IN MORTE SUMUS UNUS

С самого утра Северус пребывал в странном расположении духа. Все началось с того, что он проспал. Такое с педантичным профессором случалось достаточно редко. Однако, в это утро напряжение и стресс минувших дней все же взяли свое, и Снейп самым банальным образом проспал завтрак. Оказавшись в такой неприятной и непривычной для себя ситуации, Северус мысленно поблагодарил Судьбу за то, что сегодня выходной, и решил спасти скверное утро поздним завтраком прямиком с кухни. Мужчина вызвал в свой кабинет домашнего эльфа и распорядился подать ему ланч прямо в гостиную. Директор уже предвкушал неторопливую трапезу в тишине и одиночестве своей гостиной за чтением субботнего выпуска Пророка, однако его мечтам, похоже, не суждено было сбыться. Когда Северус заметил на подносе с ланчем белую розу, он на минуту потерял дар речи. В том, что это чья-то идиотская шутка, профессор не сомневался ни секунды. Однако от всегда достаточно болтливого эльфа вразумительных объяснений, к большому удивлению Снейпа, ему добиться не удалось. Маленький паршивец лишь нес какую-то ерунду о том, что то ли ничего не знает, то ли не может сказать о столь загадочном явлении. Это еще больше разозлило Северуса, так как он прекрасно понимал, что не может применить к домовику легилименцию, потому что это настрого запрещено правилами школы. Когда измученный допросами эльф все же исчез, директор поймал себя на мысли, что произошедшее настолько сильно вывело его из себя, что от аппетита не осталось и следа. Мужчина рассержено взмахнул палочкой, и восхитительный ланч мгновенно исчез. На подносе осталась лишь одинокая белая роза в изящной стеклянной вазе. Северусу было невыносимо стыдно признаться в этом даже самому себе, но он просто не смог уничтожить цветок. Ему никто никогда в жизни не дарил цветы. Да что уж там… Нелюдимому профессору с трудом удалось бы даже вообразить ситуацию, в которой кто-то захотел бы совершить такой экстравагантный поступок по отношению к его не самой приятной персоне. И вот теперь он сидел субботним утром, завернувшись в домашний халат, хмурил брови и разглядывал невероятной красоты волшебство. В том, что цветок был создан при помощи магии, у Северуса не было сомнений. От розы исходила приятная легкая магическая аура. По ощущениям она напоминала свежее морозное утро. Снейп недоверчиво протянул руку и осторожно прикоснулся к нежным лепесткам. С сожалением зельевар заключил, что такая чувственная и прекрасная магия вряд ли могла быть создана с целью издевки или злой шутки. Слишком чистый магический след, слишком искусное волшебство. Маловероятно, что школьник смог бы провернуть такое даже при большом желании. Но чьих же это рук дело в подобном случае? Либо у Северуса появился поклонник или поклонница, достаточно взрослый для того, чтобы практиковать продвинутую магию, либо он постепенно сходил с ума. Справедливо рассудив, что второй вариант выглядит куда более реалистичным, директор решил заняться делами, чтобы отвлечься от столь нелепых утренних происшествий. *** Весь день директор Хогвартса провел, разбираясь с многочисленными делами и улаживая финансовые дрязги с министерскими чинами по каминной сети. Бюрократия не была слабой стороной Снейпа. Он хорошо разбирался в бумагах, однако бухгалтерские дела виделись ему крайне скучными, а потому быстро утомляли его и вгоняли в тоску. Вот и сегодня, уладив наконец вопрос финансирования школьных спортивных команд, профессор буквально ощутил, что еще немного, и он действительно тронется умом. Бросив взгляд на часы, мужчина с удивлением отметил, что вечер подкрался незаметно, а у него еще была назначена встреча с малым составом совета попечителей в Хогсмиде. Северус решил добраться до деревни пешком, чтобы хоть немного