Лучший мир

Офелия тяжело выдохнула. Еще один полный труда день. Оглядев опустевший зал, девушка облегчённо присела на стул. Необходимо три минутки отдыха и работа будет выполнена. К ее локтю кто-то прикоснулся - она с радостью обнаружила рядом Сильвию. Офелия разозлилась, ведь люди считают, что она не только немая, но и глухая. Взглянув на добродушное лицо Сильвии, единственное светлое пятно в серой массе, Офелии стало стыдно за свои мысли. Она кивнула, изобразив на лице усталость, а после радость от окончания трудового дня. Притворяться немой – тяжкая работа. - Hyezpihsi tyepsyehtsyeo. Hyizyeksyei npuystsya tsfyidyezhitsyipsyayi tyetipuyh. Yehyedyissye tsyi kzhyi nyertisuu. (Согласна полностью. Сегодня клиенты требовательные попались. Особенно те две компании) Утвердительно замычав, Офелия взяла у напарницы поднос и понесла на кухню. Уже целую неделю она работала в этом богом забытом месте. С имеющимися у нее деньгами Офелия постепенно разобралась и все благодаря случайным людям. Рискнув вернуться на безумный рынок, Офелия заприметила женщину, учащую свою дочь совершать покупки. Пытаясь выглядеть не слишком подозрительной, Офелия исходила за ними весь рынок, улавливая необходимую информацию. Дорогущий отель пришлось бросить. Посчитав сколько у нее денег, она нашла прайс и едва не поседела от увиденного. Не имея возможности расспросить девушку на ресепшене, когда ей выселяться, Офелия сбежала. Захватив ножичек и обрезки белья. А еще ей пришлось украсть немного бумаги и писчий инструмент в коридоре. Три дня она успокаивала свою совесть, подумав, что такие вещи постояльцам дозволено брать бесплатно. Никакое это не воровство. Одну ночь ужасов она провела в парке, под скамейкой. С каждым днем надежда об окончании дурного сна таяла, как дым. С трудом отыскав постоялый двор подешевле, она принялась усердно записывать слова, которые слышала. Она выучила, как здороваются и прощаются. Называния некоторые виды еды и мебели. Офелия зашла на кухню и вздохнула. Высоченный жирный казан призывно сверкал грязными боками. Каждый день его мыли разные люди и вот настала ее очередь. Без лишних церемоний она взялась за тряпку и полезла на высокий стул. - Что б тебя! – громко выругалась Офелия позднее. Остатки плова никак не хотели отмываться, крепко держась за медные стенки. – Не зря ненавижу плов. - Yei msipi btsye tsya syi syiriyei! (Я знала, что ты не немая!) – послышалось сзади радостное восклицание. Офелия повернулась, опять лицезрея довольную Сильвию. - Ninyeyu yui tsyidyei tfuyeitssyayu zyepyeh! Tyebyiryui Tsya tfutszhyefyeiyivhyei Syiryeyu? Yets Nyezye-tsye htsfyazhiyivhyei? (Какой у тебя приятный голос! Почему ты притворяешься немой? От кого-то скрываешься?) – она начала порхать возле растерянной Офелии, словно и не разносила тяжеленые подносы целый день. Криво улыбнувшись, Офелия слезла со стула. Спину словно заклинило кольями, руки мелко тряслись. Она с трудом разогнулась и сжала Сильвию в объятиях. Лишних проблем ей не надо. Неожиданное действие заставило замолчать девочку. Офелия отступила от нее. - Прости. Двадцать слов знаю, – услышав себя со стороны, Офелия удивилась. Первые слова, обращенные на чужом языке к другому человеку, а не к подушке. Сильвия восхищенно вытаращилась: - U dyepvyi syi msiyiv subyizye? Hryivsye tsya zyezhyefuv? (И больше не знаешь ничего? Смешно ты говоришь) – она закрыла рот ладошкой и засмеялась. - Не понимаю, - Офелия покачала головой. Девочка смотрела на нее, как ребенок на новую игрушку. - Syi tfyedpyiri! (Не проблема!) – Сильвия схватила ее за руку и заговорщицки зашептала – zhyayuibhuzh yeimyan tyek fyuinyezhyekhtszhyer byuitsnyezye yuibhutsyipyei nyeur yei yeizhpyeiyeo tsya