Морально неэтично

Эрен посмотрел на себя в зеркало, расчесывая свои длинные черные волосы.

Серебристые глаза посмотрели на него в отражении, показывая ее лицо.

Его губы шевельнулись.

Раздался ее голос.

— Кто ты?

Знакомый запах теплой меди коснулся его носа, и Эрен судорожно вздохнул, его грудь вздымалась и опускалась, когда он обхватил голову руками. Снова, и снова, и снова. Все эти видения, и ни одно из них не принадлежало ему. С чего бы ему видеть в зеркале кого-то другого? Кто была эта молодая женщина? Почему она казалась такой знакомой и в то же время такой чужой? Он знал, что никогда не встречал ее — по крайней мере, он продолжал убеждать себя, что знает. На данный момент он знал, что нет ничего абсолютного. За исключением одного, в чем он уверен, так это в том, что эти воспоминания были вызваны чем-то. Или, скорее, кем-то. С громким рычанием Эрен наклонился и схватил Кристу за рубашку, почти разорвав ткань от силы. — Кто ты?! — А-а…? — выдохнула Криста, ее полные слез глаза снова расширились от страха. — Ч-что ты имеешь в виду? — Затем она накрыла его руки своими, слабо отстраняя его. — Эрен, ты знаешь, кто я. Я Криста Ленц из твоего кадетского корпуса! — Лжешь, — он сверкнул глазами. — Я вижу, что ты не та, за кого себя выдаешь. — Он сжал ее сильнее и потянул, поднимая на ноги. Она закашлялась, рубашка душила ее. — Скажи мне, кто ты на самом деле! — Я не понимаю, о чем ты спрашиваешь! — вскрикнула Криста, осторожно держась за свое хрупкое горло. Он почти сжал ее руку в своей, и внезапно она задохнулась, широко раскрыв глаза и ничего не видя. Сам Эрен тоже замолчал.

Та же молодая женщина, что и раньше, смеющаяся и улыбающаяся.

Смотрит сверху вниз на маленькую девочку, такую жалкую и невинную.

Связанную узами крови.

Взятую в плен кровью.

Забыть.

— Мне жаль.

