Snowflakes

Среди всего старого и не очень хлама в доме Джим обнаружил несколько вещей, которые, судя по тем ощущениям, что Спок уловил по их ментальной связи, вызывали у человека самый настоящий восторг. И если одежда, инструменты и посуда были весьма полезны в быту, то все остальное… «А это я еще даже на чердак не заглядывал», — похвастался Кирк, демонстрируя своему вулканцу четыре длинные плоские доски, загнутые с одного конца. Спок должен был предугадать в тот самый момент, что, по сложившейся традиции, именно ему, старшему помощнику, придется поддерживать безумные идеи капитана. Итак, он стоял на этих старых досках, которые принадлежали, по словам Джима, еще прапрадеду Джорджа Кирка. Как эти штуки еще не рассыпались в щепки и не были поедены насекомыми — загадка. — Я не считаю это средство передвижения эффективным, — нахмурился Спок. — Этот способ настолько же энергозатратный, как и обычная ходьба. — Да, но при этом быстрее. И можно преодолеть большее расстояние за раз, — Джим перехватил палки покрепче и вгляделся в белизну, раскинувшуюся до самого горизонта. — И в чем цель? — Спорт и прогулка одновременно. Раньше лыжи считались сложным спортом. Даже экстремальным: трамплины, препятствия, горки, — взбудораженно перечислял Кирк. — Полагаю, съезжать с горы на этих самых лыжах действительно имеет смысл, но вокруг нас равнина, — вулканец все еще не выглядел убежденным, искренне желая снять неудобные доски. Учитывая, что гравитация Земли была ниже, чем у Вулкана, двигался коммандер здесь куда легче, а бегал так, будто мог вот-вот сорваться в полет. Лыжи мешали. Делали его непривычно неповоротливым, сковывали все, что могли сковать, но он бы смирился, будь у этого хоть какая-то практическая цель. — Два века назад люди балдели от этих штук, Спок. Давай попробуем! Вулканец скептично выгнул одну бровь, но быстро сдался под взглядом Джима. Честное слово, эти глаза имели над ним какую-то мистическую власть. Что ж, лыжи хотя бы не были почти-смертельной авантюрой, в отличие от большинства идей капитана Кирка. — Эй! Я никогда не имею твердого намерения поставить команду в такое положение. Просто оно само всегда так получается, — возмутился Джим. — И прекрати ворчать в своей голове, я все слышу. — Я могу поставить ментальный блок. До тех пор, пока ты не позволишь мне освободить ноги, — предложил Спок, но в ответ получил красноречивый взгляд «только попробуй». — Как ты можешь утверждать, что тебе не нравится, если ты еще не пробовал? Давай за мной, — устав спорить, Джим попросту сорвался с места, не оставляя коммандеру ничего другого, кроме как последовать за ним. *** За все то время, пока Спок учился и работал в Академии Звездного флота, он почти не смотрел вверх и никогда не замечал, сколько красок могло сменить земное небо. Сейчас оно было необыкновенно голубым, почти как яркие глаза Джима. Ни единого облака. Морозный воздух наполнял легкие и вырывался обратно паром — Спок дышал часто, пытаясь унять бушующее внутри негодование. Он, мягко говоря, не любил, когда у него что-то не получалось. Тем более — что-то настолько простое. Рядом раздался смех, снег захрустел под ботинками — видимо, Джим снял лыжи. — Можно, я полежу с тобой в сугробе? — с отчетливым весельем в голосе Кирк завалился рядом. Возмущенный его радостью, Спок оторвался от созерцания чистого неба, сел, чтобы скинуть лыжи, и резко навис над капитаном, хмурясь. С его шапки посыпался снег, и Джим снова засмеялся, отряхивая воротник куртки вулканца, а затем приподнялся и прижался теплыми губами к кончику носа. — Ты не замерз? — Джим, — он тяжело вздохнул, даже немного разочарованный тем, что не смог даже начать занудничать, как все возмущение улетучилось из-за маленького поцелуя, и улегся на капитана, крякнувшего под весом вулканца. — Ладно, как насчет того, чтобы вернуться и выпить по кружечке горячего шоколада? — Мне нельзя шоколад, — пробурчал Спок, пробираясь к чужому воротнику и утыкаясь холодным носом в теплую шею. — Мы уже выяснили, что можно, просто ты не хочешь быть пьяным, — Джим попытался слегка сдвинуться, чтобы дышать стало легче. — Именно так. — Хэй, вряд ли тебе он так уж сильно ударит в голову. Чтобы было честно, я в свой добавлю немного алкоголя, — задорно произнес он, припоминая, что Скотти бранил «американское пойло, даже не смевшее стоять в одном ряду с настоящим шотландским виски» и бутылка осталась в багаже Кирка нераспечатанной. — Джим, это звучит небезопасно. — Почему? В горячий шоколад часто добавляют бурбон. О, только не надо говорить, что ты не хочешь попробовать наконец эту штуку. Давай, я капитан, я разрешаю, — идея окончательно закрепилась в его мозгу, и он транслировал свое воодушевление Споку изо всех сил. Вулканец тяжело вздохнул: ну что за неугомонный человек ему достался. Сначала лыжи, теперь шоколад. По статистике, одна из этих затей должна была увенчаться успехом. С лыжами уже не срослось. Может, хоть пьянящая сладость шоколада сотрет неудовлетворенность от провала. — Обратно мы идем пешком, — он поднялся и помог Джиму тоже выбраться из снега. — Спо-о-ок, — в голосе Кирка проскользнула нотка укоризны. — Возражения отклоняются, — он сам собрал лыжи и палки в охапку, а не успевшего ничего сказать Джима перекинул через плечо. По-хозяйски устроив руку в варежке на ягодицах капитана, скрытых теплыми штанами, Спок решительным шагом направился в сторону дома. Кирку оставалось лишь смириться.