fihhnilyiv zhhyi ye hyidyi. Sik nyestsusyistsyer rizubyihtsuyu nyuityep! Nilkyayu tfuyimluyu tyesuriyits siv yeimyan! Tsya yebyis syiyedyabsiyei u syi tsyepnye um-mi fyibu. Yei mirytsupi u fyinyeryskyezhipi zpizhsyeryui sisyeits tsyidyei. (выучив язык под руководством чуткого учителя, коим я являюсь, ты расскажешь все о себе. Над континентом магический купол! Каждый приезжий понимает наш язык! Ты очень необычная и не только из-за речи. Я заметила и рекомендовала главному нанять тебя). Офелии лишь оставалось вежливо кивать на этот поток слов. Сильвия умолкла и осознала свою ошибку. Она закружилась по кухне, рассматривая обстановку. Увидев казан, над которым трудилась Офелия, она широко открыла рот и четко произнесла. - К-а-з-а-н. - Подожди, - Офелия достала из кармана засаленные листы и быстро написала слово по звуку с переводом. ** Иногда, в толпе, она замечала Дина. Она кивала ему, но не рисковала подходить. С его стороны инициатива тоже не проявлялась. Он лишь смотрел на нее. Спустя две недели, она попривыкла к их встречам. Офелия успокоилась, страх перед ним прошел. Она раздумывала не подойти ли к нему. Она легко выговаривает дежурные фразы благодаря урокам с Сильвией. Едва она решалась, Дин словно растворялся в воздухе. Офелия начала подозревать, что кроме нее его никто не видит. Первые дни Офелия плохо спала, но тяжелая работа делала свое дело. Она вырубалась без задних ног, не смотря на отвратительные условия в ее комнате. Офелия с грустью осознала разницу между дорогой гостиницей и дырой, за которую она платила тяжко заработанные деньги. В ее комнате протекал потолок, хорошо, хоть не над постелью. Помыться можно было только внизу, причем воду набирать самому. О аромате ванили она вспоминала с грустью. Офелия прикупила парочку платьев в пол серого цвета. Ей не хотелось привлекать внимание - главное удобство. Свою одежду она складывала под кроватью. Рядышком лежала аккуратно сложенная мантия. Офелия не решилась выбросить ее. Но и надевать больше не стала, видя, что никто в подобном не ходит. Кроме кровати, в ее апартаментах валялся сломанный стул. Есть приходилось за свои деньги. Самой вкусной едой был тот завтрак с Дином. Больше подобной вкуснотищи она не встречала. На ее работе, в таверне, повариха готовила отвратительно. К ее удивлению и расстройству она не видела снов о своей прежней жизни. Хоть и вспоминала о ней каждую свободную минуту. Она молилась о передышке от кошмара в реальности. Пусть хоть одно приятное сновидение. Или ее теперешняя жизнь – это сон? К несчастью ее желание исполнилось – Офелия не выбрала радоваться или плакать. Ей приснился неприличный сон с Мишей. Он был настолько яркий и чувственный, что Офелия проснулась вся потная. Долго не могла восстановить сбившееся дыхание, а успокоившись, прорыдала. Очнувшись утром полностью разбитой, она больше не желала видеть никаких сновидений. Умывшись, Офелия переменила мнение. Она рада была, что Миша приснился ей. Очаровательная улыбка весь день не сходила у нее с лица. Отдельные части сна вспоминались совсем не кстати, и она густо краснела. Сильвия взяла выходной, и Офелию отправили разносить заказы. Из-за ее немоты, хозяин редкое такое позволял. Но она проявила старательность и была допущена в зал. Чаще в зале – больше денег. Под гнетом работы Офелия не смогла забыть о сне. Немного успокоилась, но улыбка не покидала ее лица. Витая в облаках, она не сразу сообразила, что клиент обращается к ней. - Kyizyuivni zhya yebifyezhitsyipsye upyadiyitsyih hyizyeksyei. Ye nyer-tsye kyuiriyitsyi? (Девушка, вы очаровательно улыбаетесь сегодня. О ком-то думаете?) Ее улыбка сменилась на дежурную, и замычав, она показала на свой рот. - Ki msiyeo yei