После нескольких напряженных секунд, которые показались ей часами ожидания, Криста снова ахнула и даже споткнулась на собственных ногах. Она смотрела прямо перед собой, по ее лицу текли слезы… Сестра? Прошептала она дрожащим от нежности и недоверия голосом. — Как… как я могла забыть? Как я могла забыть о ней? Эрен снова нахмурился и потянулся к ее руке, но другая, более загорелая и сильная, оттолкнула его, едва не оцарапав ему грудь. Эрен с трудом выдохнул, закашлялся, а затем оскалил зубы на преступника. Имир уставилась на него в ответ, все еще протягивая руку. — Убирайся к черту от Кристы! — закричала она. — Я не знаю, что ты с ней сделал, но держись от нее подальше, иначе, слышишь меня?! Услышав ее угрозу, Микаса уже выхватила свой клинок и встала перед Эреном, защищая его. — Сначала тебе придется проткнуть меня насквозь, — прошипела она, поднимая оружие. — Никто не причинит вреда Эрену! Даже Райнер и Бертольт держались настороженно, переводя взгляд с Эрена на Микасу, с Имира на Кристу и обратно. Холодный пот выступил у него на лбу, и Армин встал между двумя противоборствующими сторонами, раскинув руки. — Все, пожалуйста! Давайте все успокоимся и все обсудим… — сказал он успокаивающе. — Важно то, что мы смогли вернуть наше снаряжение, пока ловили преступников, которые обокрали нас. Я-я уверен, что мы все сейчас на взводе, верно? — Он умоляюще посмотрел на Эрена. — Ребята? Эрен все еще тяжело дышал, потрясенный нахлынувшими воспоминаниями, о которых он никогда не просил. Это были не воспоминания его отца. Если он съел своего отца и таким образом обрел его воспоминания… Кого еще он съел? Микаса оглянулся на него. — Эрен? — прошептала она. Прерывисто вздохнув, Эрен покачал головой… — Ничего страшного, — услышал он свой ответ, заставляя себя расслабиться. — Я… мне немного не по себе от крови, вот и все. Имир прищурилась. — О, правда? — скептически ответила она. — Раньше ты выглядел нормально. Почему ты вдруг стал таким агрессивным, да еще по отношению к моей дорогой Кристе? — Она нахмурилась. — Ты и ее хочешь убить, не так ли? А, Йегер? Ты что, помешался на жажде крови, урод? Маленькая ручка обхватила ее за плечо, и, опустив взгляд, она увидела бледное лицо Кристы. — Имир, это… — она поперхнулась. — Все в порядке. Я-я уверена, что Эрен этого не делал… Он не хотел причинить мне боль. Мы просто… — Она изобразила фальшивую улыбку. — Мы оба были в панике… верно, Эрен? — …Да, — Эрен уставился на нее пугающим взглядом. — Именно так. Армин издал тихий, почти незаметный вздох облегчения. — …Хорошо. Криста, — он повернулся к ней. — С тобой действительно все в порядке? Эти бандиты делали или говорили что-нибудь странное? Криста медленно покачала головой. — Не… на самом деле, — ответила она бессвязно, все еще не придя в себя. — Я видела, как они украли наше снаряжение, и хотела закричать…потом они заткнули мне рот кляпом и… забрали меня с собой. — Ее маленькое тельце сотрясала такая дрожь, что Имир обхватила руками ее трясущиеся плечи. — Они… говорили. Обо мне. Если бы они собирались… — Она зажмурилась, и из ее глаз потекли маленькие слезинки. — Оставить меня себе или продай… — Что? — зарычал Райнер, сжав руки так сильно, что побелели костяшки пальцев. — Эти подонки… Я рад, что они мертвы. — Мы здесь закончили, верно? — Бертольт нервно огляделся. — Нам пора возвращаться к остальным. Они, наверное, уже волнуются… — Верно, — согласился Армин. — Почему бы вам, ребята, не проводить Кристу обратно в лагерь? Сэмюэль, Милиус и Энни должны ждать там вместе с Дэзом. Если вы увидите Жана, Конни и Сашу, вам следует взять их с собой. — И что, черт возьми, вы трое собираетесь делать? — с подозрением спросила Имир. — Собирать мусор, — холодно ответила Микаса. Ее тело все еще оставалось в напряженном положении, мышцы были готовы в любой момент начать действовать, если Имир захочет снова попытаться угрожать Эрену. — А теперь уходи. Мы теряем время. — Имир… — Криста потянула за собой свою спутницу, глядя на нее умоляющими глазами. — Пожалуйста… Громко фыркнув, Имир пренебрежительно отвернулась и обняла подругу за плечи, словно защищая ее. — Давай, Криста, — успокаивала она. — Давай отведем тебя в безопасное место. Две девушки покинули поляну и исчезли в листве. Райнер и Бертольт, однако, остались на месте. Первый огляделся, мрачно нахмурившись, заметив лужи крови, в то время как второй не отходил от него ни на шаг, на лбу у него выступили капельки пота, когда он по привычке напряг свое высокое тело. — Эрен, — заговорил Райнер. — …Ты действительно в порядке? Парень, о котором шла речь, выглядел смущенным, почти потерянным, теперь, когда ему никто не угрожал. Это могло бы вдохновить кого-нибудь утешить его, если бы он не был весь в крови. Даже его рубашка, когда-то бежевая, теперь была ржаво-красной и прилипала к покрытой пятнами коже, сливаясь воедино. Когда Эрен не ответил, Микаса подошла и обняла его, по сути, защищая своим сравнительно чистым телом. — Хватит вопросов, Райнер, — резко сказала она. — Возьми снаряжение у Бертольта и возвращайся к остальным. Дальше мы обо всем позаботимся. — Но Эрен неважно выглядит, — Бертольт, едва дыша, запротестовал. — Он… я думаю, ему нужна помощь. — И я ее окажу, — Микаса пристально посмотрела на него. Прищурившись, Райнер какое-то время боролся с собой, прежде чем вздохнуть. — Успокойся, Микаса. Мы здесь не для того, чтобы ссориться друг с другом. Не сейчас. Однако это еще не конец. Нам нужно поговорить об этом позже, — он мотнул головой. — Давай, Берт. Двое кадетов постарше собрали украденное снаряжение, убедившись, что все на месте, и осторожно удалились по наспех проложенной тропинке, которую они в спешке расчистили ранее. Единственными живыми существами на месте преступления были трое уроженцев Шиганшина. На этот раз Армин испустил огромный вздох облегчения и вытер рукавом мокрый лоб. — Это… могло бы закончиться лучше, — признал он. Выпрямившись, он повернулся к Эрену, озабоченно нахмурившись. — Ты в порядке? — спросил он приглушенным голосом. — Что-то случилось, не так ли? Эрен тупо кивнул, его разум все еще был сосредоточен на том, что он увидел. Микаса положила руку ему на грудь, особенно на то место, куда его ранили. — Ты уверен? — взволнованно прошептала она. — Он стрелял в тебя… — Пуля прошла насквозь, — рассеянно пробормотал Эрен. — Я в порядке. Моя форма Титана исцеляет меня, помнишь? Это единственное доказательство того, что в меня стреляли. — Он указал на рваную дыру на своей рубашке, которая почти сливалась с кожей. — Я могу немного разорвать дыру, чтобы она выглядела как ножевое ранение… Блондин вздохнул с облегчением. — Нам повезло, что никто этого не заметил, иначе они бы задались вопросом, как ты выжил… — он поморщился, когда Эрен потянул за дыру, и оставшаяся часть рубашки с мокрым звуком отлепилась от его тела. — Надеюсь, здесь поблизости есть вода, чтобы вымыть тебя. Ты весь в крови. — Эрен, пожалуйста, — Микаса попыталась подтолкнуть его к одному из ведер с водой, которые были оставлены для лошадей; все они убежали с места происшествия, заржав от громкого взрыва. — Эрен, — твердо произнес Армин. — Что произошло, когда ты дотронулся до Кристы? — Я… — Эрен поднес руку ко лбу и нахмурился. — Я увидел воспоминания. Воспоминания, которые не принадлежали ни мне, ни моему отцу, и… Я думаю, Криста тоже их увидела. Армин судорожно вздохнул. — Что? — потрясенный, произнес он. — Что значит «воспоминания»? Эрен открыл рот, но почувствовал запах крови на языке и поморщился. — Не сейчас. Я объясню, когда все закончится. — Эрен… — Армин начал спорить. Эрен заставил его замолчать твердым взглядом. — Не сейчас. Внезапно из перевернутого ведра полилась вода, промочив его до такой степени, что одежда прилипла к нему, как вторая кожа. Микаса отшвырнул ведро, опорожнив его, и кивнул, довольный тем, что теперь на нем было меньше крови, а только пятна. Не говоря больше ни слова, он начал обыскивать тела, проверяя внутренние карманы, обувь и даже нижнее белье на случай, если бандиты что-то скрывали. Микаса начал делать