Чувствуй меня

– Все ещё страдаешь, Тен? Карие глаза удивлённо воззревают не брюнета. Кажется, девушка вот-вот закричит, но правда есть, она чиста как капля воды, как морской воздух, правда не вызывает сомнений, ведь перед ней стоит Неджи. Гений клана Хьюга: живой и, самое главное, невредимый. Парень улыбается одними глазами, как умел только он, а вместо привычной одежды на нем просторное кимоно молочного цвета. – Неджи? Но... Но как? – Тен-Тен оседает на пол, только вот пола-то нет, все вокруг окутано нежными облаками самых разных оттенков и девушка искренне не понимает, почему ещё не сорвалась вниз и не разбилась насмерть. – Успокоишь тут душу, когда одна особа постоянно тоскует обо мне и призывает к себе. – Я не звала тебя... – Вслух – нет, а вот мысленно... Знаешь, пальцы закончились считать, сколько раз ты звала меня. – Ересь какая-то. Почему ты живой? – А кто тебе сказал, что я жив? Протяни руку и у тебя не получится коснуться меня. А вот я до тебя могу! – парень засмеялся и хулигански ткнул девушку в лоб. – Неджи... – глаза Тен-Тен начали наполняться слезами, когда она почувствовала прикосновение руки, такой тёплой... Все, что она видела, указывало на то, что Неджи жив и невредим, но стоило ей протянуть руку, парень становился прозрачным, словно облако. – Не щекочи мне живот, Тен! Я, может быть, плод твоего воображения, но мне все равно неприятно, когда в меня пальцами тычут. А вообще, я пришёл сказать тебе, чтобы ты перестала думать обо мне так часто. Слышала эти легенды, которые так обожает Гай-сенсей? Душа успокаивается только тогда, когда ей дают успокоиться, а ты все плачешь по мне каждый день. Эгоистично с твоей стороны, даже здесь мне покоя не даёшь. – И...извини, – брюнетка опустила глаза, сглатывая очередную слезу. – Эй, я знаю, что ты чувствуешь, поверь, мне нелегче, – Неджи медленно сел напротив Тен-Тен и грустно улыбнулся, – Мы не виноваты в том, что все случилось именно так. Однажды, мы встретимся, вот увидишь, но не торопись сюда раньше срока. – Мне так плохо без тебя, Неджи! – девушка сорвалась на крик, от чего силуэт Хьюга вздрогнул, – Я устала жить без тебя, я устала, – судорожные рыдания и тяжелый вздох. Хьюга снисходительно улыбается, а затем заключает Тен в тёплые объятия, от которых исходит солнечный свет. – Глупая...Ты слишком добра ко мне и слишком меня идеализируешь. Я совсем не такой, каким ты хотела бы меня видеть... А ещё я знаю, что твоё счастье рядом, оно ближе к тебе, чем я, Тен-Тен. Отпусти меня и вздохни спокойно, в конце-концов, мы были обречены на провал. Мне пора, я слишком долго успокаиваю тебя, надеюсь, ты выполнишь мою просьбу. Ты – сильная, а потому, заслуживаешь счастья. – Побудь ещё немного, – брюнетка хватается за парня, словно за соломинку, а привычные объятия ускользают, оставляя плечи покрываться мурашками от холода. – Мне нельзя, Тен-Тен, но, когда-нибудь, мы обязательно встретимся, прощай, – Неджи улыбается нежно и светло, как умеет только он, а затем растворяется в пространстве и девушка осознаёт, что пребывание в воздухе исчерпало свой лимит. Брюнетка летит вниз, теряя опору, понимая, что сегодня она точно отправится к Неджи, а потом просыпается от собственного крика. Тен-Тен оглядывает комнату, в которой она проснулась, пытаясь собрать кусочек пазла и осознать, где же она находится, а когда до неё, наконец, доходит, она тяжело вздыхает и вытирает лоб тыльной стороной ладони. За окном уже глубокая ночь, ведь с дороги она очень устала и потому проспала весь день, но и спать больше не хотелось, поэтому девушка решила прогуляться по ночной пустынной Суне и, как следует, охладить голову.

