Оксифимия

      Новобранцы выдвинулись на лошадях ранним утром, когда солнце ещё не взошло и было холодно. Приближались они к штабу разведотряда стремительно, каждый стараясь не думать о том, правильный ли выбор сделал, ведь в этом не было никакого смысла — всё уже решено, отступать было поздно с того момента, как Эрвин Смит торжественно «окрестил» их приветствием отряда, неотъемлемой частью которого они стали. Наверное, это и была одна из причин, почему всё казалось сложнее — теперь на них была большая ответственность.       После нападения титанов, защиту от которых пришлось взять на себя ученикам кадетского корпуса, сомнения давили всё с бо́льшей силой, ведь такая внезапная ситуация, обернувшаяся огромным количеством жертв в виде соратников, указала на слабые стороны, а они были практически у каждого. Потому что, наверное, люди не рождаются лишь для того, чтобы обязательно стать бойцами. Большинство из них в принципе даже не думало об этом до тех пор, пока не пала первая стена.       Солнце беспощадно обжигало своими лучами спины новобранцев, погружённых в собственные мысли.       Шрам на щеке всё ещё саднил, но Киа умело игнорировала его присутствие на своём лице, нахмурив брови и крепче сжимая в руках повод узды. Сейчас, как никогда прежде, необходимо было взять себя в руки. Первая встреча с титаном, она была уверена, лишь цветочки, дальше будет только труднее — не нужно будет ждать появления титанов, нужно будет врываться на «их» территорию и заниматься непосредственно ними, хотя, конечно, это не совсем то, что входит в их обязанности, но отрицать то, что разведотряд гораздо чаще сталкивается с битвой против титанов невозможно.       Широкая улыбка, большие глаза и глупый взгляд вновь промелькнули перед глазами быстротечной пеленой, отчего руки сжались сильнее, а зубы — едва ли не до скрежета. Как нечто настолько убогое может доставлять таких хлопот? Массово, без разбора, убивая людей один за другим? Даже без цели насытиться. Для чего? Непонятно. Это безумие рождало так много вопросов в голове девушки и самое ужасное, что она понятия не имела, где может найти хоть какую-то информацию об этом.       Вновь зыбкий фрагмент перед глазами. Шум в ушах, кажется, это стук сердца смешался с воплем какой-то девушки в нескольких метрах от неё, застывшей за покрывшимся пылью и гарью дымоходом, когда человекоподобное существо сотрясало землю каждым своим шагом, а затем застыло, словно ощутив её присутствие.       Удивительно, но до того злополучного дня всё не казалось настолько реальным, словно эта опасность никогда их не коснётся, а теперь она дышала в затылок, опаляя холодом.       — Что оно такое?..       — Чего ты там бормочешь? — буркнул парень рядом, не поворачивая головы. Его брови нахмурены, но Киа знает, что он, как никто другой, искренне скорбит. Насколько бы порой Кирштейн не вёл себя, как мудак, она не могла не увидеть в нём всё то, что опровергало такое ошибочное впечатление. Однако жалеть его более не могла.       — Как думаете, сколько нам ещё? — взглянула на ребят Киа.       — Надеюсь, недолго, — устало ответила Саша. — Я уже проголодалась.       Хмыкнув, Киа мысленно согласилась, но чем ближе они были к месту назначения, тем меньше она ощущала чувство голода – сильнее пробивало волнение.

