Горящий

— Что, правда? — я с недоверием смотрел на Уильяма, который склонился над картами и что-то пытался там рассмотреть. — Похоже, что я шучу? — дядя перевел взгляд на меня. — Обязательно скрывай лицо, надень маску, чтобы обезопасить себя в том случае, если капюшон спадет. — И как мне добраться до Нью-Йорка? — В Бостоне в порту встретишься с моим человеком. Завтра дам указания на этот счет, отправишься на корабле. Я даже не пытался сдержать широкую улыбку. Корабль! Наконец! Уже во всю предвкушал морское плавание до Нью-Йорка, совсем забыв, что перед этим у меня уйдет не мало времени добраться до Бостона. Да уж, весело. — Так как это твое первое задание, ты должен будешь встретиться в Нью-Йорке с информатором. Подойди, вот карта. Весь вечер ушел на разбор плана улиц. Я должен буду встретиться со священником, который что-то интересное умудрился где-то подслушать. Не самое впечатляющее задание, но ни с кем сражаться на саблях я не горел желанием, честно говоря. Лучше так. Не опасно и уже хорошо. Выехал с рассветом. До Бостона добирался долго и из-за сильного желания наконец взойти на корабль совсем не мог насладиться ездой по фронтиру. Погода уже ухудшалась, и холодный ветер неприятно колол лицо и трепал волосы, но я старался не обращать на это слишком много внимания. Постоянно сокращал дорогу, срезал прямо через лес, желая скорее достичь Бостона. В порту убил не мало времени на то, чтобы найти нужный корабль. Знал бы я тогда, как разочаруюсь. Угадайте, кого замучила морская болезнь и он проблевал половину времени? Угадали. В последний день только я почувствовал себя человеком и смог спокойно находиться на палубе, но первые впечатления остались ужасные. С корабля я чуть ли не сбежал, как только мы прибыли в Нью-Йорк. Пока бродил по улочкам Нью-Йорка, забрёл на окраины. Дома здесь стояли реже, но не редко встречались и крупные особняки с высоким кованным забором, и мимо часто сновали британские патрули. Я с интересом осматривался. Большинство зданий были построены преимущественно из кирпича, в то время как в Бостоне я видел немало жилых домов из дерева, хотя многие из них выглядели не хуже этих. Я плюнул на указание Уильяма везде ходить с этой чёртовой тряпкой на лице, которая его скрывала бы. Ничто не указывало во мне ассассина, я не бегал как идиот в их одеждах и не сверкал скрытым клинком. Понимаете, ключевое слово — скрытый. Он был надежно спрятан под рукавом моей куртки. Оделся в привычную одежду, оружие взял с собой, на всякий случай. В западной части города решил зайти в таверну, где и принял решение остаться на ночь. Она находилась недалеко от форта, а судя по моим наблюдениям, все форты (точно ли все?) принадлежали тамплиерам. Это ненадолго поколебало моё желание остановиться на ночь так близко, но идти куда-либо ещё в поисках другого ночлега сил не было. Ноги нещадно ныли, а желудок требовал ужина. Я ковырялся в холодном ужине, когда тяжелая рука ударила меня по плечу и сзади раздался веселый голос: — Шэй! Не думал, что найду тебя здесь. Я подавился, резко закашлялся и повернулся к незнакомцу, который явно меня с кем-то перепутал, сконфуженно покосившись на него. Это был мужчина уже в преклонном возрасте с русыми волосами, свободно свисающими до плеч и короткой бородой на лице. На голове его была широкополая шляпа, совсем уже потрёпанная и не один раз залатанная. Одет он был совсем неприглядно, как любой другой житель колоний. А в руке держал кружку с каким-то напитком. Тот непонимающе нахмурился и уставился на меня, явно не ожидая ошибки. — Извини, немного напутал, — и криво ухмыльнулся. — Эль, черт возьми, ударил в голову, с кем не бывает! Я лишь кивнул и вернулся обратно к своей еде, надеясь, что тот поймет