Пронзающая тишина

Гермиона была настолько потрясена, что не могла вымолвить ни слова, поэтому была рада тому, что мужчина наконец заговорил:        — Давайте для начала присядем. Мисс Грейнджер, успокойтесь, я отвечу на все ваши вопросы.        Так как гриффиндорка никак не отреагировала на слова Рида, Малфой решил взять ситуацию в свои руки и кивнул ему на кровать, стоявшую неподалеку от двери. Мужчина сел, ожидая, когда Драко с Гермионой проделают то же самое. Слизеринцу пришлось потянуть девушку за руку, потому что она так и не сдвинулась с места.        Когда, наконец, все уселись, мужчина первым подал голос:        — Меня зовут Майкл Рид. Мистер Малфой, вам знакомо мое имя?        Драко призадумался, подперев подбородок рукой. Ему приходилось слышать это имя от однокурсников, которые проходили лечение в больнице Святого Мунго ещё будучи детьми, но тогда он не особо обращал внимания на такую мелочь, ведь его не интересовали подобные разговоры. Теперь Малфою стало понятно, что за человек находится перед ними, поэтому парень медленно кивнул.        — Что вы здесь делаете? Вас же ищет вся страна! — воскликнула сидящая рядом Гермиона.        — Ты о чём, Грейнджер? — нахмурился Малфой.        — Я прекрасно осведомлён об этом, мисс Грейнджер, — спокойно произнёс Рид и посмотрел ей в глаза. — Мне пришлось исчезнуть.        Девушка вопросительно приподняла брови. Она не понимала, какого чёрта тут происходит.        — Как раз об этом я и хотел с вами поговорить, — продолжил мужчина, но Гермиона перебила его:        — Но почему мы с вами встретились во сне? Это же чёрная ма...        — Мерлин, Грейнджер, угомонись, — оборвал её слизеринец, понимая, что такими темпами их разговор затянется надолго. — Ему в любом случае придется ответить на все наши вопросы.        Пересилив себя, Гермиона молча подняла руки и скривила лицо. Рид хмыкнул.        — Благодарю за терпение. Перед тем, как вы пустили меня в эту комнату, вам приходилось слышать, что мне требуется ваша помощь. И это чистая правда, — мягко улыбнулся он и продолжил: — Всю свою жизнь я проработал колдомедиком. Мне нравилось помогать детям, но, как иногда это происходит, бывают случаи, которые заканчиваются на плохой ноте, если вы понимаете, о чем я, — грустно сказал мужчина, и Гермиона с Драко кивнули. Существовали неизлечимые болезни, и чаще всего доставалось именно детям. — Но мне хочется помочь всем. Поэтому я решился на изготовление вакцины от неизлечимых болезней.        Малфой, не понимавший, к чему ведёт Рид, поинтересовался прохладным тоном:        — Это, конечно, очень благородно с вашей стороны, но причём здесь мы?        — Мне нужна ваша кровь.        — Что? — ошарашенно переспросила гриффиндорка. — Для вакцины?        Мужчина кивнул. Было непонятно, почему он обратился именно к ним, ведь в мире было много волшебников, которые могли бы помочь ему. С каждой минутой вопросов становилось всё больше и больше.        — Для приготовления вакцины требуется кровь чистокровного, полукровки и магглорожденного, — разъяснил Рид, пока ребята пытались собраться с мыслями. — Неужели вы не хотите помочь? Тогда у волшебного мира появилось бы лекарство от всех неизлечимых болезней.        — Звучит как-то неубедительно, — холодно прокомментировал Драко. У него не вызывал доверие этот мужчина, который появился непонятно откуда. — И почему же вы скрываетесь от всех и действуете в одиночку?        Гермиона с гордостью посмотрела на Малфоя: ей нравилось, как он напирает на Рида, чтобы узнать ответы на все интересующие их вопросы. Сейчас она не знала, с чего начать допрос, потому что мысли в её голове просто смешались в кучу. Всё, что происходило сейчас, казалось каким-то нереальным. По выражению лица слизеринца девушка поняла, что он не особо доверяет Риду, в отличии от неё самой. На душе были смешанные чувства: с одной стороны, она бы очень хотела помочь волшебникам бороться с неизлечимыми болезнями, а с другой — они с Малфоем ничего не знают об этом человеке.        — Всё очень просто. Я решил действовать в одиночку, потому что уверен в том, что никто не поверит в честность моих намерений. Мисс Грейнджер, наверное, уже знает, что меня обвиняли в сотрудничестве с Волан-де-Мортом, но позже обвинения были сняты, — Гермиона кивнула, и он продолжил: — Некоторые волшебники ещё до моего исчезновения продолжали смотреть на меня косым взглядом, поэтому мне не хотелось бы, чтобы кто-то узнал о моих целях.        — Вам не кажется, что ваше долгое отсутствие будет выглядеть подозрительным? — выпалила девушка.        — Меня это не волнует. Главная моя цель — создать вакцину. Так вы согласны мне помочь?        — Честно говоря, вы не вызываете у меня никакого доверия, — сухо сказал Драко и кинул взгляд на Гермиону. — Нам надо подумать, мы не можем дать ответ сразу.        Реакция Рида на его ответ была спокойной: он выглядел непринуждённо, словно ожидал услышать подобные слова от слизеринца. Гермиона же решила узнать ответы на вопросы, которые её так волновали.        — Вы сами разработали состав вакцины?        — Да, я работал над этим долгое время, — кивнул Рид, переведя взгляд на заинтересованную Гермиону. — У меня ушли годы на то, чтобы разработать её состав. Ночами я проводил время в лаборатории, не выходя оттуда по несколько часов. Но я ни о чём не жалею, это дело того стоит.        Её восхитило его мужество и желание помочь всем волшебникам справиться с неизлечимыми болезнями. Не каждый смог бы пожертвовать таким большим количеством времени ради спасения жизней других людей. Малфоя, казалось, этот рассказ не особо впечатлил: он до сих пор с недоверием косился на Рида, не сводя с него пронзительного взгляда, но мужчину это ничуть не смущало.        Когда они впустили к себе в комнату Майкла Рида, то девушка не думала, что Драко будет относиться к мужчине подозрительно, ведь он с самого начала хотел поговорить с ним, в отличии от гриффиндорки, у которой было плохое предчувствие. Неожиданно друг для друга Гермиона и Малфой поменялись ролями.        Если бы не слизеринец, она бы уже сейчас отдала свою кровь для изготовления вакцины, ведь ей искренне хотелось помочь Риду в осуществлении его идеи, хоть и гриффиндорка видела его впервые.        — Не хотите ли вы объяснить нам, почему мы встретились именно здесь? — безэмоционально спросил парень, намекая на осознанный сон.        — Это самое безопасное место для встречи, — объяснил Рид, немного замешкавшись. — К тому же, и мне, и вам, не пришлось бы трансгрессировать на далёкие расстояния, чтобы обсудить тему, которая волнует меня уже давно.        — Но ведь это тёмная магия, — заметила девушка и приподняла брови. — Как вы вообще можете быть уверены в том, что мы никому ничего не расскажем о нашей встрече?        Мужчина хмыкнул, пытаясь скрыть смущение, но Гермиона всё равно не могла его не заметить.        — В Хогвартсе есть человек, который наблюдает за вами и помогает мне в моем нелегком деле. Из своих наблюдений он пришел к уверенности в том, что вы не из тех людей, которые любят много болтать. И да, мисс Грейнджер, все мы не без греха.        — И кто же этот человек? — поинтересовался Малфой, недоумевая от всей происходящей ситуации. — Вообще-то, слежка за людьми преследуется законом.        — Он попросил меня не раскрывать свою личность.        — По тому, как вы умело уходите от ответов, у меня не создаётся впечатление, что мы можем вам доверять, — съязвил слизеринец, поджав губы.        — У вас нет выбора. Вам придётся просто довериться мне.        — Грейнджер? — Драко заметил, что она притихла, поэтому окликнул её.        Когда Гермиона услышала из уст Рида, что за ними кто-то следил, то сразу же запаниковала, потому что понимала, что этому человеку, скорее всего, известно об их так называемых «отношениях». При этой мысли её охватил ужас. Они так тщательно скрывали то, что происходит между ними, а теперь оказывается, что всё это время за ними велось наблюдение. Что, если этот человек расскажет кому-то об этом? Она тяжело выдохнула и покачала головой. Малфой сдерживался изо всех сил, чтобы не взять её за руку.        — Почему именно мы двое? — наконец задала свой вопрос гриффиндорка.        — Вы самые умные волшебники своего возраста, — просто ответил мужчина, улыбнувшись. — Конечно, я был наслышан о сложном характере мистера Малфоя, — Драко фыркнул, — но мисс Грейнджер, видимо, помогает ему вести себя спокойнее.        