btsye tsya syiriyei. Sye hpyavits tsya ryelyiv syerripsye zhyik tsin? (Да знаю, я что ты немая. Но слышать ты можешь нормально, ведь так?) На последней фразе его тон огрубел, и Офелия насторожилась. Она посмотрела в его осоловевшие глаза; грубые волосатые руки крепко сжимали столовые приборы. Хорошее настроение убил глубинный страх. Она живо вспомнила жадно шарящие руки по ее комбинации. Больших усилий стоило не уронить поднос. Дабы не допустить конфликт, она понимала, что надо уходить. Поклонившись, Офелия поспешила покинуть зал. Скрывшись в кладовке, она распахнула ворот рубашки и тяжело задышала. Накатил приступ паники. Постояв так еще минут пять, она рискнула выйти из своего убежища. Она аккуратно выглянула в зал. Клиента за столиком не наблюдалось и она облегченно вздохнула. Как жаль, что сегодня нету Сильвии. Она смогла бы помочь. Вспомнив, что у нее завтра выходной, Офелия попыталась вернуть себе утреннее настроение, вспоминая детали сна. Но в душе поселился смутный комок беспокойства. И даже страстно шепчущий слова любви Миша положение не спас. ** - Yei tfyevyui zhhyizye yekus tyetschyipyuiyu nfihuyetsni. (Я прошу всего один поцелуй, красотка). Неловко улыбнувшись, Офелия выскользнула с объятий настырного клиента. Он шел к туалету на заднем дворе и на свою беду с черного входа выскочила раскрасневшаяся Офелия. Кухарка готовила пирожки и на кухне накапливался удушающий пар, словно туман. Офелия выносила воду и воспользовалась возможностью подышать. Нос к носу она столкнулась с настырным клиентом. Он обвил руки вокруг нее, но кольцо не смыкал. - Yui tsyidyei yihts zhyempyeodpyissyayu. Ryelyits yei pyuibvyi syizye? (У тебя есть возлюбленный. Может, я лучше него?), - она сумела вывернуться, убежать и захлопнуть дверь. Лучше мучиться в жаре, чем терпеть его. За выходные мужчина не забыл ее. Он заходил в таверну каждый день и внимательно следил за ее работой. Он заказывал много еды и выпивки. Ближе к вечеру у нее словно опускалось сердце. Она отсчитывала минуты до конца смены. Из-за страха, она не чувствовала усталости. Вряд ли бы ее кто-то понял, имей она возможность поделиться своими тревогами. Он вежлив с остальными работниками, раздает щедрые чаевые Сильвии. Неприлично щедрые - хозяин и себе отсчитывал долю, хваля Сильвию за отменную работу. Наступил полдень особенно жаркого дня. Люди реже старались выходить на улицу. В таверне сидели два посетителя. Одним из них естественно был устрашающий поклонник Офелии. Хозяин отпустил девушек на небольшой перерыв. Решая не терять времени даром, они расположились за ширмой и проводили урок языка. Офелия так смешно выговаривала новые слова, что Сильвия не удержалась и звонко засмеялась. Ее смех был заразителен – его подхватила и Офелия. Они быстро затихли, но слишком поздно. Ширма отлетела в сторону, и Офелия оказалась тесно прижата к пьяному мужчине. - Zhtfyik tszhyeyu mikyefsyayu hryitsh lyipiyeo hpyuivzits yei yekus. (Впредь твой задорный смех желаю слушать я один.) – он дыхнул ей в лицо стойким перегаром. Сильвия кинулась к нему и попыталась оторвать его руки от плеч Офелии. - Zhyets nin yui zhis yetssyehyeitshyei n khyikfyar npuystsir?! (Вот как у вас относятся к щедрым клиентам?!) - мужчина кричал на весь зал. Сильвия отступила. Она понимала, что делает плохо. Хозяин накажет ее за неуважительное отношение к клиентам. Она смотрела на замершую, словно кролик перед удавом, Офелию. И сделала выбор. Она ринулась к Офелии и дернула девушку на себя. Это действие помогло, Офелия словно очнулась. Она с силой ударила его по лицу. Раскрасневшийся мужчина, ругаясь и выкрикивая оскорбления, покинул таверну. Офелия кинулась к окну, глядя, как он нетвердой походкой уходил