Пощечины от дьявола // 快穿之打脸狂魔

Мо Ю и Цзоу Иминь были учениками Чи Сяо, а также гениями с редкими духовными корнями, их сила была необычной. Они без особых усилий победили своих противников в первых нескольких раундах, с самого начала действуя чрезвычайно беспощадно. Если бы те ученики не уступили вовремя, поединки закончились бы смертью. Ученики, наблюдавшие за сценой, были в ярости, но не осмеливались говорить, хотя даже несколько мастеров пика были недовольны. — Турнир секты всегда был вопросом жизни и смерти. Эти двое не нарушили никаких правил, так что о наказании говорить не приходится. Если турнир секты не будет суровым, как ученики смогут улучшить своё совершенствование, чтобы не стать в дальнейшем жертвой, выйдя за вороты секты? — слабо улыбнулся Чи Сяо. Мастера пиков тоже подчинялись правилам секты, они могли только молчать. Сун Юфэй находился на поздней стадии высокого уровня. Его можно было считать сильнейшим в этой группе учеников, поэтому его победы были очень легкими. Поскольку его основа изначально была невысокой, а его учитель никогда не проявлял к нему благосклонности, он не осмелился действовать самонадеянно. Он только вынуждал своих противников сдаться, но многие люди все же заметили, что он значительно улучшился. Чжоу Юнь Шэн никогда не выходил на арену. Он просто стоял за сиденьем Великого Старейшины и наблюдал за боями. Казалось, что он ждал последнего боя. Его решение ждать пока его противники израсходуют свои силы, а затем сразиться с ними, вызывало много критики со стороны многих учеников. — Иметь сильного учителя действительно выгодно. Пока мы с вами боремся до победного, этот может спокойно стоять в стороне, но все равно пройти в последние десять раундов, — усмехнувшись, прошептал ученик. — Если он ведет себя подобным образом, как он может быть лучше других? Он одет в волшебную мантию, скрывающую уровень его совершенствования, но, хотя мы не можем видеть его ранг, прошло всего десять лет. Лучшее, чего он мог достичь — это средний уровень. Или, может быть, он принял несколько запрещенных таблеток, чтобы быстро усилиться, но тогда его силы должны быть очень нестабильными. Даже если он войдет в последние десять раундов, кто-то другой, вероятно, победит его. Великий Старейшина так его балует, но на самом деле это не поможет ему, а только навредит, — другой ученик покачал головой и вздохнул. Сун Юфэй, Мо Ю и Цзоу Иминь услышали эти сплетни, и все трое посмеялись в душе. Прошло семь дней и семь ночей, прежде чем были выбраны последние девять бойцов. Начались новые поединки, и все слухи, которые были до этого, утихли. Пятеро будут выбраны из десяти, а затем трое будут выбраны из пяти, что означает, что каждый человек должен драться как минимум дважды. Только очень сильные ученики могли войти в первую десятку. Предыдущие игры уже требовали от них всех усилий, но последние две требовали от них поставить на карту жизнь. Тем не менее, Фан Синхай, ни разу не выходящий на ринг, каким-то образом был запланирован на три поединка подряд, и его противники, скорее всего, будут из тройки лидеров: Мо Ю, Цзоу Иминь и Сун Юфэй. Кто сказал, что он полагался на влияние Великого Старейшины, чтобы обмануть? Фан Синхай явно хотел умереть! Ученики посмотрели на Фан Синхая другими глазами. Так как этот человек осмелился вступить в этот бой, у него должны быть по крайней мере хоть какие-то способности. Они очень хотели испытать истинную силу ученика Великого Старейшины. Под всеобщим вниманием Мо Ю вышла на арену, подняла в руке световой меч и направила его на юношу в черном, стоящего позади Великого Старейшины. Фигура Чжоу Юнь Шэна задрожала, а затем в мгновение ока он появился напротив Мо Ю. — Дамы вперед, — он учтиво протянул руку. Мо Ю была невежлива и с ухмылкой взмахнула своим мечом с холодным светом. Её движения и правда были слишком быстры. Она фактически разделила Чжоу Юнь Шэна на две половины, даже не дав ему времени среагировать. Наблюдая за тем, как его тело медленно