Naked Silver

Бежать, бежать, бежать — всегда его главная ошибка. Нельзя было оставлять Полнареффа одного, и он это прекрасно знал. Так какого черта не опомнился сразу? А вернулся, когда уже было поздно. Видите ли, не мог оставить свою любовь одну — какой же идиот, думал он сам про себя. Остался таким же трусом, каким и был. Правда, Полнарефф говорит, что всё закончилось лучше, чем могло бы — они оба живы, но… «Нельзя вернуть человека, если его душа уже на том свете». — А если душа всё ещё здесь, пусть и в чужом теле, раны можно восстановить и воскресить, да? Но не один Станд не вылечит чертову дыру в груди без последствий. И последствия есть — Полнарефф рядом с ним, вроде бы, живой, но постоянно вздрагивает от жутких приступов. Фантомные боли, так это называют. И наблюдать за ним ничуть не легче. Может, стоило отпустить француза? Может, так он был бы счастлив, на том свете, в вечном покое? Там все те, кого он потерял. Без Хола было бы тяжело, но, будем честны, долго бы его ждать не пришлось. Хотя, оглядываясь назад, можно сказать, каждым днём Полнареффу становится лучше — медленно, но верно. Его ковбой теперь снова рядом, и теперь уж точно не уйдёт. Уж точно… Если давать обещания, они никогда не сбудутся. Поэтому он просто старается держаться возле Жан-Пьера. Это напоминает то, как они жили раньше, счастливо и свободно. Если бы можно было вернуться назад, исправить прошлое, может, сейчас всё было бы по-прежнему, и они были счастливы. А может, всё ещё впереди? Теперь ведь уже не существование, как двенадцать прошлых лет, а жизнь, продолжается. Может, они будут в порядке, может, им лишь нужно немного времени, чтобы восстановить друг друга и самих себя.