Пронзающая тишина

Всё вокруг выглядело слишком реалистичным, но он отчётливо понимал, что это был сон.        Драко сидел на кровати в своей комнате, которая выглядела так же, как и его спальное место в Хогвартсе. Единственное, что отличалось, — это отсутствие рядом товарищей. Вокруг стояла полная тишина, возле него не было ни единой живой души. Ему захотелось выйти из комнаты и посмотреть, есть ли здесь кто-нибудь, кроме него. Странно, но Малфою легко удалось встать с кровати и пройти к двери, чтобы открыть её. Обычно когда он пытался сделать что-то во сне, например, побежать, это было непосильной задачей, ради которой приходилось приложить много усилий, но сейчас у него получилось осуществить свою задумку проще простого.        Открыв дверь в коридор, слизеринец вышел наружу и огляделся. Рядом находилось ещё несколько дверей, окрашенных в разные цвета. В самом же коридоре не было ничего особенного: стены были покрашены в светло-голубой цвет, отсутствовали подоконники и окна, словно это тюрьма, из которой нет никакого выхода. Драко чувствовал себя здесь не совсем уютно, особенно в полном одиночестве. Будь рядом с ним хоть один человек, ему бы стало намного легче. Оставалось непонятным то, почему он ощущает себя здесь так некомфортно, если это всего лишь сон. В голову пришла интересная мысль: а что, если этот сон был осознанным? Но как такое возможно?        Он устал стоять на месте и решил попробовать войти в какую-нибудь из дверей напротив. Их было всего четыре: красная, жёлтая, синяя и черная. Первая невольно ассоциировалась у парня с Грейнджер и львиным факультетом, поэтому желание открыть именно её не входило в его приоритеты. Дверь Драко же была зелёной, под цвет Слизерина. Недолго раздумывая, он подошёл к жёлтой двери и потянул ручку на себя, но она не поддалась ему, хотя Малфой мог поклясться, что слышал за ней чьи-то шаги. И что теперь делать? Постучать? В жизни слизеринец бы точно так не поступил, но раз это был сон, то почему бы и нет? Он занёс кулак и постучал. Шорохи за дверью мгновенно стихли, как будто кто-то испугался того, что его обнаружили, и решил притвориться, что здесь никого нет. Глубоко вздохнув, Малфой практически прокричал:        — Эй, здесь есть кто-нибудь? Откройте дверь!        В ответ никто не отозвался, и Драко понял, что его точно не впустят внутрь, даже если там и правда кто-то был. Вместо того, чтобы продолжать тратить время на эту дверь, он подошёл к другой и прислонился к ней ухом, пытаясь понять, находится ли за ней хоть одна живая душа. В отличии от жёлтой двери, за синей стояла абсолютная тишина, и не было слышно никакого постороннего шума. Несмотря на это, парень решил постучаться и снова потерпел неудачу: никто не ответил. Неужели он здесь совсем один?        Пришло время проверить чёрную дверь. Малфой уже занёс кулак, чтобы постучать, но неожиданно услышал шум справа от себя: ручка красной двери повернулась, и он мысленно обрадовался тому, что находится в этом коридоре не один. С нетерпением ожидая увидеть того, кто был здесь помимо него, Драко застыл на месте. Казалось, что прошла целая вечность, прежде чем дверь наконец открылась. При виде вышедшего человека он мгновенно закатил глаза.        — Тебя здесь ещё не хватало. Что ты забыла в моем сне?        — В твоём? С чего ты взял, что он твой?        Гермиона была шокирована тому, что встретила его тут. Ей и так вдоволь хватало столкновений с ним в реальной жизни, а здесь они ещё и резко встречаются во сне. Иногда гриффиндорке казалось, что судьба смеётся над ней и специально сталкивает их вместе, но это уже выходило за рамки приличия.        — Потому что я всегда прав. Убирайся отсюда, — зло ответил Драко и посмотрел на неё с отвращением. Гермиона, однако, решила проигнорировать его взгляд и спросила со всей серьёзностью, на которую она была способна:        — Малфой, тебе не кажется этот сон каким-то странным?        Парень практически вздохнул с облегчением из-за того, что она разделяла его чувства. Ощущение, что здесь что-то не так, не покидало его с самого начала.        — Странно, что ты появилась здесь, когда я тебя не звал.        — Ты можешь хоть на мгновение перестать быть такой задницей и нормально ответить на мой вопрос?        Эти слова Гермиона произнесла спокойно, хоть и в душе она уже начинала злиться, но решила не показывать это внешне, чтобы не спровоцировать Малфоя на очередную словесную перепалку.        — Да, есть какое-то странное чувство, — сквозь зубы пробормотал Драко, пока Гермиона обеспокоенно оглядывалась вокруг. — Обычно во сне я не могу контролировать свои действия, а здесь... Это получается слишком легко. Даже легче, чем в реальности.        — Я чувствую то же самое, — кивнула девушка и скрестила руки на груди. — Раз мы можем делать всё, что захотим, может ли это означать, что мы попали в осознанный сон?        — Разве такое возможно?        В ответ она лишь пожала плечами. Гермиона слышала от преподавателей, что есть способы попасть в осознанный сон, но это было опасно и применялось довольно редко. Кроме того, такая магия способствовала появлению головных болей и ухудшению памяти. Гриффиндорка также знала, что для попадания сразу двух волшебников в осознанный сон необходимо присутствие третьего человека, но рядом, кроме неё и Малфоя, никого не было. Решив поделиться своими знаниями об этом явлении, Гермиона терпеливо ждала, пока Драко переварит эту информацию и даст какие-то комментарии. Он показал рукой на жёлтую дверь и проговорил:        — Там кто-то есть. Я уверен в этом на все сто процентов.        — Ты пробовал стучать?        — Грейнджер, ты меня недооцениваешь, — проворчал слизеринец, и девушка слегка улыбнулась, когда он повернулся к ней спиной. — Я и стучал, и звал, но мне никто не открыл.        — Зная твои манеры, я бы тебе тоже не открыла.        Его красивое лицо мгновенно нахмурилось, и гриффиндорка поспешно предложила:        — Давай я попробую.        Он отошёл от двери, и Гермиона направилась к ней, проходя мимо Малфоя. Сначала она постучала, а потом громко выкрикнула: «Есть кто-нибудь?», но услышала лишь тишину. Драко, увидев, что это не принесло никаких результатов, победно ухмыльнулся.        — Что и требовалось доказать.        — Помолчи хотя бы несколько секунд, пожалуйста.        Кривя душой, слизеринец решил выполнить её просьбу. Девушка выждала немного времени и прижалась ухом к двери, пытаясь понять, находится ли за ней хоть одно живое существо. Спустя пару мгновений она повернулась к нему и недоумённо сказала:        — Малфой, там никого нет.        — Этого не может быть, — Драко нахмурился и подошёл к двери, ожидая услышать хоть что-то, но ответом ему была лишь тишина. — Могу поклясться, что несколько минут назад там кто-то был. Это ты его спугнула!        — Ну да, конечно, продолжай винить во всём меня. Даже во сне ты такой же невыносимый, как и в реальной жизни.        — Ты не лучше, Грейнджер. Единственная дверь, которую я не проверял, — это чёрная, — произнёс Малфой и двинулся по направлению к ней.        — Стой!        