Девушка прыснула в рукав: сразу видно, что Рид слишком плохо их знал, ведь её присутствие скорее наоборот могло вывести слизеринца из себя, нежели успокоить.        — Скоро вы проснётесь, — Рид кинул взгляд на часы и встал с кровати. — Увидимся в следующий раз.        — В следующий раз — это когда? — подал голос парень, ожидая услышать конкретную дату, но в ответ получил лишь равнодушное:        — Через пару дней.        С этими словами мужчина встал с кровати и покинул комнату, оставив Гермиону с Драко наедине. Они немного посидели в тишине, после чего Малфой выпалил:        — Пиздец, Грейнджер, во что мы ввязались?        — Мерлин, у меня осталось столько вопросов, а он просто взял и ушёл, — рассеянно кинула девушка и придвинулась поближе к слизеринцу. — Не могу поверить, что это происходит с нами.        — Чёрт, мы так и не узнали, как именно оказались здесь. Надо было добраться до Запретной секции этой ночью.        — Уже поздно жалеть, Малфой, — обречённо произнесла Гермиона и осторожно положила голову ему на плечо. — Мы можем сделать это сегодня, — гриффиндорка замялась, — после отбоя.        Она думала, что Драко оттолкнёт её, потому что казалось, что сейчас он был обозлён на весь мир, но уже спустя мгновение девушка почувствовала, как его рука проводит по её кудрявым волосам. От этого прикосновения ей стало спокойно на душе, и Гермиона прикрыла глаза.        — Ладно, — равнодушно прошептал слизеринец, продолжая поглаживать её по волосам. — Грейнджер, тебе придется встать со мной в пару на Зельеварении.        — С какой это стати? — недоумённо спросила она, но не отстранилась.        — Поговорим на уроке. И да, заранее придумай отмазку для Поттера, — усмехнулся парень.        — Иногда не понимаю, зачем я с тобой общаюсь вообще? — простонала гриффиндорка куда-то в район его плеча.        — Задаю себе тот же вопрос, Грейнджер.        Гермиона не успела ответить из-за того, что она проснулась от звука будильника. Всё-таки Малфой во сне раздражал не меньше, чем в реальности. Сегодня им двоим предстояло нарушить школьные правила, и девушка уже морально подготовилась к тому, что этот день будет долгим и тяжёлым.       

***

       — Что было с тобой вчера? Впервые видел тебя в таком состоянии, — поинтересовался Блейз у Малфоя перед тем, как войти в кабинет Зельеварения.        — Понятия не имею. Переутомился, видимо, — ответил Драко, высматривая в классе Грейнджер.        Гермиона негромко переговаривалась с Поттером и сидела к нему спиной. Он мог поклясться, что она почувствовала на себе его взгляд, ведь не зря её поза мгновенно изменилась. Ей хотелось обернуться, чтобы посмотреть на него в ответ, но девушка не могла сделать этого, ведь в таком случае у Поттера обязательно бы появилось несколько вопросов.        С трудом дождавшись начала урока, слизеринец слушал монотонную речь Снейпа о том, что сегодня варить зелье они будут в парах, причём он сам будет распределять, кто с кем будет работать. Малфой выругался про себя: зная профессора, его никогда не поставят с Грейнджер. Она, судя по всему, подумала о том же, поэтому кинула на него быстрый обеспокоенный взгляд и почти сразу же отвернулась.        — Каждый из вас будет работать с учеником не своего факультета, — объявил холодным голосом Снейп, и все ученики возмущённо застонали. — Уизли, прекращайте закатывать глаза, вам это не поможет. Вставайте в пару с мисс Гринграсс.        — Держись, Даф, — сочувственно произнесла Пэнси.        Все слизеринцы начали говорить девушке слова поддержки, но не Малфой. Он молился, чтобы ему повезло, и их с Грейнджер поставили в пару. Гермиона нервничала так же, как и он.        Малфоя бесило, что Снейп специально тянул и молчал уже несколько секунд, посматривая то в сторону гриффиндорцев, то в сторону слизеринцев. Тишина начала становиться невыносимой. Наконец, профессор глубоко вздохнул и протянул:        — Малфой и Грейнджер, Забини и Патил. Приступайте, все ингредиенты и сам рецепт написаны на доске.        