Я сделаю все, чтобы выжить

Восстание. Это красивое слово для тех, кто лишь смотрит, оставаясь простым наблюдателем. Но в действительности же… Я увернулась от летящей в меня бутылки. Та самая бутылка была разбита о дверь, видимо, недавно замененную, того самого многострадального рыцарского ордена. Двинувшись дальше, я чуть не врезалась в солдата и раба, что сцепились будто дворовые собаки. Рабу были нанесены столь жестокие увечья… но даже когда этот солдат, его противник, выдавил ему глаз, тот с криком и с еще большим отчаянием продолжил бить его. Он разодрал себе руки о его доспехи, но все же сумел расквасить ему лицо, забив до смерти, а после падая сам. Это было отвратительное зрелище. И все же я должна была идти… Я натянула капюшон сильнее. … в действительности «восстание» пропитано болью, смертью, кровью и потерями. В глазах все еще стояла эта сцена, и меня чуть не вырвало. Я обходила все как можно аккуратнее. Из-за запаха трущоб, через которые мне приходилось обходить, я отшатнулась к стене, стараясь подавить рвотный рефлекс. Мой взгляд поднялся, и я увидела плакат со своим лицом и сразу сорвала его. Неразберихи и набеги. Вот что сейчас происходило в Кляйне. Даже было дано объявление на площади о том, что наказанием за данные деяния станет казнь, как за предательство и восстание против короны. Сегодня я тоже двинулась в «С интересным чаем и вкусной книгой». Ту самую библиотеку-кафе. Колокольчик оповестил о моем прибытии здешний персонал и посетителей… Быстро преодолев расстояние к моему месту, я сжала челюсти, вздохнув. Я решила, что следующий раз будет последним, как я оставлю зашифрованную записку. Пусть Трина и сказала, что это устаревшее обращение, я решила попробовать. В самом деле, это неплохо, имей мы возможность при случае сбежать, если с Каной прогорит. Уже собираясь уходить, я услышала знакомый голос. Решив пойти на него, я внутренне ахнула. — Я думаю, что уверена, — только с этого места я услышала разговор. — Вот как?.. Ладно, я верю тебе, — это был тот мужчина, который обычно был за стойкой. Серые глаза и серые, будто седые, волосы, хотя тот был вполне молод. — Тогда как насчёт обещанных десяти тысяч гельвенов? — хитро пропела собеседница. Эта девушка… Она развернулась и хитро прищурила глаза, сокращая расстояние и пытаясь приласкать этого человека, но в итоге тот лишь оттолкнул ее. У нее это вызвало лишь смешок. — Ах, эльфы такие чувствительные, правда? — невинно и будто шокировано пролепетала та официантка со двора Бориса. Эльфы? Неужто я попала в фэнтези мир? В этот момент меня будто бы облили холодной водой. На самом деле, я даже не задумывалась над этим ни секунды… «Но и сейчас не время тоже». А затем я и вовсе замерла, стараясь не выдать своего присутствия, в то время как ее собеседник поспешно высказался. Я навострила уши, отложив вопрос про эльфов, слушая ту официантку из трактира Бориса. — Тише, — приказал тот и оглянулся, на что я тут же полностью скрылась за углом. — Тут много зевак. Пойдем наверх. Они удалились, и я нахмурилась. Эта девушка. Я вновь совершила ошибку, решив ее проигнорировать? Закусив губу, я запаниковала. Она может меня сдать? Тряхнув головой, я направилась к выходу. Я решила больше разузнать об этом. Я не стану совершать ошибки. Чтобы о таком сообщить, у меня должны быть хоть какие-то крупицы доказательств. К тому же… она если и хочет что-то сделать и кому-то навредить, то это однозначно касается меня самой.

***

Вернувшись в таверну, я первым делом рассказала об этом Чейду и Гейлу. — Я тоже думаю, что она может сдать тебя и нас заодно, — хмуро отозвался Чейд. — Разве мы не должны сообщить об этом мистеру Борису и мисс Кане? Я мотнула головой. — Сначала разузнаем. В городе и так неспокойно. Не стоит их тормошить без дела. Будет очень проблематично, если потом эта информация окажется пустышкой. — Все же я останусь при своем. Такое упущение умалчивать об этом. Я молчала. Мне все еще кажется это гораздо лучшим решением. Я бываю чрезмерно накрученной. — Что нужно делать? — спросил Чейд, и я пристально на него посмотрела. «Какой же он все-таки хороший подчиненный…» Я не могла нарадоваться его послушанию, когда мне это нужно. Он был очень строгим и своевольным, но если я что-то говорю, он раздумывает и в итоге делает. Никак не могу его понять, но с удовольствием приму. — Мы будем действовать первыми… Подумав еще немного, я кивнула самой себе, закончив разговор фразой: — После я поговорю с ней. После короткого молчания я услышала Гейла. — Кстати… — он потер шею. — М-м-м… Твое лицо висит практически на каждом шагу… Я знала, что когда-нибудь мне зададут этот вопрос. — Это все из-за колдовства льда, — пояснила я, стараясь закончить разговор на этом и уже вставая с кровати. Сейчас мы находились в моей комнате, планируя свои дальнейшие действия. Мой взгляд зацепился за бороду Чейда, и я отметила отсутствие второй косички. Тем временем Гейл продолжил, заставив меня посмотреть на него и сесть обратно. — Нет, я к тому, что ты будешь вынуждена отказаться от работы. Молчание повисло, и я, наконец, поняла, что действительно просчиталась. — Это и правда будет проблематично скрывать свою внешность перед работодателем. Тогда возьмем кого-то из наших, чтобы не потерять в деньгах. Они кивнули. Им этого и впрямь было достаточно. Я не растерялась от этой детали, упущенной мной, но она заставила меня немного расстроиться. Эта связь официантки и гильдии наемников не дает мне покоя. Из-за всех этих мыслей «а что если» я начинаю путаться. К тому же… Я выпроводила мужчин за дверь. … раз у меня есть возможность проводить время в библиотеке, то пора воспользоваться этим. Моя рука рефлекторно легла на предплечье, легко соскользнув с ручки двери. Боль от клейма раба все еще свежа в моей памяти. «Пора узнать про это святое дерьмо поподробней» — мой взгляд буравил старую дверь, а полы заскрипели, стоило мне сделать шаг в сторону кровати.