оседает на землю, ученики в аудитории показали недоверчивые выражения лиц. Это конец? В этом сила ученика Великого Старейшины? Мо Ю была в экстазе. Она собиралась взмахнуть мечом, чтобы раздавить даньтян человека, но была потрясена, увидев, как расколотый пополам труп внезапно превратился в пепел, ставший черным туманом. В мгновение ока всю арену окутал туман. Расслабленное выражение лица Чи Сяо мгновенно стало мрачным, брови Цзоу Иминя и Сун Юфэя не могли не подпрыгнуть. В густом тумане Мо Ю ничего не видела, она могла только инстинктивно блокировать мечом. Через некоторое время она, наконец, приспособилась к темноте. Она огляделась, и из густого тумана медленно вышла фигура, но это был давно мертвый Фан Вэнь Гуан. Он, без преамбулы, немедленно атаковал, и его движения были направлены на то, чтобы лишить её жизни. Мо Ю была необъяснимо напугана, но она не осмелилась много думать, и немедленно подняла меч, чтобы заблокировать атаку. Чжоу Юнь Шэн стоял окутанный густым туманом, скрестив руки, и неторопливо смотрел, как Мо Ю сражается со своим воображаемым врагом. Это была одна из его атак — иллюзия тумана. После того, как тонкий слой тумана, прикрепленный к духовной энергии, войдет в тело практикующего, самые невыносимые секреты, скрытые в его душе, будут отражены в реальности. Иллюзии, созданные туманом, мог видеть только их создатель, посторонние не могли видеть их секреты. Однако его иллюзия тумана была совсем другой. Туман создавал мираж, который могли видеть все, так что Чжоу Юнь Шэн мог проникнуть в самые сокровенные тайны любого, кто оказывался в ловушке его тумана. Словно на съемках фильма, всякий раз, когда они думали о чем-то, туман отражал это, и они могли делать свои собственные выводы в соответствии с сюжетом, выдавая соответствующие ответы. Мо Ю быстро убила Фан Вэнь Гуана, но затем увидела Цзоу Иминя, выходящего из тумана. Она усмехнулась и взмахнула мечом, атакуя его. Согласно её воображению, поддельный Цзоу Иминь также быстро контратаковал. Чжоу Юнь Шэн приподнял бровь, получая новое понимание ревности Мо Ю. Оказывается, она не только завидовала Фан Вэнь Гуану, но и испытывала отвращение к Цзоу Иминю. Мо Ю приложила огромные силы, чтобы убить Цзоу Иминя, только чтобы увидеть, как из густого тумана выходит Фан Синхай. — Отлично, вы все собираетесь противостоять мне? Тогда катитесь в ад! — демоны, скрывающиеся в глубине её сердца, полностью вырвались наружу. Глаза Мо Ю покраснели от ярости. Она выкинула струящийся световой меч вверх, вызывая сильное заклинание и убивая Фан Синхая, который шел к ней, в громком взрыве. Другие видели только сверкание меча в густом тумане и чувствовали сильное количество духовной энергии. Все они думали, что битва очень напряженная. Кто мог представить, что это было просто шоу одного актера? Она обезглавливала одного воображаемого врага за другим, но когда увидела Великого Старейшину, выходящего из густого тумана, на её лице наконец появилось тревожное выражение. Даже с её внутренними демонами, контролирующими её разум, она все еще знала, что она не противник Великого Старейшины. Чжоу Юнь Шэн, смотревший шоу с веселым выражением лица, при виде этой сцены помрачнел. Какая храбрая, она даже хочет убить Цзун И! Руки Мо Ю сомкнулись в печать. Струящийся световой меч взвил в воздух, и она прибегла к самому мощному заклинанию секты Завета Бессмертия. Однако, она уже исчерпала свою духовную энергию, откуда ей взять огромную силу, необходимую для наложения заклинания? Несколько волн светового меча пробежали по густому туману, и, наконец, она упала на колени, не в силах держаться. Но Великий Старейшина только щелкнул рукавом, чтобы отмахнуться от её легкого удара, а затем медленно подошел к ней. — Ты женщина с очень богатыми желаниями. Я действительно удивлен, — Великий Старейшина протянул руку и приподнял подбородок Мо Ю. Мо Ю хотела сопротивляться, но из-за того, что её духовная сила была истощена, она не могла пошевелить даже пальцем. Она