то же самое, и вместе они собрали кучу королевских монет, пороха и галлюциногенных веществ. Армин держался в стороне, не решаясь присоединиться. Хотя он привык к тому, что руки его друзей в крови, и даже находил их несдержанность полезной время от времени, он все еще не хотел активно участвовать. Он не только был неопытен, но и никогда не мог найти в себе сил сделать следующий шаг. Двое его друзей и семья Росика никогда не упрекали его за это — на самом деле, они не замедлили похвалить его за это, — но именно в такие моменты он чувствовал, что его ценность далека от приемлемой. Было неправильно участвовать, но неправильно и не участвовать. Однако было кое-что, что он мог сделать прямо сейчас, а именно создать легенду о том, что произошло на самом деле. — Эрен, — позвал он. Брюнет взглянул на него. — Как тебе удалось так быстро трансформироваться и исчезнуть? Обычно, чтобы исчезнуть в твоей титанической форме, требуется в среднем пять минут, но между взрывом и нашим прибытием прошло всего две. Как ты это сделал, да еще и без удара молнии? Эрен вздохнул, и его непроницаемое выражение лица сменилось выражением усталости. — Честно? Я не планировал превращаться. Я стал самоуверенным. Опять, — он сплюнул, чувствуя, как пересыхает в горле. — Как только я подумал, что мы прикончили всех, этот… — Он посмотрел на отрубленные конечности, разбросанные по всей земле. — поймал меня. — И ты трансформировался? — настаивал Армин. Микаса была единственной, кто ответил ему. — Не полностью, — она остановилась, чтобы порыться в теле лидера. — Эрен частично трансформировался. У него была непокрытая голова, половина туловища и одна полностью отросшая рука. Он убил последнего человека, раздавив его в кулаке и разбросав по комнате. Затем он немедленно покинул свое тело. — Понимаю, — тактик задумчиво хмыкнул. — Поскольку во время кровавого ритуала было собрано меньше людей — я полагаю, потому, что Эрен был ранен так близко к жизненно важному месту, — он сделал ровно столько, чтобы залечить свою рану и выполнить задачу. Это было очень умно с твоей стороны, Эрен. — Неважно, — без особого энтузиазма пробормотал мальчик, о котором шла речь. — Этого бы не случилось, если бы я не был таким беспечным. — Интересно, подозревают ли что-нибудь остальные, — нахмурившись, размышлял Микаса. — О, они знают, — подтвердил Армин с напряженным выражением лица. Оба его друга встревоженно посмотрели на него. — Я не знаю, догадывается ли Криста, но первое, что спросил меня Имир, это знаю ли я, что это был за взрыв. Я бы не стал сомневаться в этом, если бы не тот факт, что ее паника была вызвана в первую очередь не безопасностью Кристы, что не похоже на нее, учитывая ее одержимость ею. То же самое относится и к Райнеру и Бертольту. — Он прерывисто вздохнул. — Я не думаю, что они купились на объяснения Эрена — по крайней мере, не полностью. — Так что же нам делать? — поспешно спросил Эрен. Последнее, что ему нужно, это чтобы кто-то из его товарищей-стажеров узнал правду о его статусе монстра. Это не только поставило бы под угрозу его положение здесь, за Стенами, но и… Он также не хотел видеть их взгляды, полные страха и отвращения. Он понимал, почему их отталкивала вся эта кровь и насилие; эти грязные свиньи выглядели как люди, и видеть, как умирает человек, было ужасно. Однако, чтобы на них смотрели так же, как он смотрел на эту грязь… Он никогда бы этого не захотел. — Ну… — Армин заколебался и схватился за подбородок и начал размышлять. — Мы должны продолжать в том же духе. Вы стреляли из винтовки, и пуля попала в новый запас пороха, смешанного с акустическим зарядом, что и вызвало громкий звук, который мы слышали. — Он потер висок. — Поблизости нет ничего, что могло бы послужить правдоподобным объяснением случившемуся. Все остальное может быть правдой; вы с Микасой смогли нейтрализовать угрозы. — Кстати, об угрозах… — мрачно пробормотала Микаса, держа в руках мятую записку. — Я кое-что нашел. — И что же? — подсказал Эрен, лениво пиная труп, чтобы получить лучший доступ к его карманам. Она развернула его и просмотрела все, что было внутри. — Большая часть этого состоит из информации о торговых маршрутах и небольшого упоминания о приобретении чего-то под названием кодероинт. — Опять это? — Эрен нахмурился при упоминании об этом. — Знаешь, я попросил Люка купить мне образец два года назад. Предположительно, это дает кому-то ощущение счастья, но я протестировал его, и оказалось, что это опиоиды грубого производства, — насмешливо сказал он. — Даже на черном рынке вы можете найти более качественные традиционные опиоиды, но в данном случае все зависит от того, где они производятся. — И где же производится этот кодероинт? — спросил Армин, подходя ближе к Микасе, чтобы самому взглянуть на записку. — Стохесс, — подтвердил Эрен, наконец закончив разбирать содержимое. Он сложил свои находки вместе с остальными трофеями и начал стаскивать все тела в одну кучу. — На самом деле, ничего удивительного. Подземелье находится там. — В записке указаны дата и место захоронения, — добавила Микаса. Она взглянула на брата. — …Это через два дня. Нам стоит идти? Эрен открыл рот, чтобы отказаться, но Армин вмешался первым. — Это была бы хорошая возможность расширить сферу наших услуг. Нам еще предстоит по-настоящему освоиться на рынке метрополитена, и, учитывая наши низкие цены, а также недостаточно экономичное движение в подполье, мы легко можем предложить лучший маршрут. Повернув голову в его сторону, Эрен в шоке уставился на него. — Ты что, с ума сошел?! Ты забыл, что за нами сейчас наблюдают и обучают в армии? — хмуро заметил он. — Мы ни за что не сможем добраться до Стохесса и вернуться обратно так, чтобы никто не заметил нашего исчезновения! Если нас поймают, нас в лучшем случае выгонят, и тогда мы никогда не попадем в Разведывательный корпус! — К этому следует добавить, — мрачно начала Микаса, — что у нас самих очень мало опыта общения с Подпольем. Обычно мы оставляем это на Люка. Я не думаю, что кто-то может сравниться с нами, — сказав это, она на секунду взглянула на Эрена. — …Но у нас не будет никаких преимуществ, и это уже ставит нас в опасное положение. Армин просто приподнял бровь. Подойдя к ящикам с грузом внутри вагона, он приоткрыл один из них, обнаружив коробки с наркотиками, а также контрабандные пистолеты и редкие съедобные ингредиенты, такие как мед и шафран. — У нас есть свои, — он показал одну из коробок с лекарствами в качестве примера. — Мы не можем взять их все с собой, но мы можем связаться с нашим филиалом в Каланете, чтобы забрать это. Затем мы можем взять напрокат лошадей для поездки в Штохесс, встретиться там с нашим связным, который поможет нам спуститься в метро, и мы отправимся к месту высадки. Хотя в примечании говорится, что это изолированное место, за высадкой всегда кто-то следит с крыши или чего-то в этом роде. Тогда мы сможем договориться и найти новый источник дохода. Остановившись, Эрен и Микаса переглянулись. — Но зачем вообще все это затевать? — Эрен скрестил руки на груди. — Мы можем просто доверить это ребятам из Каланета и попросить их продать это. Мы не должны рисковать своим положением кадетов. Шадис уже занимается моим делом по поводу всего этого. — Он указал на груду тел, которые он, наконец, закончил собирать. Запах нагретой меди ощущался и раньше, но теперь, когда все они были сложены друг на друга, кислый запах мочи и отвратительная вонь фекалий смешались воедино, создавая ужасную, но знакомую смесь. — Я действительно не думаю, что это путешествие того стоило. Микаса тихонько хмыкнула, когда закончила читать записку. — …Из-за Кристы, — поняла она. — Точно, — Армин кивнул. — Что? — Эрен нахмурился, переводя взгляд с одного на другого. Армин на мгновение огляделся, размышляя, прежде чем снова повернуться к другому мальчику. — Эрен, сначала спрячь их, — он указал на тела. — У нас нет времени сжигать их или растворять. Мы можем продолжить разговор позже, но сейчас мы идем в Стохесс. Эрен долго смотрел на него и вздохнул. — …Хорошо. Микаса, помоги, ладно?