***

На следующий день решили пойти к местам, где можно подзаработать таким проходимцам, как мы. Перед выходом Борис пытался уговорить меня выпить с ним, но я отказалась. Гейл стал носильщиком. Он с торговцами и с некоторыми другими людьми ходил к воротам, принося солдатам пайки и воду. Также доставлял разного рода вещи или еду туда и обратно. Чейд взял на себя роль повара в небольшой харчевне на другой окраине города от «Дантрийских ляс». Они начали свой рабочий день, в то время как я почувствовала пустоту на пару секунд, но после пошла в библиотеку, отмахнувшись от этих глупых чувств растерянности. Под ногами была грязь. Ночью шел дождь. Я засыпала под шум падающих с неба капель, отчего-то чувствуя себя очень подавленно. Сама атмосфера города давила. Даже Чейд сегодня утром выглядел каким-то уставшим. В воздухе привычно висел запах чего-то несвежего, заставляя фыркать после каждого вздоха. Я снова проходила трущобы. Здесь было тише, чем обычно. Улицы пустовали, а мрачные тона и чрезмерно свежий утренний воздух заставлял съежиться. Привычно натягивая капюшон сильнее, только завидев кого-то на горизонте, я шла дальше. «Неужели подавили?» — подумала я, рассматривая действительно пустые тропы трущоб. Дома казались безжизненными и одинокими. Еще недавно здесь шла борьба между униженными и представителями власти. Однако сейчас остались лишь следы прошедших сражений. Я почти уверена в том, что оппозиция отделалась лишь царапинами, в отличие от бедных несчастных людей, которых подняли сладкими речами против системы. Так было и в моем мире. Пока мои глаза скользили по поврежденным зданиям и следам засохшей крови на стенах, мусоре и сломанным мечам, где-то частям тел, что ели собаки и мыши, или вовсе какие-то насекомые, в присутствии в этом мире которых я не была уверена, мой мозг прокручивал события давно минувших дней. Тогда я была глупой и самоуверенной. Я думала, что политика меня не коснется, но все же пала от рук властей. Да, я почти уверена, что это дело рук верхушки, так как им было выгодно сократить количество ртов на ограниченные природные и ценные ресурсы. Им было важно оставить себе побольше. Именно по этой причине я хотела оказаться у центрального района отдела. Р-р-р… Собака, что жевала чью-то руку, начала скалиться на меня, но это не возымело на меня ровно никакого эффекта. Ее шерсть была грязной и слипшейся. Она обнажила испачканные в крови клыки. Однако самое ужасное зрелище было при взгляде на ее челюсть. Она была разбита, и ее кровь перемешалась с кровью ее еды. Эта шавка будто претендовала на собственность куска человеческой конечности. Помню, мне говорили, что собака, попробовав человеческой плоти, больше не сможет от нее отказаться, и в ней просыпается бешенство. Я сделала ей шаг навстречу. Она немного согнула ноги, вероятно, готовясь к прыжку. Ее голова опустилась ниже. Своим телом она закрывала свою еду. Мне показалось это жалким. Поэтому я отступила, и та перестала рычать, своим бешеным и звериным взглядом неотрывно смотря мне вслед. Я отвернулась, держа наготове руку, что сжала рукоять меча. Мне не было ее жаль. Она чем-то напомнила меня. Возможно, я буду выглядеть так же, если останусь здесь, и у нас не будет возможности бежать. Я вряд ли умру… Почему я в этом уверена? Просто знаю свою повышенную адаптацию к окружающей меня обстановке. Да и к тому же, эта способность управлять льдом появлялась лишь когда моей жизни что-то угрожало. Из-за вороха проблем и неприятностей, происходящих со мной, я не думала о важных вещах. Конечно, выяснения их не даст мне кров и еду, но, вероятно, в дальнейшем я смогу узнать, кому ударить в лицо за свои беды. Кто перенес меня сюда? Откуда у меня колдовство льда? Почему символ, возникший после моего перемещения, символ этих ублюдков, здесь считается святым? Почему меня считают святой? Ха-а-а… Я не сдержала вздох горечи и невозможности ответить на свои вопросы, заметив, что вышла на торговую улицу. Поправив ткань на лице и капюшон, я направилась по ней. Количество торговцев уменьшилось из-за сломанных мест, где они толкали свой товар. Так, осматривая окружающую меня обстановку, я дошла до дверей библиотеки. Колокольчик вновь сообщил о моем прибытии. Тот, как я поняла, эльф, что общался с той официанткой, скучающе стоял за стойкой, когда я прошла мимо и уже привычно заплатила за вход. Цены здесь были приемлемы. Всего две малые медные монеты. Двадцать гельвенов не так много за чтение. В библиотеке