прочь. Ей отчаянно захотелось плакать. Сесть и разреветься на всю таверну. Плевать, что все подумают. Безысходность давила со всех сторон. Спасти ее было некому. Дурные воспоминания накатывали один за другим: шарящие руки по комбинации, липкие взгляды разбойников, паренек с ножом, пугающий Дин. Офелия осела на пол, бездумно глядя перед собой. Он вернется и кто знает, чем все закончится. Сильвия порывалась к ней подойти. Но у нее не находилось слов утешения для чудной подруги. Поразмыслив мгновение, девушка побежала на второй этаж в комнату хозяина. Придя в себя Офелия, села за один из столиков. Хорошо, что в таверне больше никого не было. Второй клиент, поняв, что продолжения ссоры не будет, ушел. Сил на исполнение своих обязанностей у нее нет. Со стороны кухни послышались громкие голоса. Офелия машинально повернула голову и увидела хозяина. Сзади него маячила Сильвия. Она выглядела встревоженно и виновато. - Встань! – Офелия послушно поднялась. - Kyezhiyekya atsyeyu ryuifivnu syi uryiyeots suninyezye msibyisuyei! Zh yuikhyifd kyetshyekir yei tsyidyei mitschutschits syi siryifyis! (Доводы этой мурашки не имеют никакого значения! В ущерб доходам я тебя защищать не намерен!) Прочь! - куцый грязный палец указывал на выход. Не глядя на Сильвию, она опустила голову и медленно пошла к выходу. Когда дверь за ней закрылась и послышались отдаляющиеся шаги хозяина, к своему удивлению Офелия ощутила лишь облегчение. ** Каждую рабочую смену таверну она покидала в сумерках или в полной темноте. Все лавки были закрыты и лишь свет с их таверны освещал пространство. Под вечер подтягивались пьяницы и остальной ушлый контингент. Офелия отвыкла от трезвых и чистых. Выходя из работы, она быстро шла в полной темноте. Идти было недалеко, но в городе Офелии не было страшно. Спешившие в таверну за выпивкой, видели лишь вожделенное светящееся окно. Ее они не замечали. После закрытия, они валялись по разным углам улицы, им было не до нее. Теперь же она шла к своему мотелю при свете дня. Она шарахалась людей, ей казалось, что абсолютно все смотрят на нее. Хотя она и научилась одеваться по-местному. От лавочек с харчами тянулся приятный ароматный шлейф. Офелия вспомнила скудный завтрак с одним бутербродом. До нее дошло, что хозяин ее выгнал без копейки зарплаты за последнюю неделю. И заплатить за жилье ей нечем. В отчаянии она села на каменную клумбу возле очередной лавки и задумалась. Стоит ли просить помощи у Дина? Но он может теперь потребовать платы после ее выкидонов. Может он и не хотел ничего плохого тогда в лесу, а она неправильно поняла. К своему разочарованию, Офелия не могла припомнить, когда в последний раз видела Дина. Находясь в ступоре, она бессмысленно наблюдала за улицей. Людей в этой части ходило мало, и они не обращали никакого внимания. Одна женщина действительно на нее посмотрела и сочувствующе покачала головой. - Настолько несчастной выгляжу? - зло прошептала ей в след Офелия. Она повернулась к лавке за спиной и слегка опешила. На белой стене висел ржавый прямоугольник. С выцветшим зеленым знаком Эскулапа. Невероятно! Медицинская лавка?! Офелия отошла на несколько шагов, присматриваясь к невзрачной хибарке. В душе что-то шевельнулось, напоминая ей о любимой профессии. По утрам она ходила этой дорогой и не замечала. И не удивительно – она брела, опустив голову, шарахаясь каждого прохожего. Поколебавшись мгновение, Офелия шагнула в открытый дверной проем. Над головой у нее висела засушенная трава. Будь Офелия повыше, то впечаталась в пучок лицом. Присмотревшись, она узнала валериану. Словно боясь, что видение растает, кончиками пальцев она качнула пучок. Трава обсыпала Офелию засушенным цветками. Преодолевая