В этот раз им повезло. Чтобы не тянуть время, которого у них и так было мало, парень практически сразу подошёл к своему котлу, ожидая Грейнджер. Гриффиндорка не спешила отходить от своего стола, поэтому он кинул на Гермиону раздражённый взгляд. Она долго пыталась в чем-то убедить Поттера, размахивая руками. Драко хотел подойти к ней, но вскоре девушка уже шла к нему сама.        — Чего ты там копалась так долго?        — Пыталась убедить Гарри не меняться со мной местами, — огрызнулась гриффиндорка и начала разогревать воду в котле, пока Малфой следил за движениями её тонких рук. — Видишь ли, он не очень тебе доверяет.        — Очень мило с его стороны, — язвительно произнёс парень и оглядел их рабочее место в поисках медовой воды.        Гермионе не очень хотелось ругаться, поэтому она лишь фыркнула, одновременно посматривая в котел.        — Что думаешь насчёт сегодняшней ночи? — переключилась на важную для них тему девушка.        — Не вижу никаких причин доверять этому человеку. Мы видим его в первый раз. К тому же, неспроста ему предъявляли обвинения в пособничестве Волан-де-Морту.        — Странно слышать это от бывшего Пожирателя Смерти.        Серые глаза мгновенно потемнели. Гриффиндорка практически сразу пожалела о сказанном и начала беспомощно оглядываться по сторонам. Выражение лица Драко стало таким холодным и отстранённым, что она почувствовала вину за то, что ляпнула, не подумав, какие последствия могут иметь её слова. Чтобы исправить ситуацию, Гермиона принялась тараторить:        — Малфой, прости. Я не подумала, прежде чем сказать это, — почти умоляюще сказала девушка, но слизеринец уже отвернулся от неё, проверяя зелье, которое приобрело оранжевый цвет.        Из-за того, что Драко перевёл свое внимание на котел, Гермиона подумала, что он не услышал тех слов, которые она произнесла.        — Да, Грейнджер, ты не подумала, — сквозь зубы прошипел парень. — Давай мяту.        Гермиона послушно протянула ему несколько веточек и предприняла новую попытку:        — Мне очень жаль. Если бы можно было вернуть время назад, я бы этого не говорила.        — Забей, — отмахнулся он, но его голос стал чуть мягче. — Я не хочу помогать Риду, но ты, похоже, настроена совсем по-другому.        — Подумай сам, что мы от этого потеряем? Мне бы очень хотелось, чтобы он приготовил эту вакцину. Есть шансы, что она поможет всем излечиться от болезней, у которых до сих пор не появилось противоядия.        — Грейнджер, ты конечно очень благородная, но как ты не понимаешь, что твоё желание помочь всем не доведёт тебя до добра? Допустим, отдадим мы ему немного нашей крови, но кто знает, что он будет делать с ней на самом деле?        Спорить с ним было бесполезно. Гриффиндорка не понимала, что было плохого в том, чтобы помочь Майклу Риду. Да, хоть они и видели его в первый раз, но ей казались вполне разумными его намерения. Этот человек даже вызывал у неё восхищение.        — Добавь тушёную мандрагору, — между делом кинула Гермиона, и Драко выполнил её просьбу. — Слушай, он же колдомедик. Я уверена, что в его умыслах нет ничего плохого, он выглядел вполне искренним, когда рассказывал про вакцину.        — Какая ты наивная, Грейнджер. Мало ли что Рид мог нам наплести, — немного осуждающе проговорил слизеринец. — Для начала надо узнать его получше. Я вообще не понимаю, на что он рассчитывал, думая, что за одну встречу мы согласимся на его условия.        Непривычно было слышать слово «мы» из его уст в таком значении, поэтому девушка зарделась, накрыв щеки ладонями. Почему-то ей стало радостно на душе от той мысли, что Малфой считает их двоих за одно целое.        Раздумывая над словами парня, гриффиндорка встала рядом с ним и начала помешивать зелье, ожидая, когда оно станет жёлтым. Она долго молчала, анализируя в уме всё, что они обсудили в данный момент. И всё-таки Драко был прав: не стоит доверять первому встречному.        — Ладно, ты прав, нам надо приглядеться к Риду для того, чтобы понять, какой он человек. Только вот мы понятия не имеем, когда встретимся с ним снова.        — Судя по его словам, это случится через пару дней, — серьёзным голосом сказал Малфой. — За эти дни мы должны разузнать как можно больше информации о нем и осознанном сне.        — Что ты делаешь сегодня вечером? — резко выпалила Гермиона и покраснела. — Мы могли бы проникнуть в Запретную секцию. Нет смысла тянуть время.        