Змеиная пропасть

Гермиона мягко, едва касаясь стекла, пальцами водила по фоторамке. Это был снимок ее родителей. Она смахивала скатывавшиеся с уголков глаз крупные слезы и с силой сжимала губы, чтобы не сотрястись в рыданиях. В груди скребла едкая ненависть к Волдеморту и бесконечная тоска по самым важным людям в ее жизни, которые даже не вспомнят ее, когда увидят. Ты заслужил это! Я каждый день молюсь за то, чтобы ты страдал и был несчастным даже после своей жалкой смерти! Хотелось разнести всю комнату, лишь бы избавиться от боли, что раздирала изнутри. Гермиона с силой сжала зубы, пытаясь подавить стремящийся вырваться наружу крик. Хотелось кричать, кричать с такой силой, чтобы ничего вокруг не слышать и заглушить все свои мысли. Я ненавижу тебя! Н Е Н А В И Ж У… За спиной тихо проскрипела дверь. Кто-то подошел сзади и приобнял Гермиону за плечи. Она быстрым движением руки вытерла слезы. Обернулась, слабо приподняла уголки губ, разглядывая незатейливые узоры на старом ковре. Всеми силами она сдерживала в себе бурю, которая должна была вот-вот разбушеваться. — Там Молли запекла большую куропатку. Запах даже тут стоит, — протянул Гарри, как будто извиняясь за то, что нарушил личное пространство и вторгся в такое необходимое на тот момент одиночество. Гермиона кивнула. — Прекрасный запах. Миссис Уизли сегодня, кажется, превзошла саму себя, — тихо, через силу проговорила она. — Да, мама постаралась на славу, — в комнату зашел Рон. — Говорит, мы заслужили после того, как морили себя голодом в поисках крестражей. — Так мы тут уже месяц, а она все пытается нас откормить, — усмехнулся Гарри. — Ну… — пожал плечами Уизли, вкладывая в одно движение всем понятное «это же мама». Гермиона положила фотографию на невысокий столик и присела на краешек стула. Ее давно терзали мысли о будущем, о том, что их ждет впереди. И ждет ли вообще. — Мы уже месяц сидим в Норе и до сих пор не имеем никакого понятия, что нам делать дальше. Нам не удалось закончить школу, даже сдать экзамены. Все это отложили на неопределенный срок, хотя нам вряд ли вообще удастся это сделать. Министерство поговаривает о закрытии школы. Дамблдора нет — отстаивать Хогвартс некому. Даже при желании не получится, потому что никто не имеет такого влияния и силы голоса, какое имел он. — Я, например, знаю, кем хочу быть, — негромко проговорил Рон. Друзья вопросительно посмотрели на него. — Мракоборцем. Не, ну, а что, у меня вроде неплохо получается, — поджав губы, ответил он. Все трое рассмеялись. Комнату наполнил теплый, искренний смех, которого им так не хватало в последнее время. Щеки Гермионы немного порозовели, и она, взяв под руки своих друзей, проговорила: — Ну, а теперь, мракоборцы мои, идем покорять куропаток! Ей больше ни минуты не хотелось оставаться тут наедине со своими мыслями и эмоциями. Все, что ей было необходимо сейчас, — отвлечься и посвятить себя близким людям хотя бы немного. Первый этаж полностью охватил приятный аромат запеченной в душистых приправах дичи. Он просачивался и заполнял каждый миллиметр пространства, задерживался на мебели и шторах, скользил по свежевымытому деревянному полу. Молли суетилась на кухне, пока ее заколдованная палочка самостоятельно накрывала на стол. На серой потертой скатерти стояли тарелки разных цветов и форм. Над столом парил кувшин, наполняя стаканы и кружки плотным тыквенным соком. В центре красовалось массивное блюдо с большой куропаткой, кожица которой сильно подрумянилась. Вокруг птицы лежали запеченные клубни картофеля и овощи. Около мяса стояли глубокие тарелки с зеленым салатом и свежеиспеченным хлебом, один только запах которого вызывал сильнейшие гастрономические оргазмы. Гермиона почувствовала, как сжался ее желудок и протяжно завыл. Рон, держась за живот, окинул ее понимающим голодным взглядом. Все трое направились к столу и уселись на деревянную скамью. — Миссис Уизли, Вам помочь? — спросила Гермиона. — О, нет, моя милая. Я уже почти закончила, — улыбнулась ей Молли. — Мааам, ну почему ты не воспользуешься магией? — возмущенно спросила ее Джинни. — Не знаю, просто так я чувствую, что могу что-то делать сама, что я жива… — нервно улыбнулась Молли, губкой натирая тарелку. — Это