волнительную дрожь в коленках, она шагнула в полумрак. Впереди виднелась вторая дверь, доносилось бормотание. Офелия покосилась на запыленный шкафчик со склянками. На противоположной стороне захаращеной комнаты виднелись сломанные скамейки. Свалены в кучу, они казались чудищем с медными ногами. Отодвинув грязную тряпку, видимо служившую занавеской, она очутилась в другой комнате. Комната оказалась поменьше холла и первое, что бросалось в глаза – огромный стол. Резной, с кучей отсеков. Поверхность стола заполонили склянки колбы, травы, книги. За столом сидела старуха и ковырялась в стаканах. Офелия кашлянула, а в ответ получила ноль внимания. Она негромко поздоровалась – та самая реакция. - Здравствуйте, - прозвучало звонкое сбоку. Офелия подпрыгнула, едва не разбив полную склянку. В темном углу, на подобии кушетки сидел паренек с гримасой боли. Офелия ему кивнула. Пациент? Она сделала маленький шаг в его сторону и увидела, что у него вывих плеча. - Zhya zh yebyifyiku mi rsyeyu. (Вы в очереди за мной) – стараясь не терять присутствие духа, говорил парень. Лоб его вспотел, из прокусанной губы сочилась кровь. Он терпел не слабую боль и мужественно сдерживал крики. Она попыталась разобрать его ответ, но паренек говорил слишком быстро. Офелия согласно кивнула на свой страх и риск, надеясь, что правильно делает. Старуха, словно находилась в другом месте, не замечая ничего вокруг. Офелия хотела выйти и подождать снаружи. Но передумала. Если выйдет, то ей не хватит духу вернуться. - В помощниках нуждаетесь? – громко спросила она у старухи. - Ayu zhya tyehpyi rysyei! (Эй, вы после меня!) – тон парнишки стал требовательнее, что не дало никакого результата. - Прочь! – она указала на дверь, даже не взглянув на Офелию. После она схватила баночку с вонючим содержимым и направилась к парню. Он неосознанно отодвинулся. Сложно было понять, чего пациент испугался больше: мази или жуткой женщины. Старуха смазала место вывиха. Парень скривился и побледнел еще больше. Среди ее бормотания Офелия разобрала слово неделя. Парнишка потихоньку натягивал одежду, кривясь от боли. Старуха же скрылась в подсобном помещении за кушеткой. Офелия изучающе глядела на парня. В ее голове созрел план, единственный шанс выжить. Девушка увидела, что он совершенно забыл об Офелии, концентрируясь на своей руке. Застегнув жилет, он поднял голову и с ужасом свалился на кушетку. - Не шевелись! – зло прошипела она. Офелия подскочила к нему и схватила за руку. Он молча взирал на нее позабыв о боли. Наверное, на ее лице было очень страшное выражение. Парень застыл, послушно исполняя ее приказ. Захват, ловкое натренированное движение и вскрик. Пациент пришел в себя и подскочил на ноги. Старуха, словно тигрица выскочила со своей подсобки. Вместе с парнем она уставилась на его абсолютно здоровую руку. И после - синхронно на Офелию. Она сама струхнула от своего смелого поступка, но с достоинство выдержала взгляды. - Yetfyikyipyissye zhyemrutsyi atsyui kyizyuivnyui si fidyetsyui. (Определенно возьмите это девушку на работу) – парнишка протянул старухе четыре монеты и покинул лавку. Офелия понимала, что старуха вряд ли ей причинит вред. Да и после грубых посетителей таверны, ей казалось ничего не было страшно. Но взгляд светлых глаз старухи просвечивал насквозь. Мгновение назад она хотела, чтобы ее заметили. Теперь же желала сделаться меньше самой мелкой монеты, упасть на пол и укатиться в щель. - Sunyuiki syi yuitshyeku. (Никуда не уходи) – Офелия ни слова не поняла, но на всякий случай не кивала. Ее не до сих пор не выгнали, а это хороший знак. Старуха вновь исчезла в подсобке, а Офелия села на плетеный стул и попыталась успокоиться. Она отвлеклась, рассматривая