***

Отодвинув куст, чтобы освободить дорогу, Эрен огляделся в поисках возможных опасностей. — Ты уверен, что это тот путь, Армин? — прошептал он. Упомянутый человек кивнул, хотя Эрен не мог этого видеть. — Так и должно быть. Мы разбили лагерь где-то на юго-западе, и прямо сейчас солнце встает с востока, — он указал на небо, которое медленно меняло свои темные полуночные оттенки на пурпурные и оранжевые. — Я, конечно, не ожидал, что снова проведу такую ночь… — пробормотал он, потирая покрытый коркой глаз. — У нас даже нет такой роскоши, как кровать, на которую можно упасть. — Мы должны ускорить темп, — сказала Микаса. Одной рукой она держала их ночные награды, а другой — воротник куртки Армина, на случай, если он запнется. — Нас и так не было достаточно долго. Они будут относиться к нам с еще большим подозрением. Эрен невольно закатил глаза от ее слов. — А когда еще кто-нибудь не подозревал нас? — пробормотал он себе под нос. Он внезапно почувствовал себя измотанным, и не из-за недостатка сна или ночи, полной вызывающего адреналин уничтожения. Было о чем поговорить, например, о его недавних видениях и других видениях, которые он получал от своего отца. Сколько еще ему предстоит увидеть? Сколько еще из этого будет принадлежать кому-то другому? Кто еще будет существовать где-то в коре его головного мозга? Будет ли он подавлен всеми этими воспоминаниями и перестанет существовать как Эрен? До его слуха донесся шелест листьев, и он вскинул голову, на всякий случай доставая нож. Микаса и Армин остановились позади него, напряженно следя за малейшим движением в кустах перед ними. Вместо дикого зверя, которого они ожидали увидеть, они снова увидели Райнера. В отличие от предыдущего, на нем не было его более высокой тени. И все же, даже без Бертольта, Райнер был не менее устрашающим — на самом деле, он казался еще более угрожающим без своего более покладистого друга — особенно когда у него было суровое выражение лица в сочетании с прищуренными глазами, которые выдавали его подозрения по отношению к троим, стоявшим перед ним. — …Ты вернулся, — сухо прокомментировал Райнер, скрестив руки на груди. — Прошло уже несколько часов. Армин шагнул вперед с извиняющейся улыбкой, как всегда, их надежный дипломат. — Мы пытались навести порядок, — ответил он довольно осторожно. — Мы хотели убедиться, что ни у кого из нас или наших друзей из-за этого не будет неприятностей. — Он неуверенно опустил глаза. — Надеюсь… — Да? — Райнер приподнял бровь. — И как ты это сделал? Кстати, о теме, откуда ты знаешь, как все это делать? — По его тону было ясно, что он не сдвинется с места, пока не будет удовлетворен. Нахмурившись, Эрен открыл рот, но Микаса потянула его за испорченную рубашку. Когда он перевел взгляд на нее, она покачала головой. — Мы… — Армин заколебался и указал на себя и двух своих друзей. — Мы не из лучшего места в городе. После падения Шиганшины у нас не было ни еды, ни денег, ни жилья, так что… — Он опустил голову с пристыженным выражением лица. — Нам приходилось делать то, чего мы не хотели. Теперь, когда прошло три года и стены постепенно восстанавливаются, стало немного легче, но… — Он пошевелил пальцами. — Когда мы увидели, что пропала Криста и наше снаряжение, я понял, что это, должно быть, какая-то банда, и мы вернулись к своим старым привычкам. Мы просто не хотели, чтобы вы, ребята, пострадали, как мы… Выражение лица Райнера немного смягчилось. — Вам, ребята, было нелегко, да… — сказал он сочувственно. — Я могу понять. — Правда? — Армин почувствовал облегчение. Высокий блондин кивнул. — Нам тоже было нелегко. То есть мне, Бертольду и Энни, — он замолчал, бросив взгляд в сторону, где должен был находиться лагерь, еще в нескольких метрах от нас. — Нас отправили на свалку, и мы сломали спины, работая на твердой земле, и нам почти не разрешали есть и спать. — Он сжал кулаки так сильно, что было слышно, как хрустят костяшки его пальцев. — Так что да. Я понимаю. Слушая его рассказ и с каждой секундой все больше и больше распаляясь от гнева, Эрен почувствовал, как его губы скривились в недовольной гримасе. — Это… Это рабство, — сказал он, тяжело дыша. — Тебе не следовало этого делать. Никто не должен был. Райнер слегка фыркнул. — Я знаю, Эрен, — сказал он с нежным раздражением в голосе, как будто слышал это тысячу раз от младшего мальчика. — Я думаю, мы все знаем, что это несправедливо, но иногда у тебя просто нет выбора. — Увидев, что Эрен открыл рот, чтобы возразить, Райнер поднял руку, останавливая его. — Давай не будем вести здесь философскую дискуссию, ладно? Мы еще не в безопасности. — Повернувшись, чтобы направиться обратно к лагерю, он жестом пригласил их следовать за ним. — Вместо бандитов нас может проткнуть дикий кабан! Все трое переглянулись из-за его веселого тона, но последовали его примеру. Следующие пару минут было слышно только, как хрустит трава под их ботинками и щебечут птицы, проснувшиеся с первыми лучами солнца. Над ними и вокруг них шелестели листья, и любой посторонний звук заставлял Микасу или Армина напрягаться, как испуганных зверей, а иногда и обоих сразу. Эрен, однако, сохранял более нейтральный настрой. Такому высокому хищнику, как он, нечего было бояться мелких диких животных. Нет. Его взгляд задержался на спине Райнера, лениво обводя линии мышц, натянутых под тонкой рубашкой. Скорее всего, ему больше следовало опасаться людей. В конце концов, они были способны мыслить, и Армин упомянул, что Райнер был одним из тех, кто подозревал его в нечестной игре. Если бы они были в каком-нибудь районе или даже деревне, у Эрена было бы алиби получше, чем если бы он сказал, что стрелял из винтовки в бомбу. Он надеялся, что старший курсант все равно примет это и оставит эту тему в покое. Они были хорошими друзьями. Он не хотел видеть, как его друзья боятся его монстра. Однако, казалось, удача была не на его стороне, потому что, как только он подумал об этом, Райнер замедлил шаг, настолько, что он поравнялся с ним. Микаса и Армин неосознанно последовали его примеру, не обращая внимания на двоих позади них. Эрен заставил себя оставаться расслабленным и продолжал идти в том же темпе, но внутри его разум был в смятении от тревожных мыслей и страхов. — Эй, Эрен? — Райнер, как он и ожидал, заговорил с ним. — Хм? — …Ты уверен, что у тех бандитов был какой-то новый порох? Ты уверен, что взрыв произошел именно из-за него? Эрен почувствовал, что его нога дрогнула, когда он переступал с ноги на ногу, и едва смог скрыть это, притворившись, что подпрыгивает. Он взглянул на высокого мальчика и встретил холодный взгляд, едва скрываемый за выражением любопытства и беспокойства. — …Да, — ответил Эрен после недолгого молчания. — Мы с Микасой смогли прикончить примерно половину этих свиней, прежде чем меня поймали, и я смог отвлечь их достаточно, чтобы Микаса смогла подкрасться и прикончить еще парочку. У меня из рук выбили нож, и я попытался отбить у одного из них винтовку. Я просто стрелял, сколько мог. — Он скривился. — Ты же знаешь, я ненавижу оружие. — Они не так уж и плохи, — Райнер усмехнулся. — Просто тебе нужно больше практиковаться в стрельбе. В любом случае, продолжай. Эрен бросил на него недовольный взгляд, но согласился. — Я не знаю, куда я стрелял, но внезапно раздался громкий взрыв. У меня зазвенело в ушах, и от света стало больно глазам, но это длилось всего секунду, так что все было не так уж плохо. Когда я снова обрел способность видеть, я увидел, что все бандиты разбиты на куски. Остальное вы знаете. — …Я понимаю, — пробормотал Райнер с отсутствующим видом и слегка нахмурился. — Могло ли быть так, что ты стреляли не во что-то, а в кого-то, и это вызвало тот взрыв? Парень остановился. Это странный вопрос. — Ты имеешь в виду… как привязанная бомба? — медленно спросил он. — Или какой-нибудь контейнер для масла? — Что-то в этом роде, я полагаю. Твоя пуля могла… привести в действие что-то или кого-то. Кто-то был поблизости. Эрен почувствовал, как его сердце на секунду остановилось. Что, черт возьми, это значило. — Хей, Микаса! — Райнер решил окликнуть девушку, шедшую впереди. Она повернула голову, показывая, что слушает. — Есть какие-нибудь идеи? Ты что-то делал раньше? Используй свою чудовищную силу, как говорила Энни? — …Да? — ответила Микаса, медленно и растерянно моргая. — Я должна была справиться с этими бандитами. Они тоже были застигнуты врасплох, так что это было нетрудно. Взрыв уничтожил остальных. Райнер только хмыкнул в ответ. Эрен озадаченно уставился на него. Райнер играл с ними или на самом деле намекал, что ему что-то известно? Не было никакого логического объяснения тому, что человека может «активировать» боль или взрыв. Самое близкое, что он мог придумать, — это если бы в теле было неестественное количество масла, и если бы в него попала взрывчатка, это вызвало бы реакцию. Райнер, парень, который посещал с ним все занятия, в том числе по основам анатомии и оказанию первой помощи, ни за что бы не поверил, что такое возможно. Значит, Райнер должен был что-то знать, верно? Он намекал, что знает, что на самом деле произошло. Мог ли он… знать? Неужели Эрен каким-то образом допустил ошибку, и Райнер был единственным, кто это заметил, но ничего не сказал? Он заставил себя дышать, позволяя свежему воздуху наполнить легкие, а затем выдохнул. — Ты в порядке, Райнер? — спросил Эрен, озабоченно хмурясь на старшего мальчика. — Ты… ты же знаешь, что люди не могут взорваться, верно? Только не без