***

– Сакура, с тобой все в порядке? – я подошёл к розоволосой, которая сидела за столом, задумчиво уставившись на колбы с возможными видами смесей лекарства. – Д...Да. Я просто не знаю в чем дело. Мне становится стыдно, что я, ученица Цунаде, не могу добиться результата, прошло столько времени. – Не переживай, процесс разработки лекарства небыстрый, ты сама это знаешь. Ты слишком сильно напрягаешься и торопишься, не забывай, сколько у тебя в запасе времени, ты ещё сделаешь это лекарство, я уверен в тебе. – Не представляю, что бы я без тебя делала, Гаара, – лицо Сакуры светлеет и она с благодарностью смотрит на меня. А что делаю я? Бесстыдно пялюсь на ее колени, они такие... Колени можно назвать соблазнительными? Мне становится смешно, я начинаю терять контроль, а из моего рта вырывается смешок, от чего розоволосая недоуменно смотрит на меня. – Прости, сегодня не мой день, чувствую себя полным идиотом, – рассеянно улыбаюсь, а в голове мысли по типу «Положи на кровать, раздень, разведи ноги...». Чёртовы колени... – Интересно, как там Тен-Тен, – Сакура вздыхает и начинает убирать травы в легкие холщовые пакеты, – Я надеюсь она прекрасно отдохнула после дороги, признаться, ещё несколько дней после прибытия я отходила от климата. – Да, Сунна не радует роскошью на климат, – честно, иногда я поражаюсь тому, как Сакура легко меняет темы и не замечает этого, а уж тем более моих животных взглядов, – Тен-Тен, скорее всего, проспит до утра, она была подавлена, когда я ее встретил. – Да... Думаю, это естественное состояние, когда теряешь любимого человека, – Харуно запинается на слове «любимый». Черт. – Ты все ещё думаешь о нем? – я медленно подхожу к ней почти вплотную, борясь с желанием ударить. Ее озабоченность Саске сводит меня с ума. – Ну...Только как о друге. – Сакура, – я наклоняюсь к ней и ловлю взгляд изумрудных глаз, – Ты же знаешь, что он... – Да. – Тогда почему ты?... – Гаара... Черт! Это стало краем в моем благоразумии, нежный полушёпот имени, слегка наивные глаза. Я хотел бы, чтобы она поддалась таким мукам, которые могли бы выбросить из дурной головы этого Саске, я бы растоптал ее, если бы мог, придушил, изувечил, похоронил... Только бы она ему не досталась. В частности ему, в большинстве – никому. Уничтожить того, кого любишь. Чем я, собственно говоря, отличаюсь от него? Я такой же, как и Учиха, немалым лучше, немногим хуже. Хотелось плюнуть на всё, схватить за шею, чтобы мой язык блуждал у неё во рту, но, почему-то, я застыл и смотрел в ее глаза, такие глубокие, насыщенные, смеющиеся. Сакура улыбалась, смотря на мое глупое выражение лица и даже не догадывалась о том, какая борьба происходит в моей голове. Учесть Казекаге – терпеть, нести на себе бремя ответственности за свой народ, но что делать, если ты сам, ты, Гаара но Собаку, не знаешь, что ты чувствуешь? Нет объяснения моим поступкам и чувствам, ощущение, что я бесповоротно схожу с ума и запах Сакуры насквозь пропитывает меня. Размышление прерывают две прохладные ладони на щеках, которые доверчиво располагают к себе. Я удивлённо смотрю на девушку, которая с усмешкой произносит: – Тебе нужно чаще отдыхать, господин Казекаге, ты неважно выглядишь... Где-то завыл один Шукаку... Неважно выгляжу, из-за тебя, черт возьми! Я устало потёр виски и аккуратно убрал девичьи ладони со своего лица. – Тебе пора спать, Харуно, завтра очередной трудный день, я провожу. – Надеюсь сегодня мне приснится рецепт лекарства, – смеётся девушка и направляется к выходу, а в голове я отвечаю «надеюсь сегодня мне приснится, как я имею тебя». – Всё-таки, отдохни сегодня, Гаара! Нет, я точно ее убью.