Скованные

С самого утра Флора пыталась показать заинтересованность в процессе подготовки, но максимум, что ей удавалось, это выбирать десерты. Что-что, но сладкое она любила очень сильно. Девушке не было дела до украшения сада, привоза алкоголя и устройства аппаратуры. Единственный плюс во всём этом: её наконец оставили в покое. У Анагана не было времени уделять внимание жене, потому что он буквально разрывался на части, находясь и на своей фирме, и дома. Вместе с помощниками мужчина проверял всю подготовленную информацию и статистику, чтобы заставить самоуверенного ублюдка инвестировать. По-другому он Огрона не называл. День прошёл слишком быстро, и вот она уже стоит перед зеркалом в ослепительном молочном платье из тонкого кроя в цветочный принт. Шея была закрыта, рукава спускались лёгкой органзой, на спине открывался небольшой вырез, позволяющий увидеть идеальный прогиб и осанку. Образ дополнял лёгкий макияж и идеальные локоны. Такая девушка очаровала бы не одного мужчину, однако ей сполна хватало и одного. Так сильно, что она едва ли за нож не хваталась. Она прикрыла глаза и сомкнула губы в прямую полосу, когда почувствовала объятия со спины. Ненавистные руки сомкнулись вокруг её живота, пока губы покрывали шею невесомыми поцелуями. Любой другой женщине было бы приятно такое внимание мужчины, но не когда оно превращается в манию и одержимость. Анаган больной человек, это факт. — Ты очень красивая, Цветочек, — Анаган посмотрел в зеркало, рассматривая свою жену. И ещё любовался, как хорошо они смотрятся вместе. Бред. — Гости уже собираются, — она попыталась вырваться вперёд, но двинуться ей не дали. Снова. — А вдруг инвестор уже приехал? — Эта высокомерная глиста точно опоздает, — мужчина нахмурился, вспомнив о нём, и отпустил девушку. К счастью, Анаган не услышал, как расслабленно она вздохнула. — Мне нужно, чтобы он инвестировал свои деньги. — Почему именно он? — интересно не было совсем. Нужно было лишь снова потянуть время. — Он покупал там, где все продают, и выиграл на каждой! Этот тип понял преимущества выхода на внеамериканские рынки, а теперь делает только интернациональные инвестиции. Если другие узнают, что он вложился именно в мой проект, — Анаган раскинул руки. — Ты не представляешь, какие это возможности, Цветочек. Флора не ожидала такого ответа. Анаган говорил серьёзно и впервые забыл то, о чём думал совсем недавно. Ему хотелось касаться кожи любимой женщины, но мысли о бизнесе всё-такие победили. Наверное, она скажет этому инвестору спасибо. В мыслях, конечно же. Пара наконец вышла в сад, начиная встречать недавно прибывших. Солнце склонялось к горизонту, пока сама презентация была запланирована на поздний вечер, когда мрак накроет часть планеты. Вместе со специальным освещением и звёздами на небе получится прекрасная атмосфера. Пусть и не деловая. — Блум, не нужно на меня так смотреть, пожалуйста, — Флора пригубила шампанское, но пить его совсем не хотела. Она не любила алкоголь, хотя хотелось напиться. — Я убью его, — прорычала девушка. — Мужики, может, и не увидят, но не я. Ты тон неправильный выбрала. Блум не сводила свой взгляд с шеи и предплечья девушки. Мужчины, правда, вряд ли обратят внимание, но девушки увидят следы плотного тонального крема, который скрывал сине-фиолетовые пятна. Синяки, которые совсем не сочетались вместе с этой девушкой. Они не сочетаются ни с одной девушкой! — Блум, — Флора устало покачала головой. Сколько раз она говорила подруге не вмешиваться. — Почему ты ничего не делаешь?! — русая шикнула. — Почему ты