Как же приятно любить тебя в дождь

Школьные будни начали идти своим чередом. И уже со второго сентября учителя стали пугать одиннадцатиклассников «бабой-ЕГЭ». Заканчивалась уже вторая неделя этого учебного года. Школьная жизнь Вероники уже не была такой яркой и интересной, как в десятом классе рядом с Натальей Александровной. Были всё те же лица одноклассников и их бородатые шутки, а уроки алгебры и геометрии с Клавдией Петровной напоминали Веронике ад. Открывая тетрадь по алгебре, ей казалось, что сейчас ей продиктует тему урока знакомый бархатный голос, но вместо него она слышала скрипучий голос Клавдии Петровны. Клавдии Петровне было уже за шестьдесят. Это была на удивление неприятная женщина с огромным массивным телом, грудью шестого размера и очень отвратительным запахом. Никто не мог понять, где она взяла эти духи, но ученикам было довольно тяжело находиться на её уроках без противогазов. Всё её лицо было покрыто бородавками, и на нём изображалась либо гримаса злости, либо какой-то усмешки. Одиннадцатиклассники не любили Клавдию Петровну, но Веронике казалось, что она не может её терпеть сильнее всех, и про себя в душе называла её «Клава-разлучница». В школе на переменах Вероника часто видела свою любимую Наталью Александровну, но очень редко встречалась с ней взглядами и лишь иногда та отвечала на Вероникино восторженное: «Здравствуйте!». После первого сентября надежда на что-то между ними пропала, но Вероника всё так же ждала встречи с ней где-нибудь около школы, на проспекте или около её дома. Но с каждым разом в минуты ожидания убеждалась, что напрасно. *** Заканчивался сентябрь. Деревья потихонечку оголялись, и под ногами всё время шелестела желтая, оранжевая, красная или коричневая листва. Солнечные деньки уже бывали очень редко. Небо постоянно было затянуто облаками и было серым-серым, как Вероникино настроение. В этот осенний вечер девушка придя домой из школы, по просьбе дяди Коли вышла в магазин за хлебом. Магазин находился почти, что в двух шагах от Вероникиного дома, но девушка решила всё-таки прогуляться мимо школы. Будто бы какая-то невидимая сила притягивала её к школьному двору и внушала: «А вдруг повезет? Вдруг я встречу её, вдруг? Нет, так нет, но вдруг». Девушка послушалась этой невидимой силы, и, выйдя из дома, первым делом направилась в сторону школы, чтобы потом обогнуть школьный двор и пройти в магазин. Несмотря на то, что осень была ещё ранняя, за эти две недели заметно похолодало, и Вероника была довольно тепло одета. На ней была голубая курточка с тёмным ремешком, узкие синие джинсики, а на ногах новые сапожки на скале, которые они выбирали вместе с дядей Колей. Волосы Вероники были заплетены в тугую светло-русую косу. Этот милый образ делал эту и без того нежную девочку ещё нежнее и симпатичнее. Она уже подходила к школе и, пройдя мимо крыльца, печально вздохнула тому, что вновь не встретила её. Вероника обогнула школу и заглянула в окно её кабинета на четвёртом этаже. Там горел свет. «Она там!» - пронеслось в голове у Вероники. Наталья Александровна всегда включает свет в кабинете в пасмурную погоду, она сама признавалась ребятам, что её напрягают сумерки, и она любит, когда светло в помещении. Вероника стояла под окнами кабинета номер «56» и смотрела в них как заворожённая. Она сразу вспомнила былые времена, весну, зиму прошлого года, как она иногда часами стояла на морозе и ждала, когда погаснет свет в её окне и через десять минут выйдет божественная Наталья Александровна в норковой шубке и меховой шапочке. Ностальгия всё-таки прекрасная вещь. Она помогает нам ещё раз пережить те моменты, которые нам дороги. Помогает ещё раз вспомнить всё то, что в те времена так согревало нашу душу. Вероника постояла минут пять под окнами кабинета математики и решила, что сейчас сбегает в магазин и бегом вернётся обратно, чтобы по старинке ждать свою любимую. Словно пуля она понеслась через школьный двор, потом по проспекту, перепрыгивая через грязь и лужи. Она купила батон, ржаной хлеб и шоколадку, чтобы было, что