времени провести на воздухе в выходной день. В холле он встретился со своими молодыми преподавателями и их гостями. Нет, Северуса определенно не радовала перспектива нахождения в школе посторонних лиц, пусть и знакомых ему в качестве его бывших студентов. И, Мерлин упаси, он вовсе не считал хорошей идеей вечеринку преподавателей в разгар учебного года пусть даже и в выходной день. Во время своего пребывания в школе в качестве преподавателя он скорее удавился бы, чем позволил себе опуститься до такой наглости. Однако, когда Драко обратился к нему с просьбой, Северусу крайне сложно было отказать любимому крестнику. У сурового Ужаса Подземелий было мало слабостей, но тёплое отношение к Драко Малфою определенно было одной из них. Малфои заменили Северусу семью, которой у него никогда не было. А Драко он и вовсе старался опекать как умел, несмотря на то, что парень давно уже вырос и стал самостоятельным молодым мужчиной. Вот и в этот раз Северус снова сдался и разрешил Драко провести его дурацкую вечеринку с друзьями. — При одном условии, Драко, — сурово сверкнул он глазами в сторону крестника, — Никаких непотребств, никакого алкоголя, никакого шума и, Мерлин упаси, никаких разрушений. Тебе ясно? — Конечно, сэр, — с совершенно подхалимским видом пропел Драко, ничуть не испугавшийся похоже сурового тона и нахмуренных бровей. — И это разовая акция. Никаких исключений, — подумав, добавил директор. — Разумеется, — тут же отозвался блондин тоном, не предвещавшим ничего хорошего. Северусу оставалось лишь тяжело вздохнуть и надеяться, что двое отчаянных гриффиндорцев в компании с хитрым, но столь же падким на неприятности Драко уже достаточно повзрослели, чтобы не разнести Хогвартс по кирпичику. Напомнив Драко об их уговоре, Северус просто не смог отказать себе в удовольствии сбить спесь с молодой Уизли. Эта девица никогда не нравилась ему ни своей дерзостью, ни одержимостью Поттером. Ни капли самоуважения. Несмотря на ее брак с Лавгуд, свое мнение о Джинни Северус менять не собирался. К тому же, увидеть мелькнувший в глазах девушки испуг было настоящим удовольствием. Даже несмотря на то, что сейчас такие выходки директор сводил к безобидным шуткам, он вовсе не считал себя хорошим человеком. Да, ему нравилось ставить на место людей, которые вовсе не были ему симпатичны. Да, он был желчным и крайне противным слизеринцем. Занимающим пост директора, уважаемым в обществе, но все с тем же скверным характером и жутковатым чувством юмора. Он знал, что никогда не будет нравиться людям таким, какой он есть. Люди вокруг стали уважать его, вежливо относились к нему, хотели сотрудничать, но не более. Северус прекрасно понимал, что к таким, как он, не чувствуют искреннюю симпатию. Но его это волновало не слишком сильно. Спустя многие годы ненависти, издевательств, шпионажа, пыток и боли он был благодарен Судьбе за шанс просто жить и заниматься любимым делом. Не мешать никому, и самому не испытывать в жизни чужого вмешательства. *** Возвращение из Хогсмида в школу заняло у профессора даже больше времени, чем дорога туда. Собрание с попечителями прошло на удивление результативно, и теперь Северус в крайне приподнятом настроении возвращался в замок безлюдной проселочной дорогой. Теплый осенний вечер был на удивление прекрасен. На высоком небе уже стали загораться первые звезды, а воздух был наполнен ароматом полевых трав. Не доходя до школы, Северус остановился, чтобы закурить. Он пристрастился к пагубной привычке после приезда сюда в качестве директора, когда стал по несколько раз в день натыкаться во внутреннем дворе на Малфоя и Поттера, с невозмутимым видом заставляющих сигареты исчезать при его появлении. Забытая со школьных времен привычка снова взяла власть над Северусом, однако он, в