Секрет Небес (авторская версия)

Каждый должен делать что-то такое, что побеждает боль. Я думал о ней. О том, как она улыбается, как звучит ее голос. Я знаю, что она придет, мне лишь нужно дать ей немного времени. Бонт

      После признания, чувственного откровения держаться подальше друг от друга было пыткой. Легче перенести это лишь тогда, когда каждый из них находился достаточно далеко от другого. А настоящем испытанием стали занятия, когда тот, кого ты жаждешь больше всех, находиться на расстоянии вытянутой руки, но прикоснуться к нему нельзя.       Однажды в общем коридоре, толпа лениво сновала вокруг в монотонном ритме под общий гул голосов, сливавшейся в один. Вики говорила с Ясмин, прислонившись к колонне, как вдруг почувствовала прикосновение к ее перьям. Так они и стояли спиной друг к другу, касаясь лишь крыльями, прячась по разные стороны каменной колоны. Она тотчас потеряла нить разговора, а он перестал понимать книжные строки, что были в его руках. Этого было слишком много и в то же время ничтожно мало.       Непризнанные поутихли и перестали так яро перешептываться за спиной Виктории, без своего “предводителя” их огонь быстро потух. Луана отлучили от занятий и теперь он отбывал свое наказание с Геральдом. Она была уверенна, что демон отыграется по полной, уж ей не знать, что такое вывести учителя за круг терпения. Но если в ней он видел оправданное упрямство, то в Луане лишь бессмысленную трату небесных сил. — Наглядный пример того, что не только Земля круглая, — одним вечером после занятий сказал Ади, — Посмотрел бы я, как это серое стадо встретилось с ангелами или демонами, которые верят в твою победу.       Без преувеличений так оно и было. Рожденные небесами пытались завести с Вики дружбу или просто разговор. Приглашали посетить с ними тренировки для подготовки соревнований демонов и ангелов, которые должны были состояться совсем скоро. А ведь еще недавно смеялись за ее спиной, когда девушка рисковала остаться хромой калекой до конца своего блеклого непризнанного существования.       Несмотря на перемену общего настроения вокруг, Виктория заполнила свое время возобновившимися поисками записей о Мальбонте. Она все чаще замечала, как мимо ее окна пролетают одинокие черные птички. Он скучает. Зовет ее. Но ей нечего ему сказать. Уокер не могла попасть в библиотеку, как раньше и даже поговорить с Геральдом, ведь он был занят Луаном.       В такие моменты на помощь приходил Див. После победы, демон настоял, что хочет продолжать тренировать девушку и Фенцио не смог отказать. Больше никакой адской нити, лишь несколько часов свободного полета сквозь облака. Демон учил новым приемам, контролировать падение и воздушные потоки так, чтобы для противника она исчезала из виду, словно небесный призрак. Как оказалось, солнечные лучи могут не только выдать твое местоположение, но и удачно скрыть.       Признаться, в начале Виктории было неловко после признания чувств Дивом, но он сгладил все углы. Правда, в своей манере. — Где-то в моих крыльях затерялось белое перышко, отвечающее за честность, — пожав плечами, весело ответил парень, — Выдерни его, если тебе неловко. — Мне не неловко, Див, — но не смотря на сказанное, Уокер отвела взгляд. — Вики, я взрослый мальчик и хочу быть искренним с той, что мне не безразлична. — Даже, если... — Даже если, — утвердительно закончил за нее демон, — Даже если.       