намек и быстро свалит. Но он не ушел, а уселся напротив меня с широкой ухмылкой на лице, хотя его взгляд выдавал напряжение. — Недавно в Нью-Йорке? — мужчина сделал глоток эля и довольно что-то пробормотал себе под нос. — Да, здесь подают лучший эль! — Что-то вроде того, — такое внезапно внимание меня напрягло, и я старался как можно быстрее доесть ужин и свалить наверх. Уставился в тарелку, тонко намекая, что был не заинтересован в разговоре. — Я сразу это понял, — закивал он. — Сидишь один. Решил податься в матросы? Или ищешь работенку? — Что-то вроде того, — пробормотал в ответ. Да, намеков он не понимал. Продолжил ковыряться в овощах, краем глаза с осторожностью наблюдая за незнакомцем. Он всё что-то начал болтать о молодости, затем переключился на плавания, а после на хозяев таверны. Да уж, болтать он любил… — Откуда, говоришь, у тебя этот иггдрасиль? — мужчина указал на меня, и я непонимающе опустил взгляд, заметив кулон, который обычно был под рубашкой, но сейчас лежал поверх неё. Он о нём? — Что такое иггдрасиль? — я отложил вилку и растерянно уставился на него. Мужчина заливисто расхохотался и ударил по столу ладонью. — Ну ты даешь, пацан! Носишь знак и не знаешь его значения? Откуда он у тебя? — будто между делом поинтересовался он и вновь отпил эля. Я плохо разбирался в людях, но тот, кто сидел передо мной, очень хорошо скакал с темы на тему, сбивая меня с толку и постепенно что-то выпытывая. Один день в Нью-Йорке и уже на кого-то нарвался. Молодец я. Не знаю, какую цель он преследовал, может, искал легкую добычу для грабежа, может, что похуже. — Как, говоришь, тебя зовут? Я как раз собирался уже свалить, как к столу подошла хозяйка таверны и громко поинтересовалась: — Мастер Эйдан, комната готова. Вам будет ещё что-то угодно? С трудом подавил желание выругаться. — Нет, благодарю. Я перевел взгляд на мужчину, который в ответ внимательно разглядывал меня. Будто настороженно. Не сказав ни слова, поднялся и быстрым шагом направился к лестнице. Мне нужно было бы покинуть таверну и найти новое место для ночлега, что было бы весьма разумно, но уже стояла ночь, и я не знал города. Податься куда не представлял. Что мужчине нужно было от меня тоже. Комнату запер, проверил окно. Тоже закрыто. Решил все-таки остаться, чем ночью бродить по улицам. Так и заснул, и с утра отправился на свое первое задание, уже переодевшись в одежды ассассина. Легче будет затеряться, если возникнет необходимость. Надеюсь, что её не будет. Я честно, с чистой совестью, направлялся в сторону церкви, где должен был встретиться с информатором Уильяма. Не знаю, как мне так повезло, но на одной из улиц я увидел неприятную рожу Томаса Хики, который явно куда-то торопился. Чёрт его знает, что заставило меня последовать за ним. И я так и поступил. Может, взыграла моя жажда к приключениям или это было просто любопытство, но я петлял с одного переулка в другой следом, очень аккуратно смешиваясь с прохожими, когда это было необходимо. Разминувшись на одной из улиц, понял, что потерял его и тихо выругался. Наугад свернул на еще одну аллею и увидел ступеньки, ведущие к открытой двери. Зашел внутрь. Это было захламленное помещение с кучей бочек и ящиков. Нахмурился и медленно прошел дальше, с подозрением оглядываясь. Когда я оказался в середине комнаты, услышал голос позади и повернулся на источник шума. — И что ты здесь забыл? Томас Хики с наглой ухмылкой на лице стоял напротив меня, опёршись на мушкет, загораживая выход. Я напрягся и опустил руку на пистолет, висевший на поясе. Даже находясь от Хики на расстоянии, чувствовал, как от того разило перегаром. Как он ещё так ровно стоять умудрялся — загадка. Выглядел Хики совсем недружелюбно. Я попал. Была идея