отличие от своих преподавателей, действительно старался держать это в секрете. Вернувшись в замок, Северус до поздней ночи засиделся в кабинете над планом проведения итоговой аттестации для студентов. Когда часы пробили полночь, мужчина решил, что работы с него на сегодня достаточно и собирался уже отправиться спать, когда его взгляд вновь упал на белую розу. Странные мысли и давно забытые эмоции внезапно овладели обычно сдержанным и рациональным зельеваром. От них не получалось избавиться ни с помощью Вестника Зельеварения, ни с помощью любимого дневника Парацельса. Окончательно взвинченный и уставший от неконтролируемых эмоций, Снейп все же убрал книги прочь и рассудил, что прогулка по ночному замку может оказаться на порядок эффективнее чтения. *** Безлюдные коридоры Хогвартса и правда дарили ему желанное умиротворение. Стремительным шагом Северус бесшумно передвигался по знакомым с детских лет коридорам и галереям, погруженный в собственные мысли. Он сам толком не мог объяснить, как оказался в совершенно другой части замка, и уже собирался повернуть назад, когда вспомнил, что путь можно срезать через потайной переход. Оказавшись в плохо освещенном коридоре, Северус сразу понял, что находится здесь не один. У стены в дальнем конце перехода он заметил невысокую темную фигуру, скорчившуюся на полу, и услышал странные всхлипывающие звуки. С ужасом вообразив себе самое страшное, Снейп стремительно направился к неизвестному человеку. Подойдя ближе, он в замешательстве увидел перед собой преподавателя ЗОТИ, распластавшегося на полу, совершенно пьяного и… заливающегося слезами. Проявив далеко несвойственную ему тактичность, Северус опустился рядом с Поттером на колени прямо на холодный каменный пол и легко дотронулся до его плеча: — Мистер Поттер? Скорчившийся на полу юноша сначала застыл, а спустя мгновение как-то странно дернулся и отшатнулся от него почти что в первобытном ужасе. — П… пр… профессор… Сэр… — в смятении забормотал тот, прикладывая неимоверные усилия, чтобы сконцентрировать пьяный взгляд на директоре. В любой другой день такое поведение преподавателя в стенах школы стало бы для Снейпа поводом для увольнения профессора, но не сегодня. Отчего-то этот наивный испуг на лице героя Магической Британии, лежащего в слезах на полу полутемного коридора, показался Северусу довольно трогательным и печальным. Слабо отдавая себе отчет в подобного рода сентиментальности, зельевар поднялся с пола и выпрямился. — Пойдемте, — скомандовал он повелительным тоном. Поттер продолжал полусидеть на полу и в недоумении изучать его затуманенным взглядом. Тяжело вздохнув, Северус наклонился и помог нетрезвому преподавателю встать, позволив ему опереться на себя и поддерживая юношу за талию. Приятный запах кофе и корицы, исходивший обычно от Гарри, сейчас перебивался горьким запахом алкоголя, и Северус невольно поморщился. Стоило привести это недоразумение в чувство, прежде чем отправить к себе, и Снейп принял решение для начала добраться до собственного кабинета. *** Буквально дотащив засыпающего на ходу Поттера до кабинета директора, Снейп не без пренебрежения сбросил свою ношу на диван в углу гостиной и отправился в личные покои за отрезвляющей настойкой. Вернувшись в комнату, он застал довольно странную, но ожидаемую картину. Всклокоченный Поттер со счастливой полуулыбкой на лице мирно посапывал на его диване, нежно прижимая к груди старый плед Северуса. Черные волосы юноши в непривычном беспорядке разметались по диванной подушке, крупными прядями спадая на лицо, а свитер и футболка слегка задрались во сне, обнажая плоский загорелый живот. «Черт, Северус, перестань сейчас же!» — с ужасом осознав, на что, а точнее на кого он сейчас заглядывается, осадил себя Снейп, — «Не хватало