с унизительным взглядом смотрела, а затем была ошеломлена, увидев, как лицо Великого Старейшины покрылось рябью, превращаясь в нежное лицо Фан Синхая. — Почему это ты? — глаза Мо Ю расширились. — Ты забыла, с кем дерешься? — Чжоу Юнь Шэн легонько рассмеялся, спокойно вынимая её нефритово-белые духовные кости и заставляя Мо Ю завыть от боли. Но туман поглотил весь её голос, поэтому никто ничего не услышал. В то время как её крик стал еще более печальным, Чжоу Юнь Шэн полностью удалил всю духовную кость Мо Ю, медленно сокрушив кость в порошок перед её лицом. Затем он потянулся к её даньтяну когтистой рукой, вытаскивая её тускнеющее ядро. Мо Ю впервые в жизни поняла, что значит жизнь хуже смерти, но более невыносимым было её отчаяние. Её культивация, духовная кость, даньтян — все было разрушено, теперь она станет обычной смертной. Жизнь смертных состоит из рождения, старения, болезни и смерти. Они похожи на кучу жалких муравьев! Как она могла так жить!? — Пожалуйста, отпусти меня! У моего отца много сокровищ. Он может дать тебе все, что хочешь, если только ты позволишь мне уйти! — Мо Ю была залита собственной кровью, её слезы бесконтрольно текли. Как любимая дочь своего могущественного отца, она всегда была выше всех. Она никогда не была в такой сложной ситуации. Как этот бой мог стать её поражением? Даже сейчас она не знала, как это принять. — Я сдаюсь! Я признаю поражение! — она использовала все свои последние силы, чтобы кричать, надеясь, что старейшины и мастера пиков услышат её, что позволило бы ей незамедлительно сбежать с арены. Но густой туман поглотил весь её крик. — Мой учитель — Великий Старейшина секты Завета Бессмертия, в его владении бесчисленные сокровища. Как у тебя может быть что-то нужное мне? Тогда почему ты не отпустила меня? Или моего брата? Как я уже сказал, то как ты со мной обошлась, я верну тебе в тысячу раз. Ты посеяла семена вражды, и ты должна попробовать собственные действия, — Чжоу Юнь Шэн посмотрел прямо в отчаянные глаза Мо Ю, когда раздавил её ядро, а затем взмахнул рукавом, чтобы рассеять туман. Ученики в аудитории сначала ощутили атмосферу нескольких мощных атакующих заклинаний и вздохнули от жалости к Фан Синхаю. Это действительно были самые мощные заклинания меча секты Завета Бессмертия. Одно было трудно перенести, не говоря уже обо всех заклинаниях. Это также означало, что у Фан Синхая были некоторые навыки, раз он смог подтолкнуть Мо Ю к этой точке. Но ему правда не повезло столкнуться с этими сильными заклинаниями меча. Внезапно возникший густой туман таким же странным образом исчез. В мгновение ока сцена прояснилась. Медленно вышла стройная фигура: золотой свет постепенно рассеивался из её рук. Еще одна фигура была скомкана на земле. За исключением её целой головы, руки и ноги напоминали ириску, скрученную в кривую форму. Пристально приглядевшись, публика не могла не задохнуться. Золотой свет представлял собой разрушенное золотое ядро, а лежащая на земле фигура была старшей сестрой Мо Ю, у которой отсутствовали духовные кости. Духовные кости, даньтян и золотое ядро — всё было уничтожено. Если она не примет таблетку Удачи Украденной у Небес, совершенствование старшей сестры Мо Ю закончится. А потом они посмотрели на одетого в черное человека. После такого ожесточенного боя, не говоря о ранении, даже его волосы были так же уложены. Его сила должна быть действительно непостижимой, а методы чрезвычайно коварными. Безразличное выражение лица Чи Сяо сменилось яростью. Его внутренности дрожали от злости, его душа беспокоилась, а в его глазах горело желание совершить убийство. Однако более могущественная аура окутала арену, также обернув толстым слоем своего невысокого и тонкого ученика, образуя непроницаемый щит. Цзун И взглянул на Чи Сяо и медленно произнес: — Десять лет назад твоя дочь разрушила духовные кости и даньтян моего ученика, а затем столкнула его в пропасть и бросила умирать. Мой ученик подписал с ней контракт на жизнь и