выйти через окно, но ближайшее ко мне было заколочено досками, а пока я добегу до другого, тамплиер спокойно подстрелит меня. А бронежилетов здесь не носили. Я поджал губы и старался как можно быстрее соображать, хотя в голову и лезли самые плохие мысли. Не знаю, как мне это пришло в голову, но, кажется, Хики тоже удивился: я просто рванул в его сторону, сбивая с ног, и ударил в челюсть. Мы покатились по ступенькам вниз, и я со злостью сжал зубы от болезненного удара коленом по ребрам. Резко ударил локтем в лицо Хики и подскочил на ноги, попятившись назад и уставившись на тамплиера на земле. Тот громко ругался и держался за сломанный нос, из которого обильно текла кровь. Я потянулся за пистолетом, но с ужасом понял, что того не было на поясе. Перевел взгляд на Хики и заметил пистолет у его ног. Я не успел даже сообразить, что мне делать дальше: добить Хики или уносить ноги, как из-за угла показался мой вчерашний знакомый из таверны. Я перевёл взгляд на него и отвлекся, не заметив, как Томас уже отошел от удара и теперь целился мне прямо в грудь. Всё внутри меня похолодело. Как увернуться от пули в узком переулке даже не представлял. — Не стреляй! — рявкнул мужчина. Я рванул в противоположную сторону, и Хикки выстрелил. Плечо пронзила острая боль, но я лишь схватился за рану и думал только о том, как уйти от тамплиеров, продолжая бежать прочь. — Блять, Гист, Хэйтем с наш шкуры снимет, если узнает, что ассассин ушел, — за спиной раздалась нескладная речь Хики. Но я уже скрылся за поворотом и не слышал продолжения разговора. Полил дождь. Я несся по улицам Нью-Йорка, абсолютно не понимая, куда податься и где найти врача. Только потом до меня дошло, что капюшон спал и не скрывал моего лица: видимо, Хики стянул его во время драки. Чёрт побери. Но сейчас главной проблемой была пуля в плече и потеря крови. Так. Что Уильям говорил на этот счет? Северная часть города, там можно было получить медицинскую помощь. Но я понятия не имел, где находился. Зрение было немного затуманено, и меня пошатывало и трясло от волнения. С силой надавил на рану, которая продолжала кровоточить. Думай. Остановился и достал ткань, которую использовал как маску. С трудом, но перевязал плечо. Повязка быстро окрасилась в алый цвет. Заметил патруль и резво свернул в очередной переулок, выходя в итоге на другую улицу, где заметил женщину. — Где мне найти врача? — мой голос звучал непривычно хрипло и тихо. Она со страхом уставилась на меня, но указала на какое-то здание вдалеке. Я кивнул, не находя сил для большего, и быстро направился именно туда. К счастью, это и правда был дом врача, занимающегося частной практикой. Он не стал задавать лишних вопросов и сразу приступил к осмотру моей раны, как только я вывалил деньги на стол. Мужчина дал мне выпить какую-то горькую жидкость и ножницами разрезал рубашку на плече, чтобы получить доступ к ранению. Не знаю, что он мне такого дал, но соображать я стал ещё хуже, чем до этого. Может, роль сыграла и кровопотеря, пока я сюда вообще добрёл. Я то проваливался в какую-то мглу, то вновь чувствовал жжение в плече и пытался отстраниться. Ассистент врача в такие моменты удерживал меня, и вскоре я вновь терял сознание. Очнулся к вечеру в кресле, когда доктор уже заматывал рану и довольно кивал. — Все, юноша, жить будете. Пулю пришлось доставать, застряла глубоко. Я искренне поблагодарил врача. Он позволил мне еще час провести в доме, пока я не стал достаточно ясно соображать, а потом я уже вновь оказался на улице. Плечо побаливало, но не критично. Первое боевое ранение, блин, а я уже с жизнью успел попрощаться. Чёрт побери. Оставил свои вещи в таверне, где меня до этого видел этот Гист. Всё равно придётся туда вернуться.

