***
Прихватив свои покупки, компания с мистером Уизли во главе поспешила в лес, следуя за светом фонарей. Они слышали шум тысяч людей, шедших вокруг, крики, смех, обрывки песен. Всеобщее лихорадочное возбуждение было необычайно заразительно, Гарри не мог не улыбаться. Всю дорогу через лес — минут двадцать — они громко разговаривали и шутили, пока, наконец, не вышли на противоположную сторону и не оказались в тени гигантского стадиона. И хотя Гарри была видна лишь часть колоссальных золотых стен, окружавших поле, он мог бы с уверенностью сказать, что внутри можно свободно разместить десяток кафедральных соборов. Сто тысяч колдуний и волшебников занимали места, расположенные ярусами, поднимающимися вокруг длинной овальной арены. Все вокруг было залито таинственным золотым светом, который, казалось, излучал сам стадион. По пути, с Гарри разговорился министр магии, Корнелиус Фадж. - Так я и знал, что этим кончится, - устало сказал Фадж, обращаясь к Избранному, стоило только какому-то болгарскому волшебнику разочарованно махнуть рукой и отойти в сторону. - Ну не силен я в языках… В таких случаях мне нужен Барти Крауч… Ага, вижу, его домашний эльф занял ему место… Тоже недурно, эти болгарские парни так и норовят выпросить все лучшие места… а вот и Люциус! И действительно, вдоль кресел второго ряда к трем свободным местам как раз позади мистера Уизли пробирался не кто иной, как Люциус Малфой с сыном Драко и женщиной, которая, как предположил Гарри, была матерью Драко. А сразу следом за ними... - Алекс?! - Ахнул Поттер. - Ты как здесь... - Рад видеть вас, мистер Поттер. - Кивнул Избранному чернокнижник. - А мы с Элиз здесь так же, как и все. По билетам в министерскую ложу. Добрый вечер, герр Фадж. - Добрый, герр Штейнбах. - Заулыбался министр магии, пожимая чернокнижнику руку, словно старому другу, чему все вокруг, включая чопорных Малфоев, несказанно удивились. - Дело с бесом в Отделе Тайн, должен сказать, всех нас впечатлило донельзя. Всегда будем помнить. - Ой, да бросьте, господин министр. Дело, конечно, было очень трудное, но это когда было... - Немец обернулся к тому самому волшебнику, с которым общался Фадж. - Должен сказать, вы несколько расстроили своего болгарского коллегу. Если пожелаете, я мог бы немного сгладить его впечатление. - Алекс, ты знаешь болгарский? - Удивилась Гермиона, появившаяся словно из воздуха. - И вам добрый вечер, мисс Грейнджер. - Алекс вместе с Фаджем пошел к болгарскому магу. - Добър вечер Ваше светлост, господин Оболенски. - Добър вечер младеж. - Болгарский министр очень обрадовался, что с ним кто-то заговорил не на английском, хотя у собеседника и был непередаваемый немецкий акцент. - С кого имам честта да общувам? - Казвам се Александър и съм майстор магьосник. И този господин е британският министър на магията Корнелиус Фъдж. - Трябва да кажа, че знам английски перфектно. Просто беше много забавно да го гледам как се мъчи. Не мислете, аз не се обиждам на опитите му, но той можеше да попита за моите познания по езици. - Какво можете да направите, англичаните не са като хората. - Немец и болгарин засмеялись. - Позволете ми да представя и лейди Елизабет Маккинън, моята ученичка. - Приятно ми е да се запознаем. - Също така се радвам да се запознаем. - Улыбнулась ученица чернокнижника, учтиво кланяясь и благодаря богов, что решилась на предложение парня перед походом на матч немного "погонять" языки, поглощая сущность знаний из словарей и учебников по иностранным языкам. Вмешательство Элизабет, которая смотрелась среди высоких чинов, будто драгоценный камень в золотой оправе, настолько выбило из колеи