отдела, единственной в нем, драли боле — если по местной валюте — примерно в один золотой. В этот раз я решила сначала узнать ответы на интересующие меня вопросы. Так как от мистера Агиса я узнала более подробный план, изначально я бы хотела увидеть, наконец, нормальную карту империи, с описаниями и историей. Конечно, по рассказам Трины я осведомлена о важных деталях. И все же, есть зафиксированная история империи, как история наших отделов и павших стран в моем мире. Когда человечество превратилось в маленькие островки, именуемые отделами. Безопасные зоны. Проходя мимо полок, я натыкалась взглядом на бесполезные заголовки: «Почему исчезли ведьмы?», «Как снять бытовое проклятие», «Сокровище коалиции северных королевств». Было много разных полок, посвященных разным темам. Однако меня заинтересовала одна полка, где были нужные мне сейчас вещи: «История становления империи», «Святыни Дантрии», «История церкви черного лотоса», «Ведьмин лес», «Территориальные деления империи», «Императорская семья Дантэ», «Рыцарский орден и ранговые деления». Важные вещи… мне действительно было важно это знать. То, чем обладали другие люди, чуть ли не с начала своей жизни, было тем, чего я лишена. Увы, но мне необходимо знать об этом мире больше, если я хочу выжить. Мои шершавые пальцы шрамированной руки скользнули по холодным кожаным корешкам книг, взяв «Историю становления империи». На самом деле, это очень непопулярный угол библиотеки. Книги выглядели старыми и потертыми… «Так отличается от трущоб». В моей голове была ясно осознана разница между «обделенными» и «родившимися с золотой ложкой во рту». Это просто удивительное отличие. Так как даже книги среди невольников и крестьян абсолютно непопулярны из-за закона о запрете на учение. Властям важно, чтобы никто не смог учиться и восстать. Это может проследить любой образованный человек. Верхушкам важно оставить всю власть у себя. Как и в моем мире, когда образование с каждым годом становилось все хуже и хуже, а люди глупее. Все так же делалось для удобства тех, кто сверху. Мы лишь куски мяса на столах гигантов. Рабам достается меньше всех. Я бы даже сказала, что меньше, чем нужно. К ним относились даже хуже, чем к вещам. Крестьяне еще могут совершенствоваться, несмотря на паршивые условия, но рабам этого никогда не достичь из-за контроля и унижений. А все из-за развлечения. Людям со статусом нравится измываться над слабыми. Удивительно лишь то, что у рабов все равно получше жизнь будет, их хотя бы кормят (хотя это трудно назвать стоящей едой) /История империи начинается с королевства Дантер и первого короля Блусфиана…/ Страницы были достаточно толстыми, но все равно выглядели хрупкими. Мне казалось, что дотронься я своими отвратительными руками как-то не так, и они бы рассыпались пылью. Это сподвигло меня быть очень осторожной. Я переворачивала страницу за страницей, внимательно вчитываясь. История не была чем-то сверхъестественным. Изначально было королевство, которое взяло под крыло остальные королевства и стало главенствующим после войны с морскими обитателями. Если коротко. Я осторожно закрыла книгу о каких-никаких заклинаниях и вернула ее на место. На самом деле, она мне мало чем помогла, ведь там не нашлось то, что мне нужно. Хотя среди моих людей нет магов, но я могла бы попробовать использовать ее сама… Эта мысль заставила меня внутренне усмехнуться. В последнее время я чувствую себя увереннее из-за того, что я утешаю себя моей неконтролируемой силой. На самом деле высечение искры — все, на что я гожусь. Я посмотрела на свою руку и сжала ее в кулак. Мне не стоит себя переоценивать. После чего взяла следующую книгу. Я пыталась так же вне очереди узнать о контроле и управлении этим неизвестным мне колдовством, а также найти способ изменить или скрыть свою внешность, но ничего, кроме упоминаний о колдовстве и бытовой магии, я не нашла. Что уж говорить про созидании льда. Было ощущение, что здесь и правда все плохо с магией. «Ладно, пока оставлю это…» «Территориальные деления империи». Это была книга, посвященная истории титулованных семей империи. Среди них были не только герцоги, маркизы, виконты и бароны, но и также городские лорды. Инель… Он тоже здесь был записан, но информация была явно обновлена, так как была пометка о смерти. Странно лишь то, что рядом с пометкой не было убийцы. …пусть это и было достаточно громкое событие, все же эта история закончилась, спустя некоторое время… Так ведь?