смерть, пообещав, что на турнире вернет ей услугу. Ты об этом уже забыл? Голос Великого Старейшины разнесся по всей секте Завета Бессмертия, заставив наблюдающих учеников внезапно прийти к осознанию. Оказывается, была такая тайная история. Неудивительно, что Фан Синхай был таким безжалостным — Мо Ю это заслужила! В то время Чи Сяо только самоуверенно раскрыл обстоятельства смерти Фан Вэнь Гуана, скрывая попытку убийства Фан Синхая его дочерью. Цзун И не стал возражать ему, ожидая этой возможности. Нахмуренные брови мастеров пика расслабились, и негодование о Фан Синхае и жалость к Мо Ю рассеялась. Культиваторы обычно очень боялись кармы. Мо Ю посеяла семена такого зла, и сегодня получила долгожданную награду. Старейшины, собиравшиеся говорить от имени Мо Ю, услышали это и промолчали. Чи Сяо посмотрел на очевидную перемену в настроении публики. Через несколько мгновений он восстановил свое спокойствие и натянуто улыбнулся: — Младший не забыл. Сегодня было честное сражение, и я искренне приму поражение своего ребенка. Увидев, что Великий Старейшина убирает свое духовное давление, он сразу же махнул рукой, приказывая забрать его дочь. Грандиозный турнир продолжился. Стоя за сиденьем Чи Сяо, Цзоу Иминь стиснул зубы и пробормотал: — Учитель, не злитесь, ваш ученик позже отомстит за младшую сестру. Чи Сяо закрыл глаза и ничего не ответил. Казалось, он уже вошел в транс. Сун Юфэй отступил в глубину толпы, а затем в ужасе спросил: — Старшая, ты видела, что случилось в тумане? Даже его духовное сознание не могло проникнуть сквозь тончайший слой тумана. Это действительно было странно. Цзун И ранее предупредил красивую женщину, чтобы она больше не шпионила за Фан Синхаем своим духовным сознанием, иначе она будет окончательно убита. Это не было блефом, и женщина знала, что Цзун И обладает подобной силой, поэтому она тихонько пряталась в нефритовой подвеске. На вопрос Сун Юфэя она холодно ответила: — Это просто битва детей, меня это не интересует. Женщина была достойной и обладала огромным уровнем совершенствования. Её база совершенствования была в несчетное количество раз выше, чем у этой группы детей, поэтому, естественно, она не интересовалась несколькими маленькими учениками. Сун Юфэй поверил её словам и больше не спрашивал, но его страх перед Фан Синхаем стал немного глубже. Он думал, что в битве с Мо Ю он также получит травму, но его внешний вид остался невредим, даже его духовная сила не была поглощена. Какое магическое оружие он использовал? Сун Юфэй сразу же усмехнулся. Когда дело доходило до битвы магическим оружием, у него было множество таких сокровищ, так что он был не против сравнить их. После этого поднялись двое учеников. Борьба была очень напряженной, и смотреть на сцену было гораздо интереснее, чем на туман Фан Синхая. Цзоу Иминь осторожно вытер свой духовный меч, метнув острый как нож взгляд на Фан Синхая, демонстрируя сильный боевой дух. Но Чжоу Юнь Шэн даже не посмотрел на него. Он ошеломленно уставился на платок, которым Цзун И вытирал кончики его пальцев. — Что ты делаешь? — тихо спросил он. — Грязно, — Цзун И протянул ладонь и сжег носовой платок. Чжоу Юнь Шэн подумал об этом немного, а потом понял, что этой рукой он сжимал подбородок Мо Ю. Спустя так много реинкарнаций его любимый все еще такой собственник. Он мысленно вздохнул, но уголки его рта слегка приподнялись. После окончания двух раундов Цзоу Иминь выскочил на арену, чтобы дождаться своего противника. Чжоу Юнь Шэн тоже ступил на арену, после чего сделал жест «сперва ты». Цзоу Иминь и Мо Ю действительно были учениками одного учителя. Он немедленно взмахнул мечом, незамедлительно атакуя. Фигура Чжоу Юнь Шэна исчезла, мгновенно превращаясь в густой туман. Опять то же самое? Почему этот Фан Синхай всегда прячется? Ученики вздохнули. Однако, если бы они знали, что Фан Синхай имел туманный духовный корень, они бы не стали на это сетовать. Если он не может использовать туман как оружие, то что он может использовать? Ум