It's Frowned Upon

– Ты можешь в это поверить? Мы наконец-то старшеклассники. Это наконец-то происходит, здесь и сейчас, – сказала Мерседес, на что Курт лишь закатил глаза. – Да! Наконец, целый год в профильном классе и обед с картошкой фри, чуть горячее, чем обычно! – ответил он, парадируя восторженное состояние своей лучшей подруги. – Да что с тобой такое? Мы старшеклассники! – подчеркнула она, Курт кивнул в ответ. – Я знаю, я знаю, и я знаю, что должен быть рад всему этому, но… это всего лишь еще один год с Карофски, и всеми этими парнями-натуралами, – вздохнул Курт, расстроенный тем, что он до сих пор остается единственным открытым геем в школе, и у него все еще не было парня или настоящего первого поцелуя. – Зато ты еще на один год стал ближе к Нью-Йорку, – сказала Рейчел, которая тут же оказалась рядом с ним, крепкой хваткой вцепившись в руку Финна. – На один год ближе к Нью-Йорку, – повторил Курт, на его лице мгновенно расплылась улыбка. – Добро пожаловать назад, ЛУЗЕРЫ! – услышали они, и тут же четыре слаша разных цветов и вкусов были опрокинуты прямо на них. Ошеломленные ребята молча стояли, зажмурив глаза, пока ледяная субстанция стекала вниз по лицу. – Просто очередной год в школе, – вздохнул Курт. Он, Мерседес и Рейчел, побежали в уборную комнату для девочек, а Финн поплелся в комнату для мальчиков. Они помогли друг другу отмыться, и, когда прозвенел первый звонок, были уже чистыми. – Слава Богу, никто из них не испортил мою новую кофту, это Calvin Klein! – сказал Курт, поправив мягкий бледно-голубой свитер. – Я предлагал купить такой же Финну, но он слишком привязан к своим теплым и дутым жилетам, мерзость, – проинформировал он девушек, на что они обе засмеялись. Прозвенел звонок на урок. – Английский, – сказала Мерседес, Курт кивнул. – Что у вас? – спросил он у Рейчел и Финна. – Математика, – ответили оба. Все четверо с улыбкой направились к своим классам. Курт и Мерседес пришли на английский первыми и решили занять себе места: – Давай здесь сядем, – сказал Курт, выбрав два места в правом углу. Они оба сели, когда все старшекурсники стали заходить в класс. – Ты слышал, что-нибудь о Мисс Уинтер? – спросила Мерседес. Курт сел впереди, положив свою голову на руку. – Ох, нет, а что? – поинтересовался он, вдруг почувствовав желание посплетничать. – Видимо, у нее случился нервный срыв, и она выбросилась из окна! Так что, у нас новый учитель, – Курт ахнул. – В окно? Она в порядке? – спросил он, на что Мерседес только и успела пожать плечами, когда дверь в классе закрылась, и они увидели чей-то затылок. Это был мужчина с короткими темными волосами, уложенными гелем. Правда, Курт увидел несколько кудряшек сзади на шее. Человек, который, как догадался Курт, был учителем, подошёл к доске и начал что-то записывать. – Хорошо. Здравствуйте, класс! Меня зовут мистер Андерсон, и я ваш новый преподаватель английского языка, – сказал он, наконец, повернувшись лицом к классу. Как только он это сделал, рот Курта тут же широко распахнулся. Это был самый красивый мужчина из всех, кого он когда-либо встречал. Мистер Андерсон был в темных очках, сидящих на переносице, угрожавших сползти вниз в любую секунду. В его волосах было слишком много геля, но ему это очень шло, и он выглядел очень опрятным, на самом деле. На нем была белоснежная рубашка с кораллово-голубым галстуком-бабочкой и серый костюм с черными конверсами. Навряд ли Курт одобрил бы подобный наряд, но его новый преподаватель смотрелся потрясающе во всем этом. У него была немного оливковая кожа, и он выглядел очень по-итальянски, но Курт не должен был так о нем думать, нет. – Закрой свой рот, – прошептала Мерседес Курту. Он прикрыл рот, пытаясь сглотнуть, но горло мгновенно пересохло