ничего не делаешь? — Если бы могла, сделала бы, — спокойно ответила Флора. Она не привыкла к её личному монстру, но привыкла говорить подруге об этом так. Пустота в глазах только подтверждала её состояние. — Пожалуйста, Блум. Мы говорили на эту тему тысячу раз. — Я бы помогла тебе посадить его, но эта мразь слишком честная в работе! — будучи маркетологом в компании Анагага, Блум знала, каким иногда он бывает. Убеждалась ещё больше когда Флора рыдала на её плече. — А может, это я чего-то не знаю. — У мамы больное сердце, а папа… — Флора прикрыла глаза, на секунду представив эту картину. — Папа не вынесет такую жизнь. — Если бы они знали, какая у них прекрасная дочь, — рыжая вздохнула и размяла шею. Она бы с радостью сделала это со своим начальником, чтобы защемить какой-нибудь нерв, но тогда подставит лучшую подругу. — Давай закроем тему, — русая пыталась избежать взгляда её монстра. И пока это удавалось. — Как на личном? — Видишь того, — рыжая указала на статного мужчину, попивающего виски. Он стоял и разговаривал с группой других работников. — Новый юрист. — Очередная жертва? — Флора покачала головой. — Марион ждёт внуков, а ты… — Мне всего двадцать пять, — Блум фыркнула. — Его зовут Валтор. Девочки говорят, непробиваемая стена. — И ты решила это оспорить? — Ну, конечно, — она посмотрела на Флору, как будто та сморозила какую-то чушь. — У бедного нет шансов. — Ты неисправима, — тяжёлый вздох сорвался с губ, пока взгляд улавливал новых гостей. Флора сразу узнала в нём нового инвестора. В первую очередь в глаза бросились его волосы, которые и привлекли особое внимание. А во вторую малыш рядом, причём с такой же яркой шевелюрой. На такие вечера обычно не приходят с маленькими детьми, но, судя по разговору, инвестор был не отсюда, поэтому нахождение ребёнка оправдано. — А может, мне это… — Блум неотрывно смотрела туда же, куда и Флора. — Цель поменять? — Это возможный инвестор, так что вряд ли. Обычно, когда Флора разговаривала с человеком, всегда старалась смотреть ему в глаза. Но сейчас её будто загипнотизировали смотреть лишь на то, какой самоуверенной походкой новый инвестор идёт вперёд. Как серьёзные глаза изучают людей вокруг, а рука покоится на плече сына. Как взгляд встречается с изумрудными радужками, ничуть не изменив его сурового лица. Флора быстро отводит взгляд и находит в толпе супруга. Тихо выдыхает тому, что его внимание, как ни странно, было обращено к своим собеседникам. Только когда один из них кивнул в сторону Огрона, Анаган встрепенулся. Он подошёл к гостю и подозвал Флору. Тихо вздохнув и проигнорировав подругу с фразой «Экзекуция начинается», она подошла к новоприбывшим. — Это моя супруга – Флора, — девушка обхватила подставленный локоть и сдержанно улыбнулась Огрону. — Очень приятно, меня зовут Огрон, — воспитанный гость поцеловал костяшки её пальцев. — А этот мелкий – мой сын Рон. — Не мелкий я, — буркнул мальчик. — Мне шесть уже. — Очень приятно, Рон, — на её лице впервые за этот вечер расцвела искренняя улыбка. А может, впервые и за весь год. — Я даже докажу, — мальчик вздёрнул подбородок. — Флора? — Да? — Могу я поухаживать за вами? — девушка вскинула брови, насмешливо хмыкнув в руку. Она невольно перевела взгляд на отца мальчика, заметив в них такое же недоумение. Насмешливое недоумение. — Да ты уже ловелас, — хохотнул Анаган. Его голос заставил её улыбку заметно уменьшиться. Флора никак не могла заставить себя делать по-другому. — Думаю, взрослые не будут против, им нужно многое обсудить. Поэтому я с радостью составлю вам