Dear Draco,

Я скучаю по тебе. Я скучаю по твоим прикосновениям, по твоей коже, по твоему теплому запаху. Твоей руке в моей, твоему дыханию напротив моего. По твоему голосу, который, казалось, всегда говорил больше, чем было слышно. - Я смотрю на огонь еще несколько минут, прежде чем понимаю, что хочу пойти с Джинни и остальными. Конечно же, я хочу помочь подпортить классные кабинеты Кэрроу, и Джинни не может меня остановить. Я, крадучись, выхожу из портретной двери. Темнота широкого коридора, по сравнению с ярко освещенной общей комнатой, кажется внезапной и ошеломляющей. Единственный свет исходит от мерцающих свечей, которые стоят вдоль стен. Отправляясь на поиски друзей, я вдруг вспоминаю, что скоро Рождество. Если бы не звенящая музыка, доносящаяся из общей комнаты, в коридоре было бы намного мрачнее. Здесь нет никаких дикораций и украшений вообще. — Что ты здесь делаешь? Я резко поворачиваюсь, и половина моего напитка проливается мне на руку. — О, привет. - Драко стоит всего в нескольких метрах от меня, его лицо так прекрасно освещено мерцающим светом, что он похож на сказочного принца. На прекрасного сказочного принца. — Драко. Какой поворот событий в этой прекрасной ночи. Он держится на расстоянии, не сводя с меня глаз. Я чувствую, что краснею. — Почему ты здесь? - резко спрашивает он. — Почему ты не в постели? — Ты злишься или просто беспокоишься о моей безопасности? Иногда это трудно понять. Драко неловко ерзает, и я замечаю, как его взгляд опускается на мой наряд. — Я могу наказать тебя за это, - говорит он мне. — Но ты этого не сделаешь, - говорю я, подходя ближе. — Ты же не причинишь мне никакого вреда, правда? Драко моргает. — Ты пьяна? Я тупо смотрю на него, жалея, что не могу объяснить как глупо себя чувствую, как будто онемела. Я все еще слышу Рождественскую музыку, слабую и неуместно веселую. Я замечаю, как в свете свечей меняются оттенки его светлых волос. Он никогда не узнает, насколько прекрасно выглядит. — Я правда надеюсь, что ты не возненавидел меня, - наконец говорю я. — В последнее время я немного злюсь. Но я думаю, что сейчас нам всем позволено злиться. Драко качает головой. — Ты должна быть в своей гостиной, - говорит он. — Тебе не следует здесь находиться. Думая о моем отце, и о жизни, которую я могла бы иметь с Драко, и о мире, рушащемся вокруг нас, слезы наполняют мои глаза. Я была зла, я знаю, что была. Но так же я была сломлена и в печали. — Ты меня ненавидишь? — Нет, - говорит Драко. — Нет, не знаю. Тебе нужно уходить отсюда. — Я не хочу, - говорю я. — Я не хочу сейчас быть в окружении людей. - Кроме тебя, ловлю себя на мысли. Драко вздыхает. — Как староста, я говорю тебе вернуться в общую комнату. — Я не хочу. — Но ты должна. Я хмуро смотрю на него. — Тогда отпусти меня. Отпусти меня погулять. Только не в общую комнату. Пожалуйста? Он снова вздыхает. — Ты не можешь пойти на прогулку одна. — Да, я могу. В этот момент в соседнем коридоре раздаются шаги. Драко хватает меня за руку и тянет на узкую лестничную клетку. Пространство тесное, и даже в моем подвыпившем, онемевшем состоянии все, что я могу чувствовать, это его грудь на моей, и его руки на моих плечах. — О, - тихо говорю я. — Здесь уютно. Рука Драко резко закрывает мне рот, и он отодвигается назад, чтобы касаться меня как можно меньше. Его спина плотно прижата к каменной стене. — Тихо, - бормочет он. Шаги становятся громче. Я слышу, как нарастают голоса и шуршат мантии, и тени на каменных стенах становятся