«Потому что»

— Отец! — крикнул Чжань, ворвавшись в зал императора. Евнухи поспешно забежали в зал за парнем. Золотые колокольчики зазвенели на бахроме занавеса двери. У-ди поднял глаза и свернул большой свиток. Его сто был завален такими свитками, они собирались в пирамиды писем и документов. Принц встал на колени перед императором. — Чжань? Старший брат Цзюй появился сразу, как в зал вошёл посол. Он очень тихо выполз из-за угла, покрытого тенью. Как только свет окон пал на Цзюя, его глаза сделались ярче, а золотые одежды и меч в ножнах заблестели. Появление наследного принца смутило Чжаня, но он в спешке начал речь: — Цзюйдихэ не принял наши подарки, выбросив их на пол. Хунну убили большую часть послов и бросились за нами в погоню, но мне удалось скрыться. — Встань, не стой на полу, — сказал У-ди. — Это было ожидаемо от них. Их жест был диким, что им и свойственно, — улыбаясь, добавил он. — Но мы ещё успеем показать себя. И я надеюсь, что подготовка идёт полным ходом. — Да, отец, мы готовим войско. Ранее полученные скакуны уже готовы. В любой момент мы можем атаковать их, как вы прикажете, — сообщил Цзюй. — Мы подождём год. Мы должны подготовиться ещё больше. У меня есть грандиозные планы на этот год, — сказал император. — Грандиозные планы? — переспросил Чжань. — Осенью соберём тридцать тысяч конных воинов и лучников. Тогда нападём на запад. — Но у нас уже имеются тридцать тысяч скакунов и столько же, и даже больше воинов, лучников, — смутился Цзюй. — Не спеши, мы никуда не опаздываем. Чем больше мы будем трудиться, тем большим будет результат, — ответил император. Он мудро улыбнулся, что каждый раз раздражало принца, и это было заметно по выражению его лица. Чжань покинул зал и направился во дворец принца, там же был Ибо. Братья встретились и поздним вечером ужинали у Чжаня. Парень выводил силуэт девушки кистью на холсте. Его красные сухие пальцы тряслись, а с носа текло. Чжань не боялся болезни, ведь всегда был уверен в своём организме. Холод уже не так пугал его. Добавляя краски, он повторял зимний лес. Вдаваясь в подробности, попутно рассказывал то, что увидел, пока был у хунну. Брат слушал его, запивая чаем пряники. Комната наполнилась цветочным запахом, но не придавала весенний мотив. Белая вода не успевала застывать в стакане с кистями, а палитра не разбавлялась новыми цветами. Но вот красное пятно появилось на холсте. — Всё так и было? — спросил Ибо, наклонив голову. — Можно сказать и так. Убираться с тех мест было сложно. Вся земля покрылась льдом, даже снежные сугробы заледенели. Но она снова помогла мне, — сказал Чжань, последний раз обведя детали картины. — А она стала сильнее? — Всё может быть, но выше точно стала, я про чин. Она стояла прямо за шаньюем. Кстати, — опустив кисть в золотую краску, парень задумался. — Она прыгнула на меня со скалы. — Сюжет повторяется, — закатил глаза Ибо и улыбнулся. — От этих скал ничего хорошего не ждать. — Как раз-таки наоборот. Я был уверен, что продолжу бежать прямо так, как и приехал. Но она указала мне маршрут быстрее и безопаснее. Она ведь знает эти места лучше, чем карты. —Ты же знаешь, эта дружба ничем хорошим не кончится. — Ну, она хорошо начинается, и это уже хорошо. — Когда закончишь, выключи свет. Принц Ибо развернулся к стене и укрылся одеялом. Чжань несколько секунд смотрел на брата пустым взглядом и решил, что на сегодня всё. Оба брата лежали глубоко в своих снах. Перед сном Чжань подумал, что это не дружба, а сотрудничество, но эта мысль пугала его ещё больше. Юноша не любил откладывать дела, но его привычкой было откладывать решения и разговоры. Его картина осталась сушиться до утра. А уже к обеду парни были в лесу. Лес густой, много зверей и снега. После морозов хунну Чжань неудивительно шёл впереди. Ибо давно отвык от страха холода, поэтому зима не смущала его. Совершенно спокойные братья охотились на дичь, или