Он хмыкнул: учитывая, насколько далеко зашло их общение, Грейнджер продолжала оставаться стеснительной, причём не в те моменты, когда это было необходимо.        — Для тебя я абсолютно свободен, — парень ухмыльнулся. Прозвучало слишком двусмысленно, но гриффиндорка продолжала пытаться сохранять остатки самообладания.        — Может встретимся в нашем месте в восемь вечера, как обычно? Нам же ещё надо репетировать, — её голос предательски задрожал, и она тяжело задышала. — До Хэллоуина осталось не так уж много времени.        — Грейнджер, ты так тяжело дышишь, как будто возбудилась, — усмехнулся Драко. — Успокойся.        — Малфой! Перестань быть таким извращенцем, — возмущённо шикнула девушка и смахнула прядь волос с лица. — Мы здесь не одни, вообще-то.        — А если бы были одни, ты бы вела себя по-другому?        Этот вопрос окончательно её смутил. Она не знала, что ему ответить, лишь растерянно смотрела на слизеринца, который был явно доволен тем, что ему удалось засмущать Гермиону.        — Мистер Малфой, мисс Грейнджер, превосходно, — голос Северуса Снейпа заставил их оторваться друг от друга. — Остальным следовало бы поучиться у вас.        Гриффиндорка перехватила взгляд Гарри, стоящего в паре с Паркинсон. Он ободряюще улыбнулся ей, несмотря на то, что они с Пэнси потерпели неудачу при приготовлении зелья. Выражение лица слизеринки было недовольным: она считала, что Поттер был виноват в том, что всё пошло наперекосяк.        Услышав низкий голос Малфоя возле своего уха, Гермиона вздрогнула.        — Я согласен, Грейнджер. Увидимся вечером, — прошептал он и прошел к выходу из класса.        Иногда её поражало, как один человек может бесить до такой степени, что начинают дрожать коленки. В один момент они нормально разговаривают друг с другом, а в другой — Малфой превращается в того же придурка, что и раньше. Его настроение менялось с такой скоростью, что порой она не успевала следить за ним.        Гарри терпеливо ждал её, и Гермиона направилась к нему, сразу же спросив о том, как прошло его совместное приготовление зелья с Паркинсон. Как оказалось, всё было довольно-таки неплохо до того момента, когда с их зельем что-то пошло не так.        — По рецепту оно должно было стать розовым, но у нас зелье почему-то стало фиолетовым, — начал рассказывать парень, смеясь. — Мерлинова борода, Паркинсон была настолько зла, что я уже приготовился услышать кучу оскорблений в свой адрес, но она промолчала.        — Удивлена тому, что она не покрыла тебя матом, — рассмеялась она. — Это же слизеринцы.        — Она быстро смирилась с тем, что наше зелье было безнадёжно испорчено. А как у вас с Малфоем? — поинтересовался гриффиндорец, и Гермиона мгновенно смутилась. — Я немного наблюдал за вами, со стороны вы казались такими спокойными.        Девушка одёрнула себя: каждый раз она забывала, что для всех они с Малфоем — заклятые враги, поэтому в обществе нужно было вести себя соответственно. Сегодня Гермиона была слишком растерянной, поэтому ответила она не сразу.        — Мы были сосредоточены на работе, — беззаботно произнесла гриффиндорка, избегая зрительного контакта с другом. — Из-за этого пришлось отложить нашу неприязнь на второй план. И да, мы договорились об ещё одной репетиции сегодня вечером.        Раз уж сейчас они заговорили о Малфое, то девушка решила, что лучше будет сразу предупредить Поттера о том, что в вечернее время она будет отсутствовать в гостиной. Это решение показалось ей разумным.        — В последнее время вам приходится часто контактировать, — серьёзно начал он. Гермиона подняла на него глаза. — Я надеюсь, что он ведёт себя адекватно наедине с тобой. Если что-то не так, то сразу сообщай об этом мне.        — Я очень ценю твою заботу, Гарри, но правда, не стоит так сильно беспокоиться, — мягко улыбнулась она и приобняла друга за плечо. — Всё не так плохо, как ты думаешь.        Ты и понятия не имеешь, насколько далеко всё зашло. По тому, как Гарри улыбнулся ей в ответ, гриффиндорка поняла, что он удовлетворён её ответом.        — Ты обладаешь невероятным терпением, Гермиона.        — В некоторых обстоятельствах приходится идти на определённые жертвы.       