***

Я потратила весь день на то, чтобы прочесть эти две книги и прошерстить «Рыцарский орден и ранговые деления». Однако мне пришлось остановиться, так как нам было важно сегодня встретиться с остальными, которые остались вне города. Встретившись в трактире Бориса наша тройка направилась к воротам из города. На удивление, их все еще не закрыли, но из-за уплаты за выход для крестьян было много трудностей. Лишь поздней ночью мы добрались до пещеры. — Анна! — радостно закричали двое из детей, в то время как Норван следовал за ними. Они подбежали и поприветствовали нас. Затем вышел Эдак, что поворчал на столь поздний приход и то, что их разбудили.

***

Мы уже поприветствовали всех и прошли к костру, где все собрались. Сначала мы обговорили простые вещи о запасах еды и прочего. Из-за этого дети заснули. — Ну как? — спросил, наконец, Эдак, стоя у дерева. — Обстановка в городе довольно-таки плоха… — начал Чейд и все перевели взгляд на него.— Мы возьмём… — он сделал паузу и посмотрел на меня. —…пару человек с собой, — сразу объявил он. — Анна не может показать своего лица из-за объявлений о розыске. А он предусмотрителен. — Это для заработка? — спросил мужичок, садясь на бревно недалеко от костра. Ночью было все еще прохладно. К тому же из-за таявшего снега и дождей везде была грязь, о чем, собственно, и упомянул Эдак. Это был большой минус. Если бы они не прятали ветки и кору в пещере, не смогли бы даже развести костер. Нас окружал лес и горы. «Словно лагерь». Я опустила свой взгляд на потрескивающий костер. Возвращение сюда, к этим людям, стало чем-то… хорошим для меня в этом ужасе. Я кивнула. — Да. Но это будут не Мина и не Юрман, — наконец заговорила я, озвучив имена тех, кто являлся основными защитниками здесь, в лесу. Я потерла руки под плащом, немного согрев их. — Мои руки связаны, — сказала я, отчего Вариша, что спала рядом со мной, ощутимо вздрогнула. Я опустила взгляд вниз, на детей. Лиам все ещё спал, а Норван продрал глаза, открыв книжку. Я была рада, что он пользуется этим. Он плохо и медленно писал, но все же писал, вероятно, стараясь запомнить взрослые разговоры... негодник. Мне не хочется лишать его детства, которого он заслужил. Я теперь набралась уверенности в этом окончательно. — Норван, — я наклонилась к нему, опуская книгу рукой, тем самым привлекая взгляд его проницательных темно-зеленых глаз. Редкий цвет. В большинстве своем здесь встречались только карие и черные глаза. Конечно, есть и исключения в виде эльфа-библиотекаря. Я хотела сказать ему, чтобы он ничего не записывал, чтобы он не торопился вступать во взрослую жизнь. — Молодец, — моя рука легла ему на светло-русую макушку, после чего я отвернулась. Отвернувшись, я встретила множество взглядов, на что лишь вздохнула, на секунду прикрыв глаза. — Все вы хорошо справляетесь. Это станет вашей силой в будущем и крепкой опорой, — произнесла я. Даже Эдак как-то кашлянул в кулак, посмотрев куда-то в другую сторону. Мина удовлетворительно улыбалась, Гейл серьезно кивнул, а Чейд… ну, Чейд был как обычно себе на уме. Зато в глазах Норвана будто летали искры, из-за чего он поднял книгу, одновременно с этим опустив в нее взгляд. Я заметила, что Гейл и Мина после разговора отошли. Вероятно разлука заставила их стать ближе. Конец недели близок. Я оглядела всех этих людей. Они следовали за мной, но даже если возмущались, не мешали мне. Эдак был проводником для тех, у кого появлялись вопросы. Не все могли разговаривать со мной лицом к лицу. Мне снова вспомнилась эта аура смерти. Также пришла новая мысль, что это можно объяснить простой психологией. Они видели, как я хладнокровно убивала людей, думаю это логично, что очевидцы чувствуют себя напряжённо со мной… Логично… Ха! В этом полном неизвестными переменными мире, я говорю о психологии и логике… Видимо, для меня недостаточно того, что я была перенесена в другой мир. А ведь это уже является чем-то антинаучным и нелогичным. Я смотрела в огонь, постепенно чувствуя, как веки тяжелеют. Снова оглядев засыпающих людей, мне показалось, что было бы здорово сейчас сыграть на гитаре… Под костер и пиво… «Как бы не изменился мой мир, там остались такие простые вещи, как эта…» Песни под мелодии расстроенных струн гитары.