***

— Да уж, у тебя ушли годы наконец навестить старика, — невесело хмыкнул Ахиллес. Он распахнул дверь. — Входи. Уильям неуверенно кивнул и зашёл внутрь, замирая на пороге и с тоской глядя на знакомый коридор. Позади него Ахиллес закрыл дверь и медленно, опираясь на трость, направился в сторону столовой. — Не думал, что ты так скоро решишь почтить меня своим присутствием, — многозначительно произнес Ахиллес. Уильям его не торопил и терпеливо шел рядом. Дом стал выглядеть хуже, совсем необжитым: какая-то мебель развалилась, где-то облупилась краска, а полки покрывал слой пыли. Он недовольно нахмурился, сравнивая настоящее с былым, и не смог сдержать разочарованный вздох при виде столовой. С удивлением обнаружил, что картины, привычно висящей над камином, не было на месте. Он остановился в проёме, но затем подошел к столу и уселся на стул, жалобно скрипнувший под его весом. Ахиллес разместился во главе стола. — Ты же знаешь, почему я здесь. — Знаю, Лиам. И я думал, что увижу тебя раньше, чем только сейчас, — Ахиллес с укоризной взглянул на собеседника. — Двенадцать лет очень долгий срок. Лиам невесело усмехнулся. — Выдавать себя не хотелось, уж прости, наставник. — И только сейчас ты решил, что готов к этому разговору? Ответом был лишь задумчивый взгляд, будто Лиам ещё раз решил обдумать, стоило ли ему приходить. — Я не поддержал тебя тогда, и до сих пор придерживаюсь того же мнения, — продолжил говорить Ахиллес. Его тон был сухим и осуждающим. — Коннор сказал, ты обучаешь мальчишку. — Я и не ожидал обратного, — Лиам нахмурился и опустил руку на стол, пальцами настукивая какой-то ритм. — Да и ты абсолютно также взял себе ученика. — Он сам искал меня и нашел. Это разные вещи, — тёмные глаза ассассина пронзили Лиама. — Я еще тогда сказал тебе, что это того не стоило, Лиам, — Ахиллес покачал головой. — Я верил, что ты откажешься от этой глупой идеи, но когда услышал о твоем ученике от Коннора… Все встало на свои места. — Я, в отличие от тебя, не сидел без дела и восстанавливал связи в городах, — горячо воскликнул Уильям, с негодованием глядя на Ахиллеса. — Искал информаторов, сторонников, тех, кто симпатизировал нашему делу. А что делал ты? Жалел себя все эти годы, ушёл в затворники. Ты правда думаешь, что тамплиеры не узнают об их убитых людях, которые должны были следить за поместьем? Ахиллес тяжело вздохнул. — Я же знаю тебя, но сейчас не узнаю. Да, я ушел от дела на многие годы, но никогда не предавал наши идеалы. И ты знаешь, что я хочу поговорить с тобой о мальчике, а не о Братстве. Лиам замолк и перевел взгляд на камин, осматривая комнату, пытаясь найти смелость на этот разговор. — Здесь стало слишком тихо, — мимолетно пробормотал он. — Мы можем только решить, в каком направлении двигаться дальше. Былое не вернёшь, — Ахиллес с сожалением взглянул на Лиама. — И у меня ушёл не один год, чтобы смириться с этой мыслью. Лиам тяжело вздохнул, но кивнул. — Так и есть. — Но ты так и не смирился, — подвел итог Ахиллес. — Не смирился, — пробормотал Лиам с горечью в голосе. Он откинулся на спинку стула и теперь затравленно смотрел на Ахиллеса, не отводя взгляда. — Я слышал краем уха о случившемся, но подробностей не знаю, — начал говорить Ахиллес. — Так твой ученик и правда он? Я не видел мальчишку и не могу сказать, что Коннор уж очень хорошо в описании людей. Лиам лишь кивнул. — Я… Правда жалею. В ту ночь… Я убил женщину, — он говорил медленно, постоянно останавливаясь и пытаясь найти нужные слова. Голос звучал тихо и неуверенно. — Я считал, что поступал правильно. Но ему нужно было излить душу. — Ты это и сам знаешь: не позволяй клинку поразить невинного, — но Ахиллес не осуждал. Внимательно слушал. — И я годами корил себя за это, — признался Лиам и рукой прикрыл глаза. — Мои сообщники уже подожгли чердак, мне