***

      — Он забавный, — Блаус хихикнула в ладонь.       — Нэсс? — я повернулась к ней и остановилась, чтобы подождать, пока она догонит и мы сможем идти вровень втроём. — Да, мне тоже так показалось, — я улыбнулась. — И лошадь милая.       — Хочу есть.       — Только не начинай, — взвыл Конни, потянув руку к животу. — Хотя я бы и сам с радостью.       — Потерпите, — я пожала плечами, хотя тоже не отказалась бы не только от еды, но и от отдыха. — Думаю, нас часто будет преследовать это чувство в вылазках.       — И это главный минус разведки! — воскликнула Саша.       — Уверена? — не без сарказма спросил Спрингер, а я подхватила:       — Не титаны?       — Они идут после, — махнула рукой девушка. — Вот бы здесь было мясо, — мечтательно протянула она. — Нас им особо не баловали в кадетском корпусе.       — Давайте закончим этот разговор, — я не смогла сдержать смешок. И всё же радовало, что мы приспособились игнорировать остро стоящие вопросы. Наверное, это и есть то самое смирение, умеренное принятие того, что мы уже выбрали свой путь, остаётся только сделать всё, чтобы быть полезными. Чтобы эта жертва не была напрасной.       — Это Эрен? — удивился Конни.       — Похоже, что так.       — На счёт три ему на встречу ринется Микаса, — улыбнулся парень. — Раз…       — Эрен!       — Ты был близок, — я хмыкнула. — А где Жан, кстати?       Ребята лишь пожали плечами. Мы остановились, и я почувствовала себя некомфортно во всей этой идиллии троицы Армин-Микаса-Эрен. Те же Конни и Саша ладили с ними куда лучше меня… Словом, мне абсолютно по боку их воссоединение, и эта сцена не вызывает во мне никаких чувств, кроме разве что…       — Значит, вы уже прибыли. Вас встретил Нэсс? — я резко обернулась на строгий и холодный голос мужчины. Выглядел он… Хм, прямо скажем хорошо. Форма ему, очевидно, к лицу.       — Да, — пустил смешок Спрингер, вспомнив, как лошадь зажевала одежду Нэсса, но тут же откашлялся, когда заметил строгость на лице капрала.       — Он ввёл вас в курс дела?       — Смотря, что Вы имеете ввиду под этим.       Как же неприятно осознавать то, что его накачанное тело выглядит так безупречно в форме разведотряда: белых брюках, высоких сапогах, серой рубашке с жабо и платком. На улице жарко, поэтому он, наверное, без куртки. Леви окинул нас всех взглядом снова и задержался им на мне. Кажется, кто угодно выразил бы удивление, но не он. Эмоции мужчина не любил проявлять без видимых на то причин, как я уже успела заметить.       — Новички! Ваша форма, — в нескольких шагах вновь возник Нэсс.       Блаус сжала кулаки, согнув руки в локтях, и широко улыбнулась, прежде чем ринуться к мужчине:       — Вау! Обалдеть!       Конни, едва сдержавшись от того, чтобы стукнуть себя по лицу, спокойно последовал за ней, а затем робко и я. И чем ближе я должна была пройти мимо Леви, тем сильнее в ногах проявлялась неуверенность. Я постаралась отвести взгляд, но когда меня неожиданно схватили под локоть, не смогла не возмутиться, однако, по руке бить не стала. Хотела, но вовремя одёрнула руку. Я всё ещё помнила нашу первую встречу. Капралу сильно не понравилось, когда я в порыве чувств, не разбирая ничего и никого вокруг, ударила его по руке.       — Что на твоём лице?       Я не сразу поняла суть вопроса, безмолвно продолжая смотреть в серо-голубые глаза, всё ещё ошеломлённая тем, как просто капитан Леви позволил себе грубо дотронуться до меня. А потом я коснулась щеки.       — Разве Вы не в курсе о последнем нападении титанов, капитан?       Нарочно хочет меня задеть? Ведь всё он прекрасно понимает. Корочка на свежем шраме сойдёт, цвет с иссиня-фиолетового сменится на нежный розовый — не остаётся сомнений, что след останется со мной навсегда, лежа на душе тяжким воспоминанием.       — И ты всё равно здесь? — прищурился Леви. — Ты же понимаешь, что тебе здесь не место, да? — он сильнее свёл брови к переносице.       — Сама разберусь, спасибо, — прошипела сквозь зубы. — Незачем обо мне так волноваться, — я сжала ладони в кулаки, чтобы хоть как-то сдержать рвущиеся наружу эмоции, хотя это и казалось практически невозможным. Но я должна была. Капрал Леви на секунду опустил глаза на уровень моих бёдер, там, где сжимались ладони.       — И в мыслях не было. Но ты полная идиотка с ватой вместо мозгов, если думаешь, что я позволю хоть кому-то подставиться ради тебя даже на первой вылазке. Твои товарищи будут куда более полезными.       — Да вы… — мой голос задрожал от негодования, но тут меня окликнули:       — Последняя форма осталась! Чья? Я здесь вечность стоять не собираюсь, — нетерпеливо проворчал Нэсс, размахивая моей формой в руке.       — Можешь идти, — отрезал Леви.       — Словно я нуждалась в Вашем разрешении, — я фыркнула, рискуя быть плашмя прибитой к ближайшей стенке, но всё же ушла, чтобы получить, наконец, эту злосчастную форму.

