Бессмертная

      — Ого… Потрясающе.       Лукас оторвался от книги и встретился с удивленно-восхищенным взглядом Атанасии, что осматривала огромные полки и шкафы книг во всю стену. Прошлась осторожно рукой по перилам лестницы, ведущей на второй этаж, где также все было заполнено книгами.       Казалось все в этом месте пропитано магией, волшебством и знаниями. Атанасия почувствовала себя маленькой и ничтожной, взгляд не знал за что зацепиться и что прочитать первым.       Сначала Атанасия переступала с ноги на ногу около двери в течении долгих и тихих минут, чтобы только приоткрыть скрипучую дверцу и заметить, как лениво и расслабленно лежит Лукас в окружении книг прямо на полу, подперев рукой голову. Маг даже не дернулся и не поднял взгляд на скрипучий зов, тогда Ати тихо закрыла дверь и ушла бродить по коридорам, не заходя в другие комнаты.       И после прогулки она снова нерешительно открывала двери и понимала, что Маг даже не сдвинулся с места, как и комнату не покидал в течение всей ее длительной прогулки. И вместо того, чтобы заходить и брать нужное, девушка просто закрывала дверь и уходила в комнату, надеясь на следующий день.       — Да хватит стоять, просто заходи и бери что хочешь, — так сказал ей Лукас, когда история повторилась на четвертый день. Похоже, Магу просто надоело, что принцесса так и продолжает бесцельно маяться у двери.       У Лукаса не было отдельной комнаты – вся башня его собственность.       Как только принцесса увидела огромную библиотеку, она поняла какое богатство и возможность получила. Это не сравниться даже с королевской библиотекой, столько было знаний, свитков и книг, о которых коллекционеры и великие умы могли только мечтать. Да и принцесса, привыкшая ценить и почитать мудрость, что хранили великие и нежные носители, даже попыталась пожурить мага за то, что на некоторых полках собиралась пыль.       И теперь она наконец-то здесь. Бывшая принцесса взяла книгу и осторожно прошлась по аккуратному корешку, удивляясь и пытаясь понять, как хорошо ухаживали за ними. Осторожно открыв первую страницу, Атанасия чуть не выронила ее из рук, не желая верить собственным глазам. Эта книга старше ее пра-пра-прадедушки!       Убрав назад книгу, она открыла следующую, обратив внимание на дату. Но та была такая же старинная, если не старше. Девушка и не знала, что сказать, подозревая, что всем этим книгам более пятисот лет.       — Господин Колдун, а есть… книги нашего времени?       Колдун лениво повернулся и посмотрел куда-то в самый угол, где на полу валялась небольшая стопка книг. Подойдя ближе, она увидела, исторические романы и мемуары. Только Атанасия хотела задать вопрос, как Лукас сказал:       — Они неинтересные. Все, что там написано – сплошное вранье.       — Правда? Почему?       — Если начну указывать ошибки, никогда не закончу. Особенно они все переврали историю Колдуна Башни.       Атанасия смутилась, ведь в детстве обожала эту историю. Она осторожно присела на мягкий диван, прислушиваясь к словам колдуна.       — И что там не так? — волнительно спросила девушка, поймав его скучающий взгляд.       — Да практически все. Избавление от коррупционеров, хотя их просто отругали пару раз. А еще: Колдун Башни был восхищен Этернитасом. Стал помощником, а после его смерти исчез, — Лукас скривился и фыркнул. — Чушь какая.       Атанасия не могла поверить своим ушам. Сколько же в самом деле ему лет, раз он так легко говорит о далеком прошлом, когда еще мог жить Император Кайлум.       — И с магическими книгами та же история.       — А как же книги Этернитаса?       — Он был слабым. Как его не выгнали из семьи? – Лукас лениво перелистнул страницу и устроился по удобней на полу так, чтобы краем глаза было видно золотистые локоны гостьи.       — Он создал столько формул и рун. Писали, что он был самым сильным магом.       — Этернитас? Сильным? Этот-то дурак?       Атанасия еле сдержала негодование, когда на лице Лукаса расцвела довольная улыбка. Воспоминания были еще свежими, эта худощавая фигурка и слабый, восхищенный, дрожащий голосок маленького мальчика и мутные глаза топазы, в которых с трудом можно было рассмотреть королевские черты.       — А твой отец? Как его там?..       Атанасия замерла со страницей между пальцами, расслышав вопрос Колдуна. Почему он спрашивает это?       — Нынешнего императора зовут Клод де Эльджео Обелия…       Смех, который она услышала после своего ответа, заставил ее вздрогнуть и оторваться от написанных строчек. Насколько неожиданно он отразился от стен Башни, ударив по ушам.       — Я проспал всю революцию? Теперь уже кого угодно сажают на трон. Забавно.       Лукас поправил волосы и посмотрел на ее напряженную спину и немого погрустневшее лицо. Он заметил, если речь как-то заходила о ее прошлом, Атанасия словно погружалась в себя. В таком случае разговорить ее было практически невозможно, лишь получить односложные фразы и ответы.       Лукас ждал, пока она сама все расскажет, но почему-то Принцесса совсем не желала это делать. А Маг и сам не понимал, почему он ждет ее объяснений.       И почему она все еще даже не назвала свое имя?       — Господин Маг, а что…       — Лукас.       Атанасия удивленно посмотрела на Колдуна, что повернулся на другой бок и теперь гостья могла лишь смотреть на его затылок и мысленно возмущаться его манерам. Лишь только спустя пару минут она поняла, что это было его имя.       Атанасия смутилась, ведь сама забыла такое простое правило этикета.       Потому что принцесса уже сама забыла, как звучит собственное имя… Что это великое имя все еще принадлежит ей.       Имеет она вообще право все еще использовать его?       — Надоело это обращение. Слишком длинное.       — Хорошо, — кивнула златовласка, поправив платье на коленях и перехватив книгу по удобней. — Господин Лукас.       — Лукас.       Возникшее молчание прервал лишь звон за столом, когда появились чашки и сладости. Ати не успела заметить, как волшебник оказался напротив нее, развалившись на кресле и лениво перекинув ноги на ногу, не отрываясь от книг и не теряя спокойствия на лице. Каждый раз Атанасия, зачарованная его красотой и шелковистыми волосами, терять нить с реальностью.       — Ваши манеры оставляют желать лучшего, принцесса, — усмехнулся задиристо Колдун, поймав ее взгляд на себе.       — Лучше называйте меня просто Ати...       Атанасия смутилась и опустила взгляд на чашку чая и шоколадный торт. В последнее время он появлялся перед ней чаще обычных сладостей.       И почему-то с каждым днем она замечала, что эти сладости отличаются от тех, что она пробовала во дворце. Их нельзя было сравнивать, настолько сладкие и аппетитные они казались бывшей принцессе.       «Лили говорила, что разделить трапезу всегда приятнее с кем-то».       Краем глаза посмотрев на собеседника, она улыбнулась и отпила чай.       — Спасибо… Лукас.       Маг застыл, словно пробуя на вкус это необычное ощущение и звучание имени из чужих уст спустя столько лет тишины. Когда последний раз к нему так обращались?       На лице парня против воли появилась довольная улыбка.       Атанасия после чаепития с сияющей улыбкой перебирала книги в библиотеке, рассматривая разноцветные обложки и потертые корешки. С некоторых стоило убирать многовековую пыль, а другие были потрепаны и явно перечитывались по нескольку раз. Но, как заметила сама принцесса, особого порядка Лукас никогда не придерживался.       Где-то за спиной недовольно бурчал волшебник, наблюдая за движениями принцессы, которая не отвлекалась от своего маленького осмотра, сколько бы Лукас ее не спрашивал.       — Господин Лукас.       Лениво отложив книгу в сторону, черноволосый колдун поймал новую из огромной летающей кучи над головой и в очередной раз раздраженно цыкнул, когда принцесса чихнула от облака книжной пыли.       — А другие волшебники… Они не приходят?       Прожив уже полтора месяца в «заточении» у Колдуна черной башни, Атанасия все больше и больше забывала про одиночество и страхи, которые преследовали ее на протяжении 18 лет. Теперь Башня казалась ей самым теплым и уютным местом во всей империи.       Никого другого, кроме летающих предметов уборки и кухонной утвари Принцесса здесь не замечала.       А ведь казалось, в такое великое место захотят попасть множество людей.       — Они слишком слабые и пугливые. Нечего им тут делать. Не терплю крыс.       Пренебрежение и раздражение в голосе великого волшебника только рассмешили принцессу, которая была вынуждена слушать по вечерам, какие нынешние маги и колдуны стали слабыми и бесполезными, глупыми и пугливыми.