Она схватила его за руку, потянув на себя. Прикосновение её холодной руки мгновенно привело Малфоя в чувство: было такое ощущение, что гриффиндорка чего-то боялась. В её карих глазах он отчетливо увидел страх. Сам не зная зачем, Драко невольно сжал руку Гермионы, чтобы успокоить. Из её груди вырвался вздох облегчения, и она крепко сжала его руку в ответ. Они смотрели на свои сплетённые руки примерно минуту, прежде чем девушка неловко отстранилась и прокашлялась.        — Извини, — Драко кивнул, — у меня плохое предчувствие. Мне кажется, что от этой двери так и веет холодом. Может не будем её открывать? — с мольбой в голосе попросила она.        — Неудивительно, что у тебя такие ощущения. Ты слишком легко одета. Милая пижамка, — прокомментировал слизеринец, осматривая её пижаму с медвежатами.        — Заткнись, Малфой. Это моя любимая пижама, — недовольно проворчала Гермиона и обняла себя руками. Страх на её лице сменился злобой.        — Не сомневаюсь.        Внезапно они услышали, как кто-то начал поворачивать ключ в двери возле них. Переглянувшись с Гермионой, Малфой заметил, что она заметно напряглась, ведь шум исходил именно от места, которое почему-то пугало девушку.        — Пожалуйста, давай уйдем отсюда. Это ничем хорошим не закончится, — выпалила на одном дыхании гриффиндорка, и Драко не мог отказать ей, потому что он видел, что она была по-настоящему напугана.        Решив не медлить ни секунды, парень схватил Гермиону за руку, потянув за собой. Они вдвоём вбежали в его комнату, в которой по-прежнему никого не было. Малфой хотел спросить её, в чем дело, но не успел, потому что она уже достала палочку и начала накладывать на дверь несколько запирающих заклинаний. Поразительно, что даже во сне магия действовала безотказно. Девушка убрала палочку в карман и села на кровать, подтянув колени к груди. В комнате было несколько кроватей, но почему-то она выбрала именно его. Забавный факт. Драко решил упустить этот момент и задал, наконец, интересующий его вопрос.        — Может объяснишь, в чем дело?        — Просто... мне это не нравится. Я чувствую, что человек за той дверью опасен.        Как только она произнесла эти слова, в дверь постучали. Гермиона и Драко услышали низкий мужской голос:        — Откройте, пожалуйста, я не причиню вам вреда. Мне нужна ваша помощь.        Девушка прижала палец к губам и покачала головой, умоляя слизеринца послушать её. Лицо Гермионы настолько обеспокоенным, что Драко решил послушать её и уступить ей, несмотря на то, что ему было любопытно, какая именно помощь была нужна человеку за дверью. Не успел он кивнуть, как неожиданно гриффиндорка куда-то исчезла. Минуту Малфой тупо смотрел на место, на котором она сидела буквально только что. Но что же произошло? Грейнджер словно растворилась в воздухе. Без её присутствия рядом Драко сразу же почувствовал себя удручённым.        Стук в дверь продолжился, прерывая размышления парня. А что, если человек, который находился в коридоре, знал, что здесь происходит и куда пропала Гермиона? Малфой нащупал в кармане пижамных штанов палочку и всё-таки решился открыть дверь, понимая, что если вдруг ему захотят причинить вред, то он сможет отбиться. Встав с кровати, Драко подошёл к двери и почти уже было открыл её, но не успел, потому что его отвлёк звенящий рядом будильник. Стоп. Будильник?        Он приоткрыл глаза и с удивлением обнаружил возле себя Забини, который проснулся совсем недавно. Малфой всё ещё чувствовал некоторую сонливость, но уловил слова Блейза, которые звучали немного невнятно.        — Подъём, брат.        — Уже встаю, — буркнул Драко и приподнялся на локтях, потирая глаза.        — Ты во сне дёргался. Что приснилось? — заинтересованно спросил итальянец.        — Такая хрень, что лучше не спрашивать.       