на что-то другое? Скрип снега пугал мелких зверей, они сбегали по плавным холмам, которые, укрывшись белыми пуховыми одеялами, походили на сахарные горки. Дошёл слух, якобы в этом лесу водится ведьма. А ведьмы — зло. Их нужно истребить, пока они не напали первыми, пользуясь своей силой и контролем. Не так давно император собрал охотников на ведьм, ведь он стал подозревать, что все неудачи — это колдовство, пришедшее с севера. Пройдя немного, парни наткнулись на небольшую лачугу, выйдя из гущи леса. Домик стоял посреди небольшого открытого пространства, деревья рядом были неаккуратно повалены, мелкая речка текла вниз по склону, ей препятствовали большие голые ветви. Братья Лю стали приближаться к дому, но скрипящий под ногами снег сдал их, деревянная дверь со скрипом отворилась. Из дома вышла невысокая девушка с серебряной шпилькой в волосах. Чжань раскрыл глаза шире от удивления, взял впередистоящего брата за плечо. — Хах? Вэй Хуашу! Так ты быстро дала о себе знать. Не думал, что так неожиданно встретимся с тобой вновь, — удивился Ибо, раскрыв глаза чуть шире обычного. — Вэй Шухуа... — шёпотом поправил Чжань. — Вэй Шухуа, — обратился Ибо со второй попытки. — Хах! Лю Чжань и Лю Ибо, два принца Хань, думали и вы сможете скрыть свои золотые одёжки от меня? — сказала девушка, улыбнувшись как лиса. — Мы не упоминали наше происхождение, не хотели ни прятать, ни рассказывать, — ответил принц Ибо. — Ты специально себя выдала, чтобы нас найти? — На самом деле нет. Вы сами прискакали ко мне. В городе пошли слухи обо мне, поэтому пришлось сбежать сюда. — Что ты такого натворила? Император начнёт охоту на тебя, если ты будешь делать то, что взбредёт в голову, — довольно поздно предупредил Чжань. — Ну, открыла я бизнес, — начала онам уверенно. Её мимика была довольно уверенной и игривой. — Это была лавка трав. Мои шикарные снадобья на удивление людей отлично действовали. Но это и привлекло их внимание к моему происхождению. Я сказала, что приехала из соседнего города и росла в семье лекарей, но некоторые стали заказывать всякий яд, — понимающе посмеялась она. — Я увлеклась новым делом и не заметила ошибку… Я так легко сдала себя, показав разные навыки в этой области, что меня приняли за ведьму. На самом деле я не так много колдовства использовала на своей работе, но с прежними привычками сложно расстаться. Эта ситуация зашла слишком далеко, когда люди привели ко мне уличного смотрителя. Побоявшись, что они решат навредить мне, дабы убедиться в том, что я действительно являюсь ведьмой, я убежала из города. — Увлеклась работой и потеряла бдительность. Собираешься жить здесь? — спросил Чжань. Её история увлекла его так, что захотелось знать продолжение. — Конечно нет. Начну третью жизнь в другом месте, — сказала Шухуа, прислонившись к стене. — А если охота продолжится? Тебя ведь будут преследовать. Девушка посмотрела на Ибо и улыбнулась. Она подошла поближе к собеседникам и заявила: — Вот поэтому третья жизнь. Мне нужно устроить свою смерть, а не простое исчезновение. Ведьма в столице, прямо перед носом императора — смешно и унизительно для вашего же папочки. Сделаем так: вы несёте «мой» прах отцу и говорите, что это моя голова, а я тихо сливаюсь с этого города. Начну свою чистую страничку в другом месте. И вас похвалят, и я останусь живой. — Хорошая идея. Тогда, мы можем взять прах белки, — предложил Ибо. Они так и сделали. Прах невинного зверька насыпали в глиняный горшок, а ведьму отпустили. Шухуа ещё немного подождёт в своей лачуге, а позже отправится в другую сторону. Парни же вернулись к отцу. — Мой господин, принц Ибо просит об аудиенции, – заявил евнух. — Ибо с Чжанем пришёл? — спросил У-ди. — Да, мой господин. — Пусть войдут. Парни подошли к отцу с небольшим горшком. Поднеся его императору, принц Ибо объяснил значение содержимого горшка. Отец внимательно послушал и хлопнул в