перекусить в минуты ожидания. Стоя на кассе, девушка сильно нервничала, переживая за то, что Наталья Александровна может уйти пока она стоит в этой дурацкой «Пятёрочке», где вечно работает только одна касса. Но благо, кассирша оказалась шустрая, и она быстро пробила все продукты. Вероника быстро вернулась к школе на свой пост, но подойдя к окнам кабинета математики, была разочарована и чуть не заплакала от обиды. Света уже не было, а жалюзи были задвинуты. «Обидно, досадно, но ладно, - Вероника повернулась и побрела в сторону школьного крыльца, - В конце концов, я её смогу каждый день приходить и ждать. Правда с курсами и подготовкой к экзаменам особо не находишься, но я буду выкраивать время». - Ника! – послышался голос из-за спины. «Неужели? Этого не может быть!» - подумала Вероника и повернула голову вправо. Она как раз проходила мимо школьного крыльца. Это была действительно она. Её густые крашеные в чёрный волосы, её очаровательная улыбка и её блестящие голубые глаза. Сегодня Наталья Александровна была в драповом белом пальто с большими красивыми пуговицами и высоких сапогах, которые облегали её стройные ноги в чёрных капроновых колготках. Очень тяжело не влюбиться в такую женщину. Она была и вправду на удивление прелестна. - Ой, здрасте, Наталья Александровна, - Вероника стала подходить к спускавшейся с крыльца учительнице, она чувствовала, как её голос дрожал по мере приближения к этой женщине. - Привет, - улыбка не сходила с лица Натальи, - куда идёшь сегодня? Опять к бабушке? Веронике показалось, что последняя фраза прозвучала как-то ехидно, и ей стало на мгновение неприятно. - Нет, не к бабушке, домой иду, вот, хлеба купила, - ответила Вероника. - Ух, ты, какая молодец! Дяде помогаешь? – слова Натальи Александровны звучали игриво. - Чем могу, помогаю, - смущённо ответила Вероника. - Понятно, а я домой собралась, - ответила учительница, как будто ища, что сказать, - Ты очень торопишься? Вероника стояла и смотрела вновь в эти глаза, в них можно было утонуть. Настолько они были бездонные. Вероника впервые заметила, что они даже не голубые, а почти синие. «Как же я могу торопиться, если вы рядом?» - звучало у девушки в голове. Она чуть было не сказала это вслух, но вовремя опомнилась и произнесла совсем другое: - Нет, не тороплюсь, но уроков мне ещё делать. Но ещё полчасика я свободна. Лицо Натальи Александровны стало серьёзным, а взгляд холодным и проницательным. - Может, проводишь меня? Прогуляемся заодно, а то я так давно не видела тебя толком, соскучилась, - и вдруг Наталья Александровна приобняла девушку за талию и неожиданно притянула к себе. Вероника хотела незаметно ущипнуть себя, чтобы убедиться в том, что это не сон, а такое может быть в действительности. - Конечно, провожу, Вам туда, я помню, - Вероника улыбнулась и пыталась как можно крепче прижаться своим телом к её. «Всё хорошо, только одежда мешает», - пронеслось в голове, и Вероника хитро улыбнулась своим фантазиям. - Да, мне туда, умничка моя, - Наталья Александровна снова засияла и выпустила девушку из своих объятий. Они медленно побрели по дорожке вдоль школы. Каждая из них хотела начать разговор, но не могла, не знала, как и не знала о чём. Нет, они не отвыкли друг от друга, просто если люди долгое время не общаются, то такое молчание вполне естественно. - Ну как тебе Клавдия Петровна? – учительница всё-таки нарушила молчание. - Терпимо, - ответила Вероника. Именно это слово подходило больше всего к описанию её отношения к Клавдии Петровне. Она была не самым плохим учителем, но Вероника не могла признаться Наталье Александровне, что ей не нравится Клавдия лишь потому, что, ни капли не напоминает её. - Почему всего лишь терпимо? – поинтересовалась Наталья Александровна, - Она очень хорошая, я близко общаюсь с ней уже несколько лет. Да, она говорила про ваш класс, что вы слишком шабутные для одиннадцатого класса, но я знаю, что вы очень тяжело привыкаете к новому. - И так же тяжело отвыкаем от старого, - продолжила Вероника, пытаясь сделать намёк на то, как