Смертный грех

      «Брат меня похвалил!»; «Брат на меня разозлился!»; «Брату понравится»; «Брат очень не любит такого»; «Брат мне говорил».       Брат-брат-брат. В жизни Хэ Сюаня слишком много Ши Уду, хотя видятся лично они редко — только на общих собраниях и приёмах, где Повелителю Земли положено появляться. Или куда его затаскивает неугомонный Ши Цинсюань.       Чем этот самодовольный индюк заслужил самую нежную и трепетную привязанность Ши Цинсюаня? Кажется, тот и участвует в соревнованиях, и делает свою работу с мыслью о том, чтобы его в итоге похвалил — или не отругал Ши Уду.       Хэ Сюань, кажется, ненавидит его ещё больше — когда Повелитель Ветров спускается вместе с братом в мир смертных, когда они вместе работают — морские воды и ветер — почти всегда вместе, управляют штормами, ураганами, тайфунами над всеми водами своих территорий.       Когда Повелитель Ветра берёт его за руку, сжимая нежно и крепко — и брат пожимает её в ответ. Когда они синхронно раскрывают веера на собраниях. Вместе злятся новостям и сценкам из мира смертных. Вместе приходят на приём — одинаково статные, с прямыми спинами и надменным взглядом — вот только Цинсюань спустя пару минут начинает с кем-нибудь перешёптываться, сдерживает смех и принимается ёрзать на месте уже через полчаса заседания. Взгляд Ши Уду остаётся ледяным до самого выхода из императорского дворца.       Он не замечает — не хочет замечать, как лицо Повелителя Вод меняется рядом с братом — взгляд его теплеет, а лицо становится почти красивым — и похожим на лицо самого Ши Цинсюаня. На секунду, на долю мгновения — и Хэ Сюань каждый раз отворачивается, начиная ещё внимательнее изучать содержимое своей тарелки.       От их взаимной нежной трепетной привязанности просто тошнит.       «Вы сдохнете оба», — выдыхает Непревзойдённый и слышит за спиной заливистый смех.       Как будто он сам сможет существовать, никогда его больше не слыша.