глупо, конечно, но все же. — Я еле уговорила ее позволить палочке накрыть на стол, — выпалила Джинни. — А вот и я! — в дверях показался Артур, прижимая к груди старый рабочий портфель. — Успел как раз к обеду. — Мистер Уизли, здравствуйте, — привстал Поттер. — Как у вас дела? Как в Министерстве? — Гарри, — с возмущением шикнула на него Гермиона, — что ты пристаешь с вопросами к человеку! Он даже домой еще не успел зайти! — О, Гермиона, не беспокойся. Все хорошо, новый министр, так сказать, обживается, потихоньку наводит порядок. Очень толковый волшебник, однако, оказался у власти. Я думаю, что совсем скоро все наладится, — Артур повесил плащ на вешалку у входа, снял шляпу и сел во главе стола. — А что говорят насчет Хогвартса? — тихо спросила Гермиона, надеясь не услышать плохие новости. — Хогвартс никто закрывать не будет. По крайней мере, пока. Но сейчас, перед началом учебного года, они перепроверяют каждый уголок по несколько раз, приглашают на допросы учителей. Они даже опрашивают картины и призраков, — Уизли-старший громко усмехнулся. — Уж не знаю, что они там пытаются отыскать. О, совсем забыл, — он резко сменил тему разговора, — у нас сегодня гости, должны вот-вот прибыть. Уже через пару секунд после его слов, входная дверь с грохотом отворилась, и в проеме, появился лохматый великан. — Хагрид! — громко вскрикнув, гриффиндорцы бросились к порогу и крепко обняли старого друга за талию. — Мы так рады тебя видеть, ты даже не представляешь, насколько! — наперебой твердили они. — А я-то как рад! Как я скучал по вам! Как сильно мне вас не хватало все это время, мои хорошие, мои родные! — тыльной стороной ладони лесник вытирал слезы. — Ну, всё, давайте уже все к столу! — мягко прервала их встречу Молли. За спиной лесничего кто-то демонстративно кашлянул, отчего глаза каждого присутствующего округлились. — Ой, — хлопнул себя по лбу великан и отошел в сторону, — совсем забыл. Гордо задрав подбородок и скрестив руки на груди, в дом вошла пожилая женщина, облаченная в длинную черную мантию и острую шляпу. — Минерва! — воскликнула миссис Уизли. — Какая честь! Скорее проходите, не стойте у порога, — она стремительно приблизилась к ней и аккуратно подтолкнула к столу. — Вот сюда, — указала ей на место возле мужа, — у нас как раз накрыт стол и готов обед. — Благодарю, Молли. Честно признаться, от небольшого обеда я и правда не откажусь. Долгие переговоры в Министерстве утомили меня, — Макгонагалл присела на предложенное место. Кажется, теперь все горели желанием узнать причину ее визита и предмет долгих переговоров в Министерстве, но каждый терпеливо уткнулся в тарелку, поедая невероятно вкусную птицу. Обед прошел в давящем ожидании и почти звенящей тишине, которую лишь иногда нарушали причмокивания Хагрида. — Молли, благодарю тебя за эти восхитительно приготовленные блюда, — завершив трапезу, Макгонагалл вытирала салфеткой губы, — а сейчас, если позволите, я бы хотела поговорить с Поттером, Уизли и Грейнджер. Где мы можем уединиться? — встав из-за стола, она поправила мантию. — Кабинет Артура в вашем распоряжении. Он на втором этаже, — Молли указала рукой на лестницу. — Еще раз благодарю, — Минерва кивнула и направилась в гостиную. *** Профессор Макгонагалл присев за стол, аккуратно отодвинула большую кипу бумаг в сторону. Она подняла глаза на бывших учеников и по-родительски улыбнулась. — Как вы уже слышали, сегодня у меня были очень длинные, практически нескончаемые переговоры в Министерстве, — она выдержала паузу в десять-пятнадцать секунд и продолжила. — Мы долго спорили и не могли прийти к единому верному решению. — А можно узнать, что стало предметом вашего спора? — тихо проговорила Гермиона. — Вы, — коротко ответила Минерва. — Что? — все трое ошарашенно уставились на нее в ожидании ответа. — Да, все так. Я считаю, что вам необходимо закончить школу и сдать экзамены, чтобы под ногами у вас была твердая опора и надежда на состоявшееся будущее. После окончания Хогвартса вы получите возможность обучаться в лучших высших учебных магических заведениях, а потом и контракт на работу в Министерстве на желаемой вами должности, если, конечно, сами захотите там работать, — Минерва скрестила