ей не хватает Натальи Александровны. - Но это жизнь, всё меняется, что-то уходит, что-то приходит, - учительница либо не поняла намёка, либо не хотела его понимать. - Это да, - пришлось согласиться Веронике. Они уже вышли на проспект, как вдруг Вероника почувствовала, как что-то капает на неё, подняв голову наверх,она увидела большую тучу, которая нависла над их маленьким городом. - Ой, кажется, дождик начинается, - пропищала Вероника с интонацией Пяточка, что вызвало неудержимую улыбку на губах Натальи Александровны. Капли дождя становились всё крупнее и крупнее, и всё чаще и чаще падали с неба. - У тебя зонтика нет, - заметила Наталья Александровна, осмотрев Веронику, - А у меня есть. Наталья Александровна стала копошиться в своей большой белой сумке под цвет пальто. - Везёт Вам, - сказала Вероника и сложила на груди руки, потому что по мере того как начинался дождь становилось всё прохладнее. - Ну и не только мне, - ответила учительница и достала из сумочки маленький складной зонтик. Она открыла его и подняла над головой. Дождь расходился ещё сильнее. Наталья Александровна сделала шаг вперед по проспекту, и Вероника шагнула за ней. - А ты что, так и собираешься мокнуть? – спросила Наталья, сделав вопросительное выражение лица. Вероника не знала что ответить, она понимала, что Наталья Александровна намекает на то, чтобы пойти с ней совсем близко под одним зонтом, но она не могла себе позволить этого, хотя сильно хотела. - Давай, - Наталья Александровна улыбнулась своей жемчужной улыбкой и подставила Веронике локоть левой руки, в которой она держала зонт, как бы предлагая девочке взять её под руку. Вероника робко коснулась ладонью руки учительницы и почувствовала кожей драповую ткань и тонкий знакомый аромат духов. Она обвила своей рукой руку учительницы. Они оказались под одним зонтом, и пошли рядом по проспекту. Дождь всё капал по лужам, стучал по крышам. Это не был ливень, который бывает летом, это был обыкновенный осенний дождь, попав под который можно легко простыть и заболеть, если вдруг промочишь ноги. Вероника не верила во всё происходящее. Любимая женщина, её мечта, которая казалась ей далёкой и несбыточной сейчас шла рядом с ней, под одним зонтом, она держала её под руку и чувствовала её запах. - Ник, извини, - вдруг сказала Наталья Александровна. - За что? – удивилась Вероника. - Ну как за что? Это же я тебя попросила проводить меня и позвала прогуляться. Вот теперь ты из-за меня ноги промочишь. - Я не промочу, - возразила Вероника и незаметно улыбнулась счастливая от того, что эта прекрасная женщина так заботится о ней, - К тому же, у меня сапоги новые, не промокают, почти как резиновые. - Красивые сапоги, - ответила Наталья, посмотрев на ноги девушки, - Но ты по лужам всё равно особо не шлёпай, обходи, а, то испортишь. Наталья Александровна улыбнулась очаровательной улыбкой и на её щеках появились ямочки. До чего же Веронике они нравились! Люди шли куда-то по проспекту, не обращая внимания на дождь, кто-то под зонтами, кто-то в капюшонах, а кто-то просто так без ничего. Вероника шла как во сне, но тут среди толпы она заметила двух своих одноклассниц – Катю и Женю. Это были две самые неприятные девочки из всего 11 «б», к тому же обе, весь десятый класс подлизывались к Наталье Александровне и не исключено, что Женя питала к учительнице странные чувства. Больше всего на свете Веронике сейчас не хотелось встречать кого-то из своих одноклассников, чтобы не было никаких непоняток и обсуждений. Но видимо, этого не избежать. Катя и Женя шли им навстречу и были уже совсем близко и в четыре глаза смотрели на странную парочку – их одноклассницу Веронику и бывшую учительницу математики Наталью Александровну. Вероника поняла, что остаться незамеченной никак не удастся. - Здравствуйте, Наталья Александровна! – пропели хором девочки и устремили свои пытливые колкие взгляды на шедшую рядом Веронику, - Привет! - Здрасте, девчонки, - ответила Наталья Александровна, как всегда с улыбкой. - Привет, - прошипела сквозь зубы Вероника. Ей стало