Малфоев и компанию Поттера, что на мгновение Гарри и Драко как-то даже незаметно переглянулись, искренне понимая друг друга. Никто не ожидал, что серая мышка, которой когда-то была староста Гриффиндора, так сильно преобразится в компании чернокнижника. - А, Фадж! - произнес мистер Малфой, подходя к министру и протягивая руку, как будто только-только его заметил. - Как дела? По-моему, ты еще незнаком с моей женой Нарциссой? И с нашим сыном Драко? - Добрый вечер, добрый вечер! - Фадж улыбнулся и поклонился миссис Малфой. - А мне позвольте представить вам мистера Обланск…Обалонск… мистера… короче, он болгарский министр магии. А эти молодые люди помогли нам несколько сгладить языковой барьер. Знакомтесь, это... - Мы знакомы. - Протянул мистер Малфой, протягивая руку теперь уже чернокнижнику. - Герр Штейнбах, рад вас видеть. Надо же, а я считал, что вы не любите квиддич. Боги милосердные, мисс МакКиннон! Вас прямо не узнать! Драко отзывался мне о вас гораздо лучше, чем об остальных гриффиндорцах. - Благодарю, мистер Малфой. - Кивнула староста. Тут Фадж заметил семейство Уизли и поспешил познакомить всех и с ними тоже. Это был напряженный момент. Мистер Уизли и мистер Малфой посмотрели друг на друга, и Гарри живо вспомнился тот последний раз, когда они встретились лицом к лицу - это было в книжном магазине «Флориш и Блоттс», и дело кончилось дракой. Холодные серые глаза Малфоя скользнули по мистеру Уизли и затем обежали весь ряд. - Боже правый, Артур, - негромко произнес он, - что же тебе пришлось продать, чтобы достать места в верхней ложе? Уверен, ты за весь свой дом столько бы не выручил. А в следующий момент в ложу ворвался Людо Бэгмен. Наверное, только благодаря ему и удалось избежать скандала. - Все готовы? - пророкотал он. Его лицо светилось, словно круг эдамского сыра, если только можно представить себе взволнованный сыр. - Министр, начинать? - По твоей команде, Людо, - с удовольствием ответил Фадж. Бэгмен выхватил волшебную палочку, направил себе прямо на горло и приказал: - Сонорус! Леди и джентльмены! Добро пожаловать! Добро пожаловать на финал четыреста двадцать второго Чемпионата мира по квиддичу! - Как думаешь, что он тут забыл? - Прошептал Рон, краем глаза следя за общающимися. - Ну, Штейнбах в смысле. Тебе не кажется, что он за тобой приглядывает? - Ему что, делать больше нечего? - Отмахнулся Гарри. - В конце концов, вспомни, он говорил, что среди его заказчиков были знатные люди. - Он общается с Малфоями! - Попытался образумить друга Рон так, словно общение с семьей слизеринцев было страшным преступлением. - Он занимается темной магией, ты сам его слышал. Что мешает ему встать на сторону... Ну, Ты-Знаешь-Кого? - А что ему мешает просто не лезть в наши распри? - Но... Но... - Рон, закрыли эту тему. - Попросил Гарри, который находился в растерянности. На самом деле, было с чего. Внезапно замолчавший Сириус, от которого он почти все лето не получал писем. Какое-то странное поведение немца в ночь, когда исчез профессор Люпин. А ведь незадолго до этого близнецы видели, как Штейнбах общается с профессором в довольно грубой и фамильярной форме. Теперь еще это общение с Малфоем... Да и как вообще угораздило ему попасть именно в министерскую ложу, если места в этот сектор добывались не только за золото, которое у немца наверняка было, а и по большому блату, с привлечением больших связей. Вон, даже отцу Рона с трудом это удалось! А ведь мистер Уизли - глава отдела в Министерстве, в то время, как Штейнбах - нет. Выглядело это все очень странно. Да и Билл пропал куда-то как-то уж больно не вовремя. А ведь он был ликвидатором проклятий и наверняка - прямым конкурентом чернокнижника. А еще он заметил, что когда назвали фамилию болгарского ловца, немец как-то странно улыбнулся. Как бы там ни было, Гарри решил присмотреться к семикурснику.***