взрывчатки при себе. Я думаю, тебе нужно немного поспать, — предложил он. — Знаешь, недосыпание может пагубно сказаться на вашем психическом и физическом здоровье. Райнер выглядел озадаченным, но через несколько секунд рассмеялся. Даже для Эрена это прозвучало фальшиво. — Ха! Ты прав, — он со смущенной улыбкой поднес руку ко лбу. — Я, наверное, слишком много думаю об этом… Да. Должно быть, так и есть. — Он раздраженно выдохнул. — Люди взрываются… Эрен понимающе кивнул в знак согласия. — Да, это… это слишком фантастично, тебе не кажется? — незаметно вытерев выступивший на лбу нервный пот, он мысленно вздохнул с облегчением, поскольку, казалось, избежал пули. — Тебе следует немного отдохнуть, когда мы доберемся до Каланета. — Хорошо… — ответил блондин отстраненным голосом, а его глаза были затуманены неизвестными мыслями. Остаток пути назад они провели в молчании, что было очень мило с его стороны, потому что Эрен действительно хотел побыть один прямо сейчас. Если бы ему пришлось выдержать еще один допрос, он бы закричал. Он продержался целых полтора года без серьезных промахов, но сегодняшняя ночь была слишком напряженной, чтобы чувствовать себя комфортно. При тех темпах, с которыми это происходило, все военные должны были узнать, и тогда он больше не смог бы оставаться в Стенах тюрьмы. Несмотря на желание убить всех Титанов снаружи, он знал, что не может бросить всех здесь. Нужно подумать о Микасе и Армине, и мистере Леви, и Микель, и даже об Ане и Люке. Они все были бы в опасности, если бы о нем узнали. Он должен был лучше контролировать себя, ради них самих. Деревья наконец-то уступили место поляне, которую они покинули прошлой ночью, хотя казалось, что прошли месяцы с тех пор, как они отсутствовали. Все были на месте, и даже Даз был на ногах, хотя и держался за голову осторожно, не желая усугублять сотрясение мозга. Когда они вошли в лагерь, все взгляды устремились на них, и между ними возникло напряжение. Переводя взгляд с одного на другого, Райнер отошел от троицы, которую сопровождал, и занял свое место рядом с Бертольдом и Энни. Эрен напрягся, когда заметил, что некоторые из них пристально смотрят на него, особенно на его порванную и запачканную кровью рубашку. Хотя не было никаких диких протестов в их пользу или против, многие из них определенно не были рады их видеть. — В-вы, ребята, вернулись! — Саша заговорила первой, хотя даже она все еще выглядела напуганной после вчерашнего вечера. Ее растрепанные волосы едва держались на конском хвосте, а глаза были широко раскрыты, зрачки сузились от напряжения, вызванного выбросом адреналина. — Д-Д-добро пожаловать… обратно…? — Д-да, мы вернулись, — ответил за них Армин с легкой дрожащей улыбкой. — Извините, что так долго. Жан была следующей, кто заговорил. — Почему задержались? — спросил он натянуто. Мускул на его челюсти дернулся. — Почему вы не вернулись раньше, как остальные? Они уже забрали наше снаряжение. — …Уборка, — тихо ответила Микаса в свой шарф. — Мы позаботились обо всем. Остальные кадеты заметно вздрогнули. Оглядев свою группу и заметив их подозрительные взгляды и нервные жесты, Эрен издал раздраженный стон, привлекая всеобщее внимание. — Говори, что ты хочешь сказать, или не говори, и мы продолжим, — объявил он. — У нас все еще есть миссия, которую нужно выполнить, помнишь? Сглотнув так сильно, что кадык запрыгал у него в горле, Марко нерешительно сделал шаг вперед, как будто боялся подойти ближе. — То, что вы, ребята, сделали прошлой ночью… Это… — он содрогнулся. — Это было… за гранью жестокости. Жестоко и бесчеловечно! Зачем тебе заходить так далеко?! — Его взгляд метался от Эрена к Микасе, даже к Армину и Имиру. — Зачем?! — Вытащи голову из задницы, Марко! — язвительно рявкнула Имир в его сторону, держа на руках все еще дрожащую Кристу. Несмотря на прошедшее время, блондинка, казалось, ничуть не приблизилась к своему обычному самообладанию. — Это были либо они, либо моя дорогая Криста, и я ни за что на свете не позволил бы никому из них причинить Кристе вред. — Но должен же был быть способ получше! — возразил Марко. — Вам, ребята, не нужно было прибегать к убийству! — Затем он указал на рубашку Эрена, которая теперь была ржаво-коричневого цвета по сравнению со своим первоначальным бежевым, и выглядела так, будто ее порвали когтями и ножами. — Посмотри на него! Если бы это было возможно, взгляд Имира, казалось, стал бы еще злее. — По крайней мере, у Йегеря была правильная идея, даже если он немного помешан на крови. Ты бы предпочел стоять сложа руки, как слабак, и придумывать способы сделать так, чтобы преступники не пострадали? Извини, не извиняйся, но я не собираюсь рисковать жизнью Кристы ради твоей морали. Он отшатнулся и перевел взгляд на Кристу, которая смотрела на него с трепетом. — Я… — прохрипел он. — Я не это имел в виду… Чья-то рука схватила его, и он отпрыгнул назад, увидев, что это Эрен потянулся к нему. Женоподобный мальчик нахмурился, но уже не так резко, как раньше. — Послушай, Марко… Я понял. Зрелище было не из приятных, и мы могли бы справиться с этим лучше, — успокоил он, — но, как сказал Имир, мы не могли ждать, пока придумаем что-нибудь получше. Ты знал, что Кристу собираются продать? — Что?.. — Марко задохнулся от ужаса. — Продать? Как… Как животное? — Хуже, — мрачно ответил Армин вместо Эрена. — Никто не может отрицать, что Криста очень красивая девушка, — он отвел взгляд, немного смутившись. — …и я думаю, мы все знаем, что может случиться с красивыми девушками, когда их забирают преступники-мужчины… — он замолчал, давая своим словам осмыслиться, чтобы они могли разобраться сами. Марко побледнел еще больше при этой мысли. — Н-Ни за что… — П-Пожалуйста… — кротко произнесла Криста. — Больше никаких драк… — Я… — веснушчатый мальчик, казалось, был в конфликте с самим собой и с отчаянием посмотрел на тех, кто еще не произнес ни слова. — Ребята?! Дрожа, Конни присел на корточки и закрыл голову руками. — Я… я не знаю, — прохрипел он. — Я больше не знаю… — Слезы капали на землю у него под ногами. — Я просто не могу! Когда Марко перевел взгляд на остальных, Сэмюэль попятился, подняв руки. — Извини, но я… я не знаю, чувак. Не втягивай меня в это, — сказал он с умоляющим выражением лица. — Я вынужден согласиться с группой в этом вопросе, — Милиус тоже покачал головой. — Если рассуждать логически, это был наилучший исход. По крайней мере, я так думаю. Я тоже не буду вмешиваться. — Я просто хочу домой! — жалобно воскликнул Даз, прижимая пакет с водой к своей нежной коже головы. — Я больше не хочу торчать здесь, с преступниками, убийцами или кем-то еще! Микаса спрятала хмурое выражение лица за шарфом, но в ее глазах все равно на мгновение промелькнула печаль, прежде чем она исчезла за непроницаемой маской. Марко повернулся к единственному человеку, которому он мог доверять. — Жан?! — в конце концов он закричал. Сжав кулаки, Жан несколько мгновений боролся с собой, прежде чем, наконец, открыл рот. — Я… — он замолчал, сглотнув. — Я… не могу винить их за это, — признался он, хотя, казалось, ему приходилось выдавливать из себя слова. — Как бы мне ни было неприятно соглашаться с Имир в чем-либо, это были либо те преступники, либо Криста. Криста невиновна в этом, и не похоже, что она просила, чтобы ее похитили. Эти преступники решили украсть наше снаряжение и забрать ее. Они и так рисковали собой, совершая преступление. Итак… Он поднял глаза и встретился с испуганным взглядом Марко. — Мне жаль, но в этом случае мне придется встать на их сторону. Мне неприятно это признавать, но это был лучший вариант. Как марионетка, у которой обрезали ниточки, Марко рухнул на колени, побежденный. — Это правда?.. — прошептал он. — Неужели мир действительно устроен таким образом?.. Сочувствуя, Армин опустился на колени рядом с ним. — Прости, Марко. В идеальном мире нам не пришлось бы причинять друг другу такую боль, но это не идеальный мир, — он успокаивающе положил руку ему на плечо. — Безопасность Кристы, а также наше украденное снаряжение были важнее. Напрягшись от прикосновения, Марко вздрогнул и отдернул руку, пытаясь отодвинуться еще дальше. — Не прикасайся ко мне! — он взвизгнул от страха. Секунду спустя его глаза расширились, когда он осознал, что натворил, и он медленно опустил взгляд на свою руку. — Я… мне нужно время подумать. Я не могу. Не прямо сейчас. Я… Сжав кулаки, он взял свое снаряжение и, не оглядываясь, покинул поляну, исчезнув в лесу. — Может, нам пойти за ним?.. — нерешительно спросила Криста, медленно выпутываясь из объятий Имира. — Когда животное испытывает стресс, его следует оставить в покое, иначе оно набросится на него без разбора, — Саша покачала головой. — Кроме того, он направляется в сторону Каланета, а лес здесь редеет. С ним все должно быть в порядке. — Тогда нам тоже стоит пойти, — тихо предложила Микаса. Она уже надела свое снаряжение. — На всякий случай. — Хорошо… — Армин ответил глухим голосом. Он посмотрел на свою руку, ту, по которой его ударили, как будто она была грязной и никому не нужной, и его губы задрожали. — Пойдем. — Он взглянул на то, в каком ужасном состоянии был его друг. — Эрен, тебе, наверное, стоит переодеться… Пока все тихо собирали свое снаряжение и пристегивали его ремнями, они не заметили, что притихшая группа из трех человек стояла вплотную друг к другу, их губы шевелились, но голоса были слишком тихими, чтобы их можно было расслышать. Три пары глаз уставились на одного человека.