***

       В очередной раз Малфой пришел в кабинет раньше Гермионы. Проводить время в гостиной Слизерина не было вариантом, который приходился ему по душе, и именно поэтому парень принял решение прийти сюда и немного посидеть в одиночестве.        Накануне он узнал о том, что Гринграсс и Нотт перестали скрывать свои отношения. Так странно было видеть эту пару вместе, несмотря на то, что Драко давно узнал от Грейнджер о том, что эти двое встречаются. Дафна выглядела счастливой: её совсем не волновал тот факт, что теперь у неё нет денег. Для слизеринки гораздо важнее было проводить время с любимым человеком.        Поначалу Малфой не понимал, как любовь может быть важнее денег, но это было ещё до того момента, когда он сблизился с Грейнджер. Слизеринец не мог объяснить, что чувствует к Гермионе из-за того, что до сих пор не мог разобраться с происходящим с ними в данный момент. Ещё к этому прибавились разборки с Майклом Ридом, который свалился на их плечи совершенно не вовремя. Слишком много всего навалилось за последние недели.        Драко уже хотел побыстрее начать репетировать, ведь он отлично понимал, что это поможет ему не думать о своих проблемах, наличие которых хотелось просто игнорировать. Минуты до прихода Грейнджер тянулись слишком долго. Приходилось постоянно одёргивать себя, чтобы не смотреть на часы каждые несколько секунд. Когда она наконец пришла, Малфой был несказанно рад, хоть и не показывал этого внешне.        — Опаздываешь, Грейнджер.        — Не ворчи, я опоздала всего лишь на минуту. К тому же, я девушка, мне можно, — она гордо вздёрнула подбородок и села на стул недалеко от него. — Надеюсь, что таких проблем, как в прошлый раз, не будет.        — Вообще-то, это было с непривычки, — огрызнулся парень и зло посмотрел на неё. — И да, мне всё также не нравится песня.        — Как жаль, что меня не интересует твое мнение. Давай лучше попробуем петь и играть одновременно.        Гермиона думала, что он съязвит в ответ, но слизеринец только кивнул. Тогда она сказала: «Давай на счет раз, два, три», и они принялись за работу. Всё было нормально некоторое время, но вдруг гриффиндорка начала смеяться во весь голос.        — Что на этот раз? Я ни разу не ошибся, — недоуменно посмотрел на неё Драко, но Гермиона засмеялась лишь сильнее.        — Всё нормально, Малфой, — хихикнув, произнесла она. — Я просто перепутала слова во время пения.        А он даже не обратил на это внимания, лишь слушая прекрасный голос девушки.        — Дожили, теперь лажаешь ты, а не я. Давай заново.        И они попробовали снова. В этот звучало ещё лучше, чем было до этого. Малфой хоть и был сосредоточен на игре, но всё равно не мог мысленно восхищаться тем, как Гермиона преподносит песню. Пару раз он позволил себе посмотреть на неё во время пения, и, чёрт возьми, она была восхитительна. Казалось, что гриффиндорка проживала историю, описанную в песне, сама. У неё отлично получалось передать все эмоции, которые излучала песня.        Чтобы закрепить свои навыки окончательно, они повторили весь процесс несколько раз. Гермиона уже изо всех сил сдерживалась, чтобы не расплакаться от трогательности текста. Постепенно её голос начинал дрожать.        Увидев, как ей тяжело, слизеринец предложил Грейнджер немного отдохнуть и обсудить, как они проникнут в Запретную секцию. Она охотно согласилась. Уже по многозначительному взгляду Малфоя Гермиона поняла, что именно он хочет предложить.        — Нет, я не собираюсь впутывать сюда Гарри, — сказала гриффиндорка тоном, не терпящим возражений. — И не надо делать такое выражение лица, на меня это не действует.        — Иногда ты слишком зануда, Грейнджер, — закатил глаза парень. — Так сложно попросить мантию-невидимку у Поттера?        — Попросить мне не сложно, а вот объяснить, для чего она мне нужна, — да, — раздражённо кинула она, поморщившись. — Обойдёмся без посторонней помощи.        Драко в мгновение оказался возле неё. У девушки даже не было шанса сообразить, когда это произошло, ибо слизеринец действовал молниеносно. Его ладони сжали её щеки, и Гермиона не успела оттолкнуть Малфоя, потому что своими действиями он застал гриффиндорку врасплох. Пока она непонимающе таращилась на него, парень наклонился к ней.        