Сердце напополам

Лани всегда ложатся спать рано. Это не смогли изменить ни бессонница, порождённая кошмарами и чувством вины, ни путешествие с Ли Ян, которая могла вскочить посреди ночи и умчаться куда-то за травами или на встречу лунному свету... Вот и сейчас он рефлекторно заснул на чужом месте, даже зная, что в скором времени проснётся. Так и было. Только сейчас его разбудили не кошмары и воспоминания, а тихий разговор у окна со стороны улицы. - Прости, - мягкий женский голос. - Не могу отходить надолго. Фырканье. - Я понимаю, почему ты выбрала его. Выбрала? Кого? - Я не... - она запнулась, Сичэнь мог как на яву видеть резкий жест рукой, которым Цзян Ваньинь перебивал собеседников, когда не желал тратить слова. - Он ... добрый, - сказал со смешком. - Он мягкий, вежливый. Тёплый. Я понимаю, почему. В сравнении с ним никто бы не выбрал меня... На самом деле любой вариант будет лучше, чем я, да? Он тихо рассмеялся, горько и абсолютно самоуничижительно. - Ваньинь, - протянула грустно и сдавленно. - Я не выбирала его. - ... Что? - Я не выбираю никого из вас, глупые, - смеётся. - Точнее не так. Я не буду выбирать между вами. Потому что хочу обоих. И что ты теперь скажешь? Что это аморально, некрасиво и запретно? Бесстыдно? А как бы ты поступил на моём месте, если бы влюбился в двух самых замечательных людей на свете. - Я... - он поперхнулся, закашлялся. - Как можно? Я же... Как? - Вот так. Я сделала свой выбор. Но и ты ведь тоже? Ты готов как отдать меня ему, так и принять его вместе со мной, правда же? Лань Сичэнь так резко отшатнулся назад, что с громким стуком ударился затылком о стену. Разговоры тут же стихли. Он услышал слабый звук отдаляющихся шагов. Двое людей уходили куда-то. Пусть уходят. У него сейчас голова напополам разорвётся. - Он нас слышал, - прошипел Цзян Чэн, тряся улыбающуюся девушку за плечи. - Ну да. - С ума сошла?! Что ты вообще несла?! Это не может быть всерьёз! Чужое ядро яростно колыхнулось от эмоций, заставив мужчину подавиться воздухом. Ли Ян покачала головой и коснулась ладонью беспокойно вздымающейся груди, передавая духовную энергию. - Всё хорошо. Зачем ты так переживаешь? Всё хорошо, обещаю. Цзян Чэн сплюнул сгусток крови и вытер рот рукавом, отстраняясь. - Когда-нибудь ты одумаешься и выберешь только его. Всё это блажь, Ли Ян. - Когда-нибудь, - вернули ему те же слова, - ты одумаешься и перестанешь думать о грустном. Я не оставлю тебя в одиночестве, слышишь? Я вернулась домой. Ты можешь злиться и не соглашаться со мной, но даже не думай прогнать. Как ветер, я вернусь и всё равно буду виться вокруг тебя. С каждым словом она приближалась ближе и ближе к нему, успевшему шарахнуться на несколько шагов назад. - Ответь честно, - прошептала в удивлённое бледное лицо. - Неужели никогда не хотелось такого человека? Мягкого, доброго, тёплого. Можешь не отвечать вслух, только для себя реши. Кто-то почему-то так или иначе будет тобой, мной, кем угодно не доволен. Значит ли, что мы должны жить по чужой указке? Ты, он, я, не слишком ли мы много отдали и потеряли, чтобы ещё и подстраиваться под чужое мнение? Цзян Чэн дёрнул плечом и резко отвернулся, скрывая выражение лица и взгляд. - Ты говоришь как он. - Не всегда, но ведь и он бывал прав? - помолчала, давая обдумать, и по-лисьи прижалась к чужому телу. - Ну же. Я так скучала. Так хотела, чтобы ты бросил все свои дела и побродил с нами там и сям. Я насобирала редкие травы, чтобы заварить тебе чай. Хочешь? Мужчина закатил глаза и хмыкнул, чуть поведя плечами, спуская напряжение. - Бесстыдница. - Не вижу в этом ничего плохого, ты только представь, какие у нас будут красивые дети. Готова поспорить, что Лани удавятся от злости, что будущий глава клана будет в фиолетовых одеждах. - Пф. С чего ты взяла? - С того, - улыбнулась как-то слишком понимающе и знающе, - что это место - дом. Сичэнь ещё может этого не понять, но здесь даже дышится легче. Ты построил прекрасное место, Ваньинь. Мужчина дёрнулся, но она только со смешком прилипла крепче. - Твой язык слишком сладок, - пробурчал недовольно. - Хочешь проверить? - распахнула рот и смешно округлила глаза. - М? Цзян Чэн оглянулся будто вор, позарившийся на чужое, и совершенно неумело, отрывисто прижался к губам. Отпрянул тут же. Дыхание сбилось мгновенно. - М, - разочарованно. И пока не успел сбежать, схватила за воротник и притянула вновь ближе. - Не успела распробовать, иди-ка ко мне. Внутри она смеялась и улыбалась, когда этот невероятно прекрасный мужчина задохнулся под её губами и обмяк, ошпаренный лаской. - А-Чэн, - мурлыкнула, когда они оба осели на траву. Её легко ткнули в плечо. - Прекрати, - раскрасневшийся и смущённый, он выглядел совсем юным, и таким красивым, что невозможно было оторвать глаз. - Хотела поцеловать тебя ещё с первого момента, как увидела, - призналась