Генри и мамы

Генри заболел. Регина, конечно, не стала впадать в панику, как было тогда, когда он был совсем крохой и Эмме приходилось утешать и успокаивать подругу, чувствуя себя при этом много старше и даже мудрей. Сейчас Регина была на работе и оставила Эмму с сыном. Вэйл сказал, что это просто простуда и ничего страшного, выписал несколько рецептов, надавал рекомендаций и гордый сам собой, отбыл. Эмма оставила сына одного, спящим, и отправилась в аптеку к Чихуну, а на обратном пути заглянула в кафе и Бабуля упаковала гостинцев для малыша. Когда Эмма вернулась, Генри ещё не проснулся. И Эмма уселась в кресло у постели сына с пилюлями, микстурами и пирожными — дожидаться пробуждения Генри. Регина строго настрого запретила Свон даже трогать микроволновку и Эмма с чистой совестью могла накормить сына сладким вместо «очень вкусного и полезного для растущего организма» супа, который надо было ещё согреть, а на плиту было запрещено даже смотреть — Регина вдруг засомневалась в кулинарных способностях супруги, а может просто ей захотелось поухаживать за сыном самой. — Мама! — Генри проснулся и улыбался Эмме, которая лениво перелистывала один из комиксов мальчика. — Ну, как ты, малой? — Эмма закрыла пёструю брошюрку и улыбнулась в ответ, чувствуя, как сердце от нежности защемило. — Как самочувствие? — Хорошо, — шмыгнул Генри носом. — Доктор Вэйл понавыписывал сладких микстур и вкусных таблеток, а Бабуля желает тебе поскорее выздороветь и передала кое-что вкусненькое, но это только после того, как ты примешь всё предписанное нашим Доктором Франкенштейном. — Хорошо, мама. — Какой послушный мальчик! — умилилась Эмма. Генри принял всё предписанное дядей доктором, съел пирожное, выпил какао, начал зевать и отправился к себе. Эмма сама задремала в кресле и, открыв глаза, увидела Миллс на пороге спальни Генри. Регина смотрела на любимую и сына со странной смесью иронии и нежности на лице. Эмма потянулась и стараясь не шуметь выбралась из кресла. Генри разбудили аппетитные запахи и он, сонный, но улыбающийся, появился в кухне, где был зацелован матерями и накормлен. А в спальне… — Что случилось, Свон? — Регина удивлённо уставилось в лицо супруге. — Что за слёзы вдруг? — Генри уже такой бо-о-ольшой! — Эмма сама не могла понять, что на неё нашло, но Регине пришлось заварить супруге чай с ромашкой и потратить целый час, утешая и успокаивая, молодую женщину под тридцать, которая рыдала, как младенец. — Завтра пойдём к Вэйлу, — решительно объявляет Регина. — Твои перепады настроения, от гнева к слезам в момент. До климакса тебе ещё далеко и на ПМС не похоже. — Только не говори, что я… — Вряд ли. Но чем чёрт не шутит… Во всяком случае с эндокринной системой не шутят, дорогая. … Эмма была удивлена, ошарашена и растеряна: — У меня никого не было кроме тебя, милая, за последние несколько лет. Как?! Регина пожимает плечами: — Мы с тобой связаны с миром волшебства, дорогая, а не обычные скучные смертные. Две колдуньи и пришельцы из иного мира. Поговорим со специалистами. — Голд? — И Голубая. После долгой беседы с Голдом и серьёзной консультации у Главной Феи, а также беседы с Малефисент, Регина и Эмма вернулись домой немного озадаченные и некоторое время просто молча пили на кухне кофе. Эмма первой не выдержала: — Так это значит, что мы… — Ты моя Истинная любовь и связь между нами более тесная, чем между «обычными» влюблёнными, а так как мы с тобой колдуньи, из-за магии всё гораздо сложнее. И бывают всякие неожиданности. Не всегда приятные, но эту не назову неприятным сюрпризом. — Что случилось, мамы? — Генри застыл на пороге кухни и с подозрением смотрит на матерей. Пришёл он не один, а с Мэри Маргарет, которая тоже недоумевает, что такое случилось, почему у невестки с дочерью такие лица. — Ты, малыш, скоро станешь старшим братом, — сообщает Эмма благую весть. — А ты, мама, бабушкой. Во второй раз. Эмму так обнимают и тискают, что она может только жалобно пищать прося пощады и глотка воздуха. Регина злорадно улыбается. — ЭКО? — спрашивает Снежка. — Магия, — говорит Регина, недовольно поморщившись. — Ещё у тебя, малыш, скоро появится тётя или дядя, — улыбается Снежка и у Эммы появилась счастливая возможность взять реванш — теперь уже Мэри Маргарет просит пощады. Вскоре все успокоились и смогли спокойно выпить чаю, Генри закутался в плед перед телевизором. А Мэри Маргарет не была способна физически молчать дольше десяти минут: — Так всё-таки, как это произошло? Регина тяжело вздохнула: — Лекции по теоретической магии самое занудное чтиво в нескольких мирах. Отлично подходит в качестве снотворного. Короче, магия и Истинная любовь связали нас так крепко, что благодаря некоторым потаённым желаниям мы способны влиять даже на физиологию друг друга. В результате яйцеклетка Эммы подверглась некоторым метаморфозам. Магический партеногенез. Голубая нам целую лекцию прочла на тему и Эмма чуть не заснула на середине, а Голд просто сказал «Магия», как будто это может всё объяснить. Но это всё не важно — важно, чтобы Эмма выносила и родила здорового ребёнка. Девочку. В этом случае иных вариантов нет. Вечером, в кафе Эмма торжественно объявила, что с этого дня бар для неё запретная территория, как и для Белоснежки и была опять затискана и зацелована. На этот раз на пару с Мэри Маргарет. Поздравили даже Регину. Генри по быстрому спрятался под стол от греха подальше.