оставалось лишь забрать его, но она оказалась в спальне. Ахиллес промолчал и с болью посмотрел на О’Брайена. — И ты забрал его. — Я забрал его, — подтвердил Лиам охрипшим голосом. — Я сомневался. Обдумывал свои поступки. Но пути назад уже не было, всё сложилось удачно: Эйдан ударился головой перед тем, как я его нашел, и не помнил ничего, что было раннее. — И дальше? Что ты собираешься делать дальше? Хочешь отомстить его руками? — Когда-то хотел. Но за эти годы я многое переосмыслил и не смог даже рассказать ничего о тех событиях. Эйдан только закончил обучение, и то, стоило уделить этому больше времени, он еще не готов… — Ты же понимаешь, что это было бессмысленно? — Ахиллес опустил руки на свою трость. Ответа он не дождался и покачал головой. — Скажи мне, они похожи? — Очень, — Лиаму было нелегко вести этот разговор, но ему и правда нужно было выговориться. — Иногда я смотрю на него, и вспоминаю то время. Нью-Йорк, когда мы с Шэем были еще мальчишками. Это тяжело. — Былого не вернуть, Лиам. — Я знаю. — О нём узнают, и ты это сам понимаешь. Шэй входит в ближний круг, мальчика не убьют за связь с ассассинами. Вполне возможно, что ты вырастил второго охотника на ассассинов, если Эйдан решит отомстить тебе. — Мне? Я ему как отец, — горячо возразил Лиам. — Он не станет. — Ты отобрал его семью, — Ахиллес лишь покачал головой, подтверждая ту самую мысль, которой Лиам страшился и игнорировал все эти годы. — Я его семья! — Докажи это Кормаку, который столько лет скорбит по жене и сыну, — грозно произнес Ахиллес. — Мы были не правы тогда. Братство ушло от своей изначальной цели, а я был слишком слеп. — То есть ты считаешь, что Шэй был прав, убивая наших братьев и сестер? — Он мог найти другой способ. Но решил, что только с тамплиерами смог бы защитить артефакты от нас… — Именно, он мог найти другой способ. — Если Шэй узнает про то, что Эйдан выжил… Узнает твою роль в этом. Даже если и Эйдан не захочет мстить, Шэй отправится за тобой. — И я буду готов его встретить, — Лиам уверенно взглянул на Ахиллеса. — Хоть бы имя мальчику сменил, — проворчал наставник. — Где ты там говорил он сейчас? В Нью-Йорке? Зная Шэя, Эйдан уже давно во что-то вляпался. Лиам фыркнул. — Он должен был просто получить информацию от священника, что могло пойти не так?

***

Я стоял у входа в таверну, в которой ночевал по прибытию в Нью-Йорк, и топтался на месте, не решаясь войти. На верху, в снятой комнате, лежали мои вещи и какая-то часть оружия, которую оставлять совсем не хотелось. Но что-то внутри меня твердило, что лезть туда было очень плохой идеей. Этот Гист видел меня здесь. Знает, что я ассассин. Прошёл один день, а я уже хожу с простреленным плечом. Не встретился с информатором. И теперь не уверен, могу ли вернуть свои вещи. Зашибись. Уильям, конечно, прогадал, когда меня в ассассины вербовал. Уже стояла ночь, так что, возможно, я мог незаметно проскользнуть наверх, а там выйти через окно. Это было бы сложно с раной, но других вариантов у меня не было. Я глубоко вздохнул и, стараясь отогнать кричащую интуицию, отворил дверь таверны. В ней было на удивление многолюдно, и громко играла музыка. Быстро огляделся и не заметил никого подозрительного. Странно. Может, я просто сам себе что-то надумал? Не знаю, но нужно было всё равно быстро уносить ноги. Направился в сторону лестницы и уже почти достиг её, как передо мной из тени вышел Гист, загораживая проход. Я замер, но затем резко развернулся, чуть не налетев на кого-то. Сделал шаг назад и уставился на великого магистра тамплиеров, который стоял со сложенными за спиной руками и внимательно рассматривал меня цепким взглядом. Чья-то рука позади резко стянула мой капюшон с головы. — Эйдан, я прав? — его британский акцент сильно резал слух, но это волновало меня меньше всего. Ну я попал.