как-то неудобно, но отчего она не знала сама. И когда они уже отошли на приличное расстояние, она тихо шепнула Наталье Александровне почти на ухо, касаясь губами её чёрных волос: - Как-то неудобно получилось. - Что неудобного? – спросила Наталья Александровна, ничего не понимая. - Ну, мы с Вами под ручку идём, как близкие люди… совсем… - и тут Вероника стала мысленно ругать себя за последнюю фразу. Она робко посмотрела на Наталью Александровну, та устремила свой взгляд под ноги. - А что ты здесь такого нашла? Нет, если тебе не нравится моё общество или ты считаешь его каким-то постыдным для себя, то извини. Я не хотела быть навязчивой. Девушка на мгновение испугалась: - Нет, что Вы! О чём Вы говорите. Вы мне очень нравитесь, Вы мне приятны как человек и мне очень нравится с Вами общаться, и я была бы очень рада, если бы стала Вам близким человеком. Просто я не верю в то, что между учительницей и бывшей ученицей может быть какое-то общение. И я не могу поверить в то, что Вам приятно моё общество. Они уже подошли к дому Натальи Александровны и остановились напротив подъезда под железным козырьком. - Ника, - нежно начала учительница, - Я вижу, что ты очень хороший, добрый и искренний человек, красивая, умная девушка, и именно поэтому меня так тянет к тебе и хочется общения с тобой. Я люблю таких людей как ты. Скромных, ненавязчивых, но добрых и очень душевных. Если ты не против, то я бы хотела как можно чаще проводить с тобой время вместе. Ты можешь заходить ко мне в школе на переменках, заходить ко мне домой. Знай, что в моём доме ты всегда желанный гость для нас со Стефой. - Спасибо Вам, - Вероника неожиданно для себя самой взяла Наталью Александровну за обе руки. Наталья Александровна не препятствовала этому, она наоборот сжала своими горячими ладонями холодные Вероникины пальчики. Они стояли друг напротив друга и улыбались. Но тут Вероника вспомнила о времени и о том, что сегодня обещала помочь дяде Коле по дому и отнести Алиску в ветлечебницу. - Ну, мне идти пора. - Как идти? – расстроено произнесла Наталья Александровна, - А я тебя на чай хотела пригласить и погреться у меня немножко. Вероника разрывалась: ей так хотелось остаться, но как, же дядя Коля? Она обещала только выбежать на десять минут в магазин за хлебом. - Нет, Наталья Александровна, Вы меня извините, но я, правда, никак не могу. Я дяде Коле обещала дома помочь, мне правда нужно идти. Наталья Александровна расстроено улыбнулась: - Ну ладно, Ник, если уж дома надо помогать, тогда иди. - А можно я к Вам приду в следующий раз? – спросила Вероника, проверяя, не обиделась ли учительница. - Конечно, приходи. Вдруг Вероника подошла ближе к Наталье Александровне и, положив руки ей на плечи, крепко обняла. Учительница не оттолкнула девушку, а лишь крепче прижала к себе. Вероника чувствовала её тепло. Они простояли так пару минут. - Ну, беги! – сказала Наталья Александровна, переставая обнимать девушку. - До свидания! – ответила Вероника, она никак не могла оторвать взгляд от её голубых глаз. Вероника уже сделала шаг назад, но Наталья остановила девушку: - Подожди, ты у меня промокнешь и замёрзнешь совсем, на улице не летний тёплый дождь, всё-таки осень уже. Возьми зонт мой, потом вернёшь. Вероника посмотрела на свёрнутый чёрный изящный зонтик, который протягивала ей рука учительницы. - Да не нужно, я так дойду. Не простыну, честно-честно. Вдруг Вам куда-нибудь выйти понадобится, а я вернуть вовремя не успею. - Так, Ник, бери, - Наталья Александровна говорила строгим голосом, каким она порой ругает своих ленивых учеников, - Потом отдашь. В школе занесешь или домой прямо, если мимо вдруг пойдёшь. А у меня дома ещё один есть, так, что за меня ты не переживай. - А завтра можно в школе занести? - У меня выходной завтра, домой приноси, если что. - Спасибо, - Вероника взяла зонтик и, выйдя из под козырька, открыла его. Ручка была ещё теплой от ладони Натальи Александровны, - До встречи! - Счастливо! – Наталья Александровна открыла ключом от домофона дверь и скрылась в темноте подъезда.