Твоя сила и проклятье - это страх

Пого и Грейс удивленно посмотрели на Пятого, который держал на руках спящую Восьмую. — Она просто спит, — с некой иронией и насмешкой сказал Пять. — Что произошло? — обеспокоенно спросила мама. Вздохнув, Пятый начал рассказывать. —Мы "играли" и не заметили, как она уснула, — все. Это был весь рассказ. Старшие удивленно переглянулись. — Мы поможем, — сказал Пого, направляясь к двери в комнату Элизы. Он приоткрыл дверь, впуская мальчика. Тот, в свою очередь, подойдя к кровати, аккуратно уложил девочку. Накрыл одеялом и собирался уже уходить, как его взгляд привлекла вещичка в руках Восьмой. Это была та самая игрушка с кровати Эллисон, которую Элизабет так и не выпустила из рук. Пятый осторожно забрал вещь и вышел из комнаты, направляясь к Третьей. — Спокойной ночи,-в один голос сказали Грейс и Пого и, проводив мальчика взглядом, ушли вниз. — "Спокойной...? Это ночь точно не будет спокойной" Дойдя до Эллисон он открыл дверь и кинул игрушку, попав в голову Клауса, и спокойным шагом ушел в свою комнату. Через 30 минут во всем особняке уже стояла гробовая тишина. Кровь. Эта жидкость стала настолько привычной, что Элиза уже не смущал ни запах, ни цвет. Вокруг, как и раньше, были трупы. Но не родственников, а всех тех, кто оскорблял и унижал девочку. Сама того не замечая, Элиза улыбнулась. Неожиданно появился луч белого света. Он был очень яркий. Девочке даже пришлось зажмурить глаза. Когда свет погас она открыла свои глаза и не поверила им. Перед ней стояла ее бабушка. Живая. Хотя нет, не совсем. — Здравствуй, — улыбаясь сказала бабушка, раскрывая руки для объятий. Элиза, не долго думая, кинулась к ней со слезами на глазах. Припав к родственнице, она уткнулась в грудную клетку, захлебываясь слезами счастья. Единственный человек, который действительно любил ее стоит перед ней. Как живой. — Я так скучала, — шепотом, еле шевеля губами, сказала Элиза. — Я тоже... — тихо ответила бабушка. — Что ты тут делаешь? У меня в... кошмаре..? — отстраняясь от родственницы, спросила девочка. — Я договорилась кое с кем, чтобы встретить тебя, — ласковая ответила бабушка, поглаживая светлые волосы внучка. — Но у нас мало времени. Я хотела тебе кое-что сказать, — более настороженно добавила она. Элиза продолжала молча наблюдать за ней. — Я все время наблюдала за тобой. Я заметила, что ты не очень ладишь с новой семьей, — обеспокоенно заметила бабушка, проведя тыльной стороной ладони по щеке девочки. Та лишь кивнула. — Они мне не семья, — твердо сказала Элиза. От своих собственных слов на душе почему то стало как-то неспокойно. Это было странно. Старушка покачала головой, улыбаясь. — Почему ты так решила? — ласково улыбнулась, спросила она. Ее, почему-то, позабавил это заявление. — Они чужие, — спокойно ответила Элиза. —А кто же для тебя родной? — Ты, — коротко прозвучал ответ. Бабушка вновь покачала головой. — Ты должна их принять, — касаясь одной кистью плеча девочки, а другой прикладывая кисть к месту, где находится сердце. — Прими их в свое сердце, — это были последние слова бабушка прежде, чем она начала раствориться. — Мне пора. — Нет, не уходи, — умоляющим голосом сказала Элиза. — Я люблю тебя, Элизабет, — она исчезла. Снова. Блондинка упала на свои колени, а из глаз предательски потекли слезы. — Я тоже... люблю тебя... Утро. Элиза проснулась из-за того, что кто-то тряс за плечо. Еле открыв глаза, девочка увидела Грейс. — Доброе утро, — улыбаясь, сказала мама. — Ты немного проспала, одевайся и спускайся, — после этих слов она вышла. Элизабет ничего не оставалось кроме того, чтобы подняться и начать собираться. Подойдя к туалетному столику, Восемь испугалась собственного отражения. Глаза опухли и появились темные круги из-за слез, волосы были сильно растрепаны и запутаны, а на щеке остался след от подушку. Кошмар и ужас. Взглянув на часы, Элиза удивилась. Она проспала на целых 5 минут. У нее было немного времени. Спустя две минуты сборов и Восемь уже стояла около стола. Все присутствующие косо смотрели на нее. Из-за того, что выглядела Элиза, ну так скажем, не очень, ей пришлось попросить косметику у Эллисон. Та, когда увидела сестру, чуть в обморок не упала. Но сейчас уже лучше. Послышались шаги. Отец. Встав перед столом он смерил всех сканирующим взглядом. — У меня важное объявление, — хмурясь, сказал он. — Сегодня я уезжаю из Академии на 2 дня. Вместе с Пого. За вами будет приглядывать Грейс. Вы должны будете делать все по расписанию. А теперь, садитесь, — это было что-то новенькое. Целых два дня без ворчаний, замечаний и возмущений отца. А зная характер Грейс, они будут отдыхать.