***

Открыв глаза, я первым делом увидела Норвана, который смотрел на меня. Он уснул рядом, как и Лиам. Вариша же укатилась чуть дальше, но вероятно тоже спала рядом. Лиам прижался к спине девочки. — Привет, — хрипло отозвалась я, вставая и потирая глаза. Молчание было очень напряженным, поэтому я обернулась на мальчишку, который все еще пялился на меня. Я сразу поняла, в чем дело. «Он чем-то напоминает ее» — передо мной возник образ, от которого я старательно избавилась, на секунду прикрыв глаза. Когда я их открыла, то посмотрела на остальных. Чейд уже что-то готовил, отчего по пещере разносился запах вкусного супа, в то время как Мина тренировалась на выходе из пещеры. Ее шея почти зажила, но ей было сказано быть с ней осторожной, однако в ней чувствовалось наплевательское отношение к этому. Однако в отличие от меня, обладающей действительно ускоренной регенерацией, которой ранее не было, она не может так к этому относиться. Гейла тоже не было, как и Дарина. Они наверняка пошли на разведку. — Я не умру, — сказала я, начиная вставать, краем глаза заметив, как вздрогнул Норван. Я помню, как умерла та женщина, и в памяти ребенка это запечатлится навсегда… «Уж я-то об этом хорошо знаю…» — Я знаю, — тихо фыркнул он и отвернулся, улегшись поудобнее. На это я не могла найти слов. С каждым разом он становится все больше и больше похож на нее, что вынуждает меня лишь беспомощно поджимать губы. Схватившись пальцами за колючее, но теплое покрывало грязно-коричневого цвета, я натянула его посильнее на этого ребенка, укрыв заодно и Лиама. Одна Вариша была молодец, спала более-менее нормально. Может тому был причиной возраст. Встав и потянувшись, я почувствовала странное спокойствие. На самом деле, я бы смогла жить так. Именно так, в лесу, в пещере, с едой, приготовленной на костре. Лишь бы в спокойствии и безопасности. Сейчас нам не нужно никуда бежать, не нужно думать о своем возможном конце. Я плюхнулась рядом с чаном, когда отошла от места, что мы прозвали «спальней», стоявшим на костре. Мой нос чуть ли не залезал в него, пытаясь вдохнуть побольше вкусного запаха, как вдруг чан громко накрыла крышка. Я тут же выпрямила спину. — С чем суп? — спросила я безразлично, будто ничего не произошло. Тем временем подметила, что на бороде Чейда появились две новые косички. Теперь, наконец, я поняла, кто был их автором. Я с города приносила всякие мелочи для детей, а также разного рода закуски и вещи остальным. Эти ленточки, которые я нашла на торговой улице по пути после очередной безуспешной попытки выманить наемников, я купила у торговца тканями. Он отдал их почти даром. Всего за две черны (два гельвена). Зато я нашла достаточно милые ленточки, которые отдала Варише, научив делать фенечки. Но та пустила их в косички бороды Чейда. Хотя меня больше удивляло, что он позволил это. И все же… можно было заметить его лояльное отношение к этим детям еще в дни, когда он тащил их сквозь снежную бурю. — С грибами, но это на обед, — объяснил он спокойно, тоже игнорируя эту ситуацию. Он сложил руки на груди. — А на завтрак каша из кролика. Он всегда строго следил за едой. Я не прогадала, ставя его на место повара. Кивнув, я поднялась. — Пойду позову остальных. Он ничего не ответил, а я уже направилась на выход. Сегодня важно сходить до реки. Привычку мыться хотя бы через день никто не отменял. Местные просто ужасно нечистоплотны. Но таковы мысли людей, покинувших цивилизацию. Я замерла у входа в пещеру, положив руку на шершавый холодный камень… Но мой взгляд был сосредоточен на женщине и мужчине, которые вели спарринг на мечах. — Когда уклоняешься, старайся больше двигать телом, а не ногами! — наставляла Мина, когда в очередной раз ударила плашмя мечом по пояснице своего мужа. Угх! Тот скривился, но вновь поднял меч. Теперь он пошел в атаку, но его удар парировали и тут же контратаковали, опять треснув плашмя по руке. — Не атакуй в лоб, старайся сделать несколько ложных ударов или отвлекающих маневров! — снова раздался голос Мины. Я с благоговением внутри наблюдала за этой сценой, чувствуя себя учителем. Мои ладони зачесались провести с кем-то спарринг. В кои-то веки расслабиться. Гейл на этот раз гневно посмотрел на нее. — Ты же знаешь, что я уже не в том возрасте, когда могу извиваться! — брякнул он, атакуя. Лязг! И он тут же снова атаковал в другое место, что Мина еле успела увернуться. Правильно. Он мог лишь вложить все в силу или выносливость. Эти две составляющие тоже были весьма выигрышными. В отличие от ловкости и скорости, они обладали другими плюсами, особенно в затяжных боях или боях на выносливость. В конце концов, когда у него только начало сбиваться дыхание, Мина уже очень устала. Это минус скоростных атак и составляющей ловкости. — Могу я тоже поучаствовать? — высказалась я. Оба обернулись в мою сторону. Даже Дарин и Эдак, которые вместе тащили какие-то травы в пещеру (вероятно, по просьбе Чейда), не могли не замереть. В самом же деле это начинает надоедать, но себя я изменить не могу... я слишком привыкла к такой себе. Если бы я не знала, как выгляжу в глазах других, то явно бы задалась вопросом «почему все так реагируют?». — Анна? — удивилась Мина. Она выглядела смущенной, от незнания, что делать. Это сподвигло ее глазами попросить помощи у мужа. Гейл вздохнул, потерев шею. — Боюсь, мы не выстоим долго против тебя, — поддержал он свою жену. Та облегчённо и спокойно посмотрела на меня. Я прищурилась. Мне нравилось, что между ними все наладилось. — Я не всемогущая. Давайте проведем по одному спаррингу с вами, — я указала на них обоих. — Вот только… — я обернулась на пещеру. — Уже после завтрака. Мина тепло улыбнулась, оборачиваясь к Гейлу, а он же что-то промычав кивнул.