Пауза протянулась какое-то время, пока пара сидела на траве, разглядывая Академию с соседнего мимо проплывающего острова. Тренировка окончилась, но они не торопись обратно. Чтобы Вики не испытывала к Диву после его откровения, это было что-то большее, чем между ней и Ади, но определенно меньше, чем чувства к Люциферу. Может тому поспособствовало связывающее земное прошлое? — С тобой я забываю, что моя жизнь стала другой, — Вики упорно смотрела вниз сквозь молочную пелену, когда он повернулся к ней. — Со мной тебе было бы проще, но я вряд ли переплюну сына Сатаны. “Никто его не переплюнет, как бы не старался”, — грустная улыбка появилась на лице девушки после этой мысли, — “Тем более, я никогда не искала легких путей”. — Кстати, на счет твоей проницательности... — начала она. — Люцифер говорил со мной. Я еще и умный мальчик. Болтать не собираюсь.       Внезапно Вики вспомнила слово данное Мими. В груди неприятно кольнуло. Она ведь обещала делиться с подругой всем после того, как Люцифер просил для нее туманный камень, а сейчас вновь утаивает немаловажную часть жизни. Вина захлестнула ее еще сильнее, когда утром на следующий день, соседка возбужденно носилась по комнате, громко скандируя: — Они уже тут! Сезон начался!       Мими стянула с Уокер одеяло, широко улыбаясь. — Ну же, вставай! Не желаю провести на этом острове еще несколько унылых минут! Одевайся!       Ничего не оставалось, как сонно надеть привычные джинсы с рубашкой и куда бы там не звала дьяволица, пойти следом. Ади и Сэми уже ждали девушек снаружи у моста, а вид у них был такой же взбудораженный, как и у Мими. — Что происходит? — насторожилась Уокер, когда заметила, что не только они торопились к краю Академии. На мосту было полно народу. В последний раз столько радостных лиц она видела лишь на трибунах над собственной головой. Но друзья молчали, лишь заговорчески обмениваясь взглядами, — Да что с вами такое?       Сэми только поднес палец к своим губам, хитро улыбаясь. Паника самую малость вспыхнула внутри, но тут же сменилась шоком. Мимо Академии постоянно проплывали самые разнообразные острова: с лагунами и пещерами, песчаными дюнами, зелеными равнинами или скалистыми вершинами, покрытые шапками снега. Но этот был самым удивительным из тех, что приходилось видеть.       Сразу три радуги пересекали огромный остров, облака разных форм окружали его и переливались под разноцветными дугами, словно там одновременно разгорался рассвет и тлел закат. Над изумрудными деревьями развивались флаги с гербами, которых встречать еще не доводилось. Оттуда доносилась музыка, такая беззаботная и чистая... — Это Ярмарка, — тихо, беспокоясь потревожить Вики, которая стояла, как вкопанная в изумлении, сказал Сэми, — Раньше все звали ее Мессой, но те времена далеко позади. — Мы называем ее Толкучкой, — добавил Ади, целуя ангела в щеку, — Сезон яблоневых садов и ягодной настойки объявляю открытым!       Демон взял друга за руку, и они сорвались с края, с потоком остальных учащихся, направляясь к острову. — Торговый путь проходит через Академию раз в сезон, — Мими захлопала в ладоши, — Ты ошибаешься, если считаешь, что видела все что могли тебе предоставить Небеса. — Никогда так не считала...       Мими поступила примеру Ади, больше не церемонясь, потащив подругу на остров. Запах пряностей и еще десятка незнакомых ароматов окутали Вики, как только ее ноги коснулись земли. Это было похоже на стихийную торговлю, истинную ярмарку, что описывали в книгах, только более сказочную, волшебную. Как объяснила соседка остров поделили ремесленники и по праву занимали каждый свою территорию. Династия Сарторов в которую входили и ангелы, и демоны, отшивали одежду на самый разнообразный вкус. Ряды Толкучки, завешанные шелками и искусно оттесненной кожей, были заполонены гербом иглы, сквозь которую продеты серебряная и золотая нити. “Так вот откуда Мими берет всю эту одежду!” — восхитилась Виктория, разглядывая платье из почти невесомой мерцающей ткани.       