Dear Draco,

— Наверное, могло быть и хуже, - признается Невилл на пути к Маггловедению. Я рада, что он снова заговорил со мной; этот урок и так ужасен, а без друга рядом было бы невыносимо. — Может ты заинтересована... Амикусом или кем-то еще. Вот где действительно надо прочеркнуть границы. Я фыркаю. — Если бы я была заинтересована в Амикусе, Джинни убила бы меня во сне. Невилл вздыхает. — Джинни не сердится на тебя, Из. Она даже сказала, что ты можешь любить кого угодно. Я думаю, она просто не очень хочет, чтобы этим "кого угодно" был Малфой. — Что ж, не волнуйся, - говорю я, когда мы присоединяемся к толпе, идущей на Маггловедение. — Это всего лишь мои чувства. Драко, наверное, ненавидит меня до глубины души. Когда мы сворачиваем за угол в класс Алекто, она уже там; откинувшись на спинку стула, она подпирает свои короткие ноги. Я морщу нос, когда мы с Невиллом садимся на свои места, но все-таки не осмеливаюсь бросить на нее грязный взгляд. Сейчас будет лучше, держаться подальше от Кэрроу. Как только класс наполнился, Алекто раздраженно откашливается и начинает рассказывать нам о какой-то чрезвычайно увлекательной теме сегодняшнего урока. Я не слушаю ее; место Драко пустует. В класс он не пришел. Нет ничего необычного в том, что Драко пропускает занятия. Он был на уроках столько же, сколько и не был - хотя он не так уж много пропускал, особенно такие предметы, как Маггловедение. В этом году он и Снейп стали как товарищи, Драко, кажется, постоянно был в бегах, выполняя его поручения. Но я этого не замечала. Урок все идет дальше. Единственная полезная вещь, которую Алекто притащила в класс - это настенные часы, они смотрят на меня из дальнего угла на стене. Улитка двигалась быстрее, чем минуты на этих часах. По-прежнему положив ноги на стол, Алекто бубнит, повторяя два ужасных слова, которые мы слышали бесчисленное количество раз из ее уст: Магглы-подонки. И другие вариации этого выражения. Я как будто отключалась - это тревожило, насколько невосприимчивы все стали к подобным вещам, но ее слова проходили нам сквозь головы, как если бы она говорила о погоде. Мой взгляд скользит по другим ученикам - большинство из них ненавидят Кэрроу, но даже те, кто подлизывается к ней, просто тихо дремлют на этом уроке. Сидящий у окна Гойл выглядит так, словно в любую секунду может захрапеть. Место Драко по-прежнему пустует. — Янг. Я так увлеклась мыслями об отсутствии Драко, что даже не заметила, как Алекто поднялась на ноги и двинулась между столами к нам с Невиллом. Она останавливается в нескольких шагах от нашего места, злобно глядя на меня. — Слышала о твоем отце, Принцесса. Я чувствую, как все внутри меня падает. По мере того, как медленно тянулись недели после Рождественских каникул, я все больше и больше убеждалась, что Кэрроу не слышали новостей о моем отце. Что мне не придется вести такой разговор. Обычно я отвечаю на любую чушь, которую выкидывает Алекто, но если она говорит что-то о моем отце, я не знаю. Я не знаю, смогу ли справится с этим. Я делаю глубокий вдох. — Вы немного опоздали. — Я слышала, он не совсем тот, за кого себя выдает, - усмехается она. — Слышала, он помог Магглам спастись. — Вы так говорите, как будто это плохо... — Человек чистой крови, который помогает Магглам прятаться и скрываться от того, чего они заслуживают? — Каждый раз, когда он узнавал, что Пожиратели Смерти собираются напасть, он сбивал Магглов с толку, чтобы они ушли в безопасное место. - говорю я дрожащим голосом. Невилл сжимает мою руку под столом. — Пожиратели Смерти. Ваши люди. Это не плохо, это человеческая порядочность. — Не смей так говорить о нас! - Тут же говорит Алекто, ее глаза становятся дикими. Она сумасшедшая, я