Чувствуй меня

– Гаара, что у вас с Сакурой? Да, это похоже на какую-то злую шутку, но именно с такого вопроса началось мое утро. Братец Канкуро не заставил себя долго ждать, возник из ниоткуда, упёр руки в боки и уставился на меня с немым вопросом в глазах. – Что? - конечно, мне было удобно сделать вид, будто я этого не слышал, поэтому мое недоуменное лицо тут же вывело брата из себя. – Гаара! – Господи, – я устало поднял глаза к небу, стараясь раствориться в окружающем меня пространстве, – Ничего. – Да ладно? Гонишь. – Канкуро. – Гаара. – Я же сказал... – Ты постоянно рядом с ней. – Я контролирую процесс. – Что-то раньше ты особо не следил за медиками из Конохи. – Канкуро, ты невыносим. Сакура другая. Она требует больше внимания. – Вот оно! Вот оно! – заорал Канкуро, довольно тыкая пальцем чуть ли не мне в лицо, – Другая! Она другая! – Канкуро, покинь нахрен это помещение, – зашипел я, закрывая глаза. – Да ладно тебе, Гаара, но я рад за тебя, – ухмыльнулся парень, убегая из кабинета под шум поднимающегося песка и моего раздражённого шипения.

***

Эта ночь была одной из самых напряжённых. Стекла оранжереи освещал тусклый свет, а я сосредоточенно наблюдал за тем, как Сакура пытается выдрать несчастный корень из земли, вот только растение, похоже, растёт тут уже настолько долго, что корни распространились по всей оранжерее. – Сакура, давай дождёмся утра, я обязательно сообщу главному по оранжерее, чтобы он вытащил этот несчастный корень и ты сделала лекарство. – Гаара, нет, нельзя медлить, я еле еле разработала формулу, именно сейчас я должна сделать это, чтобы все проверить, поверь, нельзя медлить не секунды, – отчаянно поговорила Сакура и я тут же поймал ее за мгновение до падения. – Сакура, осторожнее, – проворчал я, осматривая ее покрасневшие ладони, – Ты поранилась. – Ерунда, – устало ответила Сакура, активируя чакру. – Хорошо, я помогу тебе, – создавая песчаный кулак, я направил силу на несчастное растение, стараясь сделать это так, чтобы не разнести все, что нас окружало. Кстати, это и было главной причиной того, почему мы как дураки сидели до ночи в этом не до рассаднике. Каждый из нас настолько сильно привык к уничтожениям и постоянным схваткам, особенно после войны, что нет ничего удивительного в том, что малое использование чакры в разумных силах было для нас затруднительным занятием. Пока Сакура отряхивалась, после неудачного приземления, я постарался с максимальной осторожностью выдернуть то, что было нам так необходимо. Да, я сказал «нам», потому что успех миссии Сакуры напрямую зависел от меня и я уж никак не мог ее подвести, а особенно Коноху, которая могла бы прогреметь среди других деревень, благодаря этой разработке. Совместное сотрудничество деревень редко где фигурировало и ещё реже были видны результаты удачного сотрудничества. В нашем случае союз длился уже долго, но его укрепление могло бы вновь сыграть нам на руку. – Гаара, получается, смотри, получается! – девушка с восторгом вскочила на ноги, с улыбкой смотря на мою технику. – Да, я пока не растерял свои навыки, Харуно, – я ухмыльнулся и, наконец, выдернул тысячелистник, который, порядком, начал надоедать. Корни растения были достаточно длинными, прочно въевшимися в землю, поэтому куски песчаных комков тут и там висели на сочных ответвлениях. Аккуратно поднося растение к рукам восторженной Харуно, я ещё раз мысленно удивился ее восторгу. Она же была на войне, видела так много, почему ее удивляют такие простые вещи? Списывая все на лёгкость характера Сакуры и детскую восторженность, я вздохнул, наблюдая, как девушка медленно очищает корни от комков песка. Уже через тридцать минут мы оказались в лаборатории, где Сакура увлечённо занялась разделением тысячелистника на «вершки и корешки», пока я пытался разобрать документы и письма, вычленив главную информацию. Я уже давно подстроился под график девушки и, чтобы не терять время зря, разбирал некоторые бумаги, сидя за ровным металлическим столом лаборатории, который Сакура выделила мне, убрав колбы и банки. Когда Сакура начала измельчать траву, я обнаружил письмо от Хатаке Какаши, которое, к слову, было написано недавно, вот только гласило оно вовсе не о Харуно. Это было новое письмо, где говорилось о Тен-Тен, девушке из Конохи, которую направляют в Суну через три дня. Перечитав письмо ещё раз, я понял, что Тен-тен направляют лично к Канкуро, что было неудивительно. Эти двое были одними из профессионалов дальнего и ближнего боя, а потому нет ничего удивительного в том, что для профилактики их силы решили объединить для улучшенных навыков борьбы. – Через три дня здесь будет Тен-Тен, – спокойно сказал я, на что Сакура удивлённо подняла на меня свои изумрудные глаза. – Что такое, Гаара? – Не беспокойся, они с Канкуро будут практиковаться на полигоне за песчаной деревней. – Ах, вот оно что... Ты знаешь... Тен-Тен очень поникла последнее время. Это неудивительно, она потеряла любимого человека. Неджи был одним из немногих, кто мог найти к ней подход и от того становится ещё грустнее. Последнее время за ней часто ухаживает Шино, что вызывает смех у многих из нашей компании, он такой смешной и говорит не менее смешные фразы, но он, несомненно, сильный и отважный ниндзя, который также хорошо показал себя на войне. – А ты? – я задал этот вопрос совершенно случайно, вовсе не собираясь его произносить. Это было настолько неожиданно для самого себя, что мне захотелось стукнуться головой об стену. – Что? – девушка чуть качнула головой, явно не понимая, о чем я хочу ее спросить. – Ты скучаешь по Неджи? – Я? – Сакура явно была удивлена, мой вопрос долго обрабатывался у неё в голове, чуть погодя, она ответила, – Думаю, нет. Он был прекрасным человеком, я вспоминаю его, но лишь иногда. Он был сильным и очень хорошим, а самое главное, великим гением, но, к сожалению, судьба сама определяет нашу жизнь. – Хм, – я вздохнул и кивнул головой, погружаясь в работу, лишь иногда чувствуя на себя взгляд розоволосой, разговор с которой все никак не шёл у меня из головы.