***

Как только они добрались до Каланета, группа сообщила о своем прибытии в ближайший военный штаб, и им был предоставлен двухдневный отдых в этом районе. Никто не удосужился упомянуть о том, что произошло ночью, и если офицер заметил, что на их снаряжении отслаивается засохшая кровь, они ничего не сказали об этом и быстро отпустили их. Эрен быстро пошел принять душ. Он чувствовал себя совершенно грязным из-за запекшейся крови под его новой рубашкой, хотя это было не так страшно, как раньше. Более того, он отчаянно хотел сбежать от остальных. За последние несколько часов напряжение стало невыносимым. Все они за одну ночь превратились из робких и дружелюбных друзей в незнакомцев и потенциальную угрозу, и он ненавидел это. Он смотрел пустым взглядом вниз, пока коричневая вода продолжала стекать в канализацию, и без предупреждения ударил кулаком по облицованной кафелем стене перед собой. Дешевая керамика треснула, и осколки, которые он едва почувствовал, вонзились в его покрасневшую кожу. Прежде чем боль успела проявиться, он уже исцелился, оставив после себя струйку пара, которая быстро рассеялась под струей воды. — Черт возьми… — пробормотал он в гневе и разочаровании, но даже эти эмоции сейчас казались в лучшем случае вялыми. Почему все вдруг пошло наперекосяк? Он не хотел этого признавать, но все было намного проще, когда они еще жили в Переулке. По крайней мере, там никто не подвергал сомнению их методы. Конечно, у них не было постоянного запаса еды, а атмосфера была пропитана дымом и запахом застоявшихся выделений, но, по крайней мере, у него были союзники. Люди, которые знали, что за хорошую цену или угрозы можно заткнуться. Он не знал, кому здесь можно доверять. За исключением Армина и Микасы, все остальные были потенциальной утечкой информации. Любая ошибка, которую он совершал, даже если она была незначительной, могла быть кем-то замечена, и тогда о нем сообщали. Его, кричащего, утащили бы прочь, допрашивали, ставили над ним эксперименты и в конце концов избавились бы от него как от бесполезного экземпляра. Им было бы наплевать на его страсть сражаться с титанами или на то, насколько хорошим солдатом он был. Что он мог сделать?.. Позже Армин отвел его в сторону в пустой коридор и сообщил, что они проведут ночь, чтобы отдохнуть, а затем рано утром, как только взойдет солнце, отправятся в Стохесс. Когда Эрен попытался возразить, Армин оборвал его. — Я уже связался с нашим доверенным лицом, чтобы они убрали беспорядок, который мы оставили в лесу, — тихо сказал младший мальчик безжизненным тоном. — Нам нужно обезопасить этот шанс в Подземелье. На всякий случай. — На всякий случай, что? — осторожно спросил Эрен. Армин поднял на него глаза, и впервые за все годы, что они были вместе, Эрен увидел проблеск того, что могло бы означать смирение. — На случай, если нам понадобится место, где можно спрятаться.