Следующими были одурманивающе ароматные палатки Прадиумов, украшенные изображением богатого стола на зеленых скатертях. Вкусней всего пахли ириски и коричные булочки со звездной присыпкой. Мими угостила одной из таких Вики и они пошли дальше, через лабиринты химиков и инженеров. Удивительно, но каждое ремесло мирно делила светлая и темная сторона. — Поразительное место! — наконец выдохнула Вики. Ее соседка что-то покупала, бегая от палатки к палатке, но у Непризнанной не было денег, чтобы расплатиться хоть за что-то. Странные монеты с отверстием по центру, служили местной валютой и назывались фазами луны. Вот, например ириску, которую жевала Виктория, Мими купила ей за первую чверть. Они нанизывались на длинную трость у каждого прилавка, словно негласная демонстрация того, как много кто заработал в этот день.       Пока дьяволица искала что-то у столика с омолаживающими настойками, Уокер неторопливо зашагала дальше, жадно разглядывая все вокруг. Герб, состоявший из трех шестерёнок, отлично вписывался в атмосферу труб со стороны инженеров и пара, исходящего со стороны химиков. — Красавица, желаешь что-нибудь? — приятный мужской голос зазывал Вики под вывеской “Дикое созвездие”. Ангел чьих волос уже коснулась седина, тепло заулыбался, когда она решила подойти ближе, — Здесь ты можешь найти украшение, превосходящее любое воображение и вкус. “Куда уж больше?”.       Его длинные тонкие пальцы, прошлись по звеньям цепей и кольцах, красиво разложенных на бархатной ткани. На первый взгляд, все казалось действительно обычным серебром или золотом, но стоило внимательней присмотреться, чтобы осознать свою ошибку. Серьги с цветущей сакурой были настоящими цветами! Даже аромат источали самый настоящий! А в кольце с циркониевым камнем в форме капли, плавала синяя рыбка!       Но больше всего зеленые глаза зацепила маленькая подвеска, почти незаметная за остальными. Хрупкая снежинка мерцала, словно на леске, такими тонкими были звенья ее серебряной цепочки. — Она настоящая, — ответил на девичьи мысли торговец, — Никогда не растает и не потеряет блеска, благодаря алхимии. На смуглой коже будет смотреться, словно жемчужина. — Красивая, — Виктория бережно провела пальцем по кулону, — Но у меня нет денег, так что, спасибо за уделенное время. — Благодарю за внимание. В нашем мире трудно удивить кого-то такой мелочью, как вечная снежинка.       Девушка вежливо улыбнулась и когда обернулась, заметила Мими, завершающую череду своих покупок. — Ади и Сэми нас уже заждались. Пойдем скорее! — поторопила она.       Длинные ряды наконец закончились, проводя четкую границу половины острова. Впереди был сад, да с такими зелеными листьями, каких не бывает в природе. — Содом и Гоморра, — блаженно выдохнула Мими. — Что, прости? — ошарашенно уставилась на подругу Виктория. — Знаю, у моего дяди просто отличнейшее чувство юмора. Это его часть острова.       Из глубины сада доносилась музыка, а среди деревьев сновали пары. Кто-то лежал на траве, кто-то подпирал яблони, но большинство танцевали обрамляемы светом, льющимся откуда-то из глубины. Он превратил их танец в лесные тени. — Добро пожаловать в самую важную часть Толкучки, — развела руками подруга, пересекая границу Ярмарки, — Здесь нет правил, лишь грехопадение святых.       Непризнанная осталась на месте, эту черту переходить могло быть опасно. Один из немногочисленных минусов Мими — преуменьшать масштабы проблем или нарушенных правил. — О каком грехопадении идет речь? — нахмурилась Уокер. — Ты ведь знаешь, что связи между ангелами и демонами запрещены? — закатила глаза Мими, — Мой дядя, Асмодей, был влюблен в ангела Серафиму. Закон о запрете вступил задолго после того, как они стали парой, и чтобы предотвратить разлуку — он высадит сад нефритовых яблонь. Только на этой территории дурацкий закон Цитадели не властен. — Почему? — Потому что нефритовое дерево — первое, что создал Шепфа на Небесах. Если под ветками святого дерева случиться что-то