откровенно и захихикала, когда ей зажали рот ладонью. Ухватилась двумя руками за запястье, с трудом отрывая от лица, и щекоча кончиками пальцев ладонь. Захихикала, когда дёрнулся от щекотки. Отпустила руку, взамен с нежностью коснувшись лица. - Пойдём спать. Ты устал. - Пойдёшь к нему? - Нет. - Ладно. - Ты пойдёшь к нам. - Это мой дом, - единственное, что сумел выдавить, ошарашенный бесстыдством. - Тем более, - мурлыкнула, ловя на слове. - Здесь всё твоё. И мы тоже. - За двоих решила, Ли Ян? - Только не говори, что не замечал его взгляда. Ты не можешь быть настолько слепым. - Глупости какие, - поднялся с земли, отряхнулся и, помедлив, подал руку. - Сам себе не веришь, - прижалась ненадолго, коснулась губами левой строны груди, там, где под слоями одежды и кожи билось сердце. Раненое, одинокое, бесконечно преданное и любящее. - Отдашь мне половину? - А что тогда останется мне? - протянул вдруг грустно. - Ли Ян, мне кажется, что у меня уже ничего нет, чтобы ещё отдавать. Как больно. Как больно за тебя. Ты достоин любви, тебе не нужно её заслуживать и выпрашивать, слышишь? Пожалуйста, поверь мне, безнадёжно одинокий ты человек. Ты больше не будешь один. - Я отдам тебе половину своего, - прижалась, касаясь тёплой волной энергии. - А потом у нас будут дети. Много. И они будут любить тебя. - Я уже испортил одного ребёнка, - хмыкнул ей в волосы. - Хочешь ещё? - Не говори глупостей, А-Лин - чудесный мальчик. Очень похож на тебя. - Это не звучит как комплимент, Ли Ян. - Но это он и есть. Так, переговариваясь, они тихонько пробрались в спальню, Цзян Чэн, как околдованный, только сейчас проморгался и увидел свернувшегося в комок мужчину на широкой постели. В сердце неволько кольнуло. Вот же ж... И одеяло на пол сбросил, и снится что-то дурное. Поднял и отряхнул тёплую ткань под насмешливо-тёплым взглядом Ли Ян. - Чего стоишь? - спросил сердитым шёпотом. - Твоё место у стены. Та быстро стряхнула обувь и верхнюю одежду, побросав на пол, и юркнула через Сичэня к свободному месту у стены. Ещё не так давно Цзян Чэн сам был бы в ужасе от собственных действий, но сейчас ему стало резко всё равно. Они давно не виделись, и он много думал. - Почему всем вам как мёдом помазано в Облачных Глубинах? - прозвучало с отчётливой обидой в голосе, которую он так и не смог до конца скрыть. Ли Ян смотрела в ответ слишком ласково и слишком заботливо. Приподнялась на локте и потянула его за рукав. - Чтобы украсть оттуда сокровище и принести домой, - рассмеялась беззвучно. - А-Чэн, разве эта - плохой добытчик? Твоя жена привела нам прекрасного мужа. Цзян Чэн хлопнул её по макушке, от смущения чуть сильнее, чем планировал, но девушка только откатилась к стене, давясь беззвучным хохотом. Накрыл два тела одеялом, а паршивку и вовсе с головой, чтобы она наконец перестала хохотать. Быстро разделся до нательного белья и юркнул под одеяло, не глядя. Ли Ян всё ещё давилась смехом, было видно, как её тело дрожит и дёргается. Цзян Чэн потёр лоб и почувствовал, как уголок губ дрогнул в смешке и улыбке. - Ли Ян. Спи уже. Вылезла, лохматая и раскрасневшаяся. Перевернулась на живот, и смотрела на них обоих до тех пор, пока не уснула. Ближе к рассвету сквозь сон Цзян Чэн почувстовал, как к нему под бок подкатилось чуть подрагивающее, спящее тело. Погладил в полусне ладонью. - Всё хорошо, спи. И только наутро окаменел, проснувшись от сдавленного смеха, когда по привычке подгрёб тёплое тело под себя и теперь мог воочию видеть перепугано-смущённого Ланя, который всё пытался незаметно выбраться из его хватки. Цзян Чэн хмыкнул, зевнул от души и на рефлексе подятнул поближе, чтобы не мешал досыпать. Только спустя пару мгновений окончательно проснувшись и резко распахнув глаза. - Э... - Г... Глава Цзян, - почти прошептал смущённо. Щёки и шея так сильно покраснели, что мужчина казался облитым краской. - Не могли бы вы... Цзян Чэн подумал немного. Порассматривал человека, которым восхищался ещё с юности, и молча притянул его обратно. - Не мог бы. Лань Сичэнь сжался под его руками, хлопая красивыми ореховыми глазами. Повозился немного и обмяк в тепле и защите. Ли Ян, когда они снова заснули, тайком убрала курильницу, где накануне зажгла травы. Сбор ясного сердца, который придумал её брат, не морочил голову и не заставлял делать то, что не хочешь. Наоборот. Всё раскрывалось, всё становилось легче и проще. - Спасибо, А-Чэнь, - шепнула беззвучно и опустилась на постель, прижимаясь к тёплой и твёрдой спине. Цзян Чэн что-то мыкнул во сне неразборчиво, пошарил за спиной, находя её руку, и удовлетворённо выдохнул. Ли Ян уютно устроилась позади него, тепло дыша в лопатки. До самого вечера паниковали адепты, ища главу клана. Пока кто-то случайно не забежал в комнату гостей и не выскочил оттуда подстрелянным зайцем, задыхаясь от смущения.