Цзоу Иминя был чрезвычайно твердым. Он не атаковал случайно, как Мо Ю, а просто неподвижно стоял в густом тумане, тихо прощупывая окружающую атмосферу. Рядом с ним появилась фигура — это был давно мертвый Фан Вэнь Гуан, и когда он разрезал его своим мечом, то сразу понял, что это была иллюзия, и больше не растрачивал свою духовную силу. — Фан Синхай, если у тебя есть способности, выходи ко мне лицом к лицу и сражайся. Не используй эти уловки с привидениями, — он усмехнулся, глядя в пустоту. — Если это то, чего ты хочешь, — холодный голос юноши внезапно появился позади него, заставив Цзоу Иминя немедленно развернуться и атаковать. Когда он взмахнул мечом, тело Фан Синхая мгновенно превратилось в туман, и не осталось даже следа его дыхания. Цзоу Иминь нахмурился, постепенно осознавая, что приемы другой стороны не так просты, как кажется. — Продолжай, — Чжоу Юнь Шэн появился с кинжалом рядом с Цзоу Имином, без усилий начертил тонкую полоску крови на его руке, а затем исчез. Туманный духовный корень был наиболее искусен в сокрытии, поэтому атаки совершенствующихся тоже должны были быть скрытными. Они не были предназначены для сражения лицом к лицу. Цзоу Иминь вновь ударил мечом, только чтобы ударить по густому туману. Он начал понимать, почему его младшей сестре пришлось использовать заклинания двух мечей. Когда вы не могли найти позицию противника, эффективна была только атака по площади, но она также потребляла много духовной энергии. Фан Синхай просто ждал, пока его противник не вымотается, поэтому, естественно, он легко победил в тот раз. Цзоу Иминь неоднократно говорил себе, что его не обманут, но он все еще не мог найти местоположение Фан Синхая. Он казался частью тумана. Чжоу Юнь Шэн терпеливо играл с Цзоу Имином, оставляя легкие порезы на его шее, даньтяне, сердце и других жизненно важных частях, но этого было недостаточно, чтобы убить. Для Цзоу Иминя, этого жестокого воина, культивировавшего путь меча, самым раздражающим противником был не слабый, а тот, которого он даже не мог найти. Как и Мо Ю, он постепенно терял рассудок, дюйм за дюймом, используя одно за другим более мощные заклинания меча. Ученики, наблюдавшие за битвой, видели только постоянное свечение светового меча в густом тумане, и им пришлось использовать свое воображение, чтобы запечатлеть чудесную сцену битвы. Но на самом деле Цзоу Иминь уже выдохся. Его духовная сила постепенно истощалась, и он был весь в порезах, но он даже не коснулся волос на голове Фан Синхая. — Выходи, ублюдок! Фан Синхай, если у тебя есть способности, выходи ко мне лицом к лицу! — Цзоу Иминь взмахнул мечом, чтобы безумно рубить туман. Его глаза налились кровью. Чжоу Юнь Шэн потерял игривое настроение. Он сжал свое тело и тихо появился позади Цзоу Иминя. Его пальцы превратились в когти, и он пронзил даньтян Цзоу Иминя, мгновенно уничтожив его золотое ядро. Чтобы выполнить эту серию движений, он не потратил ни дюйма своей духовной силы. Пока он был в своем тумане, он мог приходить и уходить, когда ему заблагорассудится, беззвучно и неотвратимо. Кровь брызнула изо рта Цзоу Иминя, и он опустился на колени, изо всех сил пытаясь поддерживать свое тело своим мечом. Он никогда не позволил бы себе рухнуть на глазах у других. Он оглянулся, желая спросить Фан Синхая, где он прячется, но кровь заливала его горло, так что он мог только хрипеть. Некогда гениальный человек теперь стал бесполезным. Чжоу Юнь Шэн стряхнул кровь со своей руки и вздохнул: — Ты стоял в стороне, когда моего брата убили, но я, в качестве оплаты, уничтожил только твое золотое ядро. Ты должен поблагодарить меня за мою доброту. Долг между нами погашен. Он поднял руку, и туман окончательно рассеялся. Затем он легко появился около своего учителя и слабо улыбнулся Сун Юфэю, скрывающемуся в толпе. По правде говоря, его внешность была очень красивой. Достаточно красивой, чтобы завораживать. Одна его улыбка могла покорить сердце любого человека. Но для Сун Юфэя его улыбка не была