уверена. — Только не тогда, когда он - твой отец - слишком долго притворялся одним из нас! — Это нечестно... - начинает Невилл, но я резко толкаю его локтем. Его лицо вот-вот лопнуло бы от гнева, так что лучше ему не вмешиваться. — По-моему, это довольно справедливо, - говорит Алекто. — Получается папочка не так уж хорош, в конце концов. Да, Принцесса? Теперь мои щеки заливает жар. Я терпеть ее не могу, не выдерживаю. Что я могу сказать? Как мне заставить ее остановиться? Где Драко? Мне потребовалось все мое мужество, чтобы посмотреть Алекто в глаза. — Он притворился одним из вас, чтобы помочь невинным Магглам. Я думаю, его план гениальный. — Маглы-подонки! - кричит она. Я чувствую, как каждая пара глаз в классе смотрит на меня, наблюдая, удивляясь. Насколько далеко я позволю ей зайти? Как далеко до того, как я сломаюсь? Алекто подкрадывается ближе. — Разве я тебя ничему не научила? - спрашивает она неожиданно мягким, шепчущим, хриплым голосом. Ужасно. — Магглы-подонки, и, очевидно, таким же был и твой отец. Я не отвечаю. Теперь я смотрю на свой стол, не в силах поднять глаза, чтобы не разрыдаться. Я кусаю губу до тех пор, пока кожа не лопается, причиняя себе боль, чтобы думать не о моральной, а о физической. Это не работает. — Что случилось? - Алекто дышит так близко к моему лицу, что я чувствую ее запах - дым, пиво и смерть. В классе мертвая тишина. В поле моего зрения она усмехается. — Закончились умные ответы? Или ты поняла, что твой отец был не более чем Магглолюбивым подонком? А? - Она подходит ближе и тычет палочкой мне в подбородок. — Думаю, он получил по заслугам. Не так ли, принцесса? А потом звенит звонок, и все кончено. Наконец-то все кончено. Никогда в жизни я не собирала свои книги так быстро. Алекто наблюдает, как я натыкаюсь на толпу одноклассников, все из которых решительно избегают моего взгляда. Я слышу, как Невилл зовет меня за спиной по имени, но вскоре я уже бегу, и его голос становится все тише, я не думаю ни о чем, кроме как о необходимости бежать, бежать от этих людей, которые не знают ничего, кроме неопределенности и войны, бежать от этой слепой жизни. Я перешла на шаг, направляясь дальше, пока не понимаю где я, я одна. Я не хочу быть одна. Дверь с грохотом распахивается. Он здесь, и он ждет, нежданно-негаданно, словно предоставляя мне выбор, что делать с его присутствием: любить его или ненавидеть, но я просто бросаюсь в его объятия. Я хватаюсь за его грудь, и мое тело сотрясается от слез, и, может быть, прошли секунды, минуты или дни, но я все еще в его объятиях. Сквозь слезы я пытаюсь говорить. — Она... она... — Я знаю, - шепчет Драко мне в волосы. Он крепче прижимает меня к себе. — Я слышал. Мне очень жаль. — Я веду себя глупо, я знаю, - говорю я, мой голос приглушен его грудью. — Но ты должен был ее слышать. - Я плачу сильнее. — Я пытаюсь быть сильной, но... — Я думаю, ты уже достаточно сильная, - говорит Драко теплым и до боли родным голосом. — Мне очень, очень жаль. Его рубашка уже насквозь промокла, но я прижимаюсь еще ближе, пытаясь охватить его целиком. Он даже пахнет знакомо. — Это не твоя вина. Он не отвечает. Все, чего я хочу, - это услышать, как он говорит; Я хочу слушать его голос вечно. Я хочу видеть, как он слушает, смотрит и двигается. Я хочу обнимать его, танцевать с ним, любить его. Его, его, его. И затем: — Боже, как я скучал по тебе. — Скажи это снова, - говорю я так резко, что он слегка отстраняется и вопросительно смотрит на меня. — Скажи имя. — О... - он замолкает, в его печальных глазах мелькает тень улыбки. — Я скучал по тебе, Белли. Я икнула, пытаясь хоть как-то прижать его к себе, все еще уткнувшись лицом ему в грудь. — Я тоже скучала по тебе.