        В её голосе послышалось волнение. Он обратил внимание на то, как девушка нервно перекинула кудрявые волосы через плечо и посмотрела на него в упор в ожидании его реакции. Ему стало интересно, почему она так резко занервничала, но не съязвить Драко не мог.        — Ты его уже задала, — выражение её лица мгновенно сменилось на злобное. — Ладно, я слушаю.        — Это ты избил Рона?        Он удивленно посмотрел на Гермиону. И откуда ей только известно об этом?        — Допустим. Тебя это волнует?        — Зачем? Зачем ты это сделал? — она почти выкрикнула эти слова ему в лицо, размахивая руками. — Он не сделал тебе ничего плохого.        «Мне нет, а тебе — да», — хотелось ответить ему, но он не сказал это вслух, чувствуя, что начинает злиться.        — Он заслужил, разве нет?        — Малфой, черт возьми, никто не заслуживает такого! Для чего вообще надо было лезть к нему?        — Да какая, блять, тебе разница? Вы оба уже давно не друзья, а ты до сих пор печешься о его здоровье, — зло выплюнул парень, пока Гермиона тяжело дышала и привыкала к резкой перемене в его голосе. Из спокойного он превратился в ледяной. — Он конкретно облажался.        — Но теперь это сделал ты! У тебя нет никакого права решать, какое наказание он должен понести. Этим поступком ты выставил себя ненамного лучше, чем Рон.        Драко почувствовал, что в нем начинает закипать гнев. Он ничуть не жалел о том, что совершил, и если бы у него была такая возможность, он бы сделал это снова.        — Не я завел тебя в депрессию, Грейнджер, — зло проговорил слизеринец, с отвращением смотря на неё. — Ты даже понятия не имеешь, как выглядела со стороны. Хотя ты наверное даже в зеркало не смотрелась, что уж там. Было такое чувство, что ещё немного, и ты грохнешься в обморок. А Уизли что? Он был только рад твоим страданиям. Даже я не настолько равнодушен к окружающим.        — Не настолько равнодушен? — переспросила девушка, нервно усмехнувшись. — Ты избил невинного человека!        Малфой холодно рассмеялся. От его смеха у Гермионы пошли мурашки по коже: он был явно доволен своими действиями и не чувствовал никакой вины за произошедшее. Гриффиндорка была в шоке с того, как равнодушно звучал голос Драко. Хоть они с Роном больше не общались, но она не считала, что он это заслужил. По рассказам Уэйна, парню пришлось несладко за эти дни, проведенные в Больничном Крыле. Хуже на душе стало ещё из-за того, что отчасти это произошло по её вине. Вот и кто тянул Гермиону за язык? Теперь она чувствовала себя виноватой перед Роном.        — Блять, Грейнджер, он причинил тебе столько боли, а ты считаешь его невинным и при этом жалеешь? Иногда поражаюсь тому, сколько в тебе благородства! Открой глаза, в конце-то концов.        — С тобой невозможно разговаривать, — возмущённо произнесла девушка. Её так вымотал этот разговор, что у неё было такое чувство, будто она только что пробежала несколько километров без остановки. — Я уже успела сто раз пожалеть, что доверилась тебе.        — И что теперь? Побежишь жаловаться Дамблдору на меня?        В прошлом году она бы непременно сделала это, но сейчас в её душе поселилось сомнение. Рассказала бы Гермиона кому-нибудь о том, что ей известно, кто стоит за этим нападением? Скорее нет, чем да.        — Не побегу, не переживай.        — Спасибо за заботу, Грейнджер, — ядовито процедил Драко и прошёл мимо неё, направляясь к двери. — Ты окончательно испортила мне настроение, поэтому сегодня я не настроен репетировать. Встречаемся здесь завтра в это же время.        — Я испортила? Это ты всё испортил!        — Ты умело выносишь мне мозги.        — Кто бы говорил. Учусь у тебя.        Ему хотелось нагрубить в ответ, но вместо этого он прочистил горло и произнёс заплетающимся языком:        — Не смей думать, что ты виновата в произошедшем. Виноват только он. Сними наконец грёбаные розовые очки и перестань тратить своё время на тех, кто в тебе не заинтересован и относится к тебе как к пустому месту. Лучше бы за себя так переживала, чем за остальных.        — Звучит как угроза.        — Ни в коем случае, Грейнджер. Пораскинь своими мозгами и поймёшь, что ты ошибаешься.        С этими словами Драко вышел в коридор, оставив девушку в гордом одиночестве. Она поняла, что Гарри говорил ей практически то же самое, что и Малфой. Девушка была уверена в том, что если бы друг услышал слова слизеринца, то полностью бы согласился с ним. Как же она запуталась.