***

      Тренировки новобранцев начались со следующего дня и оказались куда труднее, чем кто-либо из них рассчитывал. Были те, кто справлялся едва ли не безупречно, подобно Микасе, отчего в Кие просыпалось ни то соперничество, ни то обида за саму себя, что она буквально не справляется, во что не мог не тыкать носом капрал. Жалкие попытки, сопровождаемые нервным поглядыванием на тайный объект воздыхания её близкого друга, совсем не вызывали в мужчине ни капли сочувствия, не говоря уже о восхищении. Ведь он не делал исключений ни для кого — все были в равных условиях и то, что она была лучше разве что Армина, если не на одной ступени с ним, было лишь её проблемой.       Мучайся и страдай, раз возомнила о себе. Идиотка.       Наблюдать за Кией было особым видом упоения его истерзанной душонки. Наблюдать, как девушка изо всех сил, с покрасневшим от прильнувшей крови лицом, затуманенным и уставшим взглядом, тяжёлыми вздохами и растрёпанными светлыми волосами, усердно старается отжаться ещё и ещё, чтобы угнаться за остальными в команде, было приятно.       У неё такое измученное выражение лица, будто…       Солнце пекло, поэтому Киа свернула край широкой рубашки в узел под грудью, отчего кожа живота, покрытая липкой испариной, была совсем не прикрыта от глаз окружающих, в том числе и мужчины. Он задержался взором на открытом участке неосознанно, но тем не менее отводить его не торопился.       Её физическая форма далека от совершенной. И в который раз: что она здесь забыла? Мало того, что безмозглая, так ещё и невдалая.       Леви бесшумно вздохнул, сведя брови к переносице.       А у Кии плавилось серое вещество. Жарко было настолько, что, казалось, под кожу забрались миллионы жуков, не прекращающих искусывать изнеможённое от сегодняшних тренировок тело. Всё оно было горячим, равно как и спутавшиеся мысли. В них не было чего-то особенного, их с лёгкостью мог определить даже сам капрал Леви.       Чёртов урод этот Леви!       Да на кой я вообще поперлась в этот разведотряд? Мало мне шанса сдохнуть, я должна ещё доказать, что достойна сделать это.       Знаю его всего ничего, а уже ненавижу!       Стоит себе там и созерцает с высокой колокольни. Козёл.       Сил не было. Девушка в последний раз отжалась и рухнула спиной назад, оставив руки под головой. В попытке открыть глаза лишь обожгла сетчатку ярким светом солнца, потому так и продолжила лежать, стараясь восстановить дыхание, но вместо этого сознание невольно хотело нырнуть в тягучую пучину, мысли лишь слабо сквозили в голове — Киа едва ли не уснула. Но вдруг стало темно, будто огромная туча нависла над ней, а потом вдруг стала немного меньше, но словно ближе.       Девушка резко распахнула глаза, дёрнувшись.       Её «тучей» был капрал.       Он опустился на корточки, над её головой, смотрел сверху вниз своим привычным безразличным взглядом, режущим похлеще, как если бы в нём читались хоть какие-то эмоции, пускай и негативные. К ней он был пропитан лишь ими.       Чёрные грубо стриженые волосы чуть падали ему на глаза, но будто совсем не мешали.       — Поднимайся уже, ничтожество, — лениво и с долей напускного разочарования, бросил капрал. — Ты уже достаточно опозорилась на сегодня. Тащи свою тушку за мной.       Я тут изо всех сил стараюсь, а он… Ничтожеством меня называет? Да какой адекватный человек вообще скажет подобное?       — Вы бы могли и подбирать выражения, — резко ответила Киа, чуть задрав голову.       — А что такое? Я ранил твои чувства? — насмешливо усмехнулся мужчина, поиграв желваками. Глазами скользнул по телу и вновь вернулся к её лицу:       — Чего же тогда сюда пришла? С тобой здесь нянчиться никто не будет.       — А по-моему, Вы просто пытаетесь сделать всё, чтобы я пожалела о своём выборе.       — Ты слишком много препираешься, соплячка.       Рот Кии раскрылся от негодования, она даже подскочила на месте, обернулась к капитану Леви и встала на коленях.       — Что Вы только что сказали?       — Соплячка, — протянул Леви и придвинулся чуть ближе, чтобы добавить:       — Глупая девчонка, которая совершенно не понимает, куда попала.       Наблюдать за ещё более раскрасневшимся лицом девушки было неистово прекрасно. Она сжимала ладони в кулаки и сводила зубы вместе до скрежета, немного ссутулившись.       — Да Вы умеете что-то, кроме как оскорблять?       — Факт не может быть оскорблением, дура.       — Я готова Вас убить, — прошипела Киа, поддаваясь чуть ближе.       — Тебе бы для начала хотя бы с титаном справиться. Иначе умрёшь, даже не покинув стену, — угрожающе тихо произнес брюнет и резко поднялся во весь рост. — Заканчивай со своими нелепыми попытками показать зубы. Идём.       Нехотя, превозмогая огромное желание послать капитана разведотряда ко всем чертям, Киа всё же поднялась с земли.       — Куда?       — Есть для тебя задание, — уклончиво ответил мужчина, целенаправленно шагая вперёд, в то время как девушка догоняла его. — Надеюсь, хоть с этим ты управишься.       Киа сделала несколько поступательных вдохов и выдохов, чтобы привести расшатанные нервы в состояние покоя, но это мало помогло. Она обернулась на остальных ребят. Жан удивлённо смотрел им вслед и даже кивнул, мол, что происходит.       Ох, если бы она сама знала. Но спрашивать у капитана Леви первой не решалась. Киа только пожала плечами и снова отвернулась, продолжая идти за мужчиной.