***

— И это все, что вам понадобится, чтобы попасть в Стохесс, — сказал их агент Брэм, передавая Армину несколько поддельных документов. — Ваши лошади уже взяты напрокат, и вы сможете оставить их в конюшнях за пределами округа. Йохан должен быть где-то в районе бара в самом городе, и как только вы отдадите ему это письмо, он сможет показать вам, куда вам нужно идти. Однако, как только вы окажетесь внутри, он больше не сможет вам помочь. — Понял, — Армин надежно спрятал бумаги в карман рубашки. Он не обратил внимания на то, что Эрен и Микаса зевали у него за спиной, и поправил коричневую кепку. — Спасибо за вашу усердную работу. Я знаю, что это произошло в последнюю минуту. — Забудьте об этом, — Брэм отмахнулся от благодарности. — Я просто отплатил вам за услугу, которую вы, ребята, оказали мне два года назад. — Что именно? — Армин моргнул. — Йегер дал мне лекарство от кашля моей дочери, — Брэм указал на Эрена, который оживился при звуке своего имени. — Без этого она не протянула бы и года. — Как она сейчас? — спросил Эрен с легкой улыбкой. В данный момент он завязывал волосы, чтобы они не мешали его платку. — Ей столько же лет, сколько Микель, не так ли? — Если ты спрашиваешь, три ли ей года, то да, — ответил Брэм с улыбкой гордого отца. — Сейчас она в отличной форме. Может часами бегать, играя с простынями и своими куклами без каких-либо проблем. Вам, ребята, стоит как-нибудь с ней повидаться. — Прочистив горло, он придвинулся ближе к Эрену и прошептал ему на ухо. — И я мог бы попросить тебя, э-э, помочь мне сделать еще одного малыша. Если, конечно, у тебя есть время и ресурсы. Фыркнув, Эрен похлопал его по плечу и слегка оттолкнул. — Для этого тебе не нужны никакие растительные средства. Если вы смогли забеременеть в первый раз без каких-либо проблем, то, скорее всего, получится и во второй. Однако, если возникнут какие-либо осложнения, обратитесь за советом в местный военный госпиталь. — Хорошо, — Брэм громко кашлянул. — В любом случае, вам лучше уехать сейчас, пока на дороге не стало оживленно. — Еще раз спасибо, Брэм, — выпрямившись, чтобы отряхнуть пыль со штанов, Микаса кивнула. — Лес уже расчистили? — Почти, — ответил он. — У меня там еще есть несколько парней, которые кое-что перепахивают. Вы, ребята, действительно особенные. В последний раз такая масштабная уборка проводилась в одном из внутренних районов. — Насколько большой? — Эрен нахмурился, услышав эту информацию. — По крайней мере, семь или восемь, — на этот раз Брэм старался говорить шепотом. Он даже оглядывался по сторонам, как будто одно упоминание об этом инциденте могло что-то спровоцировать. — Не знаю, в курсе ли вы, ребята, но есть настоящий печально известный серийный убийца. Хоть убей, не могу вспомнить его имя, потрошитель какой-то — черт, я даже не уверен, существует он на самом деле или нет, — но я предупреждаю вас, ребята: Если столкнетесь с ним, просто бегите. Просто бегите, черт возьми, ладно? Переглянувшись с тревогой, они кивнули. Трое подростков расстались со своим агентом и вышли из маленького уединенного переулка на улицу. Небо все еще оставалось темно-синим, хотя восходящее солнце медленно окрашивало его в оранжевый цвет. Единственными людьми, которые в этот момент выходили на улицу, были случайные гарнизонные патрули и несколько киосков с едой, которым нужно было пораньше приступить к составлению меню. Это означало, что они могли идти к северным воротам, не привлекая к себе внимания, тем более что они отказались от своей кадетской формы. Микасе удалось порыться в запасной одежде, имевшейся в штаб-квартире, никого не предупредив, и, хотя некоторые вещи подходили друг другу с трудом, их можно было спасти. Армин спрятал свои светлые волосы под коричневую шапочку и надел белую рубашку под невзрачный коричневый свитер и брюки в тон. Микаса все еще носила свой красный шарф, но вместо него повязала его вокруг талии, а привлекающий внимание цвет был частично скрыт темно-зеленой курткой, которую она нашла. Эрен предпочел надеть свои белые военные брюки и темно-синюю свободную рубашку, накинув поверх нее бежевую шаль. В общем, они выглядели как обычные гражданские, если не приглядываться. По дороге к северным воротам они заглянули в пекарню, где только что выпекли первую партию хлеба, и смогли купить на завтрак две свежие буханки, только что вынутые из духовки. Микаса даже достала их пакетик со специями, чтобы посыпать сверху, и они разделили еду между собой. — Свежая еда… — простонал Эрен, откусывая кусок хлеба. — Я так по ней скучал. Вчерашний кабанчик не идет ни в какое сравнение с этим. — Я тоже, — с легкой улыбкой призналась Микаса, откусывая еще кусочек. — Если у нас будет время, мы попробуем поймать какую-нибудь птицу, как в прошлый раз. Приготовьте ее на открытом огне. — Звучит заманчиво… — Армин задумчиво посмотрел куда-то вдаль. — Однако, нам не стоит слишком на это надеяться. Мы не знаем, сколько времени это займет. Двое других притихли, когда им напомнили, что поставлено на карту, и остаток прогулки они провели в молчании. Когда они наконец добрались до конюшен за пределами Каланета, то уже чувствовали знакомый запах лошадей, а их уши улавливали стук копыт по сену, а также случайное фырканье и ржание лошадей. Подойдя к хозяину конюшни, они остановились, наткнувшись на что-то неожиданное. Они уставились на него. Энни, прислонившаяся к опорной балке и скрестившая руки под свитером, подняла голову и коротко помахала им. — Привет. — Энни?! — Эрен отреагировал первым, не веря своим ушам. — Какого черта вы здесь делаете? — Мне следовало бы спросить тебя о том же, — решительно ответила она. — Пользуетесь своим свободным временем, да? Все трое? Взглянув на Микасу и побледнев при виде выражения крайней враждебности на ее лице, Армин быстро подошел к ней спиной и нервно рассмеялся. — Д-да. Мы планируем провести день, отдыхая в Стохессе. Что насчет тебя, Энни? — осторожно спросил он с дружелюбной улыбкой. — Я не ожидал увидеть тебя здесь. Я думал, ты проведешь утро за тренировками. — Я бы с удовольствием, но, как и ты, я хочу проводить свое свободное время, занимаясь другими вещами, — вздохнув, Энни выпрямилась и засунула руки в карманы. — Стохесс, да? — А что с ним? — спросила Микаса бесстрастным голосом. Ее льдисто-голубые глаза скользнули по каждому из них, а затем она пожала плечами. — Вы не будете возражать, если я присоединюсь к вам? У меня… тоже есть дела в Стохессе. — У тебя дела в Стохессе? — скептически спросил Эрен. Он скрестил руки на груди. — Какие дела? — Покупки. — А? — Эрен растерянно пробормотал когда все трое замолчали, переваривая ее ответ. — Я хочу пройтись по магазинам в большом городе, — ответила Энни как можно мягче. — У тебя какие-то проблемы с этим? — Да… — Микаса открыла рот. — Нет! — быстро ответил Армин с едва сдерживаемой улыбкой. — Нас это устраивает! Мы можем путешествовать вместе! — Отлично, — Энни приподняла бровь. — Я уже взял напрокат свою лошадь. Я подожду тебя снаружи. — Не дожидаясь ответа, она повернулась к Каштану и медленно вывела его из загона к выходу. Когда она покинула помещение, Эрен повернулся к Армину с выражением паники на лице. — Армин! — зашипел он. — Что за чертовщина! — Да, — прорычала Микаса, сжав руки так сильно, что было слышно, как хрустят костяшки пальцев. — Действительно, какого черта, Армин. Армин поднял руки в успокаивающем жесте. — Успокойтесь, вы двое, — торопливо прошептал он. — Я знаю, мы занимаемся бизнесом, и рядом с нами не должно быть посторонних, но послушайте меня, хорошо? Будет лучше, если Энни пойдет с нами. — Почему? — спросила Микаса. — Доверься мне, — Армин поморщился. — Я объясню, пока мы будем забирать наших лошадей.

***

Эрен посмотрел направо, ветер трепал его челку, падавшую на глаза. Его лошадь послушно скакала под ним галопом, и он автоматически менял позу и центр тяжести при каждом шаге, в точности как учил их инструктор. Энни смотрела вперед со своим печально известным отсутствующим выражением лица, не обращая внимания на скорость, с которой они ехали. К счастью, в это время дня дорога была свободна, и они были единственными четырьмя всадниками, направлявшимися вглубь страны. Они тоже шли хорошо; они смогут добраться до Стохесса к середине дня или ближе к вечеру, в зависимости от того, сколько раз им придется делать перерывы, чтобы напоить своих лошадей. Существовала вероятность пересечь контрольно-пропускной пункт, который военная полиция установила на каждой дороге, ведущей во внутренние районы, но на всякий случай у них были наготове удостоверения личности. Эрен все еще понятия не имел, какого черта Энни здесь делает. Она не произнесла ни слова с тех пор, как они сели на лошадей, а это было почти час назад. Они ехали недостаточно быстро, чтобы говорить было опасно — инструктор предупредил их, что постоянно поступают сообщения о том, что люди случайно откусывают себе язык во время езды, — и она, очевидно, могла бы ехать самостоятельно. Энни не нравилось находиться в обществе других людей, и хотя они испытывали взаимное уважение друг к другу, это проявлялось только во время спаррингов. В остальном они были едва знакомы. Не то чтобы она не могла позаботиться о себе. Ему было неприятно это признавать, но Энни была намного ниже Микасы в плане смертоносности без оружия. Он был выше ее только потому, что она не пыталась, пока он надрывался. Если бы Энни приложила хоть немного усилий во время рукопашной, он не сомневался, что она легко победила бы его. Она тоже не производила впечатления любителя шопинга. Где, черт возьми, она вообще взяла деньги, чтобы делать покупки в Стохессе? Райнер упоминал, что он, Энни и Бертольт родом из маленькой фермерской деревушки в Марии, так что, если только она не хранила королевские драгоценности в течение многих лет, она была на мели. — Давайте остановимся передохнуть! — крикнул Армин, сидя верхом на лошади. — Там впереди пруд! Он был прав: пруд был крошечным, чуть больше лужи, но вода в нем была кристально чистой, а трава, растущая вокруг — здоровой зелени. Лошади заржали, когда всадники натянули поводья, чтобы остановиться, и перешли на рысь, направляясь к единственному источнику воды. Спешившись, они подвели лошадей к воде и оставили их на заслуженный отдых. — Ух… — Эрен потер ноющую спину. Даже при ускоренном заживлении, все равно было больно. — Если кому-то нужно облегчиться, вон там, за холмом, есть кусты. Я собираюсь немного сходить за продуктами. — Тебе нужна помощь? — спросил Армин. — Вы ищете что-то конкретное? — Мята, — ответил Эрен, его глаза уже осматривали траву в поисках вредного растения. — Она нам понадобится, если мы не хотим пахнуть лошадьми до конца дня. Они отошли немного в сторону, чтобы покопаться в земле, оставив обеих стойких девушек одних наблюдать за лошадьми. Если не считать редких пролетов птиц над головой и взмахов хвостов лошадей, в пруду было тихо, словно он задыхался от напряжения. — Итак… — Энни взглянула на другую девушку. — Итак, — Микаса отказывалась смотреть на нее. — Я слышала, прошлой ночью она была немного не в себе. — Вот как. — Это то, что я слышала. — Ты ослышалась. — Я в это не верю. Микаса повернулась к ней, сверкая глазами. — Извини? — Ты слышала меня, — беспечно ответила Энни. — Ты способна на все, не так ли? Ты особенная, — она протянула это слово. — Прошлая ночь была тому доказательством. Вы с Эреном вернулись без единой царапины, и, судя по тому, что рассказали мне Райнер и Бертольт, это была настоящая бойня. Эрен не в состоянии справиться с несколькими противниками лицом к лицу; он не настолько силен, несмотря на свою гибкость и универсальность. Но… это должно быть, это ты проделал всю работу. — А если и так? — Микаса прищурилась. Прищурившись, Энни выбросила вперед кулак с такой скоростью, что обычный человек был бы сбит с ног в одно мгновение. Однако Микаса не была обычным человеком, она ловко увернулась и подняла свои кулаки вверх. На этот раз удар пришелся ей в голову. Не отводя взгляда от глаз своей противницы, Микаса остановила приближающийся отросток одной рукой и удержала его на месте, предотвращая новую атаку. — Что ты хочешь этим сказать, Энни? — спросила она, и выражение ее лица было как затишье перед бурей. Нахмурившись, Энни использовала захват за ногу в качестве опоры и подняла другую ногу, чтобы нанести ответный удар, ударив прямо в лицо другой девушке. Оттолкнувшись, Микаса подняла свою ногу и оттолкнула ее. Сжавшись в комок, чтобы смягчить удар о землю, Энни быстро откатилась назад и снова выставила кулаки перед собой. — Чего я хочу… хочу сразиться с тобой, — она встретилась с ним взглядом: льдисто-голубой на фоне угольно-черного. — Ты тот, кого я искал, не так ли? У Микасы не было времени задуматься над скрытым смыслом ее слов, потому что Эрен и Армин вернулись со своими трофеями, и эти двое бежали в их направлении с испуганными взглядами. — Что, черт возьми, здесь происходит?! — спросил Эрен, как только встал между ними. — Мы отошли на две минуты, а вы уже деретесь?! — Она напала первой, — почти раздраженно сказала Микаса, скрестив руки на груди. — Я действовала в целях самообороны. — Я знала, что она справится, — небрежно прокомментировала Энни, снова принимая свою обычную апатичную позу. — Сомневаюсь, что что-то может причинить вред этому зверю. — Это… не оправдывает твоих действий, — слабым голосом произнес Армин. — Мы можем просто… уйти? Я думаю, лошади ждали достаточно долго. Когда они снова сели на лошадей, Армин и Эрен решили, что будет лучше, если девушки поедут по разные стороны от них, а они — между ними, и остаток пути до Стохесса прошел в натянутых разговорах и неловких взглядах друг на друга.