ладоши. У-ди выхватил горшок у сына и, с радостью тряся его в руках, хвалил сыновей. Глухой звук праха зверька почти не было слышно. Братья улыбались не от смерти ведьмы и радости отца, а от того, что выглядела эта сцена довольно глупо, если знать правду. И по правде, Ибо действительно хорошо сыграл примерного принца и воина, ведь одолеть ведьму, да ещё и сжечь её голову, принести хорошие вести во дворец — поступок благородного воина и примерного принца. — Молодцы, молодцы, ребята, — похвалил император. — Я передам этот прах нужным людям, думаю, они найдут применение этому порошку. — Мудрое решение, отец, — сказал Чжань, понимая, что У-ди связан с шаманами и колдунами другого происхождения, более медицинского. Вечер братья провели снова у Чжаня. Они рассматривали картину, краска полностью засохла. Девушка на холсте имела серьёзное лицо, румяные от холода щёки сочетались с красными губами. Вьющиеся волосы изображены потрёпано от ветра. Одежда выглядела богато и титульно, на широком поясе висел красный мешочек, кожаная куртка по колено утепляла всю картину. — Всё так и было? — спросил Ибо. — Да, только в сотню раз красивее. Видишь, я тут не докрасил, — указывая в определенные точки, Чжань критиковал картину. — Мне не хватает зимы, а на холсте не хватает красного. Шая полыхала, как огонь. Её одежда, её дух и глаза просто горели красным. — А... Ладно. — Но в целом всё прекрасно. — Всё прекрасно... — повторил Ибо, жуя кусок свинины из супа. Он опустил ложку в миску, с неё пошёл лёгкий пар и подрумянил белую кожу. И эта зимняя ночь прошла, она сменилась весенним утром. И прошли недели, и подтаял снег. Жаркое солнце плавило лёд, весенние ручейки наполнились свежей водой. Пушистые ветви оголились, бывший мороз намочил землю. Дни становились длиннее, ночь сбегала быстрее. Ещё через несколько недель распустилась зелень на деревьях и кустах. Зелёная свежая трава заменила белые ковры, вот и лето близится. Воины всё ещё тренировались. Суровая зима отступила, но война и не думала об этом. Бике стояла в тонких одеждах под светом утра, жаркое солнце прогревало тело до костей, а под ней лежал воин хунну в жёлтой пыльце зрелого мака. Из носа парня текла кровь, такая же красная, как цветы под ним. Бике прошла, игнорируя своего поверженного «противника». Обернувшись в полотенце, девушка села в цветы на маковом поле и выпила холодной воды из большого деревянного ковша. К ней подошла Церен, протянула ещё воды и начала разговор. — Капрал вызывает. Сегодня встреча с принцессой. — Принцесса Суна приехала сюда? — Да, принцесса крайне не любит холод, поэтому всю зиму она оставалась на юге с матерью, — Церен кивнула головой. — Тогда, я переоденусь, и можем отправиться к ней. — Хорошо, Бике. Девушки собрались и догнали Йонса, который уже стоял у входа в юрту. Юци подошёл к ним и говорил о манерах и правилах. Через пару минут Каракалов впустили в зал. Сама юрта была очень большой и круглой. В самом центре белого потолка было отверстие с деревянной решёткой, под этим окном на полу стояла большая плоская тарелка с мясом. Никакого стола не было, на полу расстелили красную скатерть. Вокруг лежали тонкие матрасы с мягким наполнением, они были вышиты разноцветными нитками. В центре сидел сам шаньюй, Цзюйдихэ улыбнулся вошедшим. Рядом с ним сидел сын по правое плечо, а по левое сидела дочь. Маленькая девушка уткнулась в пиалку с ягодным чаем. Принцесса одета в лёгкое синее платье с красивой цветочной вышивкой. Её руки и шея скромно украшены золотом и жемчугом. В две чёрные косы вплетены голубые ленты с камнями. Каракалы сели за один стол с семьёй шаньюя. Юци представил себя, а за ним остальные произнесли свои имена. Принцесса подняла голову и осмотрела гостей, остановив взгляд на Бике. Её карие глаза похожи на маленькие камушки в горной реке, они чисты, не познав ужас смерти и огня. Бике подумала, что смотрит на