Тепло

      Воронов никогда не предполагал, что в двадцать лет он будет стоять перед выбором: взять две керамические миски с лапками или две железные на подставке. Он уже десять минут метался от одного к другому и все никак не мог решить. Как на зло, еще и Гриши рядом не было. Он решил сходить за овощами. Видимо на столько ему понравился отдел, что он там корни пустил. Саша тяжко вздохнул, прикусил губу и все же взял две керамические. Они были хоть и тяжелые, но безумно милые. Цвета топленого молока с небольшими коричневыми кошачьими лапками, разбросанными по обеим мискам. После них в корзину был закинут лоток, несколько игрушек на палочках, две странного вида мыши с длинными хвостами и жутковатыми стеклянными глазами, чесалка для шерсти и мягкая подушка-лежанка. Оставшись удовлетворенным своим выбором, Саша покатил тележку в сторону, где приблизительно должен был находиться Гриша. Вместо магазина у дома, куда он изначально думал пойти, Гриша решил ехать в гипермаркет. Мол, тут выбора больше. Саша на это закатил глаза, но молча сел в автобус следом за парнем. Выбора то конечно больше, только вот как будто им много чего надо было покупать. А теперь еще и искать друг друга в этом огромном пространстве. Саша начинал злиться. А еще немного паниковать, ведь телефон Гриша с собой предусмотрительно не взял.       Тут его внезапно схватили за локоть и дернули в проход между стеллажами. За эту секунду в голове пронеслись миллион мыслей, но мозг успел выхватить самые худшие варианты: в здании теракт, а его взяли в заложники; Свиридов решил мстить ему за то, что сделал отец. Причем второе было страшнее первого. Но стоило только парню обернуться и увидеть знакомую рыжую макушку и недовольные карие глаза, как сердце сразу успокоилось. И тут же понеслось с двойной силой. Саша совершенно забыл о Нике. С последнего их телефонного разговора прошло уже довольно много времени. Они практически не общались, не звонили друг другу и тем более не встречались в живую. Саша так закрутился во всем этом водовороте проблем, что мысли о других людях напрочь вылетели из головы. И теперь ему было очень стыдно перед подругой. Он порывисто обнял ее и не выпускал до те пор, пока девушка не начала кряхтеть.       -Прости. Прости-прости-прости меня, я такой идиот.       -Не могу не согласиться, - от того, что Саша обнимал ее очень сильно, теперь Нике приходилось выравнивать дыхание, -как ты? Живой?       Она была недовольна тем, что они не общались так долго. Это Саша прекрасно знал. Но Ника была слишком проницательна и прекрасно понимала, что такое могло произойти только если что-то случилось. И теперь она была решительно настроена выяснить, что же такое произошло.       -Живой вроде. Прихожу в себя потихоньку. - Ника тут же поменялась в лице.       -Да, я слышала о том, что произошло. Мне жаль, - она опустила взгляд в пол, но Саша тут же ободряюще похлопал ее по спине.       -Эй, да все в порядке. Не грузись так. Лучше расскажи, как ты?       Девушка отстранилась и сделала шаг назад, поправляя пальто.       -Тоскливо без тебя, конечно. Но в общем вроде ничего. - Саша на это лишь усмехнулся. Его подруга - человек очень непоседливый и общительный, поэтому простая характеристика "вроде ничего" - ей особенно не подходит. Она, видимо, тоже это поняла по Сашиному взгляду, которым он окинул ее. Ника замялась и немного смутилась, однако комментировать это не стала. Парень решил не пытать ее и перевести тему.       -Ты одна? - Но ответить девушка не успела.       Из-за стеллажа позади Ники внезапно появилась девушка и подошла к подруге сзади, одной рукой сразу же приобнимая ее. В этот же момент Саша почувствовал руку на своей пояснице. Он удивленно обернулся и увидел расслабленное Гришино лицо, по которому совершенно ничего нельзя было прочесть. Но рука на пояснице ясно говорила о том, что у кого-то случился приступ ревности. Саша мысленно закатил глаза до самой вселенной и повернул голову обратно. Ника в этот момент внимательно рассматривала Гришу, совершенно не обращая внимания на свою спутницу, которая, в свою очередь, с таким же равнодушным лицом, какое мгновение назад Саша наблюдал у Залесского, рассматривала товары на полках. Неловкую паузу прервал удивленный Вероникин возглас.       -О! А это не он ли приносил тебе чай, когда мы сидели на онлайн-лекции? - Хмыкнув, губы Воронова растянулись в ироничной усмешке.       -А не из-за нее ли ты теперь не ходишь на тусовки и у тебя все "вроде ничего"? - На эту провокацию Ника звонко рассмеялась и прильнула спиной к черноволосой девушке.       -Один-один. Да, ее зовут Катя. Мы встречаемся. Семейная жизнь и все такое. Ну, сам понимаешь, правда? - Ника кинула выразительный взгляд на Гришу.       Саша на это тяжко вздохнул. Он и не планировал скрывать их с Гришей отношения, но и говорить об этом ему было немного неловко. Он не ощущал необходимости посвящать в это других людей. Конечно, Ника была его подругой, но не на столько близкой, как, к примеру, тот же Вася. Но раз девушка сказал ему правду, Саша решил отплатить ей тем же.       -Да, это он приносил мне чай в тот день. Его зовут Гриша и да, теперь мы с ним встречаемся. Семейная жизнь и все такое, - парень стал в пол-оборота, чтобы Гриша был перед глазами, и обратился уже к нему, - это Ника, моя подруга. Помнишь, я рассказывал о ней как-то?       Гриша сдержанно кивнул и ответил лишь:       -Рад знакомству.       Они вышли из гипермаркета только спустя час. Саша все же был рад увидеть подругу, поэтому еще полчаса они стояли и трепались обо всем на свете, пока утомленные их разговором Гриша и Катя не начали нетерпеливо вздыхать. Решив пожалеть Залесского, Саша все же распрощался с Никой, пообещав той как-нибудь увидеться. До дома они тащили четыре пакета. Саша удивился тому обилию продуктов и хозтоваров, которые они набрали. Вот за что он не любил такие большие магазины, так это за то, что из них почти никогда не уходишь с одним пакетом. Все время затариваешься, как перед апокалипсисом.       Саша устало лежал на кровати звездой и смотрел в потолок. По телу туманом расползалась эйфория от понимания, что на данный момент он исключительно счастлив. Но в то же время на душе все еще было тяжело. Отец был ключевой фигурой в его жизни и до недавнего времени Саша даже не мог представить свое существование без него. Сколько себя помнил, он заботился об отце, а отец о нем. После смерти мамы они остались вдвоем и Владимир никому не позволял лезть в их небольшой, но уютный мирок. Саша был благодарен отцу за всё. Но больше всего за то, что он впустил в их мир Гришу. Воронова-старшего сейчас очень не хватало. И все же Саша надеялся, что отец сейчас в лучшем мире и встретился там с мамой, которую даже спустя столько лет безумно любил. Саша знал, что у отца в бумажнике всегда хранилась ее маленькая фотография. Измятая, с порванными краями и уже потихоньку выцветающая, но она неизменно лежала в небольшом кармашке. ***       До работы оставалось не так много времени, когда телефон раздался мелодией, сообщающей о входящем. Брови Залесского взлетели в верх от удивления, когда он увидел имя на дисплее.       -Слушаю.       -Привет, мелкий. Живой? - Весёлый голос Алёны тут же заставил улыбнуться и самого Гришу.       -Привет. Живой вроде. Знатно покоцанный, но вроде ничего.       -Да уж, наслышана, - она хмыкнула в трубку и Гриша как наяву увидел, что Алёна нахмурилась, - пусть только этот кусок дерьма появится и я ему горло вырву.       -Да ты полегче с выражениями то, - Гриша рассмеялся, -а то у тебя там невольный слушатель. Смотри, с младенчества ведь переймет все твои скверные словечки.       -Этот невольный слушатель еще даже не родился, поэтому не лечи меня тут.       -Хорошо-хорошо. Как вы там? Как мать? - На последнем вопросе Алёна тяжко вздохнула. Послышался шорох. Видимо, девушка переложила телефон к другому уху.       -Нормально мать. Затрахала уже, честное слово. Носится со мной как курица с яйцом. То нельзя, это нельзя. Вот это скушай, вон то. Почему ты себя так ведешь, подумай о ребеночке! - последнюю фразу Алёна произнесла противным высоким голосом, явно передразнивая свою мать, -блять, дочь еще не родилась, а уже столько шума, -слух Залесского зацепился за пол ребенка.       -Так у тебя будет дочь?       -Да. И кстати об этом. Меня на следующей неделе забирают на сохранение, родить должна в течении месяца. И...ну...-девушка замялась, подбирая слова, - в общем, в свидетельстве о рождении должно стоять отчество. А я не хочу видеть там имя этого мудака. Поэтому, я подумала, пускай уж лучше она считает своим отцом тебя, чем его. Ты не против, если я впишу туда твое имя?       Гриша застыл посреди кухни, как вкопанный. Его имя в свидетельстве о рождении ребенка? Девочка будет носить его отчество? Умом то он понимал, что это всего лишь слово в бумажке, но Алёна вложила в это совершенно другой смысл.       -Ты, -он кашлянул, прочистив горло, -ты серьезно?       -Конечно. Не будь я серьезна, я бы тебе даже не сказала. Но я считаю это важным. Вы с твоим братом как небо и земля. И на роль отца ты подходишь куда больше, хоть и маловат еще для этого, -повисла небольшая пауза, но Алёна тут же продолжила, -давай о себе знать время от времени, ладно? Что бы она хоть видела тебя.       -Об этом даже просить не надо. В общем, я не против. Пускай она считает, что ее отец я. По крайней мере, пока не вырастет. Как ты ее назовешь?       -Алиса.       -Алиса Григорьевна? Звучит неплохо.       Через пару минут Алена попрощалась, так как у нее подошла очередь в больнице. Гриша постоял еще немного на кухне, обдумывая их диалог и пошел к Саше в комнату. Парень лежал на кровати и чесал примостившуюся сбоку кошку по голове. Прошло меньше суток, но пушистая уже обжилась в новой квартире. Она оказалась такой ласковой и доброй, что по-началу Гришу это даже удивило. Уличная кошка, которая, казалось бы, должна совершенно не доверять людям. Но вопреки всему, она дает гладиться, трется о ноги и смотрит на тебя самыми преданными на свете глазами, в которых отражается космос.       На звук приближающихся шагов Саша обернулся, не переставая перебирать шерсть на голове Милы. Кошка тоже вскинула мордочку и поводила носом, нюхая воздух. В один момент на Гришу уставились две пары одинаковых цветных глаз. Он в который раз удивился их поразительной схожести и сел рядом, одной рукой проводя по Сашиному бедру, а костяшками пальцев другой проведя по кошачьему носу. Эта идеалистичная картина: Саша с кошкой, валяющиеся на кровати и Гриша рядом с ними; отозвалась приятным теплом по всему телу. Ему никуда не хотелось уходить от них.       -Мне звонила Алёна. Бывшая моего брата. -На Сашином лице промелькнуло беспокойство и он подался чуть вперед.       -Что она сказала?       -Сказала, что хочет в свидетельстве о рождении ребенка написать мое имя.- Сашины глаза до того нелепо распахнулись в удивлении, что Гриша не выдержал и рассмеялся.       -Офигеть! Серьезно? Ты согласился?       -Согласился. Алёна очень серьезно относится к этому. Говорит, уж лучше отцом буду я, хоть и по бумагам, чем этот гандон. Она нигде не хочет видеть никаких упоминаний о нем.       -И правильно делает. А как назовет ребенка? Когда у нее вообще срок подходит? У неё все хорошо же?..- Такой искренний живой интерес Саши в этом вопросе заставил Гришу чувствовать что-то незнакомое до этого момента. Что-то, от чего хотелось смеяться как дураку и делать милые глупости. Но Залесский на неиссякающий поток вопросов лишь нежно улыбнулся и наклонившись, оставил поцелуй на виске светловолосой головы.       -Я люблю тебя.       Саша ответил ему той же мягкой улыбкой и схватил за шею, крепко прижимая к себе и заставляя Гришу улечься сверху.       -И я тебя люблю. ***       Два рабочих дня пролетели слишком уж быстро. Ребята на складе оказались ровными. Всё показали, объяснили. В общем, втянулся Гриша быстро во всю эту рутину. Работы было много: собирать детали, распаковывать коробки, собирать коробки, грузить мебель в машины и так далее. По истечении первых двенадцати часов руки у Гриши чуть ли не отваливались. Однако знание того, что у него наконец-то есть деньги заставляло чувствовать себя лучше.       