***

Ели все быстро, но не настолько, чтобы получить замечание от Чейда, поэтому как только тарелки были отложены, мы с Миной оказались на улице. Я достала меч. Эта девушка была неплохим учителем. Она объясняла все дословно, в отличие от меня, старающейся ограничиться несколькими предложениями. Странная привычка. Может меня и понимают, но этого явно недостаточно для закрепления пройденного материала. Так что я рада проявлению ее преподавательских навыков. И все же буду внимательна к ней. Как бы то ни было, лидер здесь я. Мой меч. Он плох. Если быть честной, то эта затупившаяся железка уже давно не представляет из себя ничего опасного. Этот меч можно уже использовать как дубинку… «Как там… тупые ножи в доме — беда в семье?» Лезвие показалось из-под моего потрепанного плаща. Вокруг нас собрались почти все. Лишь несколько людей по каким-то конкретным причинам отсутствовали. Не то чтобы это меня волновало, просто я не понимаю, почему они с замиранием сердца смотрят на нас. — Разве во время боя… — она напала, когда я осматривала остальных, но мне удалось отбить неожиданный удар. От скрестившихся клинков полетела искра. — Мы разве не должны сосредоточиться на своем сопернике? — она явно была рада, но, кажется, ей не нравилось, что я отвлеклась. — Ты права, — это было все, что я сказала, а затем мой меч соскользнул с ее с характерным шершавым звуком. Она тут же этим воспользовалась, запустив лезвие в манере горизонтального удара, но я догадывалась об этой атаке и пригнулась, дабы сбить ее с ног. Мина упала, а я приставила к ее горлу меч. Это было… быстро. Я прожигала кончик лезвия взглядом, когда Мина немного приподнялась и заговорила. — Еще один раунд, — хрипло сказала она. Глаза женщины горели. Она часто напоминала мне подростка своим поведением, хотя мы далеко таковыми не являлись. Это довольно милая черта. Я опустила меч и посмотрела на Гейла. — Мы проведем еще один раунд? — спросила я, он тут же встрепенулся. — Да, конечно, я не против! К тому же, боюсь, что мне далеко до вас обеих, — произнес он полусконфуженно-полушутливо, потерев шею. Я посмотрела перед собой. На самом ведь деле, будь он более уверенным в том, что делает и уделял бы внимания мечу столько же, сколько его жена, возможно бы превзошел Мину, или меня. Однако мужчины, несмотря на то, что природа подарила им тело сильнее, чем у женщины, имеют склонность к неуверенности или… м-м-м… лени, если так можно это назвать. Многие из представителей другого пола могут легко сдаться, если не получается. Никогда этого не понимала. И не пойму. — Один спарринг, — я вновь посмотрела на Гейла и решила озвучить свои мысли. — Ты мне должен один бой. Он поджал губы, но кивнул. — Не скажу, что ты менее усердный, но уделяй ты больше времени мечу, мог бы стать хорошим мечником. Кто знает, когда пригодятся твои навыки, — пусть я и смотрела на все еще сидевшую на земле Мину, обращение было к ее мужу. Я протянула руку, и та ухватилась за нее, поднимаясь. — Обычно опыт приходит в битвах с боле сильным соперником. К тому же… — я пристально посмотрела на него. — Запомни, легкие пути самые тернистые. Я не глупа, дабы отрицать своё отличие от остальных, но все же и не самоуверена, дабы тыкать в это. Я, конечно, не учитель, но все же могу чему-то научить благодаря своему богатому опыту из прошлой жизни. Пусть этот мир и отличается, но основа везде одна — люди. Люди не меняются нигде… Мина подошла к нему, что-то сказала и взяла за руку. Я уже собиралась сказать, чтобы она готовилась ко второму раунду, но тут неожиданно раздался голос. — Могу я попробовать? — спросил Чейд, и я обернулась. Он подошел совсем недавно, сразу после того, как вместе с Лиамом убрали последствия совместного завтрака. Некоторые тоже отсутствовали, вероятно по той же причине, и сейчас почти все, кто сделал перерыв, находились здесь. — Я не против, — я кивнула, а после посмотрела на Мину. Она лишь пожала плечами, встав рядом с мужем, взяв его за руку. Чейд достал свои короткие клинки и принял боевую позу. Я решила последовать его примеру, встав боком и приняв устойчивое положение. Он осмотрел меня так, словно увидел что-то новое. Да. Именно этим он и отличается ото всех. Чейд уже бывал в передрягах и владел анализом и переемничеством навыков врага. Я не могу сказать о его боевых навыках слишком многое, так как толком не видела их в действии. Мы охотились, а он ставил ловушки. Поэтому я даже решила побыть серьёзной. Рана меня почти не беспокоит. Так что я решила сразиться, а не провести тренировочный бой. Конечно только при условии, что он сможет мне противостоять. Так что сейчас я ждала его первую атаку. Он, несмотря на свои крупные габариты, довольно-таки быстро оказался в метре от меня, я атаковала, но он мастерски отбил кинжалами, а после освобождения одного из них решил провести горизонтальный удар. Я не дрогнула, вместо этого отступила. Он воспользовался этим, а я не могла про себя не нарадоваться, как же быстро и четко проходят атаки. Чейд сразу понимает где и что. Мне даже кажется, что если бы не наше содружество, он бы воспользовался ударом по ранению. По крайней мере, я бы так сделала. Зачем самому тратить силы на врага, если можно воспользоваться его слабостью? Справедливость в этом случае совсем не работает. Я уже давно догадывалась, что он не простой здоровяк. Я пригнулась и подставила ему подножку, решив для начала узнать, сможет ли он прочесть метод, коим я еще совсем недавно победила Мину. Он кувырком создал растояние между нами. Удивительно. Его умения просто удивительны. И анализ, и скорость реакций действительно хорошие. Перекинув меч в левую руку, я снова была в боевой готовности. Чейд нахмурился, но молчал, поэтому я не стала ничего спрашивать. Во мне бурлило возбуждение. На самом деле, никогда не чувствовала удовольствие от сражения… Во многом из-за того, что в своем мире никогда не сражалась на мечах, да и сражения обычно, как таковые, являются чем-то отнюдь нерадостным. Но здесь и сейчас, с каждым разом я чувствую себя все лучше прежнего. Возможно это из-за стресса, что нас окружает, мне хочется спустить все в физическую нагрузку. Но так как я не могу сильно истощать себя из-за вечной готовности к опасностям, то это мало чем помогает.