нарушающее святые законы, листья рассыпятся в пыль, открывая перед взором Всеотца истинный грех. — Такое уже случалось? -Никогда, — покачала головой девушка, — Сама связь не греховна. Под запретом Цитадели лишь дети, рождающиеся от такого союза. Если все, что происходит на этой половине острова, Архангелы повлиять не могут, то просто за связь, где бы это ни было - запросто. — И в саду твоего дяди еще никто не беременел? — это было справедливым недоверием, Непризнанная покосилась на Мими, но та лишь рассмеялась. — Видишь это сияние? — она указала вглубь сада на танцующие тени, — Загзагель — свет равных. — Не вериться, что еще недавно ты обвиняла меня в скупости на объяснения. — Сама все увидишь.       Вспоминая, чем закончилось первое и последнее посещение вечеринки по приглашению подруги, Виктория насторожилась. Она еще не торопилась заходить в сад, а Мими уже скрылась среди листвы, припрыгивая то ли от радости, то ли от предвкушения. Музыка назойливо манила, а движение теней зазывало, приглушая чувство самосохранение. “Ничего ведь не случиться, если я зайду недалеко? И в любой момент смогу вернуться на ярмарку”.       Осторожничая, девушка пересекла черту, прижимая крылья к спине, словно защищаясь. Так же она поступала каждый раз, когда нервничала или чего-то боялась. Листва на деревьях блестела, разбрасывая солнечные блики, завораживая все сильней. Но пока она приближалась к толпе, ее взору попадались лишь непризнанные. Складывалось ощущение, что Мими ушла в другую часть сада, но тут она заметила свою подругу, но ее крылья.... Ее яркие крылья, цвета воронового крыла стали серыми. Не веря своим глазам, Уокер обернулась и ахнула в удивлении. Золото с ее крыльев исчезало, чем больше свет Загзазеля попадал на ее крылья. — Удивительно, — над ухом девушки прозвучал знакомый бас, от которого по телу пошла волна мурашек, — Самые сильные существа на Небесах отчаянно желают стать непризнанными. Сегодня я среди них.       Виктория обернулась к Люциферу и сразу нахмурилась, ведь его крылья тоже потеряли глубокий царственный оттенок. — Тебе не нужно быть кем-то другим, — прошептала она ему. — Но я хочу. Хоть на мгновение.       Демон взял ее за руку, переплетая пальцы. Вики встревоженно обернулась, но толпе абсолютно не было дела до них. Большинство разделились по парам и были так сильно увлечены друг другом в белом таинственном свете, что тревога погасла быстрее, чем появилась. — Почему непризнанные? — спросила она. — Потому что у непризнанных нет запретов. Они не могут выносить ребенка и не примкнули ни к одной из сторон. Зигзазель и Нефритовый сад скрывают от гнева Цитадели всех, делая их равными. — Значит, сегодня я могу называть тебя Непризнанным? — Ни в коем случае, — у него не вышло удержать улыбку. — Я желаю вернуть должок. — Вики, — выдохнул Люцифер и у нее снова остановилась сердце от звука ее имени, — У меня есть кое-что для тебя.       Она лишь коротко кивнула, и он зашагал через сад, все так же сжимая горячей ладонью ее руку. Когда они достаточно отдалились от общей толпы, скрываясь за деревьями, Люцифер остановился. — Не поворачивайся, — скомандовал парень и Вики не сдерживаясь, закатила глаза, но не смотря на тон не могла прекратить улыбаться. На ее шею опустилось что-то холодное и удивленно потянувшись рукой, она обнаружила ту самую снежинку с лавки инженеров. И вправду, на ее смуглой коже, она отдавала морозным жемчужным блеском. — Ты снова следил за мной? — Не понимаю, о чем ты.       Уокер развернулась. Ей нравилось, что Зигзазель не изменил цвет его глаз. Она смело посмотрела в огонь, понимая, что для нее в нем предназначено лишь тепло. — Спасибо, — девушка протянула руку к Люциферу, прижимая ладонь к месту, где билось сильное сердце, — Я скучала.       