Их губы соприкоснулись. Малфой почувствовал, как Гермиона напряглась, но всё же не отстранилась, лишь прижалась к нему поближе. В этот момент он углубил поцелуй, толкнувшись языком в её рот. Гриффиндорка издала низкий гортанный звук и крепко ухватилась за плечи парня, чтобы не распластаться на полу. Эмоции переполняли через край, заставляя её дрожать от удовольствия. Чуть отстранившись, Драко прошептал ей в губы:        — Ну что, ты согласна на мою идею?        Сначала Гермиона не поняла, о чём шла речь, а потом оттолкнула от себя Малфоя и крикнула:        — Ты переходишь все границы! Ты действительно думал, что за поцелуй с тобой я соглашусь использовать мантию-невидимку своего друга? Очень оригинально, Малфой, никто бы до такого не додумался, кроме тебя.        — Заучка в очередной раз разгадала мой план, — специально расстроенным голосом пробормотал слизеринец, и девушка ударила его по руке. — Эй, больно, вообще-то!        — Какой же ты засранец.        Услышав такое заявление, парень громко расхохотался. Кроме того, Гермиона выглядела такой недовольной, что это зрелище не могло не вызвать смеха.        — Прекрати уже смеяться, — проворчала она, закатив глаза. — В чём проблема в случае необходимости использовать чары невидимости?        — Ладно, Грейнджер, ты победила, — сдался Драко, когда перестал смеяться. — Бесит, что ты упрямая, как баран.        — А меня бесишь ты. И вообще, твой план был выгодным только для тебя, а здесь будет удобно нам обоим.        Он понимал, что её невозможно переспорить, поэтому лишь молча вздохнул и снова подошёл к фортепиано. Гриффиндорка не ожидала, что Малфой так легко согласится с ней, но была этому только рада. До отбоя оставалось не так много времени, так что они решили порепетировать напоследок.        С каждым разом их дуэт звучал всё лучше и лучше. Она была уверена, что Дамблдор будет доволен ими, ведь для этого они проделали большую работу. Под конец Гермиона уже не сдержалась и широко улыбнулась, радуясь, что у них получается уже идеально.        — Всё, Грейнджер, нам пора, — произнес слизеринец, когда посмотрел на часы. — Уже отбой.        В знак согласия девушка кивнула и встала со стула, пропуская Малфоя вперед. Хоть они и не договаривались об этом, но для себя она решила, что будет лучше, если он пойдет впереди. Драко, видимо, придерживался того же мнения.        Они вдвоём прошли к двери и, прижавшись одним ухом к ней, прислушивались к тишине. Выглянув из класса, парень увидел, что в коридорах не было ни одной живой души.        — Чисто, — сообщил Малфой и предупредил гриффиндорку: — Следуй за мной и разговаривай только шёпотом.        — Не обязательно было говорить мне об этом, сама прекрасно знаю, — пробурчала она себе под нос.        Держа палочки наготове в случае обнаружения, они бесшумно выскользнули в коридор и пошли по направлению к библиотеке. Гермиона немного нервничала и, казалось, практически не дышала. Конечно, ей было страшно от мысли, что их может кто-то увидеть. В голове была неразбериха, и она уже начинала думать, как будет оправдываться, если их поймают. А Малфой, в отличии от неё, был совершенно спокоен и уверенно шёл вперёд, изредка оборачиваясь и кидая любопытные взгляды на побледневшую от волнения девушку.        До библиотеки они дошли без каких-либо приключений. Им просто повезло, что по дороге они никого не встретили. Так как в библиотеке было темно, Драко тихо прошептал:        — Люмос.        Гриффиндорка последовала его примеру. Запретная секция находилась в конце библиотеки, поэтому им пришлось проделать небольшой путь, чтобы добраться до неё. Когда они зашли внутрь, Гермиона вздохнула с облегчением: половина дела была сделана. Она хотела подойти к одному из стеллажей, но Драко повернулся к ней и покачал головой: лучше было держаться вместе.        Они нырнули в один из проёмов с книгами, рассматривая их названия. Многие из них гриффиндорка видела первый раз в жизни. Из-за низкого роста ей было тяжело дотягиваться до верхних полок, поэтому этим занялся Малфой. Его глаза блуждали по корешкам книг, но нужной пока что обнаружено не было.        