***

Удар. Парировал. Удар. Увернулся. Ложный удар, и Чейд еле уворачивается от второго. — Думаю, на этом пора заканчивать, а то скоро ужин, — сказала Мина. И того, как я и ожидала, Чейд был хорошим партнером для спарринга. Мало того, что он неплохо владел кинжалами, так еще и в силе не убавлял. В конечном итоге, мы шли почти на равных, делая перерывы в спаррингах со всеми желающими. Можно сказать, что этот день получился неплохой такой мотивацией для остальных и выходом напряжения для владеющих оружием. Я кивнула. — Ты оказался сильным противником. Это была правда. Он и правда был силен, а также ловок. Абсолютно иное сражение, в отличие от спарринга с Миной. — Говорит человек, которого я не смог заставить даже вспотеть, — как-то устало прокомментировал Чейд, хмуро вытирая мокрые лоб и шею. Только после его слов я поняла, что запыхалась, но не вспотела. Наоборот, я чувствовала прохладу вместо жара от своего тела. Я прикрыла глаза, стараясь перевести дух, краем глаза слыша разговоры остальных. — Наш Лидер сильная и храбрая… Я это понял, еще когда она одна завалила волка и кабана. — Точно-точно! — С Анной мы точно доберемся до севера! — Я тоже хочу научиться сражаться! Эти люди… Они сильно изменились всего за несколько месяцев. Плохое быстро забывается, правда? Переведя взгляд на солнце, которое скоро коснется горизонта, я подумала, что это не так уж и плохо чувствовать веру остальных в тебя. На рассвете нам нужно идти обратно, дабы успеть в город до захода солнца… А еще успеть пристроить желающих работать. — Анна, — это был Чейд, что протянул мне руку, — это были хорошие бои, я многому научился. — Я тоже многому научилась, — сказала я и пожала его руку. С мечом я чувствую себя абсолютно в своей тарелке, даже когда впервые взяла его в руки. Не уверена, с чем именно это связано. — Ты, случайно, не знаешь, кто такие мастера меча? Он спокойно посмотрел на меня, а после ответил: — Я не встречался с ними лично, но знаю, что мастера меча обычно очень редки и имеют особые привилегии, а их сила превосходит обычного мечника в несколько раз. Если сравнивать, то, наверное, обычный солдат сляжет с первого взмаха его меча. По крайней мере так рассказывают. Я кивнула, убрав меч на место. — Странно, что меня прозвали мастером меча, мне не кажется, что я способна совладать с солдатом так легко. Я вспомнила наш побег с рабского двора. — Это ведь ложь и провокация, — неожиданно ответил тот уверенно. Я немного удивленно взглянула на Чейда. Надо было раньше это озвучить, но… — Ты прав, я об этом и думала. Он меланхолично поднял бровь. — Тогда к чему… впрочем неважно, — он поправил свои клинки и прикрыл глаза. Свежий ветер подул с севера. Он посмотрел в ту сторону, и я взглянула туда. Туча шла с той стороны. — Буря движется… — сказал он. Я молча смотрела на черную тучу вдалеке, а после обернулась на пещеру. «Нужно ее укрепить».