Он укрыл ее своими крыльями, скрывая от остальных, прижимая крепче к груди. Необязательно было отвечать, она знала, что расстояние, которое им пришлось держать не одну неделю, превратило их голод в жажду. Горячие губы коснулись шеи Виктории, вырывая из легких томный стон. — Прошу, не делай так больше, — хриплым, чужим голосом отозвался Люцифер. — Почему? — Ты просто не представляешь, как дорого мне обходиться собственное самообладание.       Вики, улыбаясь, прикусила нижнюю губу. Мысли, что один ее вздох выводит демона из равновесия, посылал по телу новую волну колючего удовольствия. — Так тоже делать не стоит, — Люцифер обжег ее своим взглядом и склонившись, сам захватил зубами пухлую губу девушки, — Предпочитаю делать это без твоей помощи. — И что тогда мне остается? — Просто будь моей, — внезапно пальцы сжались на ее талии чуть сильнее, — Согласись на то, что предложу, — В один момент настрой сына Сатаны изменился, отчего все бабочки в животе Виктории исчезли. Атмосфера так быстро преобразилась, воздух вокруг стал пресным, исчезли удивительные ароматы столов Прадиумов и звуки небесной музыки, — Чтобы быть вместе, без угроз отца. — Судя по смене твоего настроения, этот вариант мне не сильно понравиться. — Он единственный.       Тонкая игла мучительно медленно начала пронизывать девичье сердце. Она почувствовала страх от того, что этот единственный вариант потребует слишком многого. Но она быстро придушила в себе это колючее чувство. — Говори, — став серьезной, Вики стойко выдерживала суровость алого взгляда.       Люцифер какое-то время неотрывно вглядывался в изумруд, словно пытался предугадать ответ. Если бы Вики хорошо его знала, то рассмотрела в его пламени синие языки ее собственного страха, но он еще не дал ей узнать себя истинного. — Слова Забвения, — наконец произнес демон, Вики застыла, -Если мы будем осторожны, отец сможет узнать о тебе только из моей памяти. Но если мы подпишем договор Забвения, этого можно будет избежать, и ты останешься в безопасности. — Ты предлагаешь мне забыть тебя? — Нет, это работает только в одну сторону. Ты произносишь строки Забвения и... — Я исчезну из твоей памяти, — резко закончила за него Вики, — Будто и не было совсем. — Верно, — так же сухо бросил Люцифер.       Откуда эта вьюга между ними снова? Она исходила от демона и пожирала всю страсть, вспыхнувшую всего пару мгновений назад. Виктория попыталась высвободиться из объятий демона, но он еще сильней удерживал ее. — Пусти. — Нет, — голос словно сталь. Холодная. Чужая. — Неужели ты думал, что я соглашусь? — Надеялся. — Ты смотришь на меня так, словно знаешь, что однажды мне придется произнести эти слова. Демон лишь горько сжал губы. “Боже... ” — Я буду смотреть на тебя и умирать каждый раз, когда ты равнодушно пройдешь мимо. Прижимать к стенке очередное вечернее увлечение. Уничтожишь меня медленно и безжалостно, — наконец его пальцы разжались и Вики сделала несколько шагов назад, — Я предпочту быструю смерть от Сатаны, чем быть разбитой на сотни частей, но все еще пытаться дышать. — Лучше, чем картина в моей памяти, где ты истекаешь кровью, а я ничего не смогу сделать? — он сказал это таким безжизненным голосом так, что Вики застыла в ужасе.       Ей срочно нужно было убраться из этого чертового сада. Он просил слишком многого. Весь этот Небесный противоречивый мир, просил слишком много. Демон так и остался у дерева, в серых оттенках света Загзагеля, а Вики, сдерживая слезы побежала к краю острова и беспечно спрыгнула, позволяя силе притяжения беспощадно тянуть вниз, все дальше, пока удивительный остров не превратился в одну из монет Мими.       Находясь уже на достаточном расстоянии, чтобы Люциферу было сложно ее разглядеть, Вики расправила крылья, останавливая падение. Она пролетела под Академией и оставаясь невидимой, позволила ветру забрать с собой соленые слезы.       