еще засматриваться на бывших студентов! На Поттера! Совсем уже от воздержания мозги плавятся!» Отгоняя неуместное наваждение, директор с раздражением потряс непутевого преподавателя за плечо. — Просыпаемся, Поттер! Пора трезветь! — резко бросил он. По мере пробуждения умиротворение на лице Гарри сменялось недоразумением. С трудом разлепив веки, юноша с удивлением уставился на Снейпа. Несколько мгновений тупо таращась на него, он похоже ничего для себя так и не прояснил, а потому поинтересовался севшим голосом: — Где я? — Неважно, — отрывисто бросил Снейп, — Пейте! Он сунул Гарри в руку склянку с зельем и с нетерпением выпрямился, сложив руки на груди. Гарри с недоверием воззрился на склянку, затем перевел озадаченный взгляд на Снейпа. — Зачем? — простодушно поинтересовался молодой профессор. — Затем, — теряя терпение прошипел Снейп, — чтобы вы наконец протрезвели и не задавали мне глупых вопросов. Пейте, иначе я выставлю вас за дверь сию же секунду. — Ладно, хорошо, — покорно отзывался Гарри. Он уже подносил склянку к губам, когда вдруг передумал и вновь подозрительно уставился на Снейпа пьяным, но крайне серьезным взглядом. — Северус, ты мне снишься? — как-то очень тихо и жалобно спросил юноша, и в его взгляде появилась такая глубокая тоска, что Снейпу стало действительно не по себе. Пересилив смятение, вызванное таким странным поведением бывшего ученика, Северус уверенно обхватил руку Гарри, в которой у того был зажат сосуд с зельем, приставил к его губам и влил настойку ему в рот. Некоторое время Поттер продолжать сидеть и бессмысленным взглядом гипнотизировать стену напротив, однако постепенно в его глазах стало появляться осознание происходящего, а лицо стало понемногу превращаться в застывшую маску ужаса. Гарри медленно огляделся по сторонам, и, осознав, наконец, где он находится, еще медленнее, будто бы с огромным нежеланием поверить собственным догадкам, перевел взгляд на Снейпа. Встретившись глазами с метавшими молнии глазами Северуса, юноша громко сглотнул и хрипло спросил: — Простите, сэр… Как я здесь оказался? — О, это увлекательнейшая история, мистер Поттер, — желчно отозвался Снейп, раздраженно постукивая пальцами по предплечью, — Я нашел вас в потайном коридоре четвертого этажа в состоянии крайнего алкогольного опьянения, вы этого случайно не припоминаете? — Нет, — глухо отозвался Гарри, — а что я делаю здесь? — Трезвеете, — прохладно отозвался Северус, указывая на склянку в руках Гарри. — Ясно, — тихо резюмировал Гарри, — Спасибо за настойку, сэр. Прошу прощения за то, что вам пришлось лицезреть меня в столь неподобающем виде. Наверняка, это было ужасно, — юноша с досадой поморщился и продолжил, — Я понимаю, что за подобный проступок по правилам школы меня ждет увольнение. Северус молча разглядывал Гарри, не без удивления отмечая серьезность, с которой только что протрезвевший молодой человек рассуждал о своем увольнении. Это было разительно не похоже на того Гарри Поттера, которого Северус помнил со школы. Тогда мальчик казался ему еще более наглой и заносчивой копией своего непутевого отца. Сейчас перед ним был вполне себе адекватный молодой мужчина, спокойно и без пререканий способный нести ответственность за свои поступки. — Я полагаю, что сегодня мы обойдемся без увольнений, мистер Поттер, — протянул Снейп, склонив голову на бок и с интересом наблюдая за Гарри, — Поскольку это ваш первый поступок после вступления в должность, я думаю, что мы сможем обойтись некоторыми штрафными санкциями в отношении вас. Однако, если подобное поведение повторится, то я буду вынужден вернуться к разговору об увольнении, — он выждал небольшую паузу, — Вам ясно? — Да, сэр, — в голосе юноши слышалось удивление смешанное с неверием, — Спасибо, — просто добавил