Все грешные души надеются на рай.

«Труднее всего человеку дается то,

что дается не ему.»

М. М. Жванецкий

      У вас было когда-нибудь это противное ощущение? Ощущение зависти? По дороге на работу я часто наблюдаю людей на дорогих машинах, ухоженных девушек, которые наверняка спешат на учебу или успешную работу. Счастливые семьи, чего никогда не было у меня. Мои родители были богаты. У меня была дорогая одежда, но эта одежда была невероятно закрытая и строгая. Питалась я исключительно правильно. Меня заставляли учить языки, и я закончила балетную школу. Обычную школу закончила с отличием, ведь за каждую принесенную мной четверку меня били и наказывали так, как бы я не пожелала ни одному подростку. Я могла поступить в успешный ВУЗ и найти высокооплачиваемую работу. А вместо этого я зарабатываю себе не на жизнь, а на выживание своим телом и завидую людям, у которых все есть. Чего мне не хватало? Спросите вы. Родительской любви, свободы. На моем запястье изображена птица в клетке с открытой решеткой. Это моя первая татуировка, которую я набила после того, как освободилась от родителей. Я получила ту долгожданную свободу. Но, как мы знаем, людям всегда чего-то не хватает.       — Ну что? Сегодня мы с тобой в паре, — говорит Марина, делая мне укладку. — Готова к фееричному шоу?       — Я еще ни с кем не танцевала на пилоне вдвоем, — отвечаю я. — Но репетиции прошли успешно, главное не переволноваться.       — Ну все, я закончила, осталось переодеться.       Костюмы выглядят шикарно. У меня черное блестящее белье с «юбочкой» на стрингах, также подвязаны чулки. У Марины такой же костюм только белого цвета. Мы были словно инь и ян.       — Ну что, детка, пошли покажем этим мужикам настоящий секс! — говорю я задорно и подмигиваю рыжей девушке.       И действительно, все мужские взгляды устремлены только на нас. Трюки на пилоне выходят горячими, а партер получается страстным. Изюминку в номер приносит наш поцелуй и то, с какой нежностью мы трогаем друг друга во время него. Что уж тут говорить, все мужчины любят лесбийское порно.       Пока мы с Мариной на перекуре, я решаю немного с ней поговорить о моей ситуации с Кириллом. Сигарета трясется в моей дрожащей руке. Да, мы часто с девчонками говорим о мужчинах и сексе, но это мне казалось более личным.       — Слушай, я же сейчас временно живу у Кира, и недавно мы переспали. — Я закусываю губу, и Марина зеркалит мое действие. — Но сейчас мы общаемся как обычно, но что-то не дает мне покоя.       — Так вы же вечно пялитесь друг на друга, так что это был просто вопрос времени, — Марина улыбается. — А ты походу влюбилась в него!       — Да. Нет. Наверное… — Я редко смущаюсь! — Ни разу не чувствовала что-то подобное. Но для него это просто секс.       — Пока не спросишь, не узнаешь.       Спросить. Да. Конечно. Пока еще жива хоть какая-то часть моей гордости, я буду просто наблюдать.       Уже по инерции, после выступлений я подхожу к стойке, за которой работает Волчонок. Я надеюсь, что мои извивания на сцене были не зря, и он все видел.       — Привет, Волчонок! — и снова он хмурится, когда я называю его так. — Как тебе номер?       — Вышло очень… необычно, — он смотрит на меня, а мне, как сопливой девочке, хочется провалиться под землю. — Но ты почему-то не в настроении.       — Ты ушел на работу раньше, а в одиночестве меня навестило много грустных мыслей.       Его взгляд, которым он посмотрел на меня сейчас, очень отличается от его уже привычного. Но мне кажется, что в его глазах стоит непробиваемая стена, через которую я не могу понять его эмоции.       — Хочешь попробовать? — обращается ко мне Кир, кивая на стакан, который он протирал.       — Чего?       — Хочешь постоять за барной стойкой?       — Хочу ли я? Конечно! Я всегда мечтала так же мешать коктейли, как делают это бармены.       Под неодобрительный взгляд Волчонка, кряхтя, я перебираюсь к нему через барную стойку.       — Так быстрее, — бурчу я.       Спустя час я уже научилась делать коктейли, такие как Май Тай, Пина колада и Кловер Клаб, и конечно же, я выпила их в нескольких порциях.       — А хочешь… Давай напьемся?! — очень неожиданно предлагает Волчонок, который уже был изрядно пьян, ведь он пробовал напитки, приготовленные мной.       — Что, прям на работе?       — А мы беспалевно!       Что ж, это беспалевно обходится нам в разбитые стаканы и полную невозможность дойти до дома.       — Бляя, виски кончился, — жалуется чуть ли не плаксивым голосом Волчонок. Его волнует закончившийся алкоголь, а меня — увольнение. Надежда на то, что никто не заметил нашего маленького беспредела, очень маленкая…       Я чувствую, как меня сгребают в охапку и впиваются в губы алкогольным поцелуем. Кирилл целует меня уверенно и напорно. И снова эти долбанные тараканы в голове. Вернее, я имею в виду, бабочки в животе. Закончив поцелуй, Волчонок неуклюже чмокает меня в нос, улыбается совсем не свойственной для него улыбкой, берет за руку и ведет в сторону дома.       Если Кир всегда такой, когда пьяный, то надо спаивать его чаще. Хотя, сегодня он прекрасно споил и себя, и меня самостоятельно. Улыбнувшись своим мыслям, я шагаю вслед за ним.