Братик

Даже находясь в бегах, Чуя стремился сохранять порядок вокруг себя и такое, казалось бы, простое занятие, как стирка носков, хоть немного, но отвлекала от навалившегося на него стресса. — Что ты тут делаешь?! — бесцеремонно открыла дверь в ванную комнату противная женщина, вместив свою харю в щель, — Ты мне спать мешаешь. — Я тут руки мою! — с бешеными глазами уже какой раз повышает на неё голос Чуя, уже не зная куда деться, чтобы сохранить своё личное пространство. — Жопу моешь? Хватит тратить воду. — Захочу и не только жопу помою! — серединой ладони в лоб вытолкнул её из ванной комнаты и с рыком закрыл дверь, уже изнемогая от удушающего сожительства. Та что-то ещё бормотала, но из-за закипающего в себе гнева, Чуя ничего не слышал. Старуха, что держит старый ломбард на окраине, согласилась скрыть на пару дней юнца, чтобы вернуть его группировке должок за проценты, которые задолжала из-за жадности. Она имела странную привычку контролировать гостя в своём доме, но только не следить за собой. От того в её крохотной двухкомнатной квартирке был завал из ненужного хлама, а старческий запах стал её вечным спутником. Чуя от одного вида этой халупы был, мягко говоря, не в восторге, как и старуха от своего временного соседа. Однако годы одиночества побудили её открутить все замки с дверей, кроме входной и своей спальни, и бесцеремонно проверять, чем занят парень, доводя до нервного срыва. Радовало то, что это его последний вечер здесь и скоро он сменит местоположение, а хуже этой квартирки быть ничего не может. После стирки, Чуя крался в комнатку, которую ему выделили, лишь бы проклятая старуха не услышала. В тени трюмо на углу пуфика скромно восседала знакомая до боли фигура, но в тусклом свечении бра и нервозности, Чуя вздрогнул до такой степени, что у него до тошноты внутри всё перевернулось. — Прости, не хотел тебя пугать, — не ожидал Дазай, что встреча их начнется, таким образом, однако это и замученный вид старого приятеля ненадолго оттенили его мрачные намерения. — Что ты здесь делаешь? — едва ли чистым краем рукава рубашки прислонил ко рту, пытаясь отдышаться. — Ну уж точно жопу не мою, — в привычной манере шутки вскинул руками Дазай, слыша не так давно за входной дверью этот забавный диалог жильцов. — Заткнись! — шикнул Чуя, озираясь, — Что тебе здесь надо? Говори шёпотом. — Ответь тогда мне сразу. Ты убил продавца? — в голове прокрутились все зацепки и главные вопросы, которые беспокоили всё это время, — Местная группировка позиционирует себя, как организацию жестокую, но благосклонную к тем, кто может им оказать услужливую помощь. — Нет, — с рычанием перебил и только сейчас Дазай заметил в голубых глазах глубокую боль, происхождение которой он не смог понять, — В тот день я и правда, посещал цветочный магазин господина, Чу. Но вовсе не для того, чтобы пригрозить за неуплату крышевания в этом месяце, а по личному, — с обидой и злостью в голосе высказывался надрывно, как скулящая свирепая собака, — Ты же главный детектив клуба, должен был догадаться! Я думал, что ты мне предложишь помощь, а ты здесь, чтобы меня ещё пропесочить? — Тогда. зачем ты туда заходил? — сглотнул, видя как Чуе тяжело даётся выдать своё причастие к делу, — Я знаю, что у господина Чу Лана есть брат-близнец из Китая Еб, который под насолил не только вам, но и автомобильной компании. А ты как причастен к делу, Чуя?! — Многоуважаемый мною господин Чу был невероятно проницательным человеком. Он помог мне, когда моя душа была в смятении. В тот день я пришёл после закрытия по его просьбе, но идиоты, что пришли за головой его брата, не особо владели ситуацией и убили невиновного, — смерть одного, казалось бы, человека неблизкого, потрясла его, что удивляло Дазая. Чувствуя, что тому нечего терять, он выкладывает правду, — После того, как ты ушёл из «Мафии» я не находил себе места. Благодаря этому человеку, я разобрался в своих чувствах и могу точно сказать, — он прервался, нервно сглатывая и наклоняясь всё ближе к полу. Не так себе он представлял признание, как рисовал то добрый дядечка из цветочного магазина. — Теперь всё складывается, — в тонкую нить выкладывал логическую цепочку, — Ты получал моральную поддержку в магазине Чу Лана, имея ко мне неоднозначный интерес, и оказался первым подозреваемым, на которого легко списали смерть несчастного, — от великолепного чувства победы над неразгаданным делом, Дазай всплеснул руками, , Так вот, о чём говорил Рампо. Чуя, значит, это из-за меня ты сейчас в проблемах! — Заткнись, — со страхом закрыл Чуя рот рукой товарищу по несчастью, нисколько не разделяя восторга. Дазай что-то бубнил о том, что тому не мешало бы помыться, но он тут же прекратил сопротивляться, услышав грозный старческий топот. — Как только ты тут появился, начались проблемы, — надвигалось неизбежное в лице противной старухи из захламлённого коридора. Как только та влезла дверной проём, то кинула ещё мокрые носки Чуи под ноги парням, — Это что такое? — Не волнуйтесь, мадам, — вытянулся во весь рост Дазай, с улыбкой притягивая к груди встревоженного и лохматого парня, надеялся полностью на своё обаяние, — Я его забираю!