- Макнейр, ты же говорил, что маски здесь! - Возмущался чернокожий волшебник, вскрывая место закладки и не обнаруживая необходимое имущество на месте. - Откуда я знаю, куда они делись?! - Взорвался возмущением министерский палач. - Я же их самолично сюда заложил! - И что теперь?! Милорд явно не оценит того, что акция устрашения провалилась из-за того, что кто-то потерял инвентарь. - Наколдуйте себе что-то. - Отмахнулся Макнейр, доставая из сумки свою маску, которую не доверял никому и которую не прятал в схрон. - Действуем по старому плану. Только будьте немного осторожнее. - Есть сэр.***
В свете немногих еще горевших костров они увидели людей, убегающих в лес от чего-то, что двигалось к ним через поле, выпуская странные огни и гремя чем-то наподобие выстрелов. До друзей донеслись громкий издевательский смех и хмельные выкрики, затем последовала мощная вспышка зеленого света, осветившая всю сцену. Грохот взрыва и вспышка пламени слились в одно ощущение, Алекса и Элиз швырнуло на землю между палатками. Плотная толпа волшебников с поднятыми волшебными палочками медленно двигалась по полю. Алексу показалось, что у них не было лиц, но тут он разобрал, что их головы были скрыты капюшонами, а лица - масками. У многих маски были просто черными, а вот у двоих - явно, командиров - точно такими же, что и те, которые они с помощницей выкопали из земли. В воздухе высоко над ними бились четыре фигуры, корчившиеся в невероятных положениях. - Элиз, живая? - Ага, да... - Простонала девушка, доставая палочку и возводя щит, в который мгновением позже влетело довольно мощное "редукто". - Ладно, сука. - Сплюнул немец, поднимаясь на ноги. - Вы сами захотели. Я вам, блядям, сейчас устрою ляськи-масяськи... Элиз, выцеливаем всех, кто в "черепах". - Поняла уже, не дура. - Девушка нацелилась в толпу. - Бомбарда максима! Взрыв разметал довольно плотную толпу волшебников. Похоже, они так увлеклись нападением и так упивались внезапностью и паникой, что совсем позабыли, что найдутся люди, способные сходу организовать сопротивление. Послышались вопли раненых. Кажется, кому-то, кто не успел принять взрывную волну на щиты, оторвало конечности. Алекс удовлетворенно кивнул ученице. Умница! Уже включилась и перешла в боевой режим. Никакой мнительности, никаких бесполезных экспеллиармусов или оглушающих заклинаний. Взрывающие чары - самое оно по толпе. Лучше только адское пламя или огненный шар, но девушка еще не настолько хорошо владеет собой, чтобы рисковать пользоваться этими чарами. Впрочем, в просыпающейся паникующей толпе, которая начала валить из палаток на улицы, нельзя было применять что-то большее. - Секо! - Мысленно приказал Алекс, полосуя подорвавшегося в их сторону пожирателя на ремни. Уклонившись от полетевшего в него зеленого луча убивающего проклятия, немец зарычал. - Редукто! Секо! Глассио максима! Бомбарда! Кто-то рядом завопил на тонкой ноте. Алекс обернулся на голос - и был несказанно удивлен, когда увидел там Грейнджер. - Протего максима! - Произнес он, отводя от отличницы удар. - Е* твою мать, Грейнджер, какого х*я тебя сюда принесло?! Беги, дура! Здесь детям не место! Но отличница, казалось, была парализована ужасом, вхолостую глотая воздух и не находя сил, чтобы отреагировать как-то еще. Впрочем, Штейнбах понимал, с чего. Она только что впервые увидела, как убивают в бою - а в том, что замороженные до состояния ледяных