компанию, мистер… — Редвуд, — подсказал Огрон. — Мистер Редвуд, — девушка протянула руку, но в этот раз уже не сдержала смешка. Потому что мальчик подставил свой локоть, куда она вложила руку. — Куда вы меня отведёте? — Ну, — мальчик призадумался. — Это ведь ваш дом, поэтому вы и покажите. — Ладно, я знаю одно место. Ты голоден? — Люблю вот эти печеньки, — он указал на французское печенье, которые раньше называл макаронами. Теперь же макаронсы. — Я тоже их обожаю, — Флора скромно улыбнулась. — Давай возьмём всю эту этажерку и сбежим ото всех? — Давай! Флора показала ему единственную часть сада, где не чувствует себя загнанной в клетку птицей. Оно было сзади дома, закрыто ото всех окон, дверей и глаз охранников. Тут были садовые качели с мягкой обивкой. На них бы легко уместились трое взрослых, поэтому Рон и Флора спокойно поместили и себя, и этажерку с печеньем. Ей было плевать, как она выглядела. Держа в одной руке эту башню, а в другой руку ребёнка. Захотелось почувствовать себя такой же, как Рон. Взрослым ребёнком. — А ещё я люблю футбол! Мы с папой часто выбираемся на поле погонять мяч. — Знаешь, я в детстве тоже очень любила футбол, — девушка грустно улыбнулась своим воспоминаниям. — А сейчас? — Сейчас тоже люблю, но уже не играю. — Так поиграй со мной и папой! — мальчик воодушевился. — Мы тут надолго, как я понял. Ты же знаешь, где есть поле? — Знаю. — Ну вот! Эй, ты чего грустная? — Нет, я… — Флора качнула головой. Грустная она всегда, но ребёнку об этом знать нечего. — Пап, Флора грустная! Девушка вздрогнула и развернула голову. Всего в нескольких метрах она увидела приближающуюся фигуру крепкого мужчины. Девушка отложила недоеденную печеньку и встала с качелей, нацепив на лицо ту скромную улыбку, которая, кажется, скоро приклеится к её лицу. — Почему она грустная? — ночью его глаза казались необычайно красивыми. Как будто были белыми. И смотрел он ими прямо на неё, словно заглядывая в душу. — Нет, Рону просто показалось. — Я заговорил про футбол, и Флора сразу расстроилась. — Неправда, — она наигранно нахмурилась, посмотрев на малыша. — Правда, — он повторил её действия. — Я видел, видел! — Рон, — мальчик сразу узнал предупреждающий тон папы, поэтому сразу стушевался. Не то, чтобы Огрон был сильно строгим, но умел наказать, когда Рон сильно шкодил. — Флора мне тоже показалась очень грустной. Мужчина явно приукрасил. Огрон никогда в жизни не видел такого пустого взгляда. — Вам не нравится вечер? — Скажу честно, я не любитель таких больших мероприятий. Тем более очень далека от бизнеса… мужа — она запнулась на этом слове. В который раз. — Я предложил Флоре поиграть с нами в футбол. Она знает, где есть поле, — мальчик снова воодушевился. Нет, Рон. Не надо, пожалуйста. Отбиваться от взгляда и вопросов твоего отца сложнее, чем от моего надзирателя. Да и пойти я не смогу. Меня просто не отпустят и буквально посадят на цепь, как дворовую собаку. — Рон, я ведь не ребёнок. — То есть я ребёнок? — Огрон изогнул бровь. — Я вот люблю погонять мяч, например. — Это здорово. Значит, вы не такой каменный, как кажетесь вначале, — поняв, что она только что сказала, девушка распахнула глаза. — Простите. — Да ладно, — Огрон усмехнулся. — Вы первая, кто всё-таки озвучил это. — Как Халк! Или Ариэль, — Рон хихикнул. Флора тоже не удержалась от смешка. — Или злодей из одного мультика про фей. — Вы назвали меня ребёнком, сухарём, а теперь злодеем, — Огрон усмехнулся. — Вы очень смелая, Флора. — Вы похожи на него внешне, но вы не злодей. И вы ошиблись, мистер Редвуд. Я вовсе не смелая.