Одна из полок привлекла внимание Гермионы. От вида некоторых книг у неё пошли мурашки по коже, словно что-то в душе подсказывало ей, что трогать их не стоит. Было в этом что-то зловещее. Поморщившись, девушка решила оставить эту полку в покое и перейти к другой. В глаза сразу же бросилась книга с названием «Осознанный сон и его последствия». Она осторожно прикоснулась к ней и взяла её в руки.        — Малфой, я, кажется, нашла то, что нам нужно, — прошептала Гермиона, обернувшись через плечо. В руках у слизеринца была большая книга, в названии которой она успела разглядеть слово «сны».        — Как видишь, я тоже, — тихо сказал парень и добавил: — Думаю, что мы сможем найти здесь что-то интересное. А теперь давай выбираться отсюда, пока никто не пришёл.        Гермионе ничего не оставалось, как подчиниться и следовать за Драко, который уже направился к выходу. Перед тем, как выйти из библиотеки, они прошептали: «Нокс» и снова оказались в темноте пустых коридоров. Дойдя до ближайшего угла, девушка остановилась и шокированно выпалила:        — Поверить не могу, что мы проникли в Запретную секцию и остались незамеченными.        — Я профи в этом деле, — самодовольно проговорил Малфой, смотря на неё свысока.        Гриффиндорка недоумённо нахмурила лоб и поинтересовалась:        — Ты что, делал это ещё до сегодняшней ночи?        — Естественно, Грейнджер, и не один раз, — ухмыльнулся он, и Гермиона раскрыла рот от удивления. — Что, ты думала, что только Поттер такой умный?        Она уже хотела съязвить в ответ, но её прервал звук шагов, раздавшихся неподалеку. Слизеринец схватил её за руку, и они вдвоем скрылись за колонной, прижавшись друг к другу. Тяжело дыша от нахлынувшего напряжения, девушка услышала голоса. Значит, это был не один человек. Этот момент несколько менял ситуацию.        Шаги становились всё ближе и ближе. До ушей Гермионы донесся женский голос:        — Зачем ты с ним вообще связался? Это не приведёт ни к чему хорошему!        С удивлением она поняла, что узнает этот голос: он принадлежал Эстер. Малфой хоть и редко общался с слизеринкой, но тоже узнал говорившую.        — Это единственный выход. Другого нет, — раздался твёрдый мужской голос.        — Очень весело наблюдать за разборками брата и сестры, не так ли, Грейнджер? — прошептал Драко где-то возле её уха.        Девушку немного поразило то, что Эстер и Уэйн ссорились посреди пустого коридора во время отбоя. Неужели они не могли поговорить раньше, а не ночью, когда большая часть замка уже спала? До неё доносились какие-то обрывки их разговора, и вскоре она перестала вслушиваться в него. Это продолжалось до тех пор, пока гриффиндорка не услышала свое имя.        — На месте Гермионы я бы не стала с тобой встречаться. Она не знает, какой ты человек на самом деле. Как вообще можно было ввязаться в такую авантюру? — голос Эстер звучал возмущённо.        — Уверен, что она бы не осудила меня, а наоборот, поняла и поддержала, — невозмутимо ответил ей Уэйн. — И вообще, в этой ситуации нам не следовало поступать как-то по-другому.        Из этих слов Гермиона не поняла ровным счётом ничего. Ей хотелось услышать продолжение их разговора, чтобы понять, о чем идёт речь, но они уже скрылись за ближайшим поворотом.        — Что они имели в виду? — начала рассуждать вслух гриффиндорка, когда они с Малфоем вышли из своего укрытия.        — Ясно одно: твой Хопкинс не такой святой, каким кажется на самом деле, — со злостью произнес Драко, посмотрев вслед ушедшим пуффендуйцу и слизеринке.        — Перестань. Мы не знаем, о чём они говорили, — устало заметила она.        — Он влюблён в тебя.        Это было сказано таким обвиняющим тоном, что Гермиона изогнула брови от удивления.        — Ты несёшь какой-то бред. Когда мы обсудим прочитанное? — девушка приподняла книгу, держащую в руках.        Со сменой темы слизеринец стал говорить спокойнее.        — Через несколько дней. Скоро матч, мне надо тренироваться. Репетиции тоже придется ненадолго отложить, — равнодушно сказал он со скучающим видом.        — Ладно. Увидимся.        Драко ушел, ничего не ответив. На мгновение гриффиндорке показалось, что он обижен на неё из-за Хопкинса. Или это была обычная ревность?        Порой эта недосказанность угнетала Гермиону так сильно, что ей хотелось свернуться клубочком и ничего не делать.