статуй и раздробленные взрывным заклятием пожиратели мертвы, Алекс не сомневался. У нее шок. - Сомниум. Гермиона тут же свалилась на землю в крепком сне. Алекс сплюнул на землю. Черт бы побрал эту Грейнджер с ее неуемной шпиономанией. - Если никто не пришибет - за тобой долг жизни, Грейнджер! - Проворчал немец, принимая на щит еще одно заклятие. - Гермиона! - Поттер, сука! Да чтоб вам всем... - Включилась в перепалку Элиз, принимая еще несколько заклятий и одним взмахом палочки полосуя еще кого-то. - Бегите, идиоты! Редукто! Девчонку мы вам потом притащим. - Мортмордре! После этого все на мгновение замерли, разгорающаяся битва свернулась так же стремительно, как и началась. Пожиратели, заметив метнувшееся в небо заклятие, поспешили организованно отступить. Немец успел задеть еще пару противников, но несмертельно. Те поспешили трансгрессировать. - Алекс... - Сглотнула Элиз, обнимая чернокнижника. - Я же... Я ведь... Они же... у-убиты, да? - С боевым крещением, девочка моя. - Обнял ее немец, поглаживая дрожащую ученицу, которую начал отпускать адреналин боя и она, похоже, начала понимать, что сделала. - Успокойся, ты не виновата. Ты защищала себя и дорогих тебе людей. Или мы, или они, Элиз. Я предпочту, чтобы это были они. А ты? - Но... Я же убила человека... - Ты обезвредила преступников. - Алекс вынул из сумочки фляжку. - Выпей. Тебе поможет. - Что это? - Успокоительное. - Чернокнижник налил ученице чего-то прозрачного. - Пей, не бойся. Элиз, не глядя, одним махом выпила предложенный напиток, после чего закашляла, пытаясь выплюнуть настой. Но взгляд у нее изменился - теперь это был простой растерянный взор девушки, а не паникующий взгляд загнанной в угол мышки. - Это что - водка? - Помилуйте, разве я позволил бы себе налить даме водки? Это чистый спирт! Ты в поря... - Немец спрятал флягу, вдруг осекся. - ЛОЖИСЬ! - Ступефай! - Над их головами просвистел с десяток заклинаний. - Поднять руки и... - И, сука, ноги кому-то вырвать! - Огрызнулся немец, поднимаясь на ноги. - Herr Crouch, ich hatte eine bessere Meinung über die Mitarbeiter des Ministeriums.** - Мистер Штейнбах? - Поперхнулся воздухом чиновник. - Что происходит?! - Was passiert ist, dass Sie und Ihre böse Abteilung danach mit vielen Problemen konfrontiert werden! - От злости, Штейнбах полностью перешел на родной язык. Стоящие рядом Элиз и неведомо как уцелевший в бою Поттер переглянулись. Они знали, что если Алекс перешел на немецкий - это все, хана кому-то. - Warum zum Teufel haben Sie der Sicherheit erlaubt, in Panik zu geraten? - Герр Штейнбах, успокойтесь, пожалуйста. - Попросил Крауч, все еще не сводящий дрожащей палочки с немца. - Поймите и вы нас. Вы стоите неподалеку от места, с которого выпустили черную метку... Да еще и в окружении доброго десятка убитых и полутора десятков тяжело раненых. И среди которых есть мистер Макнейр - служащий Министерства с безупречной репутацией! Что произошло? - Так, может, спросим у самого Макнейра? - Он, к сожалению, мертв. - Огрызнулся стоящий рядом с Краучем аврор. - А у мертвых, как известно, не спросишь. Элиз увидела кровожадную улыбочку на лице парня. Поняв, что дальше будет, она поспешила разбудить Грейнджер и, вместе с Поттером, с разрешения Крауча, поспешила уйти в сторону. Зрелище предстояло не для малодушных, да и волна энергии, пробуждаемая при занятиях некромантией, была явно не для четверокурсников. Гарри даже успел услышать последнюю фразу немца, от которой его сперва бросило в жар, а затем - в холод. - У меня тут с собой лицензия на некромантию. Герр аврор, спорим на золотой, что у мертвых очень даже "спросишь"?