он, заглядывая своими огромными зелеными глазами Северусу прямо в душу. — Пожалуйста, — коротко бросил Снейп, отворачиваясь, чтобы избежать этого странного зрительного контакта. Заняв место напротив Гарри в большом кожаном кресле у холодного в это время года камина, Северус закинул ногу на ногу и совершенно будничным тоном предложил: — Чаю? — Что? — Чай, Поттер, — язвительно ухмыльнулся Снейп, — Напиток из сухих листьев. Северус не совсем понимал, зачем он предложил Гарри остаться на чай посреди ночи, однако, раз уж весь его сегодняшний день с самого утра складывался самым странным образом, то почему бы не провести некоторое время в компании человека, общение с которым у него складывалось не менее странно. — Я бы настоятельно рекомендовал вам также чего-нибудь съесть, — невозмутимым тоном продолжал Северус, — Так действие настойки будет эффективнее — Нет, спасибо, сэр, — быстро отозвался подозрительно позеленевший Поттер, — не стоит. Я пожалуй, лучше выпью только чай. Снейп усмехнулся. Он взмахнул палочкой и призвал небольшой пузырек с прозрачной как слеза жидкостью. Протянув его Поттеру, Северус откинулся на спинку кресла, переплел пальцы рук и приложил их к губам. Гарри с интересом стал разглядывать жидкость. — Противорвотное? — смущенно высказал он свою догадку. Северус молча кивнул. Он проследил, чтобы Гарри выпил весь флакон, забрал у него сосуд и скрылся в своих покоях. Оказавшись в личной гостиной, Северус выбрал свой любимый сорт чая и красивый черный сервиз. Директор прекрасно разбирался в благородном напитке и был настоящим ценителем, однако ему редко выпадал шанс принимать у себя гостей, которым ему не жалко было предложить что-то из своей богатой коллекции. Вернувшись в большую гостиную, Северус наколдовал низкий столик между диваном и креслом и опустил на него поднос. Он молча подал одну из чашек Гарри и придвинул к нему поближе вазочку с печеньем. Гарри принял из рук Снейпа чашку и сделал аккуратный глоток. На его лице тут же отразилась гамма приятных эмоций: — Очень вкусно! — искренне восхитился Поттер, — я никогда не пробовал такой чай! — Не сомневаюсь, — самодовольно отозвался Снейп, тоже отпивая из своей чашки. — Что это за чай? — Вы удивитесь, если я отвечу, — загадочно поднял брови Северус, затем с удовольствием выждал паузу, после чего продолжил, — Это Эрл Грей. — Правда? — искренне удивился Гарри, — Я много раз пил такой, но этот совсем другой на вкус. — Да, — гордо подтвердил Снейп, — потому что это самый дорогой Эрл Грей в Британии. Магический сорт, которому 350 лет. — С ума сойти, — выдохнул Гарри и с удивлением заглянул в свою чашку. Этот незначительный жест почему-то вызвал в душе Снейпа непрошеную волну умиления, отчего ему стало по-настоящему страшно. Чтобы отогнать от себя нелепые мысли, он решил резко перевести тему светской беседы в иное русло. — Итак, мистер Поттер, — произнёс он своим обычным невыразительным тоном, — что привело вас в Хогвартс? Гарри вместо дежурного натянутого ответа серьезно задумался, бессознательным жестом запустив руку в непослушные вьющиеся волосы. Он явно не спешил с ответом. Северус молча ждал. — На тот момент, когда я принял предложение профессора Макгонагалл, это было просто импульсивным решением. Но сейчас я понимаю, что просто устал тогда. От всего. Снейп иронично изогнул бровь. — И отчего же вы так устали в Министерстве? Неужели программа курсов оказалась такой сложной? Или жизнь простых людей показалась вам не столь привлекательной? — Северус и сам не заметил, как его саркастичная натура снова взяла верх над его самоконтролем, однако было уже поздно. — Напротив, сэр, — спокойно отозвался Поттер, задумчиво устремив взгляд изумрудных взгляд в темноту за окном, — Я мечтал забыть о так называемой славе, преследующей