***

– Не выходит... – Сакура тяжело опустилась на стул рядом со мной и я нежно провёл рукой по ее волосам: – Тебе нужно отдохнуть. Пойдём, я провожу тебя до дома, не беспокойся, уже завтра у тебя обязательно все получится. – Надеюсь, ты прав, Гаара. – Конечно. Когда мы оказались возле ее дома, Сакура тепло улыбнулась мне и спросила: – Ты уверен, что не хочешь остаться? Уже темно, глубокая ночь, а до твоей резиденции далеко. – Думаю, идея хорошая, но... Мне правда пора, – я усмехнулся, прекрасно понимая, что переступи я порог ее дома, увидь ее в полотенце, в пижаме, в майке, да в чем угодно... У меня снесет крышу, а она только недавно отошла от того письма Саске... –Будь осторожен, Гаара, – Сакура серьезно посмотрела на меня, а затем обняла на прощание, утыкаясь носом в грудь, на что я улыбнулся, прикрыв глаза. – Спокойной ночи Сакура. Сакура. Харуно Сакура, лучший медик Конохи, девушка, которая вызывает бурю эмоций, девушка, которая волнует меня... Я не хочу признавать это, я не хочу обретать слабость. Слабость несёт боль, боль несёт страдания и так по кругу. Я тяжело вздыхаю и направляюсь в сторону резиденции. Да, до неё и правда далеко, но звёздное небо, что освещает мою дорогу, помогает выкинуть мысли о розоволосой, что поселилась в моей голове и каждый раз желание становится сильнее и ярче. Сколько ещё я смогу сдерживать себя по отношению к ней и насколько быстро потеряю, сорвавшись с цепи?