ошеломляющей, она только внушала ужас. Ученики в аудитории возмутились при виде ужасного исхода Цзоу Имина, но вспомнив его роль в смерти Фан Вэнь Гуана, они замолкли. Культиваторы больше всего боялись кармы, и это был живой пример. Чи Сяо тайно подавил свой гнев и приказал людям унести Цзоу Иминя. Сегодня он потерял и любимую дочь, и своего главного ученика, а также потерял достоинство. Он боялся, что в будущем станет посмешищем секты. Но даже так, пока Великий Старейшина не пал, у него не было возможности избавиться от Фан Синхая. Мастера пиков получили новое понимание силы Фан Синхая. Он действительно был достоин быть единственным учеником Великого Старейшины. Его будущее было безграничным! — Он имеет туманный духовный корень. Тебе нужно избегать его тумана во время боя. Без тумана ему не на что полагаться. Очень мало практикующих с туманным духовным корнем, поэтому я не знакома с этим методом совершенствования. Я могу сказать только это, поэтому тебе нужно быть внимательным, — внезапно сказала потрясающая женщина в нефритовом кулоне. Глаза Сун Юфэя загорелись, и он кивнул самому себе. В то время как двое других учеников яростно сражалась на сцене, Тайпин подозвал Сун Юфэя к себе и медленно произнес: — Фан Синхай должен иметь туманный духовный корень, поэтому просто убери его туман, и он ничего не сможет с тобой сделать. Но я должен напомнить тебе, не перестарайся, — здесь он поднял глаза и взглянул на Великого Старейшину. Великий Старейшина держал носовой платок и тщательно стирал остатки крови с пальцев своего ученика. Он явно мог использовать талисман Рассеивания Пыли, чтобы удалить их, но он настоял на том, чтобы убрать все самостоятельно. Любой мог видеть, как сильно он баловал и глубоко любил Фан Синхая. Оскорбление Фан Синхая в конечном итоге означало оскорбление Великого Старейшины. Культиваторы очень боялись такой ситуации. Сун Юфэй послушно кивнул, но его сердце было еще более обиженным. Он думал, что иметь таинственную женщину с огромным уровнем культивации, которая защитит его, было великолепно, но кто бы мог подумать, что она даже не сравнится с культиватором высокого уровня — действительно бесполезно! Как бы то ни было, если хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам. Однажды он заставит каждого совершенствующегося, включая Бессмертного Императора и Бессмертных Лордов в Бессмертном Мире пасть ниц к его ногам.   — После этих двух схваток проницательные люди должны суметь угадать твой духовный корень. Тебе нужно быть осторожным, — сказал мягким тоном Цзун И и сжег еще один носовой платок, сжав тонкие пальцы своего ученика. — Все в порядке, у меня есть много техник, которые я еще не использовал. Сун Юфэй ничего не сможет со мной сделать, — тон Чжоу Юнь Шэна был расслабленным. Цзун И переменил хватку, крепко сцепив их пальцы. Чжоу Юнь Шэн посмотрел на него, а затем огляделся — к счастью, все смотрели бой. Он опустил рукав, прикрывая их руки, чтобы другие не заметили. Он еще не хотел раскрывать свои отношения с Цзун И. После боя Сун Юфэй во время вспышки молнии вылетел на арену, затем посмотрел на место своего учителя. Цзун И отпустил своего ученика, похлопал его по спине и сказал: — Иди, но не играй слишком много. Быстро заканчивай и возвращайся. Чжоу Юнь Шэн пообещал и прыгнул на арену. Он помахал Сун Юфэю: — Сначала ты. — Этот младший уступит старшему, — Сун Юфэй вежливо поклонился, и когда оглянулся, его окутал густой темный туман. Опять! Ученики жаловались, но через некоторое время несколько человек догадались: — Он использует этот густой туман каждый раз. Как вы думаете, у младшего брата туманный духовный корень? Это был мусорный духовный корень. Ходили слухи, что практикующие с ним могли достичь только низкого уровня. Однако Сун Юфэй находился на поздней стадии, и у него был духовный корень молнии, считавшийся самым сильным, поэтому они боялись, что на этот раз младший брат проиграет. Сун Юфэй стоял в тумане, на его лице не было и следа паники.