На улице было морозно. Температура уже опустилась ниже нуля и вся слякоть, обитавшая на улицах в последние недели, успела замерзнуть, а лужицы покрыться неровной коркой льда. С одной стороны Грише это пришлось по душе - наконец-то обувь не будет так сильно пачкаться, а с другой - все ту же обувь придется менять на зимнюю. Гриша передернул плечами от резкого порыва холодного ветра, что забрался даже под наглухо застегнутую куртку. Антон опаздывал уже минут на десять как минимум. Друг позвонил еще вчера днем, когда Залесский отсыпался после ночной и предложил пересечься на днях, снова затусить с парнями. Раздумывал Гриша не долго. Он и правда уже очень давно не видел ребят, да и с Тохой хотелось поговорить нормально.       Спустя еще несколько долгих минут Залесский пошарился по карманам и вытащил недавно начатую пачку сигарет. Он понимал, что нарушает давно данное Саше обещание - не курить, но пока ничего не мог с собой поделать. Нервы после всего случившегося еще не до конца успокоились и руки то и дело сами тянулись за сигаретами. Единственное, чего Гриша не делал - это никогда не курил в присутствии Саши. Только когда выходил на улицу. Он знал, что сигаретный дым в любой момент может спровоцировать приступ астмы, поэтому лишний раз старался не рисковать.       Гриша успел сделать пару затяжек, прежде чем услышал шаги. Из-за угла старого пятиэтажного дома с растянувшимися то тут, то там трещинами, возле которого и стоял парень, тут же показался знакомый силуэт. Тоха был без шапки, зато с натянутым до носа воротом пуховика.       -Здорова, -поравнявшись, они ударились ладонями в приветственном жесте.       -Ага. Ты чего так долго? - Гриша затянулся еще раз, стряхнув образовавшийся пепел щелчком пальцев и развернулся в сторону двора, в котором они обычно собирались. Тоха не стал тормозить и сразу же пошел за ним. Парень удивленно покосился на сигарету в Гришиной руке.       -Ты же бросил?       -Ну вот не до конца, как видишь. Так чего?       -А, да мы с бабулей в магазин ходили. Ну и она там засмотрелась на чай. Все никак не могла выбрать какой взять, -Гриша понимающе усмехнулся. После поездки в гипермаркет Саша дома ему все высказал касательно того, как он выбирал миски для Милы.       -Понятно все. Как она поживает? Как сестра?       -Бабуля нормально. Остеоартроз все лечит. На плавание записалась, ходит теперь в бассейн два раза в неделю. Пнула меня, мол, она ведет более активный образ жизни, чем я, - Гриша усмехнулся. Бабуля хватку не теряет, все такая же подвижная, -а сестра...да хуй знает, она с нами не общается.       -По-прежнему нет? И даже не приходила ни разу?       -Не-а. Хотя я вообще не понимаю, почему она так себя ведет. Обижаться надо нам с бабулей, а не ей.       Тот скандал в семье Антона, произошедший пол года назад Гриша помнил до сих пор. Бабуля тогда впервые начала мучаться с остеоартрозом и для лечения надо было много денег: массаж, физиотерапия, лекарства. Кристина же, вместо помощи, предложила сдать ее в дом престарелых. Антон тогда взорвался и рассорился с сестрой в пух и прах. А она с тех пор никакого участия в жизни семьи не принимает. Бабулю, конечно, расстроила вся эта ситуация, но она много раз пыталась наладить связь с внучкой. Без толку, к сожалению.       -М-да уж. А Макс?       -Сказал, что Крис даже с ним не говорит на эту тему. Ну и хер с ней, сама вернется, как приспичит. Кстати, -Тоха немного замедлил шаг, хотя они почти дошли до площадки, от которой уже доносился знакомый гомон, -хотел тебе сказать, пока не пришли, -Гриша кинул в сторону друга заинтересованный взгляд и кивнул, подтверждая, что слушает, - в общем, я все же поступил в полицейский колледж.       -Да ладно?! - От удивления Гриша даже остановился. Парень пораженно уставился на Тоху, смущенного такой реакцией на свое поступление. Он утвердительно кивнул головой и Гриша радостно рассмеялся, притягивая друга к себе за шею. -Чёрт, чувак, да ты просто красавчик! Я так рад за тебя!       -Я тоже рад, -Антон рассмеялся в ответ, -просто подумал, что сейчас самое время. Бабуля почти выздоровела, ты почти в норме. Выучусь и сразу сюда.       -Куда уезжаешь?       -В соседний город. К счастью, не так далеко. На выходных смогу возвращаться и за бабулей приглядывать. Через полтора месяца начинаю.       -Да, это хорошо, -улыбка так и не слезала с Гришиных губ.       Он был безмерно счастлив, что друг наконец-то взялся за налаживание своей жизни. Тот их разговор пару месяцев назад долго не давал Залесскому покоя, но теперь он мог немного расслабиться и не чувствовать вину за то, что Антон оставался рядом не смотря на желание следовать к цели. Антон всегда был рядом. И когда брат свалил, и когда мать умерла оставив мелкого Гришу на попечение чокнутому отчиму. Даже в колонию к Грише приходил почти каждую неделю, хотя она и находилась в соседнем городе. Только за одну Антонову поддержку Гриша был обязан ему до самой следующей жизни.       За всеми этими размышлениями Гриша даже не заметил, как они дошли до старой, уже разваливающейся, везде с облупленной краской и ржавчиной детской площадки, на которой и собиралась их компания. Относительно нормальными здесь были только лавки, которые они сами же и починили, чтобы было на чем сидеть и парочка турников. Завидев Гришу парни загомонили еще громче, а кто-то даже засвистел от переизбытка чувств. Те, с кем Гриша более менее хорошо общался, сразу же подошли поздороваться.       Увидеть ребят Залесский был очень рад. Он соскучился по этой непринужденной атмосфере, тупым шуткам и разговорам на странные темы. Было комфортно, но не настолько, как с Сашей, по которому за эти пару часов Гриша успел соскучиться. Он хотел бы, чтобы Воронов пришел сюда вместе с ним, но знал, что Саше такое не по душе. Саша исключительный домосед и такие большие компании вообще не любит, как и большое скопление людей. Было немного грустно оставлять его одного дома, но Воронов почти насильно выпнул Гришу из квартиры заявив, что тот должен развеяться и увидеться с парнями спустя столько времени. Нежно улыбнувшись своим воспоминаниям, Гриша вернул внимание разговору.       Спустя в общей сложности три часа, две бутылки пива и окончательно продрогнув из-за начавшегося сильного ветра Гриша засобирался домой. Тоха решил еще немного погулять, поэтому Залесский первым покинул компанию, со всеми попрощавшись и пообещав еще как-нибудь к ним заскочить. Он вышел с площадки на асфальтовую дорогу, которую не ремонтировали уже лет двадцать, и привычно обходя пробоины направился к арке, ведущую из дворов во внешний мир. За всеми их разговорами по душам Гриша и не заметил, как сам начал думать о том, что же делать дальше. Антоха теперь будет учиться, у Макса неплохой карьерный рост, другие ребята, которые самые адекватные, тоже начали шевелиться в сторону лучшего будущего. Но Гриша теперь был не один. Раньше он на себя одного спокойно наскребал: за коммуналку заплатить, за еду, за другие мелкие расходы. А теперь их двое и Саша еще учится. Того, что Залесский зарабатывает сейчас едва будет хватать. Конечно, у Саши есть пенсия, но Гриша даже не брал ее в расчет, полагая, что эти деньги Саше исключительно на личные расходы. Из-за чертовой судимости нормальной работы Грише не видать еще как минимум пару лет и это угнетало.       Едва зайдя внутрь темной арки Гриша заметил, как от стены отделилась тень и тут же направилась ему на встречу. Внутренне подобравшись, Залесский сместился в сторону, чтобы обойти человека, идущего прямо на него. Он надеялся, что это просто какой-нибудь алкаш, потерявший ориентацию в пространстве. Однако надежды не оправдались - человек шел прямо на Гришу. Схожесть телосложения, приблизительно знакомый силуэт заставили парня рыться в своей памяти в попытках узнать мужчину, но ни к каким выводам он прийти не успел.       -Здарова, малой, - знакомый хриплый голос резанул по ушам заставив остановиться и потрясенно уставиться вперед. Гриша ни в жизнь бы не подумал, что услышит его снова, - давно не виделись.       Мужчина подошел ближе, остановившись в паре шагов. Черная куртка с наброшенным на голову капюшоном не давала разглядеть лицо, но Гриша и без этого понял кто перед ним. Чертов братец, кинувший его и сбежавший, как думалось, навсегда. Ваня скинул капюшон и цепкий взгляд Залесского-младшего отметил синяки под глазами, впалые щеки, обветренные и потрескавшиеся губы, общий исхудавший вид. Конечно, они всегда жили не особенно в достатке, но и не до такой степени, чтобы выглядеть так, как теперь выглядит брат. По идее, он должен сейчас светить румянцем на щеках, учитывая, какую сумму денег он сунул в карман когда сбегал. Гриша скрипнул зубами.       -Было бы хорошо, если бы я тебя больше вообще никогда не увидел.       -Ну что ж ты как не родной-то? - ухмыльнувшись, Ваня подошел ближе и закинул руку Грише на шею, в попытке по-родственному обняться. От одной только мысли об этом Грише стало тошно и он тут же вывернулся, отойдя от брата на пару шагов.       -Чего приперся? Ни за что не поверю, что ты просто соскучился.       -Но я и правда соскучился, -пожав плечами, Ваня на шаг приблизился. Он не давал Грише отойти слишком далеко и это давило на нервы.       -Ага, как же, - смотря на Гришину настороженность и понимая, что сдаваться он не собирается, ухмылка Вани быстро испарилась, ровно как и все братские чувства, видимо.       -Отдавай денежки, - вместо раздражения на лице Гриши появилось удивление.       -Ты ебанутый? Какие еще деньги?       -Которые тебе должны были выплатить как моральную компенсацию, -нахмурившись, Ваня начал жевать губу, отчего та потрескалась еще сильнее и на ней выступила кровь. Гриша с горечью подумал о том, что брату глубоко плевать на то, как он все это пережил. Единственное, что его всегда волновало - это деньги и ничего с тех пор не поменялось. Что в детстве он торговался со всеми, с кем только мог или просто отбирал, что сейчас. Залесский-младший даже не сомневался в том, что отчим тогда заплатил Ване неплохую сумму, только чтобы старший свалил из дома. К горлу подступил ком.       -Никаких денег мне не выплачивали.       -Нет?       -Нет. Да и почему ты думаешь, что я отдал бы их тебе?       -До меня тут слушок дошел, что ты живешь с кем-то, - тело Гриши словно парализовало. Он не мог поверить, что его брат опустится до такого. Но одна только мысль о том, что Саше снова может угрожать опасность заставляла сердце гнать кровь с бешенной скоростью.       -С чего ты это взял? - Нахмуренные брови Гриши заставили Ваню снова ухмыльнуться. Но теперь эта ухмылка вызывала в Грише лишь злость и лютую ненависть.       -Да не имеет значения. Просто предупреждаю тебя - следующий, к кому я пойду будет твой сожитель. И пойду я к нему совсем не за тем, чтобы поговорить. Сечешь? - Злость застилала глаза.       Гриша даже подумать не успел, как его кулак врезался в Ванину щеку. Залесский-старший пошатнулся и грохнулся на асфальт, раздирая ладонь. Он слизнул выступившую на губах кровь и снова ухмыльнулся, нагло глядя на Гришу снизу вверх.       -Что такое? Это же наверняка какая-нибудь симпатичная девчонка, которая повелась на твое смазливое лицо? Может уже сейчас о ней расскажешь, чтобы мне не пришлось долго искать? - Такое стерпеть Гриша не смог тем более. Заскрежетав зубами, он подлетел к Ване и снова приложил его. Потом еще раз и еще. Распластавшийся по асфальту брат даже не пытался отвечать на удары. Лишь только хрипло смеялся и слизывал кровь, но в один момент резко замолчал и удивленно уставился в свод арки.       -Подожди-ка, а может, ты нашел не девчонку, а пацана? То-о-очно, тебе же не привыкать. От тебя все друзья Евгеши тащились, как и он сам, - от упоминания имени отчима и его друзей у Гриши по телу пробежал табун мурашек. Он передернул плечами и с ненавистью посмотрел на брата. Правда, Гриша не очень понимал, зачем тот пытается вывести его из себя, но получалось у Вани неплохо, - слушай, так он успел тебя трахнуть или нет? Не очень помню подробности, уж извини.       Медленно выдохнув, сжав и разжав кулаки, на которых уже начинали саднить снесенные костяшки, Гриша, севшим голосом ответил:       -Не успел, - и тут же двинул успевшему приподнять голову брату снова, вырубая того окончательно.       Судорожно вздохнув и встряхнув начавшие неметь руки, отозвавшиеся на это движение тупой болью, Гриша обошел валяющегося без сознания брата и направился в сторону их с Сашей дома. А все только ведь начало приходить в норму.