при виде этого человека. – Он потрясающий, – смеясь ответил Курт, и Мерседес кивнула. Все это время Курт продолжал наблюдать за этим мужчиной с удивительно красивым лицом. У него была небольшая щетина на подбородке, но он все равно выглядел очень молодым, больше похожим на подростка, чем на настоящего учителя. И было в нем что-то очень знакомое Курту, потому что он просто не мог отвести взгляд от его пальцев. Если бы Курт встретил его раньше, он вспомнил бы! – Итак, прежде чем мы начнем заниматься всеми этими скучными вещами, позвольте мне рассказать вам немного о себе. Хм... Я только что окончил Гарвард. И да, я знаю, что это своего рода снобизм в школе, но поверьте мне, я не сноб, – рассмеялся он, мелькнув своей невероятной улыбкой, – у меня высшее образование по английскому языку, ну, и, очевидно, по специальности "психология". Мне двадцать четыре года, и... эм... я люблю петь, – он снова улыбнулся. – Ох, и в правилах школы говорится о том, что вы должны называть меня мистер Андерсон, и это здорово, если вы, конечно, хотите, но мне бы хотелось, ребята, чтобы вы называли меня просто Блейн, – засмеялся он. – О, Мой Бог! – сказал Курт немного громче, чем было положено. Мистер Андерсон посмотрел на него, и Курт опустил голову, увидев, что преподаватель был смущен такой реакцией. – Что? – спросила Мерседес. Курт грозно посмотрел на нее. – Расскажу тебе позже, – ответил он, откинувшись на спинку стула. Джонс лишь всплеснула руками. Это Блейн! Его первая... любовь? Курт не был уверен в этом, но он очень хорошо помнил его и то, как сильно переживал из-за Блейна, хотя не видел его, кажется… восемь лет? Верно? – Значит так... наше первое задание – это «Ромео и Джульетта», но, как я знаю, задания – это полный отстой, верно? – сказал мистер Андерсон, и класс начал смеяться, несмотря на то, что на самом деле учитель не должен так выражаться, но, почему-то, это звучало вполне сносно, когда именно он говорил подобное. – Так что, каждый возьмет книгу и начнет читать ее, и мы потратим на это столько времени, сколько понадобится, для того, чтобы каждый из вас смог выполнить это задание, классно? – спросил он, на что студенты кивнули, и несколько человек сказали: «Да». Мистер Андерсон улыбнулся им. – И, очевидно, что ни у кого из вас сейчас нет этой книги с собой, потому что я только что задал вам это, так что, ребята, вы можете просто... расслабиться... или вы можете идти, но, пожалуйста, будьте готовы к следующему уроку. Я, конечно, классный учитель, но я буду обязан принять меры, если вы не будете выполнять то, что я говорю вам, потому что, ну, вы знаете, в конце концов, я учитель, – снова засмеялся Андерсон. – Хорошо.… До свидания, – сказал он, когда студенты начали выбегать из класса, за исключением Курта и Мерседес, которые задержались. – Ты идешь? – спросила Мерседес, когда Курт схватил свою сумку. – Эмм, да, да, – ответил Хаммел, выбежав из класса и спрятав свое лицо от Блей-мистера Андерсона. – Ты не поверишь, когда я скажу тебе, – произнес Курт, на что Мерседес демонстративно закатила глаза. – Удиви меня, – ответила она, а Курт глубоко вздохнул. – Мистер Андерсон? Он был моей нянькой, – сказал парень. Мерседес пожала плечами. – Ну и что? – со скучающим видом спросила она, явно не понимая, к чему клонит Курт. – Я был влюблен в него, просто по уши влюблен, Мерседес! Именно, благодаря ему, я осознал то, что я гей, – объяснил Курт, а Джонс засмеялась. – Курт, сколько тебе тогда было? Восемь? Все влюбляются, когда им по восемь лет. Я имею в виду то, что мальчики в этом возрасте все еще считают, будто у девочек вши, – продолжала забавляться Мерседес. – О, я уверен, что Финн до сих пор думает, что так и есть… нет, я серьезно! Я был влюблеееееееееен! И