пальцы на руках и поджала губы, отчего они побелели и превратились в тонкую ниточку. — Весь учебный год вы потратили на поиски крестражей, вы жертвовали собой, ставили приоритеты страны превыше своих, и это самое меньшее, что я могу для вас сделать, — она опустила глаза. — Министерство сначала отказывалось исполнять, как они выразились, мои «прихоти». — Почему? — вскинула брови вверх Гермиона. — Они боятся, — выдохнула Макгонагалл. — Но чего? — Вас. Над головой Гермионы резко повисла тишина и словно стянула грудь тугим железным обручем. Боятся нас? Но как? Почему? Что мы можем сделать?! Гермиона встревоженно смотрела на стену. Пальцы судорожно цеплялись друг за друга. — Вы резко повзрослели и показали себя, как поистине талантливые и могучие волшебники, способные на все ради достижения результата. Они опасаются, что вы можете внести некий хаос либо же наоборот четкую осознанную идеологию и разрушить то, что они по крупицам пытаются восстановить после войны. Они думают, что раз вам однажды и без особых усилий удалось создать отряд Дамблдора, то вы сможете организовать альянс сложнее и опаснее. — Простите, профессор, но это бред! — возмущенно воскликнул Гарри. — Я знаю, мистер Поттер, но их тоже можно понять. После такого потрясения они во всем видят угрозу, дабы при реальном обнаружении сразу ее обезвредить. Они, так сказать, всегда на чеку. Я, конечно, зареклась словами покойного Дамблдора о ваших благочестивых намерениях. И как вообще можно подозревать в чем-то тех, кто пожертвовал всем ради нас, — Макгонагалл, возмущенно и вместе с тем ласково посмотрела на ребят. — Мы решили восстановить весь седьмой курс. В том учебном году никто так и не смог полноценно получить и впитать знания, не говоря уже о сдаче экзаменов. К сожалению, не все захотели возвращаться в школу, поэтому с вами будет лишь часть ваших однокурсников, а также те ученики, которые завершили шестой курс. Им этим летом будет позволено сдать экзамены для перехода на следующий этап. Что касается вас троих… — она вздохнула, — за вами будет наблюдать Министерство, вы будете под его незримым контролем. Честно скажу, это меньшее из зол, которое вам досталось, — горько усмехнулась Минерва. — К тому же мы ввели усиленный дополнительный курс для желающих пополнить ряды мракоборцев. Он был и до этого, но в этом году мы его усовершенствовали. Вести этот курс будет Кингсли Бруствер. Он сам вызвался обучать вас. Я слышала, Рональд, вы жаждете пополнить их ряды. — Подождите, но его же должны были поставить министром Магии, — перебил ее Рон. — К сожалению, его кандидатуру отвергли в силу сильной приверженности Дамблдору. По словам коллегии, министр должен быть равнодушным и беспристрастным в во всех вопросах, — пожала плечами профессор. — Ну, советую вам скорее закупиться всем необходимым и готовиться к началу нового учебного года, — она встала и вышла из-за стола. — Я очень рада видеть вас целыми и невредимыми, — подошла к ним и зажала их руки в своих ладонях. Гермиона почувствовала сухие прожилки, накрывшие ее руку, и сильное волнение тошнотой подступило к горлу. Они вернутся в Хогвартс. Вернутся к своим друзьям, к учебе. Даже не верится. Эта новость на самом деле взбудораживала. Их родные и такие любимые стены скоро заполнят каждое мгновение их жизни. Они снова будут ходить на пары, смеяться и шутить в гостиной, покупать сладости и пить сливочное пиво в Хогсмиде, проводить бессонные ночи за разговорами со своими друзьями. Но контроль со стороны Министерства — это откровенный бред. Неужели они способны нанести какой-то вред, неужели в семенах юношеского максимализма созреет что-то запрещенное или перечащее нормам. Это не укладывалось в голове абсолютно. — На этом я вынуждена вас покинуть, — натянутый голос вывел их из глубоких размышлений. — Я буду вас ждать в замке в первый учебный день. И прошу без опозданий. Стоило Макгонагалл выйти за дверь, как друзья бросились друг другу в объятия. Эту отличную новость почти не удалось очернить, поэтому они искренне радовались подаренной им возможности. — Все-таки сбудется твоя мечта, Рональд Уизли, — по-доброму усмехнулась Гермиона. Рон расплылся в широкой улыбке и крепче прижал ее к себе.