***

       Гермиона влетела в Большой Зал, попутно выискивая глазами Малфоя, но его ещё не было на месте. Девушка была обязана поговорить с ним, чтобы разобраться в том, что именно произошло этой ночью. Проснувшись, Гермиона чувствовала себя такой уставшей, словно она работала всю ночь, а не спала. Теперь у неё не оставалось сомнений в том, что сон был осознанным. Но её мучил вопрос: почему там оказались именно они с Малфоем? И кто был тот мужчина, который стучал в их дверь? Голос этого человека звучал незнакомо, она никогда прежде не слышала его и понятия не имела, кому он принадлежал.        Дойдя до своего места, гриффиндорка заметила, как увлечённо Гарри читает «Ежедневный пророк». Он настолько увлёкся чтением, что Гермионе удалось привлечь его внимание лишь с третьего раза.        — Что-то случилось? — с волнением в голосе спросила она, вглядываясь в зелёные глаза друга.        — Сама прочитай.        Гарри протянул ей газету, на главной странице которой девушка увидела кричащий заголовок: «МАЙКЛА РИДА ДО СИХ ПОР НЕ НАШЛИ. ПОИСКИ ПРОДОЛЖАЮТСЯ ПО СЕЙ ДЕНЬ». Имя показалось Гермионе смутно знакомым. Читая статью, она вспомнила, что этот человек был целителем в больнице Святого Мунго и лечил преимущественно детей. Не так давно Министерство Магии выдвинуло против него обвинения за пособничество Волан-де-Морту, но вскоре они были сняты: удалось доказать, что всё это время Рид был под действием заклятия Империус. И вот сейчас мужчина неожиданно пропал несколько дней назад, но напечатали эту новость на главной странице только сегодня.        — Интересно то, что обвинения против него не снимали до последнего момента, а потом, уже под самый конец, все решили, что он не виновен, — сказал Гарри, задумавшись. — Тебе не кажется это подозрительным?        — Согласна, немного подозрительно, — ответила Гермиона и потянулась за круассаном. — Но может он и правда не виновен? А его исчезновение — это просто случайность.        — Не знаю-не знаю, Гермиона. После войны мне всё кажется подозрительным.        — Думаю, со временем это чувство пройдет.        Гриффиндорец кивнул и задал ей вопрос, который она боялась услышать ещё со вчерашнего вечера.        — Как прошла репетиция?        Девушка почувствовала, как паника, сидящая глубоко внутри, начинает разрастаться со скоростью снитча. Стараясь сохранять как можно более спокойное выражение лица, она произнесла равнодушным голосом:        — Всё неплохо. Нам есть, над чем поработать, и я надеюсь, что мы успеем подготовиться до бала.        Гарри вовсе не обязательно было знать, что до репетиции дело вчера даже не дошло. И как сказать ему о том, что с ней вместе работает Малфой? Она была уверена, что друг отреагирует бы на эту новость совсем не спокойно.        — И кто же будет рядом с тобой во время твоего триумфального выступления?        От необходимости отвечать гриффиндорку спасло то, что её кто-то мягко хлопнул по плечу. Виновато улыбнувшись Поттеру, она обернулась и встретилась взглядом с Уэйном.        — Привет, Гарри, привет, Гермиона. Можно поговорить с тобой наедине? — обратился он к ней, на что девушка кивнула и вышла из-за стола, напоследок сказав Гарри, что они могут встретиться уже в классе, и друг согласился на это предложение.        Пока они вдвоём пробирались сквозь шумную толпу учеников с разных курсов, Гермиона увидела, как Малфой вошёл в Большой Зал, осматривая стол Гриффиндора, из-за которого она вышла совсем недавно. Спустя время он, наконец, заметил её, посматривая на неё с любопытством. Внезапно парень нахмурился, посмотрев куда-то правее. Она проследила за его глазами и приподняла брови: Драко с ненавистью смотрел на Уэйна, который шел чуть впереди гриффиндорки. Странно. Гермиона не припоминала того, что у парней когда-то были конфликты или другие разногласия.        Слизеринец полностью исчез из поля зрения девушки, оставшись где-то позади. Они с Уэйном вышли из Большого Зала и остановились на углу, чтобы никому не мешать. Первым делом Гермиона поинтересовалась здоровьем пуффендуйца. Он выглядел намного лучше, чем в их последнюю встречу, но она решила вежливо уточнить у него этот момент.        — Я прекрасно себя чувствую, спасибо, — Уэйн тепло улыбнулся ей. Гриффиндорка послала мягкую улыбку ему в ответ. — А вот как у тебя дела? Помнится, что до моей болезни у тебя что-то случилось. Ты была очень мрачной.        — Это давно в прошлом. Я справилась с этими проблемами, — нервно ответила Гермиона, решив не уточнять, как именно она с ними справилась. — Теперь всё хорошо. Спасибо, что интересуешься этим.        — Ещё бы не интересоваться, мы же друзья. Я только рад слышать, что тебе стало лучше.        Гермионе показалось, что первая фраза была сказана с каким-то двусмысленным намеком, из-за чего она немного смутилась. Парень, кажется, заметил её смущение и решил сменить тему.        — Ты идешь на бал?        — Я не могу не прийти, — заявила девушка и с радостью отметила, что чувство неловкости прошло. На вопросительный взгляд Уэйна она ответила: — Я открываю бал с песней. Только никому не говори, это секрет.        — Ух ты, — восхищённо произнёс пуффендуец. — Поздравляю. Должно быть, это большая честь для тебя.        — Спасибо, — поблагодарила Гермиона и заправила прядь волос за ухо. — Честно говоря, я очень долго колебалась, но в итоге Дамблдор уговорил меня.        — А почему ты не хотела соглашаться?        Ответ на этот вопрос был довольно-таки простым и очевидным.        — Не люблю внимание. После войны его стало ещё больше, чем до её начала. Но раз уж это мой последний год обучения в Хогвартсе, то почему бы и не согласиться? Будет, что вспомнить.        — Уверен, что твоё выступление будет запоминающимся.        Казалось, что он хотел сказать что-то ещё, но внезапно засомневался, переминаясь с ноги на ногу. Гриффиндорка уже начала догадываться, какой вопрос её ждёт, и почувствовала небольшой стыд за то, что парня услышит от неё отказ. Наконец, гнетущее молчание было прервано Уэйном:        — Ты не хотела бы пойти со мной на бал?        — Уэйн, я бы с радостью, но, видишь ли, меня уже пригласили, и... Я согласилась.        Девушка и так чувствовала себя максимально неловко, а тут ещё и внезапно мимо них прошла толпа слизеринцев во главе с Малфоем. Она искренне надеялась на то, что никто из них не слышал их разговор, и они просто пройдут мимо, но не тут-то было. Драко резко остановился и протянул в своей привычной манере:        — Что, Хопкинс, тебя отшили? Сочувствую. Не переживай, ты можешь пойти на бал вместе с Миртл, она свободна.        За этим последовал громкий смех, который раздался по всему коридору. Гермиона выругалась про себя: надо же было Малфою проходить здесь именно в то время, когда она мягко ответила Уэйну отказом. Оставалось лишь молиться Мерлину, чтобы эта перепалка не затянулась надолго.        — Настолько скучная жизнь, что лезешь в чужую? — зло процедил Уэйн, окинув Драко ненавистным взглядом.        — Это у меня-то скучная? Поверь, жизнь таких неудачников, как ты, меня вовсе не интересует.        Гермиона решила вмешаться в этот спор, понимая, что слизеринец может сильно выбеситься и пустить в ход кулаки, а ей вовсе не хотелось, чтобы это произошло.        — Уэйн, не обращай внимания. Он специально тебя провоцирует, ведь ему было так сложно просто пройти мимо, — девушка взяла его за локоть, и Драко внимательно проследил за этим движением, разозлившись ещё больше.        — Ты настолько ущербный, что тебе даже грязнокровка отказала, — чуть запнувшись на предпоследнем слове, холодно кинул Драко. Гермиона не могла не поморщиться, услышав это ругательство.        — Никого ущербнее тебя здесь нет, — грубо ответил ему Уэйн. — Тебе до Гермионы, как пешком до Луны. Ты даже стоять рядом с ней недостоин.        — А ты достоин? — Малфой приподнял бровь в изумлении.        И чего он так бесится? Неужели он не мог просто пройти мимо, а не устраивать представление посреди коридора? У гриффиндорки не было другого выхода, поэтому она развернула Уэйна лицом к себе и сказала:        — Пойдем. Не стоит слушать всяких недалёких идиотов, как он.        — Но ты же с Хопкинсом как-то общаешься.        Решив ничего не отвечать, девушка лишь кинула на него полный раздражения взгляд и потащила Уэйна подальше от Малфоя, который смотрел ей вслед, пока они вдвоём не скрылись за поворотом. Это было максимально глупо, но ему не хотелось ждать до вечера, чтобы увидеться с Грейнджер. Перекинувшись с ней парой слов и выплеснув свою злость на Хопкинсе, Драко стало намного легче на душе. Да, чёрт возьми, он сам не знал, откуда взялось это чувство, но Малфой ревновал её к пуффендуйцу. Его не могло не порадовать то, что она отказалась идти с ним на бал. Он действительно злорадствовал от этой мысли. Но оставался не закрытый вопрос: с кем же тогда она идёт на бал?        У него выбор был не очень большой: он решил пригласить Пэнси, и девушка легко приняла его предложение, потому что ни с кем не встречалась. Они общались довольно-таки неплохо, больше именно как однокурсники, а не как друзья. Его также устраивало то, что слизеринка не вешалась на него, как остальные девушки, которые смотрели на него с обожанием. Отличная партия для совместного похода на бал в качестве друзей.        Уэйн был явно расстроенным и из-за отказа Гермионы, и из-за перепалки с Малфоем. Она принялась его поддерживать и сказала, чтобы он не обращал внимания на слова слизеринца, ведь они ничего не значили.        — И всё же, мне стоило пригласить тебя пораньше, когда я ещё лежал в Больничном крыле. Это же надо было так ступить, — расстроенно проговорил парень, с сожалением посмотрев на свою собеседницу.        — Ничего страшного. Мы всё равно можем потом потанцевать вместе, если тебе очень этого хочется, — ободряюще произнесла она.        — А твой партнёр не будет возражать?        — Думаю, что нет, тем более с учётом того, что мы идём вместе лишь в качестве друзей, а не пары.        Ему заметно полегчало от этой мысли. Пуффендуец радостно улыбнулся и ответил:        — Тогда я только за.       

***

       Попытка сосредоточиться на теме урока была настолько бессмысленной, что вскоре Гермиона решила просто сдаться, погрузившись в свои мысли. Она подумывала над вариантами событий, которые могли случиться после того, как её разбудил будильник, стоящий на тумбочке. Проснулся ли Малфой в тот же момент, что и Гермиона? Маловероятно.        Девушка больше придерживалась мысли о том, что Малфой пробыл во сне ещё некоторое время, ведь он всегда приходил на завтрак намного позже, чем она, и, наверное, вставал тоже. Её осенило: и когда это гриффиндорка начала замечать подобные вещи?        — Тебе плохо? — Гарри взял её за ладонь, и Гермиона подняла на него глаза.        — Нет, с чего ты взял?        — У тебя руки трясутся, а взгляд такой, словно тебе сказали, что сейчас будет экзамен, к которому ты совершенно не готова.        Гриффиндорка подавила нервный смешок: вот до чего доводят подобные мысли.        — Если бы мне сказали подобное, я бы уже лежала, а не сидела здесь.        — В Больничном крыле?        — В обмороке.        Они рассмеялись, пытаясь не шуметь на весь класс, чтобы не отвлекать однокурсников от урока.        — Со мной всё хорошо, не стоит беспокоиться, — ровно произнесла девушка и улыбнулась другу.        — Поверю на слово. Так что у тебя с репетицией?        — Не думаю, что тебе понравится то, что я скажу, — рассеянно ответила Гермиона и решила для себя, что будет лучше, если Гарри узнает это от неё и прямо сейчас. — Только пообещай мне, что не будешь пытаться что-то изменить.        Гарри призадумался и подпёр подбородок рукой, нахмурившись. Его не могли не насторожить слова Гермионы, которые звучали так, словно она сильно волновалась и боялась того, какая у него будет реакция на то, что ей предстоит произнести в следующие секунды. Конечно же, он решил не тянуть с ответом, ведь понимал, что поддержит подругу в любом случае. Ему бы никак не хотелось того, чтобы гриффиндорка сомневалась в нем. Он наоборот надеялся, что Гермиона знает о его намерении поддержать её в любой ситуации.        — Хоть и твои слова звучат отнюдь не позитивно, но я могу пообещать тебе то, о чем ты просишь.        — Хорошо.        Чуть замешкавшись, она придвинулась к Гарри поближе и прошептала ему на ухо:        — В общем, играть на фортепиано будет Малфой.        — Ты серьёзно?        У парня был шок, поэтому пока что он не мог сказать ничего вразумительного. Гермиона кивнула в качестве подтверждения своих слов и поспешила заверить Гарри:        — Он конечно ведёт себя как напыщенный павлин, но я справляюсь. Сам знаешь, Малфой никогда не был паинькой.        — Да как вообще Дамблдору пришла в голову мысль дать тебе в качестве партнёра именно его? — шокированно выпалил гриффиндорец, и девушка с облегчением поняла, что раз друг отреагировал не так эмоционально, как она предполагала ранее, то это определенно хороший знак.        — Ты что, это же Малфой, — нарочно театрально протянула Гермиона и закатила глаза, от чего Гарри прыснул в рукав. — Аристократов наверняка с детства учат играть на фортепиано, поэтому он может быть лучшим в этом деле.        — И всё равно я уверен, что в Хогвартсе нашелся бы кто-то получше.        Гриффиндорка попыталась успокоить друга, пустив в ход следующие слова:        — Спасибо, что мне не дали в партнёры Крэбба или Гойла, тогда моя душа точно бы не выдержала.        — Гермиона, о чём вообще разговор? Эти два болвана наверняка даже не знают, что такое фортепиано.        Они посмотрели друг на друга и снова весело рассмеялись. Гарри прикрыл лицо руками, пока его плечи тряслись из-за смеха. Успокоившись, Гермиона улыбнулась тому, что у неё получилось разрядить напряжённую обстановку. Было заметно, что от её слов Гарри немного расслабился и повеселел.        — Если будет нужна помощь с Малфоем, можешь обращаться ко мне. Устроим ему веселье в два счета, — подмигнул парень Гермионе, и она усмехнулась.        — А вообще знаешь, — начала девушка задумчиво, — у Малфоя конечно характер далеко не ахти, но если он меня разозлит, то ему будет крышка. Будет знать, с кем связался.        — В таком случае я бы посочувствовал хорьку, хоть он и это заслужил.       

***

       До вечера было ещё много времени, поэтому Гермиона решила отправиться в библиотеку, чтобы скоротать часы до репетиции и встречи с Малфоем. Ужин тоже был лишь через несколько часов, поэтому времяпровождение среди книг казалось самым правильным решением из всех.        Уже на входе она с кем-то столкнулась, причем столкновение было таким сильным, что книги, принадлежащие кому-то намного выше Гермионы, выпали из рук.        — Грейнджер, тебе очки подарить? Смотреть надо, куда идешь, — рявкнул Драко и присел, чтобы собрать книги, лежащие на полу.        — Себе подари, — буркнула гриффиндорка, но решила помочь ему собрать учебники, ведь они выпали из его рук по её вине.        — Мог бы и без твоей помощи обойтись.        Их пальцы неожиданно задели друг друга, и Гермиона вздрогнула от его прикосновения, которое было уже очень хорошо ей знакомо. Они посмотрели друг на друга в течение нескольких секунд, после чего Малфой, не сказав ни слова, убрал руку и взял стопку книг, обойдя девушку стороной.        Она не могла не заметить среди учебников книгу «Сновидения и их толкования», а это значило, что слизеринца тоже интересовало произошедшее этой ночью, поэтому они определенно должны обсудить эту тему.        Бросив взгляд на пол, гриффиндорка увидела на нем маленький листок бумаги и приподняла его, гадая, принадлежал ли он Малфою. Меры приличия не позволяли ей брать чужое, но любопытство пересилило, поэтому Гермиона аккуратно развернула лист и прочитала про себя его содержимое.        Шесть вечера, ванная старост. Не опаздывай, Грейнджер.        Вполне в духе Малфоя. Теперь ей стало понятно, что они столкнулись неслучайно. Видимо, он не мог потерпеть до восьми вечера и решил пожертвовать ужином для того, чтобы встретиться с ней.        Вот и почему нельзя было просто незаметно передать записку где-нибудь в другом месте и обойтись без оскорблений? Когда-нибудь Гермиона перестанет удивляться поступкам Малфоя, но это явно будет не в этой жизни.