больше, но они постепенно исчезают, и я знаю, что мы в безопасности. Я попыталась уйти с лестницы, но Драко снова хватает меня за руку. Я задыхаюсь, и он тут же отдергивает руку. — Прости, - шепчет он. — Но мы должны остаться здесь, пока не убедимся, что всё чисто. Если кто-то из Кэрроу заметит тебя вне постели – ну, ты же знаешь, на что они способны. — Да, знаю. Некоторое время назад ты пытался просветить меня на эту тему. — Ну да. Ты же не хочешь, чтобы тебя поймали. — Нет, они бы этого не сделали. Ведь ты со мной, - я поворачиваюсь к нему, улыбаясь. — Мой рыцарь в сияющих доспехах, помнишь? Это я сказала тебе два года назад в Рождество. Можешь представить, как много изменилось с тех пор... Драко прижимает палец к моим губам, заставляя меня замолчать, но почти сразу же отстраняется. — Почему ты не можешь быть там? Ты же староста. — Кто-то должен затыкать тебе рот. — Как вежливо... Драко снова прикладывает палец к моим губам, мягко успокаивая. Лестница не рассчитана на двух сидящих людей, и как бы далеко Драко ни пытался сесть, его колени всё равно прижимаются к моим. Это все, что я могу чувствовать; он - единственная реальная вещь в мире, которая я хочу, чтобы как никогда была ближе ко мне. Он наэлектризован; каждый раз, когда его костяшки случайно касаются меня, мурашки бегут по моим рукам. Если раньше у меня кружилась голова, то сейчас все стихает, и место начинает занимать странное ощущение реальности. — Я так хорошо помню твои прикосновения, - говорю я, слегка прижимая пальцы к его колену. Я знаю, что не должна, и мне так неловко, что я даже рада, что почти не вижу его лица. Но я не могу остановиться. — Я помню время, когда это не доставляло тебе неудобств. Когда все, чего ты хотел, было больше, даже когда ничего не осталось. - Драко сдвигается, и я продолжаю. — Только не говори мне, что ты об этом не думаешь. ‐ говорю я. Я придвигаюсь снова, чтобы наши лица оказались ближе. — Я вижу, как ты смотришь на меня, Драко. А это? Ты не пошел бы на это ради любого другого Гриффиндорца. - Я поднимаю пальцы к его плечам. — Ты скучаешь по этому? - Драко тяжело дышит. Теперь, когда я ближе, я могу разглядеть его лицо. Его глаза не отрываются от моих. Я беру его руку и мягко кладу себе на левое плечо. — Ты будешь щекотать меня здесь, а я буду трогать тебя - там. За твоим ухом. Все это было так глупо, правда? Но так, так прекрасно. Как будто мы были единственными людьми в мире. Ты скучаешь по этому, Драко? Сейчас мы предельно близки друг к другу. Когда он говорит, его голос звучит хрипло. — Перестань произносить мое имя. На глаза наворачиваются слезы. — Я скучаю. Я скучаю по этому, и не верю, что ты нет. - Я наклоняюсь вперед и нежно целую его в щеку. — Драко, - шепчу я. Он не отвечает, в его глазах - отчаяние. Слеза стекает по моей щеке. — Драко. Я просто хотела бы это сделать... И я прижимаюсь губами к его губам. И вдруг я возвращаюсь в более счастливое время, чудесное, невинное время, когда мы были беспечны и невежественны, когда печали и пьяных слез не существовало, только забвение... — Нет. Я моргаю. — Нет, - хрипло повторяет Драко. Он резко встает и уходит с лестницы. — Они уже ушли. Пойдем, я отведу тебя обратно в гостиную. И я послушно следую за ним, не говоря ни слова, кроме тихого "спасибо", когда он оставляет меня у портрета. Я грустно улыбаюсь, глядя, как его фигура становится все меньше и меньше, пока он спускается по лестнице и в конце концов исчезает за углом. — Счастливого Рождества, Драко.