меня с одиннадцати лет. Несмотря на распространенное мнение, мне никогда не нравилось находиться в центре внимания. Быть, с позволения сказать, избранным, вовсе не так замечательно, как может казаться со стороны. После войны я мечтал, чтобы кроме близких друзей обо мне никто больше не вспоминал. Но этого не случилось. В Министерстве со мной хотели сотрудничать только потому, что это могло стать хорошим пиаром для их отдела. Никому на самом деле не было интересно мое мнение и мои идеи, все лишь хотели повесить мое имя на дверь своей конторы как рекламный буклет. Меня тошнило от этого. Я хотел поехать в Америку, чтобы присмотреться к жизни там, возможно переехать туда навсегда. Но потом получил приглашение от профессора Макгонагалл и как-то интуитивно понял, что мне нужно попробовать, согласиться. Я знал, что профессор всегда видела во мне не только Мальчика, Который Выжил и прочую ересь. К тому же, Хогвартс много лет был для меня единственным домом. И, кроме того, здесь… — посреди своего откровенного монолога Поттер вдруг осекся, будто налетел на невидимую преграду, — Неважно. Северус все больше и больше удивлялся сидящему перед собой человеку. Ему казалось, что он много лет знал Гарри Поттера, но постепенно он убеждался в том, что все эти годы он сильно ошибался. — Что ж, — наконец отозвался Северус, — это было весьма познавательно. — А вы, сэр? — неожиданно прямо поинтересовался Гарри, — Почему вы вернулись сюда? — Потому что Минерва лично попросила меня, и я не смог ей отказать, — невозмутимо отозвался Снейп, наливая себе еще чая. — Вы знаете, что я не об этом, сэр, — упрямо заявил гриффиндорец. — Знаю, — просто ответил Северус. — Так почему? — Скажем так, моя жизнь после войны тоже не до конца соответствовала моим ожиданиям, — тщательно взвешивая слова, ответил директор. Они допили чай в полном молчании, прерываемом только тихим хрустом печенья, которое Поттер все же не удержался попробовать, не в силах бороться с голодом после антипохмельного зелья. Снейп лишь краем глаза наблюдал за задумчиво жующим юношей, погруженном в свои размышления, и украдкой улыбался самым краешком рта. Когда с чаем и печеньем было покончено, Гарри спросил: — Сэр, какие штрафные санкции вы намерены применить в моем отношении? Снейп нахмурился и сделал вид, что серьезно обдумывает этот вопрос. — Хмм… — протянул он, — Думаю, пяти внеплановых ночных дежурств в этом случае будет достаточно, — наконец медленно изрек он. — И все? — удивленно воскликнул Гарри, — Только пять дежурств? — Ну если вам этого мало, могу назначить вас единственным дежурным на весь оставшийся год, — усмехнулся Снейп. — Нет-нет, — быстро опомнился Поттер, — Не нужно на весь год, мне хватит пяти. — Вот и замечательно, — удовлетворенно кивнул Снейп, — Что ж, мистер Поттер, полагаю вам стоит пройти к себе и как следует выспаться. Надеюсь больше не встречаться с вами при подобного рода обстоятельствах, — он многозначительно поднял брови и угрожающе понизил голос. — Да, сэр, конечно, — Гарри виновато склонил голову и стал неловко подниматься с дивана. Глядя на разбитого преподавателя, Снейпу вновь стало жаль молодого человека, явно переживающего какой-то юношеский кризис. И то ли из-за внезапной эмпатии, то ли из-за неожиданно приятно проведенного в компании Поттера времени, Северус решил совершить еще один не свойственный ему поступок. — Поттер. — Да, сэр? — тут же поднял голову юноша. — Вы все еще заинтересованы в изучении артефакта? — Конечно, — глаза Гарри моментально загорелись интересом в подтверждение его словам. — Тогда жду вас в среду в восемь вечера у себя. И, не дав своему гостю опомниться от восторга, Снейп в своей обычной манере не особенно вежливо указал кивком на дверь: — Доброй ночи, мистер Поттер.