***

Когда они, наконец, прибыли в Стохесс, Эрен чуть не расплакался от облегчения, но первое, что сказал ему офицер военной полиции, было то, что от него дерьмово пахнет, а юным леди так пахнуть не положено. После этого стало только хуже. Отведя лошадей в конюшню, они сдали документы у ворот и приступили к тому, что выглядело как чистейшее потворство своим желаниям. Эрен огляделся по сторонам широко раскрытыми глазами, сделав несколько кругов, чтобы осмотреть все достопримечательности. Стохесс был не похож ни на что, что он когда-либо видел раньше. В отличие от Шиганшина с его скромными грунтовыми дорогами и деревянными домами или даже мощеными улочками Троста и Каланета, Стохесс был полностью построен из камня. Улицы были вымощены идеально ровным кирпичом, который в лучах заходящего солнца отливал белым и оранжевым. Здесь также протекала большая река, протекавшая через каждый район, но, несмотря на то, что она протекала в самой середине своего течения сквозь Стены, вода была чище, прозрачнее и даже искрилась. Каменные мосты с изящными перилами соединяли обе части города, окруженные большими и роскошными зданиями, сверкающими белым и голубым, с арками и подоконниками, украшенными ручной резьбой. Здесь был даже большой бассейн с фонтаном, который тянулся от одного бульвара до другого, и все это ради украшения. Люди ходили в костюмах-тройках и платьях с тонкой драпировкой, в цветах и тканях, которые он и представить себе не мог себе позволить, не говоря уже о том, чтобы носить, с зонтиками от солнца и крошечными сумочками. Мимо проезжали дорогие экипажи, запряженные породистыми лошадьми, а за каждым углом стояла военная полиция, одетая в идеально отглаженную форму и с начищенными винтовками. Это было красиво… Эрен никогда не видел более отвратительного зрелища. — Это… Интерьер? — он потрясенно выдохнул. У него перехватило дыхание, когда в нем начал закипать гнев. — Вот так живут люди в Глубине страны. — Это…» — начала Микаса, быстро моргая… Очень много. — Да… — прошептал Армин, осматривая все большими пытливыми глазами. — Я никогда не мог себе представить, что смогу жить здесь. Энни, скучающе нахмурившись, наблюдала за реакцией этой троицы. — Вы закончили таращиться, как туристы? Стиснув зубы, Эрен повернулся и свирепо посмотрел на нее. — Ты не сошла с ума, Энни? — он обвел рукой окрестности. — Посмотри, как здесь живут люди! Все это… Это богатство! У Шиганшиной ничего этого не было! — Какой непослушный ребенок… Он замер и медленно повернулся. Какая-то пара остановилась, чтобы понаблюдать за ними, но даже с того места, где он находился, он мог сказать, что они насмехаются над ними, прикрываясь веерами из перьев и шелковыми платочками. — Посмотри, во что они одеты. — Не по сезону! Уже лето, а ткань… Тьфу. По-моему, моя горничная покупает мне картошку в этом мешке. — Не смотри на нее, она явно с улицы… Ему потребовалась вся его выдержка, чтобы не открыть рот, но, черт возьми, он так сильно этого хотел. Ему хотелось крикнуть им, что в Шиганшине им приходится экономить воду для стирки раз в две недели. Что у них не было конных экипажей для передвижения. Что у них не было дорогих тканей, платьев или костюмов, а даже если бы и были, они бы только испачкались на грязных улицах. Что у них почти не было еды, даже когда не было голодного года. Он хотел бросить вызов и запятнать их безупречную улицу, просто чтобы приблизить эту утопию к реальности. Твердая рука схватила его за плечо. — Не обращай на них внимания, Эрен, — пробормотал Микаса. — Я тоже злюсь, но мы ничего не можем поделать. — Я знаю… — процедил он сквозь зубы. — Пойдем, — прошептал Армин с другой стороны. — Йохан будет ждать нас в баре. — Он повернулся к другой их спутнице. — Мы пойдем одни. Ты справишься с этим… походом по магазинам в одиночку, Энни? — Я бы пошел с тобой… — Но… — начала Энни, и Эрен напрягся еще больше, — но у меня такое чувство, что мне здесь не рады. Я ухожу. Постарайся, чтобы тебя не арестовали. Когда она исчезла в толпе хорошо одетых людей, Армин медленно выдохнул. — Наконец-то… — пробормотал он. — Не то чтобы она мне не нравилась, но… мы не можем допустить, чтобы она видела, как мы занимаемся своими делами. Сделав глубокий вдох, Эрен двинулся вперед, и ему не нужно оборачиваться, чтобы знать, что Армин и Микаса следуют за ним. Они проследовали по карте до того места, где находился бар, и, по совпадению, как и Трост, он находился в более захудалом районе Стохесса. Ну, то, что внутри было бы таким же захудалым. Для троих это было похоже на главные дороги Троста. Фонари освещали путь вниз по улице, а по обеим сторонам вдоль и поперек тянулись бары с вывесками, рекламирующими, какой алкоголь здесь подают и какие у них есть фирменные блюда. Если бы не множество круглолицых джентльменов, которые стояли вокруг и курили сигары, а с их рук свисали пышные женщины в корсетах, это место можно было бы принять за респектабельное. Им потребовалось несколько попыток, чтобы найти нужный бар — охрана буквально вышвырнула их из одного, потому что их одежда не соответствовала их возмутительно высоким стандартам, — и, конечно же, это был самый ветхий бар на улице. Конечно, обветшалость интерьера, по-видимому, объяснялась отсутствием окон, а также слегка покосившейся вывеской. Йохан поприветствовал их со спины и предложил угостить выпивкой за счет заведения. Они все отказались и поспешили закончить свои дела. — Если вы уверены… — вздохнул их доверенное лицо, выпрямляясь в кресле. — Итак, вход в подземку на самом деле находится в центре города, но спрятан на малолюдной улице. Ну, он не совсем спрятан, так как на самом деле это просто лестница, ведущая вниз, но он зажат между двумя популярными улицами, так что туда никто не спускается. — Чего нам ожидать? — тихо спросила Микаса, осматривая остальную часть бара в поисках потенциальных угроз, а также запасных выходов. — На контрольно-пропускном пункте будут дежурить два офицера военной полиции, но они будут дальше. Вы, ребята, не захватили с собой свое снаряжение, верно? — они отрицательно покачали головами. — Черт. Было бы проще, если бы ты мог пролететь над нами, но это не так уж и сложно. В любом случае, если ты будешь вести себя достаточно тихо и захочешь рискнуть, ты можешь взобраться по лестнице. Я могу отвлечь свиней, пока ты прыгаешь через борт. Как только вы окажетесь там, вы будете предоставлены сами себе, так что подумайте хорошенько, — предупредил он их. — Как же мы тогда будем выбираться? — Эрен скрестил руки на груди. — Мы вырубим полицейских? — Вы… могли бы, — признал Йохан. — Но это привлечет внимание. Вы не представляете, сколько людей постоянно окружают контрольно-пропускной пункт только для того, чтобы получить шанс выбраться на Поверхность. Некоторые из них были бы настолько глупы, что бросились бы на поиски сбитых офицеров и поднялись сюда только для того, чтобы быть арестованными и сброшенными обратно, а затем охрану усиливают. Лучше не рисковать. Нет, здесь есть отверстие с Поверхности, которое ведет в Подземелье. Это довольно уединенное место. Я оставлю вам, ребята, веревку и несколько отмычек, чтобы вы могли подняться наверх. — Он пожал плечами. — К сожалению, это ваш лучший выбор. Армин нахмурился, открывая свой маленький дневник, чтобы сделать пометки. — Я думал, Люк смог получить доступ, чтобы приходить и уходить? — Да, и я смог бы сделать это и для вас, если бы пришел только один, — Йохан ухмыльнулся. — Но вы, ребята, никогда не расставались, так что, опять же, это ваш лучший выбор. Соглашайся или нет. Эрен взглянул на Армина. — Это того стоит? — спросил он вполголоса. — К сожалению, — был его ответ. Дружно вздохнув, они начали планировать мелкие детали, и через несколько минут все были готовы к выходу. Путь к выходу не был ужасным, но взгляды представителей высшего класса, которым они подвергались, казались изучающими, как будто они рассматривали пятнышко грязи на начищенном ботинке. Вход, как и описывал Йохан, действительно представлял собой неприметную лестницу, окруженную разными ящиками и бочками. Однако, спустившись еще ниже, они заметили, что воздух стал влажным и затхлым, а солнечный свет исчез позади них, сменившись факелами, которые никогда не могли по-настоящему имитировать естественный свет. Ступени с изящной резьбой превратились в покрытые грязью ступени, демонстрируя, насколько это отличается от сверкающего города наверху. Когда они выбрались из туннеля и оказались в самом подземелье, они едва могли поверить в то, что видели. В то время как город наверху мерцал белыми и голубыми красками, под землей находились коричневые и пятнисто-белые здания, беспорядочно нагроможденные друг на друга, как коробки, без четкого архитектурного направления. Пещера, в которой было построено подземелье, была огромной, уходила на несколько метров под землю, с высокими потолками, до которых невозможно было добраться без специального оборудования. Повсюду были зажжены лампы, имитирующие свет, но этого было недостаточно, чтобы осветить все, и большие районы города оставались в вечной темноте. Даже с того места, где они стояли, они чувствовали невыносимую вонь мочи, кала и немытых тел. На это было просто отвратительно смотреть, и все, что Эрен мог чувствовать — это жалость. Людям действительно приходилось здесь жить… — Так, охранники прямо впереди, — прошептал им Йохан. — Когда я начну говорить, сосчитайте до десяти и прыгайте. Я постараюсь, чтобы они вас не заметили. — Удачи, — тихо сказала Микаса, решительно нахмурившись. Быстро улыбнувшись, Йохан бросился вниз по ступенькам, а они втроем прижались к ним. Здесь было недостаточно света, так что вряд ли их можно было увидеть. Когда Йохан начал болтать — довольно дружелюбно — с двумя офицерами, все трое ждали, затаив дыхание… Как только он положил руки на плечи двух офицеров, чтобы притянуть их к себе, заставляя пригнуть головы, все трое перепрыгнули через перила. Падение было не слишком большим — во время тренировки они падали гораздо выше — но от этого приземление не стало менее резким, и Армин не смог сдержать вскрика. Они напряженно ждали, не заметит ли кто-нибудь, но, когда никто их не окликнул, быстро свернули в один из переулков, смешавшись с местными жителями. К сожалению, заведение находилось по другую сторону от входа, но Армин объяснил, что в этом нет ничего удивительного. Учитывая, что все правоохранительные органы находились в одном месте, а именно на лестнице, чем дальше находилось это место, тем меньше вероятность того, что его обнаружат. Если по пути им придется столкнуться с несколькими трудностями, что ж. Эрен без колебаний достал свой нож. К тому времени, как они добрались до места высадки, была уже почти ночь — хотя никто из них не смог бы сказать наверняка, так как неба не видно — они устали, были грязными и готовыми покончить с этим делом. Однако, прежде чем выйти на небольшую площадь, которая была местом высадки, они остановились в нескольких зданиях от нее и спрятались за затененной стеной. — Каков план? — Эрен потрогал свой нож. — Мы предлагаем сделку, от которой они не смогут отказаться, — заявил Армин. — Поскольку здесь, внизу, нет солнечного света, практически невозможно выращивать какие-либо культуры или травы, а из-за того, что Военная полиция все здесь ограничивает, доступ к настоящей медицине, которую мы можем предоставить, очень ограничен. Люк и Йохан могут обсудить незначительные детали, но суть в этом. Я также хотел бы спросить, почему они нацелились на Кристу. — Они? — Эрен взглянул на него. — Конкретно? — Не совсем, — ответил Армин, настороженно нахмурившись. — По крайней мере, не эта группа, но в записке она описана слишком подробно. Это не может быть совпадением. Окинув взглядом огороженный переулок и отметив, сколько окон и крыш выходят на него, Микаса нахмурилась. — …Я собираюсь проверить периметр на случай, если это ловушка. Пока не начинай сделку. — Дай нам сигнал, когда закончишь, — крикнул Эрен ей вслед. Она помахала рукой и исчезла в одном из заброшенных домов. Эрену ничего не оставалось, как ждать, и он прислонился к стене. — Так ты собираешься объяснить, почему нам пришлось взять Энни с собой? Армин оторвался от своего дневника. — …Ясно, что она подозревает нас. В чем? Я не уверен. Взяв ее с собой, мы могли присматривать за ней, хотя она могла бы делать то же самое с нами. — Пожалуй… — неохотно признал Эрен. — Но зачем вообще приходить? Очевидно, что она здесь не для того, чтобы делать покупки. — В этом я тоже не уверен. Интересно… — Армин поджал губы. — Она тоже что-то расследует здесь? Или кого-то? Эрен приподнял бровь. — Например? Кем, черт возьми, интересуется Энни? — Может быть, мной. Они оба напряглись от неожиданного голоса и посмотрели вверх. Прямо над ними, стоя на коленях на крыше, с широко раскрытым ртом, демонстрирующим блестящие белые клыки, стоял мужчина. Его голову прикрывала мягкая шляпа, но они могли видеть, что у него зачесанные назад черные волосы и длинные бакенбарды. Его волосы были достаточно длинными, чтобы касаться воротника плаща, но даже пальто было недостаточно длинным, чтобы скрыть серебристый блеск странного пистолета, который он держал в руке. Его глаза… В его угольно-черных глазах не было ни сострадания, ни жалости, только холодное веселье. — Кто ты такой, черт возьми? — спросил Эрен, поднимая нож. Если бы его подстрелили, это не имело бы большого значения, но Армин… — Ого? — мужчина приподнял тонкую, как бритва, бровь, и его улыбка стала еще шире, если такое вообще было возможно. — Два маленьких мальчика, крадущихся друг за другом. Вы потеряли своих мам? — Насмешливо проворковал он. — Это ужасно острый нож, которым можно размахивать, как игрушкой. — Я спрошу еще раз: кто ты, черт возьми, такой?! — зарычал Эрен, его глаза горели неестественным зеленым светом. Мужчина фыркнул. — Вы пришли сюда, чтобы заключить сделку, даже не зная, с кем вы ее заключаете. Любители, — выпрямившись, он сбросил свой плащ, продемонстрировав то, что выглядело как снаряжение УПМ, но модифицированное таким образом, что в нем не было лезвий, а на спусковых крючках были как крючки, так и патроны для газовых баллончиков. — Ты определенно напоминаешь мне ту соплячку, хотя с тех пор прошла целая вечность, — он презрительно фыркнул. — Сначала я нашел свою «давно потерянную дочь» в образе этой блондинистой сучки, а теперь я вижу двух маленьких крошек, играющих с вещами, которых они не понимают. — Он взвел курок своего пистолета. — Слушайте все! — Меня зовут Кенни, но, возможно, вы больше знаете меня как Кенни Потрошителя.