***

Буря прошла мимо, лишь частично завывая ночью вне пещеры. Наутро мы отправились обратно в город. Отдали последние деньги за вход, а после устроили всех по местам. Я же решила заняться этой официанткой. Как она связана с наемниками? Однако меня перехватил Борис. — Эй, слышь, выпьешь со мной? — снова задал он мне этот вопрос, как только я оказалась в трактире. Я оглядела зал, но не нашла ту официантку, поэтому вздохнула, обратив внимание на владельца этого места. — Анна, — поправила я. — А? Разве у тебя было имя? — … — Ха… Ладно, к черту, просто сядь и выпей со мной. Мой взгляд скользнул по столу с выпивкой, а после по самому Борису. Я подумала, что не могу этого сделать. Мои люди сейчас вкалывают, и мне нужно еще прошерстить библиотеку на недостающие темы, необходимые мне… Перед глазами появилась бутылка с какой-то жидкостью… запахло чем-то знакомым. — Вино? — удивилась я. До этого мне встречалось лишь нечто наподобие рома или виски, водка… — Да, вино. Интересует? Я прожгла его взглядом, взяв бутылку и начав вертеть ее в руках. Естественно на ней не было этикетки, что отчего-то меня смутило. В моем мире было подписано все и везде, так что состав было узнать легко. — Чего ты от меня хочешь? — я поставила вино на стол, но все же села, отодвинув бутылку. Небольшая пауза возникла, и на его лице появилось странное выражение. — Смотрю, ты совсем не уважаешь старика, — наигранно страдальчески выдохнул Борис, прикрыв глаза, а потом открыл один и посмотрел на меня. Пусть этот самый «старик» и пил уже хрен знает сколько, судя по пустым бутылкам, но его взгляд был вполне осознанным и четким, когда тот смотрел на меня. — Нужно поговорить, — серьезно заявил он. — Так и знала. «Надеюсь, это не связано с их восстанием?» Все же нам опасно оставаться здесь долго, если вдруг придут представители власти и эту самую оппозицию начнут давить как тараканов, будет очень плохо. Мы обязательно попадем под горячую руку. — О чем ты хочешь поговорить? Он взял бутылку, что предлагал мне, и вылил немного в свой стакан. «Давно я не пила вино» — подумалось меланхолично мне. — Пойдем, выпьем у меня, — сказал он и начал вставать, попивая вино из своего стакана, таким образом сообщая мне, что я могу спокойно его пить. Человек за столом был в отключке. Видимо, это был собутыльник Бориса. Он был «в говно», если выражаться по-простому, весь бледно-красный. Было не совсем ясно — тошнило ли его, или он находился в пьяном угаре. Так что он явно не слышал, о чем так беспечно говорил Борис. Я поднялась и решила все же направиться в сторону старика, тут же забывая про это тело за столиком. Хозяин этой таверны был действительно при деньгах, раз так много пил. Сколько я не видела его, он всегда был в обнимку с бутылкой. Несомненно из-за этого у него и появился пивной живот. Удивительно было другое — несмотря на его весьма крупное телосложение, он был достаточно проворным мечником. — Так о чем ты хотел поговорить? — я не села, когда мы оказались в том самом его кабинете, который теперь спокойно можно было бы назвать «переговорной». Лишь скрестила руки на груди и следила за тем, как Борис сгружает на стол бутылки, прихваченные с собой. — Твое неуважение явно выражено обидой за ту маленькую проверку, — прокомментировал он мою грубость. Мое лицо осталось непроницаемым, но я сильнее сжала челюсти. — Я не тот человек, который станет уважать за причиненные неудобства моим людям, — кратко изложила я. В последнее время мне кажется, что я слишком много болтаю… — Ха, — без особого энтузиазма усмехнулся старик и завалился в кресло, откупоривая новую бутылку. — Ты ведь тоже восставшая, так ведь? «Только не говорите мне…» — в моих мыслях проскользнули те моменты вспышек восстаний в торговой улице. Я нахмурилась. — Ой, не хмурься так, как там тебя… Аннушка? Я уже хотела было его поправить, но Борис заговорил раньше. — Впрочем, неважно, как ты себя обозвала, — строго проговорил он и продолжил: — Ты ведь, можно сказать, организовала восстание рабского двора, да при том все еще остаешься жива. Так он копал под меня… хотя я не удивлена. Мисс Кана сделала так же, тыкнув меня в то, что имеет возможность узнать обо мне что угодно. Вот только… они не могут знать ничего. Я ведь пришла из другого мира, пусть мне и самой себе нужно об этом напоминать каждый раз… Как бы они не старались, они даже не смогут подтвердить, точно ли это мое настоящее имя, что уж говорить о чем-то, что можно накопать на меня. Ничего. Придумать историю я могу в любой момент, но насладиться своей «скрытностью» будет куда эффективнее. — Так что ты от меня хочешь, раз все и сам прекрасно знаешь? Он поставил бутылку и вздохнул. — Я поначалу хотел поговорить с тобой о том, интересует ли тебя прибыльное, но опасное дело, — он пристально смотрел на меня, но после перевел взгляд куда-то вбок, ни на чем толком не фокусируясь. Заметно напрягаясь, я хотела тоже повернуться в сторону, куда смотрит и он, но сдержала себя, поймав его взгляд. — Но потом я кое-что узнал о тебе, — серьезно заговорил Борис, совсем не выглядевший пьяным, несмотря на количество выпитого. — Ты была поймана на земле лорда Инеля, в одной из деревушек. И говорила на языке, который никто никогда не слышал. Он знает… он знает даже это. Теперь я уверилась в могуществе Бориса и его людей, не зря у них водится шпион наемнической гильдии. —Ты просто появилась из ниоткуда. С этой несуразной внешностью… — кивнул он на меня, а потом нахмурился. — Обычно я такое не спрашиваю, но… Кто ты, черт подери, такая? Я сглотнула появившийся в горле ком.