Возможно, она эгоистка, а возможно, просто устала. Устала от груза тяжелых решений, взвалившееся на нее, как цунами. Почему нельзя продлить сладкий момент их близости в Нефритовом саду навечно? Зачем столько условий и преград? Она, конечно, не была одна, у нее были друзья, но почему-то душа опустела настолько, словно все одиночество вселенной нашло там свою обитель. Она бы согласилась на Забвение сразу, без колебаний, лишь бы чувствовать энергию Люцифера рядом каждый день. Если бы не его взгляд. Он знал. Точно знал, что придет время, когда ей придется вычеркнуть ее из памяти.       Внезапная благодарность всплыла на поверхность, рука потянула к подарку на шее. Не смотря на все, он был искренен с ней. Не скормил пустую надежду, предложив столько себя, сколько будет возможным. Не сказал, что все обязательно будет хорошо, как сделали бы ангелы.       Кружась на достаточном расстоянии от Академии, девушка постаралась очистить мысли, применяя приемы Дива на закатном солнце. Благодаря цвету своих крыльев, она намеренно то исчезала, то появлялась в небе, играясь с теплыми лучами, словно на струнах. Свет помогал ей лучше, чем тень, становясь верным союзником. Щеки высохли, когда далеко на задних дворах Академии Вики заметила стайки черных птичек. Могильники.       Непризнанная привыкла видеть их поодиночке, а сейчас небольшие тучки взлетали и пропадали за обрывом острова. Удивительней всего была странная тишина, лишь тихие хлопки маленьких крылышек. Немые создания, всегда незаметные, неудивительно почему Бонт выбрал именно их. В голове вспыхнуло его воспоминание: он сидел у окна, наблюдая за такими же стаями черных точек в небе. Некоторые пролетали так близко, что вот-вот и можно было бы схватить рукой. “Как-то же ему удалось приручить первых птиц?”       Скрывшись за краем, чтобы не спугнуть крылатых созданий, Вики полетела за ними, следуя очень непредсказуемой траектории. Странный ветер разворошил золотистые перья девушки отчего стало не по себе. Но птицы продолжали свой путь и уводили под остров все дальше, пока перед глазами не появился скрытый от посторонних глаз широкий земляной выступ. Словно еще один остов, но в десятки раз меньше, примкнул к Академии, чтобы дрейфовать по Небесной глади вместе.       При приближении, непривычный, пронизывающий ветер усилился и могильников стало намного больше. Мрачная, потемневшая трава выглядела очень скользкой и влажной и странные продолговатые строения усеяли почти всю территорию с покосившемся от времени одноэтажным каменным зданием. Сложилось чувство, что это никакой не остров, а болезненная опухоль. Энергия у этого места была сильной и удушающей, словно вытягивает последнюю жизнь, если задержаться.       Вики уже собиралась возвращаться на территорию Академии, как вдруг осознала, над чем кружат птицы. Это могилы. Чувство тошноты подступило к горлу. Воспоминания о кладбищах наверняка не бывают радостными, но момент, как засыпают землей гроб с матерью. слишком ярко хранился в памяти ребенка. Но на небесах хоронили только самоубийц, остальные попадали в сад Шепфы, развеваясь на ветру, словно пепел. Заключенные под землей их безжизненная энергия тянулась ко всему живому, пытаясь обратить все вспять.       Очередной поток могильного ветра задел Викторию и несколько могильников закружили рядом, осматривая незнакомку. Взгляд одного из них был устремлен прямо на нее, так как смотрят только люди, осознанно. Остальные метались вокруг, а он застыл перед ней, может сомневаясь, может желая подлететь ближе. — Бонт, — тихо прошептала Непризнанная.       В ответ, могильник камнем ринулся к могилам, а точнее к каменному зданию и пропал в единственном узком окне. Сомнений больше не оставалось. Она нашла его.