теперь он вернулся, и он по-прежнему так горяч! Я не могу снова вернуться в этот класс! Я должен перейти в другой класс английского! – сказал Курт, начав волноваться, в то время, как Мерседес схватила его за плечи и хорошенько встряхнула. – Успокойся! Есть только один класс с углубленным английским, Курт, и ты в нем занимаешься. И давай также не будем забывать о том, что тебе нужна профильная психология, – напомнила ему Мерседес, он лишь пожал плечами. – Ну и что? – спросил он, в ожидании продолжения. – Мистер Горячий парень также сказал, что он имеет степень по психологии. Углубленная психология – это новый курс, и есть только один новый преподаватель, который, вероятно, является тем же самым учителем, что и учитель английского, – объяснила Мерседес. Глаза Курта тут же расширились, словно он увидел призрак своей покойной матери. – Боже мой! Просто убей меня сейчас же! Думаешь, уже поздно сменить школу? – отшутился Хаммел, а Мерседес засмеялась, переплетая их руки вместе. – Не волнуйся, Курт. Я прикрою тебя, – ответила она. – Спасибо, милая, – сказал он. – Нет, только не оглядывайся назад, потому что Мистер Горячий парень прямо позади нас. Поверни налево, поверни налево! – сказала Мерседес. Они отошли в сторону, наблюдая, как Блей- мистер Андерсон прошел мимо них, разглядывая какие-то бумаги, которые, вероятно, были расписанием его занятий. – Я умру, – вздохнул Курт и тут же оказался впечатанным в один из шкафчиков. – Эй, красавчик! Подвинься! Ты заразишь СПИДом мой шкафчик, – прокричал Карофски из коридора, Курт лишь закатил глаза. – О, это твой? В таком случае, скорее всего, он уже заражен, – вскоре Курт пожалел о своих словах, когда почувствовал резкую боль в спине от холодного и жесткого шкафчика. – Эй! – услышал Курт, медленно открыв глаза. – Что, черт возьми, ты творишь?! – крикнул мистер Андерсон Карофски. – Как тебя зовут? – спросил он. – Карофски! – ответил он грубо. – Ну, поздравляю тебя, Карофски, – сказал Мистер Андерсон, буквально выплевывая его имя. – Это всего лишь мой первый день, а я уже знаю, что ты мудак. Я очень надеюсь, что ты не в моем классе, приятель, – проговорил Андерсон, толкнув Карофски рукой в грудь. Достаточно было одного взгляда, чтобы понять, что Блейн был довольно невысоким по сравнению с Дейвом, но с его уверенностью и властным взглядом Блейн словно стал футов семь ростом. – А теперь убирайся отсюда! – приказал он Карофски, после чего тот с силой стукнул по шкафчику рядом с Куртом, от чего Хаммел вздрогнул. – Ты в порядке? – спросил мистер Андерсон, Курт кивнул ему, спрятав свое лицо от Блейна, и побрел прочь вместе с Мерседес. Блейн наблюдал, как Курт убегал от него, и восхищался мужеством мальчика. Он был гораздо меньше, чем эта огромная задница, который толкнул мальчика, но тот не отступил, не заплакал или что-нибудь в этом роде. Он был силен... пока. Но Блейн был там, и он знает, каково это, когда хулиганы каждый день пытаются достать тебя, и он не собирался позволить этому случиться с одним из его учеников, пока он будет стоять и смотреть. Он не будет вести себя так, как его учителя, он собирается изменить ситуацию. Он собирается помочь. Мысль, которую Блейн изо всех сил пытался вытолкнуть из своей головы, заключалась в том, как... потрясающе красив был этот парень. У него были тонкие черты лица, и выглядел он очень женственно. Его волосы были идеально уложены, и наряд был смелым... если не сказать больше. Его бледная кожа, темные волосы и ярко-голубые глаза, все это напомнило ему кого-то, кого он никак не мог вспомнить. «Ну, в конце концов, это только первый день в школе, я уверен, что у меня будет предостаточно времени для того, чтобы выяснить это», – подумал Блейн. – «Да… много времени».