свою полную противоположность, но, бросая мимолётные взгляды на Суну, девушка понимала, что смотрит на себя до войны. Во время трапезы шаньюй говорил с Каракалами и объяснял их обязанности. Для начала нужно найти общий язык с принцессой, получить её доверие, обучить её военному делу и защищать от всех опасностей, довести до нужного места. Находиться у шаньюя было опасно, поэтому девушку нужно доставить на запад, где ей не угрожает опасность. Каракалы вышли из зала и вернулись к своей юрте. Через некоторое время внутрь вошёл капрал. Вместе с ним Каракалы направились на улицу, где их ждала повозка и здоровые скакуны. Бике подбежала к Тансылу и погладила коня, причёсывая мягкую гриву. Скакун всегда рад хозяйке и любит опустить морду в её ладони. В этот момент принцесса Суна подошла к Бике и тихо заговорила с девушкой. Принцесса выглядела смущённо, её щёки немного покраснели, а сама она стояла и покачивалась. — Привет, давай познакомимся? — Что? — переспросила Бике. Её брови поднялись. — Может, познакомимся? — повторила Суна, ещё больше треся ногами. Принцесса не была напуганной, ей не было страшно, но в то же время она была неуверенной. Суна была немного ниже Бике, но смотрела ей в глаза на одном уровне, хотя по её духу она была ниже, словно смотрит на лучницу со дна. Бике мгновенно прочитала девушку. Сначала лучница не интересовалась принцессой, ведь очередная задача. Сейчас же Бике стояла, немного не понимая ситуацию, но коротко и ясно ответила: — Ладно. — Меня Суна зовут. — Бике. — Приятно познакомиться. Суна сказала последние слова и развернулась, так же покачиваясь, она дошла до повозки. Бике удивлённо смотрела на принцессу. Её лицо немного покраснело и она улыбнулась, смотря на Тансылу. — Это что? — шёпотом спросила Церен, так же не понимая произошедшее. — Я думала она... типа гордая и агрессивная там типа, ну, знаешь... — Я тоже думала, что она начнёт вытирать о нас ноги и всё такое титульное, — согласилась Бике. — Не говори и титуле будучи генералом, — напомнила мечница. Через полдня хунну сделали перерыв, принцесса начала жаловаться на больную спину. Повозка качалась и пропускала солнечный жар. В тени под деревом они решили сделать перерыв. Неподалёку проходила речка, вдоль которой росли цветы. Бике с Церен остались около принцессы, а Йонса пошёл набрать воды. Птицы звонко щебетали. Бике почувствовала весну так впервые. Воздух был жарким, но после суровой зимы он не надоедает, сколько бы Бике не любила холода. Суна села на траву под деревом, Церен сразу же бросилась к ней с мягкой подушкой, которую она вытащила из повозки. Солнечные капли покрыли лицо принцессы сквозь мелкую листву большого дерева. — Принцесса, вы можете сесть сюда, трава грязная ведь, — голос Церен всегда был нежным. Принцесса встала с травы и повернулась к речке, делая мелкие шаги. Бике и Церен озадаченно смотрели ей в след несколько секунд и большими шагами пошли за ней. Свежая трава нежно щекотала ноги принцессы. Её туфли-лодочки мягко наступали на крупные зелёные пучки ещё непротоптанной дорожки. Их встретили синие цветы аконита. Суна разглядывала цветы, удивляясь их красоте и приятному запаху. Бике подошла ближе к ней и хотела предупредить, но её сбил женский голос. — Осторожнее, вы можете пораниться. Девушка с серебряной шпилькой в волосах прошла вперёд, неся в руках несколько стеблей аконита. Бике смотрела ей в след, прищурив глаза. Уходящая девушка шла спокойно, ничего странного не было, но Бике что-то настораживало. — Пораниться? — спросила Суна, перебив мысли Бике. — Аконит — ядовитый цветок. Яд из этого растения может довести до могилы, — ответила Бике. Принцесса пальцем коснулась синего лепестка и прошлась вниз. Чувство страха внутри медленно спустилось к руке, но Суна не убрала палец с цветка. — А красиво? — Как бешенство любви. Принцесса убрала палец и отошла на шаг, заглянув в золото Бике.