комнату. Низкий потолок усеянный наборами засушенных трав, напоминал перевернутое поле. Над кушеткой, устланной потрепанной тряпицей неопределенного цвета, висела полка с целым рядом разноцветных баночек. Казалось, что они вот-вот рухнут на голову очередного бедолаги. И повезет еще, если он отделается ушибами. Слева от кушетки виднелся проход в подсобку. Правым боком кушетка упиралась в стену. Под стеной стояла тумба с еще большим количеством банок, в одной из них плавала лягушка. Слева от Офелии находилась стена с криво прибитыми полкам, полных жестяных коробочек и новой порцией банок. Дальше стоял ранее виденный стол, за ним висела картина. Наверное. Офелия прищурилась, но из-за слоя пыли не смогла рассмотреть ничего. Только контуры и огромная деревянная рамка. Вскоре старуха показалась перед ней и грохнула на стол большую коричневую книгу. В воздух взлетел слой пыли, накрывая Офелию. Она закашлялась, пока старуха безмолвно взирала на нее. Откашлявшись, Офелия решила не лгать этой женщине. Чем дольше она с ней находилась, тем менее страшной казалась травница. - Я не понимаю вашего языка, - четко произнесла заученную фразу Офелия. Лишь легкая тень удивления мелькнула во взгляде старухи. Она кивнула и перевернула открытую книгу Офелии. Сухой сморщенный палец уткнулся в картинку. Офелия увидела мелкий текст с завитками. Совершенно ей незнакомый. Она тщательно всматривалась, надеясь увидеть хоть одно знакомое слово. Но весь ее письменный словарь состоял из названий лавок на вывесках. Тонкий палец требовательно постучал по картинке. - Хвощ полевой нарисован, я знаю. Но вы-то меня не поймете, - с отчаянием произнесла Офелия. Старуха покривилась и кивнула влево. Офелия повернула голову к рядам банок. - Подойди! - Офелия закрыла глаза, вспоминая значение слова. - Хм. Она подошла к кушетке, сосредотачиваясь на банках. То, что она приняла за жидкость, оказалось разноцветными наклейками с кривыми рисунками. - Что я должна искать? – она лихорадочно рассматривала рисунки, ее глаза болели из-за тусклого освещения. На одной из банок четко виднелся силуэт женщины с выпирающим животом. Беременная? Офелия схватила пузырек. - Беременным хвощ полевой использовать категорически нельзя, - она резко замотала головой и отставила пузырек. Она села и вопросительно уставилась на старуху. Но та без эмоционально кивнула на полки. Офелия внимательней посмотрела на банки. Она схватила банку с рисунком капли крови и поставила на стол. - Помогает при кровотечениях, - она утвердительно закивала. Не говоря ни слова старуха перелистнула страницу. И снова пальцем указала на рисунок. - Не могу разобрать, - Офелия только носом не касалась книги, - девясил вроде? Рисунок был не качественный, но вроде похож. Три свечки на такую комнату – преступление. Ничего не видно и для зрения убийственно. Ей это начинало нравится. Интересная головоломка! Она увидела смазанную этикетку с нарисованным кашляющим человечком. - Против кашля, лечит желудок, - баночка тихонько цокнула о поверхность стола. - Сердечникам нельзя, - она замотала головой, ставя перед старухой баночку с нарисованным сердцем. Офелия внимательно уставилась на экзаменатора, готовая к новому тесту. Тонкий морщинистый рот дернулся в подобии улыбки и Офелия улыбнулась в ответ. До позднего вечера она тестировалась. Она ошибалась, но старуха не злилась. Видимо лекарь приняла решение. Она накормила Офелию вкусным ужином. Запивала желеподобное, но вкусное блюдо Офелия знакомой алой жидкостью. Она едва не расплакалась, пробуя полюбившийся напиток. Надо обязательно узнать, что это. Вскоре сон сморил ее и благодаря усталости и подмешанному снотворному, Офелия мирно уснула на кушетке.