Маленький Цинхуа

После полудня Мобэй позвал Шана на Цинцзин. — Зачем? — спросил тот. — Надо кое-что забрать у Ло Бинхэ. А он сейчас у своего обожаемого учителя… — Мобэй, хватит. Я знаю, что ты не любишь Бинхэ, и Шэнь Цинцю не любишь тоже, но тебе плосто надо заблать что-то там… — Нам, — перебил его Мобэй. — Ты тоже идёшь. — Подожди… — удивился Цинхуа. — Ты ланьше оставлял меня с Ша Хуалин, а тепель белёшь с собой?.. — Шан обнял Мобэй-цзюня за ногу и закричал: — Мой кололь, не убивайте меня, пожалуйста! «Кололь» чуть не поперхнулся от такого поворота событий. — С чего ты взял, что я тебя собираюсь убивать?! — Ну вы же не плосто так меня с собой белёте? — Да просто так я тебя беру! У Хуалин сейчас дел ещё больше нашего, она не сможет с тобой посидеть, а на Цинцзине тебя явно никто не съест. — А-а… Плости, — смутился Цинхуа. — Дурачок ты мой! — Мобэй потрепал Шана по макушке и улыбнулся во все тридцать два демонических зуба. На Цинцзин решили добираться порталом. Демон посадил ребёнка на плечи. — Держись крепче! — предупредил Мобэй и активировал талисман перемещения.

***

— О, какие люди! — воскликнул Цинцю, когда к нему в дом зашли Мобэй-цзюнь с Цинхуа. — Я вижу, теперь Мобэй-цзюнь обзавелся сыном? Ха-ха, снова омолаживающий чаёк? — Блатец Огулец, заткнись! — возмущённо пискнул Шан из-за Мобэя. Цинцю на секунду заткнулся, а потом захохотал ещё громче. — Бинхэ! Бинхэ, ты слышал! Он ещё и «р» не выговаривает! А-ха-ха, «Блатец Огулец»! Это же надо! Самолёт, а скажи «гидраргирум»? — Мобэй, это ты его научил?! — обиженно вскрикнул Цинхуа. — Что такое гидлалгилум? — Не знаю. — ответил Мобэй. — Я нашёл это слово в твоих рукописях. Полгода только учился выговаривать. Оказывается, не зря, — засмеялся ледяной демон. — Когда это вы читали мои лукописи? — Разве не ты их клал в доклады? «Я опять все перепутал!» — испугался Цинхуа. «Какой позо-о-ор!..» — Пхах, лукописи! — Цинцю опять прорвало. — Помолчи, Огулец! Не смешно! — пискнул Шан, слезая с демона. — Я тебе сейчас… — Кто это ему там сейчас?! — из кухни вышел Ло Бинхэ, перепачканный мукой, с тарелкой лапши. — А если я сдачи… Ой, — Бинхэ недоуменно поднял за воротник маленького взъерошенного Цинхуа. — Мобэй, это что за психический? И почему он несётся с кулаками на моего мужа? — Отпусти, он вполне оправданно на него несётся. Это Цинхуа. — Шицзунь, что с вашим шиди? — удивился Бинхэ, отпуская Шана. — «Омолаживающая тлава» с ним. — Лорд Шэнь, будьте добры, не смейтесь над Цинхуа, — грозно сверкнул глазами Мобэй. — Мобэй-цзюнь, будь добр, — съязвил Ло Бинхэ, сунув ему в руки какую-то коробку и маленького Цинхуа, — свали с Цинцзина нахрен и забери своего ребёнка, чтобы он не мешал Шицзуню ужинать! — С превеликим удовольствием! — саркастично ответил Мобэй и, уходя, хлопнул дверью. — Два психа. — констатировал Шэнь Цинцю и продолжил пить чай.

***

Вернувшись в Ледяные пустоши, Цинхуа первым делом спросил, что в коробке от Бинхэ? — Давай откроем и посмотрим, — предложил демон. Из коробки на них выпрыгнула ярко-желтая лягушка. — А-а-а! Мобэй, убели её! — завопил Цинхуа и спрятался в своё любимое и самое безопасное место — под кровать. — Ты чего орёшь так? — удивился Мобэй-цзюнь, держа лягушку на ладони. — Это же просто лягушка! — Она… Она ядовитая! Я когда-то блал такую на луки, так потом ещё год с волдылями ходил. — Да у тебя талант! — усмехнулся Мобэй, — Если ты даже от такой простой, почти не ядовитой лягушеньки получил какую-то заразу! — А зачем Ло Бинхэ отплавил тебе лягушку? — Хочет, чтобы я кое-кого убил, — многозначительно сверкнул глазами Мобэй-цзюнь. «Хоть бы не меня!» — мысленно взмолился Цинхуа.